Как только мои раны зажили, Приска по большей части вновь перестала обращать на меня внимание. До лагеря смесков осталось совсем немного, я рассчитывал добраться туда до наступления темноты. А значит, всего через несколько часов она снова сможет спокойно меня избегать. Жаль все-таки, что сам я не умею замедлять время.
Похоже, сегодня Приска в конце концов решила со мной поговорить. Наверное, тоже устала от напряженного молчания. И с тех пор, как мы с утра покинули лагерь, я постоянно ловил на себе ее взгляды.
– В чем дело, дикая кошечка?
– Ни в чем.
Я сузил глаза, и она наконец пожала плечами.
– Просто интересно, почему ты начал путешествовать с Райтосом и остальными. – Приска впервые проявила интерес. И спросила о Райтосе. Кажется, она что-то прочитала на моем лице, потому что широко распахнула глаза и пробормотала: – Забудь.
– Нет. – Я больше не желал возвращаться к натянутому молчанию. И если Приска решила задавать вопросы, я готов был отвечать на них, просто чтобы слышать звук ее голоса. – Райтос… Это долгая история, и часть ее лучше пусть поведает он сам. Но я могу рассказать, как познакомился с остальными. Гэлон когда-то дружил с моим отцом. Он возглавлял тайный военный отряд и следил за безопасностью фейри как в связи с внешними угрозами, так и из-за проблем внутри страны. И постепенно они с отцом стали расходиться во взглядах насчет того, какую опасность представлял для нас Регнер. Гэлон начал обучать тех, кто однажды мог бы вступить в его отряд, и, когда я достаточно подрос, брат отправил меня к нему.
Я привык драться с детьми слуг и тренироваться с охранниками брата. И все же, учитывая мое раздутое самомнение, Гэлон относился ко мне с удивительным терпением.
– Сколько тебе тогда исполнилось?
– Девять зим.
В глазах Приски что-то вспыхнуло. Судя по всему, у нее были свои мысли на сей счет, но она решила ими не делиться.
– В чем дело? – поинтересовался я, не сводя с нее взгляда.
– Ни в чем. Расскажи об остальных.
Ладно, рано или поздно я из нее все вытяну. Я ослабил поводья, позволив лошади повернуть голову.
– Когда Регнер похитил амулет из города неподалеку от нашей границы, его воины также сровняли с землей деревню под названием Джадинмайр, находившуюся всего в нескольких часах езды. И старейшина рода фейри, отвечавшего за амулет, не в силах вынести позора, умолчал о краже, представив все так, будто этим нападением Регнер просто проверял нашу защиту. Кавис жил в Джадинмайре. Его подобрал один из людей Гэлона, когда мальчик в одиночестве бродил босиком по лесу. Кроме него, никто не выжил.
В глазах Приски промелькнуло нечто похожее на опустошение.
– Сколько ему было?
– Шесть зим, – вздохнул я.
Она прикусила нижнюю губу. Ну конечно. Ведь когда ее похитили, Демос был в том же возрасте.
Мы миновали невидимую линию, обозначающую границу земель фейри, и Приска резко втянула воздух:
– Что это?
Кожу начало покалывать от знакомой магии.
– Древние стражи, установленные моим народом. Чтобы не-фейри не могли без разрешения проникнуть в наши земли.
– И эти чары закрыли доступ смескам. – В ее голосе слышалась горечь.
– Да, – кивнул я, вполне ее понимая.
Приска огляделась по сторонам. Местность здесь практически не отличалась от той, что лежала по ту сторону границы. Различия начнут проявляться позже, если проехать дальше вглубь королевства фейри.
– Не понимаю, – пробормотала она. – Где же лагерь?
– Сама увидишь, – с улыбкой пообещал я.
Еще час мы ехали верхом, потом я жестом велел ей остановиться. Приска оглядела огромное пустое пространство возле реки Солит и медленно повернула голову. В ее глазах плескалась жажда убийства.
А мне захотелось стащить ее с лошади, повалить на землю и…
– Лориан, – позвала она.
Я со вздохом повернул лошадь и подъехал к ней ближе. – Иди сюда.
Она позволила мне взять ее лицо в ладони. Я до боли хотел коснуться ее губ, но лишь прошептал:
– Закрой глаза.
Удивительно, но она послушалась. Возможно, наконец-то снова начала мне доверять.
– Откройся, – пробормотал я на древнем языке фейри.
Сегодня ее глаза ярко сверкали золотистыми искрами, приманивая меня к себе. Я опустил голову.
Приска вскрикнула и отстранилась. Я лишь вздохнул, когда она, приоткрыв рот, устремила взгляд на лагерь за моей спиной.
– Он… он…
– Скрыт с помощью магии, – подтвердил я. – Тот, кто хочет отправить или получить послание из лагеря, должен подъехать ближе к границе, чтобы вестник смог его отыскать.
Я неохотно повернул голову. Меня гораздо больше интересовала реакция Приски, чем внезапно появившийся перед нами лагерь. Однако я не был на этих территориях уже несколько лет, поэтому обвел взглядом палатки всех форм и размеров, костры для приготовления пищи, от которых в небо поднимался дым, большую арену, где под командованием Гэлона тренировались смески и фейри, и систему канатов и блоков, помогающую черпать воду из реки и доставлять ее к палаткам, где готовилась еда. Эту систему придумали на крайний случай, если смески или фейри, имеющие способности, связанные с водой, истощали свои силы.
Приска перевела взгляд на исчезающие вдали линии палаток. С моего последнего визита сюда их стало значительно больше.
– Сколько? – тихо поинтересовалась она.
– Если брать в расчет освобожденных тобой узников, то где-то около десяти тысяч. Ну, не считая рожденных здесь детей. Твой народ гораздо более плодовит, чем мой.
– Как? И почему?
Лошадь Приски переступила с ноги на ногу, явно уловив бурлящие в наезднице эмоции.
Понятно, что спрашивала она вовсе не о рождаемости.
– Однажды… мой отец узнал о нападении. И о том, как твой народ был вынужден бежать. Он убедил совет открыть наши границы, но опоздал. В надежде на нашу помощь тысячи смесков погибли, пытаясь сюда добраться. – От этих слов все внутри сжалось. Как и от ужаса, появившегося в глазах Приски. Но я не хотел больше лгать ей. – После Кроуита у них осталось не так много вариантов. Большинство рассеялось по деревням, скрываясь среди местных жителей. Ты же знаешь, смески умеют прятаться. И тогда Регнер велел жрицам использовать синие метки. – Я постучал по коже между виском и глазом.
– Но фейри помогли.
– Далеко не сразу, – вздохнул я. – К тому времени, как фейри узнали о случившемся и перестали спорить о том, что правильно, ослабили чары и сумели найти для беглецов безопасное место, большинство смесков перестали нам доверять. В рядах фейри произошел раскол. И смески становились все более замкнутыми, находя в этом еще одну причину сомневаться в нас. И ненавидеть.
Приска сглотнула, все еще не отрывая взгляда от лагеря перед нами:
– Это одно из мест, куда Вайсер помогал переправлять смесков?
– Точно не скажу, я не знаю планов твоего друга, но вполне вероятно. В Эпроте и Громалии есть скрытые лагеря смесков, но всякий раз, как Регнер узнает об одном из них, то творит страшную расправу в назидание другим.
И если наши охранные заклятия когда-нибудь подведут… или мы проиграем грядущую войну… или Регнер сумеет отыскать это место…
Приска надолго замолчала, и, когда повернула голову, в ее глазах читалось отчаяние.
– Им действительно некуда идти. Я знала об этом, но, лишь увидев этот лагерь, прочувствовала в полной мере.
Я кивнул:
– Смески гордые. Им не нравится жить здесь, но они не могут добраться до своего королевства, не привлекая внимания Регнера. И даже если каким-то образом пересекут Спящее море, кто знает, с чем им придется столкнуться на землях бесплодного континента.
– Он не бесплоден, – напомнила она.
– Нет, – мягко согласился я. – Но там живут другие существа, дикие и злобные.
– Откуда ты знаешь?
Ответить я не успел. Кто-то выбежал из лагеря и понесся нам навстречу.
Асиния. Подруга, ради которой Приска рискнула собственной жизнью и вместо того, чтобы сесть на корабль, отправилась в замок Регнера.
Приска спрыгнула с лошади, и женщины бросились друг другу в объятия. Трудно сказать, смеялись они или плакали. Наверное, они и сами не знали.
Порой я забывал, что ради этой женщины, которую Приска считала своей сестрой, пусть даже их и не связывали кровные узы, моя кошечка была готова на все.
Вдалеке Гэлон приветственно поднял руку. Он в безопасности. Я знал об этом, но, увидев своими глазами, вздохнул с облегчением.
Теперь нужно приготовиться к последствиям, ведь я ослушался приказа брата.
Я трижды пыталась выпустить Асинию из объятий – и всякий раз притягивала ее снова. Подруга заливалась слезами, но в конце концов немного истерично рассмеялась от облегчения.
– У тебя получилось, – заявила она, когда мы все же отстранились друг от друга.
Я кивнула на Лориана, сидящего на лошади позади нас. Подхватив поводья моей кобылы, он наблюдал за нами с легкой улыбкой.
Асиния резко побледнела. Я только вздохнула, впрочем, вполне понимая ее страх. При их последней встрече Лориан весь светился от переполнявшей его магии и сражал молниями королевских стражников.
– С тобой… все хорошо? – спросила Асиния.
Зная об остром слухе Лориана, я прикусила губу:
– Все хорошо, не волнуйся. Нам нужно многое обсудить.
Асиния улыбнулась, заметив что-то позади меня. Я резко обернулась и оказалась в объятиях Тайбриса. Мы надолго застыли, крепко прижимаясь друг к другу. Мне не хотелось так надолго с ним разлучаться.
– Я слышала, что произошло, – проговорила я, отступая назад. – Ну, о нападении.
Что-то изменилось в его лице, темные глаза сверкнули.
– С нами все нормально, Прис. Наемники… фейри, – поправился он, – нас оберегали. В тот день Райтос спас не одну жизнь.
Я кивнула, и тут к нам подошел Демос. При взгляде на его грудь по телу разлилось облегчение. Когда мне пришлось расстаться с ним, он едва пришел в себя после ранения.
– Ничего такого, – прорычал он, притягивая меня ближе.
Глаза защипало от слез. До этого момента я даже не осознавала, насколько сильно мне хотелось всех их увидеть и понять, что они в безопасности.
– Ты…
– Все отлично, – заявил он.
Я высвободилась из объятий брата и окинула взглядом его и Тайбриса.
К слову сказать, последний выглядел усталым, под глазами залегли темные круги, а лицо покрывала многодневная щетина. Он похудел, вероятно, из-за тягот путешествия.
По сравнению с ним Демос просто излучал силу и с нашей последней встречи накачал мышцы. Свобода сказалась на нем благотворно. Но вот брат заметил позади меня Лориана, и в его глазах появился жесткий блеск.
Потянувшись, Асиния сжала мне руку:
– Я присматривала за ними ради тебя.
Я рассмеялась, но звук больше походил на сдавленное рыдание.
Тайбрис взъерошил мне волосы:
– Мы тоже скучали по тебе, Прис.
Усмехнувшись, Демос обнял меня за плечи и повел в сторону лагеря. Я оглянулась на Лориана. Он кивнул мне и вновь повернулся к Гэлону, который уже направлялся к нам.
Впервые за несколько недель мне предстояло расстаться с Лорианом. Пусть это казалось странным, но явно пойдет на пользу. Без сомнений.
– Итак, давай я расскажу тебе о лагере, – начал Демос.
– Ей не нужна экскурсия. – Асиния рядом со мной закатила глаза. Тайбрис, похоже, едва сдерживал улыбку.
– Еще как нужна, Син, – возразил он. Подруга тихо зашипела. Ухмыльнувшись еще шире, Демос потянул меня направо. – Здесь у нас тренировочная арена. Как мы и думали, пришедшие с нами заключенные в отвратительной форме. Сейчас они хорошо питаются и постепенно набираются сил, но процесс восстановления займет какое-то время.
– А знаешь, кто в хорошей форме? – мрачно пробормотала Асиния. – Демос.
– Я заметила, – кивнула я, ощущая тяжесть руки, которую брат положил мне на плечи. Казалось, что он выбрался из подземелья по меньшей мере год назад, хотя на самом деле прошло всего несколько недель.
– Это мы обсудим позже, – усмехнулся он.
– Экскурсия тоже может подождать. Нам нужно поговорить. Где-нибудь наедине.
Демос ощутимо напрягся, но кивнул, в одно мгновение став серьезным.
– Кого еще нужно позвать?
– Пока никого. – Без сомнений, Лориан тоже собирается обсудить происходящее с Гэлоном и остальными. – Только Мадинию.
– Серьезно? – поморщился Тайбрис.
– Да. Неужели после приезда сюда вы с ней не общались?
– Она была одной из фрейлин королевы, – пробормотал Тайбрис. Асиния согласно кивнула.
– В тот вечер она дважды спасла мне жизнь, – со вздохом пояснила я. – Именно благодаря ей я сумела доставить амулет Лориану. К тому же теперь она осталась совсем одна. А значит, у нее, как и у нас, хватает причин ненавидеть короля.
– Ладно, – кивнул Тайбрис. – Кого еще?
– Вайсера. Будем держать все в тайне и по ходу дела выясним, кто нам еще нужен. Только давайте быстрее, пока кто-нибудь из фейри не решил проверить, чем мы заняты.
Мы шли по лагерю, и я со всех сторон ловила на себе взгляды. Отчего-то хотелось втянуть голову в плечи, чтобы стать как можно более незаметной.
– Им просто любопытно, – проговорил Тайбрис, поймав мой взгляд.
Краем глаза я уловила движение на арене. Кавис тренировался с одним из смесков, который дрожащей рукой размахивал мечом. Похоже, он был из тех пленников, которых мы спасли из подземелья Регнера.
Смесок уклонился от удара, и я улыбнулась, глядя на знакомое лицо.
– Дашиель. Как он?
Демос пожал плечами:
– Как и остальным, ему предстоит пройти долгий путь. Некоторые узники… желали вырваться из подземелья, но теперь, оказавшись на свободе, не знают, что с собой делать.
Все больше голов поворачивалось в мою сторону. Смески из темницы приветственно меня окликали. Лина махнула рукой, и я улыбнулась в ответ. Надеюсь, нам еще выпадет возможность поговорить.
Асиния взяла меня под руку.
– Для таких собраний мы выделили отдельную палатку. Пойдем покажу.
– А я приведу Мадинию и Вайсера, – пообещал Тайбрис и свернул в сторону.
Я с трудом подавила желание схватить его за руку и попросить остаться. Теперь, вновь встретившись с Асинией и братьями, мне не хотелось расставаться с ними даже на миг.
Демос кивнул в сторону больших костров слева от нас:
– Схожу за едой. Ты наверняка проголодалась.
Мы с Асинией тоже свернули налево и миновали костры, возле которых мужчины и женщины усердно что-то готовили. Палатка, о которой упомянула подруга, стояла неподалеку, на самом краю палаточного города.
– Что это? – спросила я, кивком указав на огромное здание позади нас.
– Оружейная, – пояснила Асиния. – Внутрь я не заходила, но Демос сумел как-то проскользнуть туда и осмотреться. Похоже, ему не слишком понравилось. – Она усмехнулась, и я подавила улыбку.
Даже несмотря на то, что они сидели в соседних камерах, вместе сбежали и были вынуждены трудиться бок о бок в лагере, лед в их отношениях так и не растаял.
– Приска. – Показалась Мадиния, за ней по пятам следовал Тайбрис.
Под ярко-синими глазами бывшей фрейлины залегли темные круги, роскошные рыжие волосы находились в полном беспорядке. Похоже, дела у нее шли неважно.
– Мадиния, – улыбнулась я. – Ты прилегла вздремнуть?
Она только пожала плечами и жестом указала на палатку, сделанную из какого-то сверхпрочного полотна. Мы вошли внутрь. Проход оказался достаточно высоким, и нам даже не пришлось пригибать головы.
В центре палатки, занимая большую часть пространства, стоял массивный дубовый стол в окружении восьми стульев.
Когда Мадиния заняла один из них, в палатку вошел Тайбрис, за ним Демос и Асиния.
Я окинула взглядом обоих братьев. В замке они относились друг к другу с большой неприязнью, здесь же, похоже, неплохо… терпели друг друга.
Я тоже опустилась на стул, Асиния устроилась слева от меня, Демос справа, и несколько мгновений спустя мы уже с аппетитом поедали жареную баранину, лепешки и свежие овощи.
– Здесь хорошая еда, – чуть заметно улыбнулся Тайбрис, наблюдая за мной.
– Да, – скривился Демос. – Фейри очень великодушны.
Вошел Вайсер и, кивнув мне, занял свободный стул.
– Рад видеть тебя живой. – Он загорел, но скулы заметно заострились, а между бровями пролегла новая морщинка. Улыбнувшись Асинии, он взял протянутую тарелку.
– Я тебя тоже, – ответила я.
Все, явно ожидая начала разговора, обратили взгляды ко мне. Я глубоко вздохнула:
– Что известно о смесках, оставшихся в Эпроте?
Все промолчали. Я взглянула на Асинию, которая опустила взгляд в свою тарелку, и все внутри сжалось.
– Рассказывайте, – попросила я.
– Мы ведь знали, Приска, что за опустошение темницы Регнера последует возмездие, – мягко произнес Вайсер.
Я кивнула, но к горлу внезапно подкатил ком, мешая говорить.
– Насколько все плохо?
– Ежедневные казни.
Дыхание резко перехватило. Потянувшись, Асиния взяла меня за руку:
– Смески по мере возможности к этому подготовились, Прис.
Вайсер пожал плечами:
– Еще до освобождения пленников нам следовало действовать осторожнее, чтобы до Регнера не долетели даже легчайшие шепотки. Но в вечер отъезда я разослал гонцов во все части города и предупредил об опасности всех, чьи члены семьи когда-либо попадали за решетку, вне зависимости от дальности родственных связей. Понимая, что наш штаб в ближайшее время все равно обнаружат, мы забрали оттуда все и подожгли дом.
В воздухе запахло гарью. От лежащей на столе руки Мадинии поднимался дым, и я потянулась к собственной магии, готовая вмешаться, если понадобится.
– Тем вечером Приска чуть не поскакала к вашему штабу, – прошипела Мадиния. – Она едва держалась в седле от усталости, но была готова рискнуть собой, поскольку думала, что внутри могли остаться смески.
Угрозу в голосе Мадинии Вайсер пропустил мимо ушей, но все же поднял голову и посмотрел на меня.
– Прости.
– Все нормально. – При воспоминании о том, как я, глядя на пожар и беспорядки, ощущала себя беспомощной и с ужасом осознавала, что план провалился, по спине пробежал холодок.
– Прис. – Асиния сжала мне руку, и я в ответ стиснула ее ладонь.
– Все хорошо. Сколько смесков погибло?
Тайбрис поморщился:
– Может, лучше…
– Сколько?
Серые глаза Вайсера потемнели от горя:
– По несколько смесков в день. Согласно слухам, король заявил, что, если уж не удалось сжечь триста пленников из подземелья, он отправит на костер столько же жителей Лесдрина.
Легкие словно сковало цепями из волшебного железа. Наверное, именно поэтому я не могла вдохнуть полной грудью. Кожа покрылась липким потом, и я опустила голову, выжидая, пока палатка вокруг меня перестанет вращаться.
– Мы все испортили, – приглушенно пробормотала я.
– Нет, – нарочито нейтрально произнес Вайсер, и мне захотелось ударить его за то, что он говорил так спокойно.
Я подняла голову, готовая броситься на него, и Асиния вновь сжала мне руку. Она побледнела, как мел, но обвела взглядом всех, кто сидел за столом, и я последовала ее примеру.
В этой палатке никто не ощущал спокойствия, скорее уж беспомощность и гнев. И Вайсер тоже. За долгие годы жизни шпиона он научился контролировать голос и выражение лица, но сейчас, среди нас, дал волю долго сдерживаемой ярости, и она отчетливо полыхала в его взгляде.
Глубоко вдохнув, я попыталась унять бешено колотящееся сердце.
– Что мы можем сделать?
– Согласно сообщению, которое мы получили вчера, – вздохнул Демос, – Регнер становится небрежным. Он настолько зациклился на ежедневных казнях, что продолжает искать жертв, основываясь лишь на слухах и злобных сплетнях. После того как ты убила его любимого надзирателя, король вызвал в замок другого. Однако он не хочет рисковать и давать возможность смескам прятаться по деревням, а это значит, что в самой столице надзирателей почти нет.
Королевских надзирателей в принципе было не так уж много, ведь для того, чтобы уметь определять, обладает ли кто-то магией и в чем заключается его дар, требовались особые способности и должная подготовка.
– Он сжигает людей, – заключила Мадиния.
Демос кивнул:
– Среди жителей растет недовольство. Одно дело узнать, что соседи укрывали смеска и за это арестовали их ребенка, а всю семью убили. И совсем другое, когда в эту охоту по ошибке могут втянуть кого угодно.
Но хватит ли этого, чтобы вывести людей из состояния апатии? Хотелось бы верить, но твердо на это полагаться не стоило.
– Нам нужно что-то предпринять, – заметила Асиния, и теперь я в свою очередь сжала ее руку.
– Обязательно.
– Мы пытаемся тайком привезти в этот лагерь как можно больше смесков, – сообщил Вайсер, ковыряясь в еде. – Но железные гвардейцы начеку, как и стражники на границах.
– Мне нужна карта, – проговорила я. Нужно придумать какой-нибудь отвлекающий маневр. Отыскать способ освободить как можно больше смесков.
– Я попрошу принести ее сюда, – сказал Вайсер.
А пока…
– Что вы узнали о песочных часах?
Тайбрис сунул в рот кусочек мяса.
– Сперва мы сомневались, кто такой этот П, но Вайсер знает того, у кого есть способности проникать в любое место и выходить оттуда незамеченным.
Я перевела взгляд на Вайсера, почти не сомневаясь, что он в курсе, о ком идет речь.
– «П» означает Перрин, – ухмыльнулся Вайсер. – Один из полководцев короля фейри. У Конрета поблизости тренируются несколько тысяч фейри. Похоже, здесь у них также стратегический пункт, где они останавливаются, когда путешествуют по различным делам. Заодно таким образом он приглядывает за происходящим.
Внутри все сжалось, но я кивнула:
– Что ты выяснил?
– Они осторожничают. Не сомневаюсь, Перрин знает, где песочные часы. Так что, если мы не сможем выяснить это сами, придется вытянуть это из него, – включился в разговор Демос.
Я моргнула. Неужели брат имел в виду пытки?
Асиния покачала головой:
– Прис никогда на это не пойдет.
– Похоже, ты не в курсе, что она сотворила в замке с королевским надзирателем, – заметил Демос с гордым блеском в глазах.
У брата была непростая жизнь. Такая же досталась бы и мне, если бы меня не похитили в ту ночь. Конечно, если бы родители не потратили столько времени на мои поиски, они могли бы выжить. Чувство вины, поселившееся в животе свинцовой глыбой, вероятно, останется со мной навсегда.
– К пыткам мы прибегнем только в самом крайнем случае, – прохрипела я, и Тайбрис бросил на меня обеспокоенный взгляд. Я в ответ покачала головой. – Если мы станем пытать генерала фейри, то автоматически объявим войну тем, с кем надеемся заключить союз. И что тогда будет со смесками, привыкшими считать это место своим домом? – Никто не ответил, и я сменила тему, вновь вернувшись к королю Эпроты. – Странно, почему Регнер не забрал песочные часы себе.
– Забрал, – скривившись, ответил Демос. – И спрятал где-то в своем королевстве. Но когда песочными часами владеет тот, у кого нет магии времени, они вытворяют странные вещи. Наверное, Регнер несколько лет держал их в замке, но в конце концов столкнулся с последствиями. Время ускорялось в одних местах и замедлялось в других. Ходили даже слухи, что вокруг его замка были участки земли с разными временами года.
При этих словах у Мадинии заблестели глаза, но она опустила голову, уставившись на свои ногти, и проговорила, тщательно подавляя эмоции:
– Ты не сможешь украсть их в одиночку.
Само собой, нет. Но также я не хочу, чтобы о них узнал Лориан. Конечно, он в курсе, что я попытаюсь найти песочные часы. Но, как только мы выясним их местоположение, эту информацию придется всеми силами скрывать. В противном случае Конрету станет известно, что я не только прознала о песочных часах, но и решила действовать сама, не полагаясь на доброжелательность фейри.
– Если Лориан и остальные останутся здесь, нам нужно будет сохранить все в тайне.
– Никто не проронит ни слова, – мрачно кивнул Вайсер.
А у меня возникло чувство, что время утекает сквозь пальцы, словно песок.
– Мы отправимся в путь, как только узнаем, где начать поиски. Любой, кто решит отправиться с нами, должен быть готов к тому времени.
– На этот счет не волнуйся, – заверил Демос. – Мы тренируемся. И я слышал, что Гэлон планирует и тебя включить в эти тренировки.
Брат ухмыльнулся, наверное, заметив промелькнувшее на моем лице мрачное одобрение. Однако Асиния скривилась, как будто съела что-то ужасное на вкус.
– Она все откладывает тренировки с луком, – пояснил Демос в ответ на мою приподнятую бровь. – Но завтра непременно начнет.
– Кто назначил тебя главным? – буркнула она, в ее глазах вспыхнула ярость.
Похоже, Тайбрис склонен был с ней согласиться, однако лишь прочистил горло и заметил:
– К сожалению, Демос со своей магией – лучший вариант. К тому же смески знают, что он принц, и следуют его приказам.
– Может, расскажешь, какой у тебя дар? – спросила я, движимая любопытством.
– Не слишком радуйся, – отозвался брат. – Я полезен лишь на поле боя.
– Ну, с этим я бы поспорил, – возразил Вайсер, склонив голову набок.
А ведь правда, до того, как Демос угодил в тюрьму, они работали вместе.
Усмехнувшись, Демос посмотрел мне прямо в глаза:
– Меня трудно убить – само собой, если я не просидел два года в тюрьме на голодном пайке. Я умею двигаться быстрее и бить сильнее многих. И скорее выздоравливаю. Во время тренировок тело гораздо интенсивнее, чем у прочих, наращивает мышцы. Я владею любым оружием, а когда сражаюсь, мысленно выстраиваю тактику боя, недоступную остальным.
– И как называется такой дар? – У меня вдруг пересохло во рту.
– Смерть, – лениво подсказала Мадиния. – Это дар смерти.
– Или жизни. – Выражение лица Демоса стало жестким.
Пришло время сменить тему.
– Что с драгоценностями, которые мы украли из замка? – перешла я к следующему вопросу в своем мысленном списке. Демос и Вайсер переглянулись. Сердце пропустило удар. – Они хотя бы еще здесь?
– Здесь, – подтвердила Мадиния. – В моей палатке, под кроватью.
– Надежное место, – заметила Асиния.
– А что ты предлагаешь? – бросила Мадиния.
– Ну, другое место. Не там, куда любой может забрести и…
Мадиния зарычала, и я вновь перевела разговор на другую тему.
– А что с продовольствием? С оружием и доспехами?
– С едой проблем нет, – вздохнул Демос. – Фейри кормят наш народ уже несколько десятилетий. Вероятно, так они пытаются искупить чувство вины. С оружием хуже. В большинстве своем оно старое и тупое, годится только для тренировок. Доспехов тоже нет.
– Как можно превратить украденные из замка драгоценности в оружие, еду и доспехи для нашей армии?
Вайсер поерзал на стуле:
– В нескольких днях пути к югу есть город. Фейри любят сверкающие вещи. Можно отвезти драгоценности туда и продать.
Конечно, известие об этом дойдет до ушей Конрета, но нам нужны ресурсы.
Выражение лица Мадинии стало ледяным. Она явно не доверяла фейри. Не удивительно, ведь в тот вечер, когда она узнала, кем был Лориан, отца обезглавили прямо у нее на глазах.
Вайсер вдруг замер:
– Кто-то идет.
– Мы соберемся снова, как только что-нибудь выясним о песочных часах, – пробормотала я.
Закрывающий палатку клапан сдвинулся в сторону, и внутрь просунула голову Марджи. Она тут же заметила меня:
– У вас частная встреча или можно присоединиться?