Рядом просвистела еще одна стрела. Слишком близко. Я втянула воздух. Впереди тропа сворачивала вправо. Возможно, нам удастся от них оторваться.
Или я просто слишком милосердна. Если их не убить, они продолжат за нами охотиться. И преследовать близких мне людей.
– Убей их, Лориан. Ты точно сумеешь.
– Если я пущу магию широкой дугой, живых не останется. Нам нужно захватить хотя бы одного для допроса. Хочу знать, как они тебя нашли.
Сердце бешено заколотилось при мысли о том, что он подвергнет себя опасности. Но я тут же постаралась себя успокоить.
– Лориан.
– Я спущу тебя с лошади. Спрячься, я после вернусь. А сейчас заморозь время.
Хороший план. Когда тропинка свернула вправо, я потянула за нити силы.
Руку пронзило жгучей болью. Я издала сдавленный крик, и позади нас кто-то одобрительно присвистнул.
– Волшебное железо, – выругался Лориан. – Я его чувствую. С тобой все хорошо, не волнуйся, кошечка. Но ты не сможешь использовать магию, пока я его не вытащу.
Он говорил спокойно, но я-то его знала и легко уловила скрытый за спокойствием гнев.
Лошадь все еще неслась галопом, и руку встряхивало при каждом движении. Краем глаза я заметила стрелу, вонзившуюся в плоть предплечья. В глазах потемнело, меня охватил новый приступ паники. Без магии я была…
– Дыши, Приска. – Лориан прижался ко мне еще теснее.
Я подчинилась, глубоко вдыхая воздух, чтобы успокоиться. В голове немного прояснилось. По крайней мере, я больше не была на грани обморока.
– Вот так, – проворковал Лориан. – Не знаю, сколько их там. Нужен обзор получше. Впереди еще один поворот. Тебе нужно прыгнуть.
Я кивнула. Соскочу с лошади, выдерну из руки стрелу, потом обойду их сзади. И помогу Лориану расправиться с этими ублюдками.
До поворота оставалось всего несколько шагов, когда Лориан издал странный хрюкающий звук. Что-то забулькало.
Меня пронзил ужас. Конечности словно онемели.
– Лориан!
Он привалился ко мне. Вцепившись в руку, которой он обвил мою талию, я изо всех сил сдерживалась, чтобы не закричать.
Лориан не сказал ни слова. Но я не сомневалась, что ему попали в спину. Должно быть, стрела все же не задела сердце, иначе он был бы уже мертв.
– Прыгай, – напряженно велел он.
В стрелах содержалось волшебное железо, а значит, Лориан теперь тоже не мог использовать магию. Похоже, он решил подманить железных гвардейцев поближе, убить всех, кого сможет, мечом и свалиться самому, пока я буду убегать.
Я медленно отвела его руку от своего живота.
– Молодец, – пробормотал он.
Высокомерный засранец. Если он выживет в этой схватке, я сама его прикончу. Резко развернув лошадь, я выбросила руку назад. Лориан чертовски много весил и не ожидал такого маневра, так что замысел сработал. Бормоча проклятия, он упал с лошади и тут же исчез в зарослях деревьев и кустарников, растущих вдоль тропы.
Боги, оставалось лишь надеяться, что из-за этого стрела не вонзилась ему в сердце. Но других вариантов у нас не было.
Лошадь вскинула голову, и я с трудом удержалась в седле. Вскоре тропинка раздвоилась. Итак, что же выбрать? Влево или вправо?
Я свернула налево. Рука мучительно заныла, когда я натянула поводья. Теперь без веса Лориана лошадь двигалась быстрее, и мы практически летели вперед. Я заставила ее притормозить и попыталась свернуть с тропы в лес, но она взбрыкнула, отказываясь подчиняться.
Выпучив глаза, лошадь тяжело дышала. Соскользнув с седла, я осторожно потянула ее за большое дерево. Кобыла фыркнула, явно недовольная. И я ее вполне понимала.
– Давай, красавица. Всего на пару минут.
В конце концов она сделала несколько шагов, как раз когда позади меня раздались новые крики. Я пригнулась, надеясь, что лошадь не заметят в этих зарослях.
Мимо нас промчались пять или шесть железных гвардейцев. Времени у меня было в обрез. Они довольно быстро обнаружат, что следы копыт впереди исчезли.
Глубоко вздохнув, я посмотрела на стрелу в руке.
Наверное, будет больно.
Придется протолкнуть ее сквозь руку, в ином случае я разорву слишком много плоти. Тайбрис рассказывал мне о венах и артериях, и я понимала, что следует действовать осторожно. Я почти слышала, как он кричит на меня.
«Снаряды оставляют в теле, Приска!»
К сожалению, в таком случае мне не жить. Оставалось лишь рискнуть и надеяться, что стрела не заденет ничего важного. Но так я хотя бы получу доступ к магии, а значит – возможность выжить.
Сунув руку в ближайшую седельную сумку, я порылась внутри и нащупала длинную полосу ткани для перевязки.
Послышался стук копыт. Железные гвардейцы возвращались.
Я схватилась за древко стрелы здоровой рукой. Даже от этого движения в глазах потемнело. Тяжело дыша, я соскользнула вниз и привалилась к дереву, потом сунула между зубами короткую ветку и прикусила.
Несмотря на дрожь, я ухватила за конец древка и застонала. Перед глазами стало расплываться. Но я, глубоко дыша, заставила себя протолкнуть стрелу дальше в руку.
Если я потеряю сознание, мне конец.
– Она здесь! – крикнул один из железных гвардейцев. – Я вижу следы.
«Бороться или умереть. Третьего не дано».
Руку пронзила резкая боль, из горла вырвался приглушенный крик. Но я продолжала давить, пока стрела не показалась с другой стороны. Схватив за окровавленный наконечник, я сломала древко, а остальную часть протащила сквозь руку и бросила обе половинки на землю. Голова вдруг стала удивительно легкой, перед глазами поплыл туман. Наклонившись вперед, я оперлась о колено здоровой рукой.
Другую руку заливала кровь.
Волшебное железо влияло на смесков не так сильно, как на фейри, но все же нас ослабляло. И теперь, пытаясь дотянуться до магии, я чувствовала, будто ползу по грязи.
«Пожалуйста…»
Я не знала, к кому обращалась. Боги давным-давно позабыли о смесках.
Но при мысли о том, что я умру здесь в одиночестве, разрывалось сердце. Неужели мне не суждено вернуться к Асинии, Тайбрису, Демосу и остальным? Перед мысленным взором вдруг промелькнуло лицо Лориана, скривившего губы в злобном оскале.
И я ухватила всю магию, до которой только смогла дотянуться. Из носа потекла кровь.
В лесу воцарилась тишина. И я подавила всхлип. Сработало. Вот только голова раскалывалась, и все тело бунтовало против подобного использования силы.
Перевязав руку, я, спотыкаясь, выбралась на тропинку, где всего в нескольких шагах от меня застыл железный гвардеец, облаченный в какие-то странные черные доспехи. Шлем лежал поперек седла. На его неподвижном лице смешались ликование и жажда крови, при виде которых к горлу подступила тошнота. Но сейчас было не время расклеиваться. Здоровой рукой я схватила его за сапог и попыталась стащить на землю.
Здоровяк даже не шелохнулся. Магия уже выскальзывала из моего захвата. Дыхание участилось, во рту так пересохло, что каждый вдох обжигал горло.
Внезапно я нащупала рукоять ножа, спрятанного в его сапоге. Выдернула клинок и вонзила гвардейцу в бедро, туда, где, как учил меня Тайбрис, проходила самая крупная артерия. Я ударила еще раз. Голова закружилась. У меня оставалось всего лишь несколько мгновений.
Выдернув нож из вражеского бедра, я шагнула с тропинки и спряталась за деревом. Время само возобновило бег. Железный гвардеец застонал и мешком осел в седле. Лошадь продолжила скакать, и в конце концов он рухнул на землю.
Метнувшись вперед, я схватила его меч, не обращая внимания на ужас, плещущийся в обращенном на меня взгляде.
– Ты ведь обрадовался, когда услышал мой крик? – прошипела я.
Он вздрогнул. Его взгляд остекленел. Гвардеец расстался с жизнью. Впрочем, он бы и так сдался через пару минут.
Но его дружки уже спешили сюда.
Борясь с головокружением, я побрела в лес. Когда по тропе галопом проскакала следующая лошадь, я потянулась за остатками магии.
Кто-то зажал мне рот рукой. Я вцепилась в нее и замерла, почувствовав знакомый запах.
– Не двигайся, черт бы тебя побрал, – прошипел Лориан. – Оставайся здесь, или, клянусь всеми богами, ты об этом пожалеешь.
Он убрал руку, и мой рот сам собой приоткрылся от удивления. Я обернулась, но Кровожадный принц уже шагал вперед, размахивая мечом.
Он принял облик фейри, и от этого зрелища екнуло сердце. Тут же нахлынули воспоминания о том, что произошло у городских ворот. Однако сейчас Лориан казался еще выше и двигался быстрее, вот только рубашка промокла от крови, потому что…
Его спину пронзили три стрелы. Целых три! И все же он стоял на грязной тропинке, скрестив руки на груди, с мрачным выражением лица, как будто его раздражало это неудобство.
Железные гвардейцы подоспели с обеих сторон. Похоже, тропа здесь делала петлю.
Лориан лишь поднял бровь:
– Где же остальные?
Ближайший гвардеец указал на распростертое на земле тело:
– Мерзавка-смесок за это заплатит.
Я нахмурилась. Мерзавка-смесок намеревалась с ними покончить.
Я уже открыла рот, но Лориан, должно быть, как-то ощутил мое намерение, поскольку почти сразу, не привлекая внимания, бросил в сторону моего укрытия предупреждающий взгляд. Сейчас его темные волосы не загораживали лицо, зеленые глаза над бритвенно-острыми скулами почти сверкали.
Железные гвардейцы спрыгнули с коней. Лориан задумчиво наблюдал за ними. А потом нанес удар.
У меня перехватило дыхание.
Я ошиблась. Никогда еще мне по-настоящему не доводилось видеть, как сражается Лориан. Он двигался так, будто я специально для него остановила время, меч мелькал в воздухе с головокружительной скоростью. Первый гвардеец упал на колени, пронзенный мечом, и Лориан стряхнул его тело с лезвия. Второй расстался с головой даже прежде, чем успел заметить Лориана.
Третий все же успел взмахнуть клинком, но, когда принц фейри проткнул его насквозь, издал такой страшный вой, что мне захотелось зажать руками уши.
– Хватит с ними забавляться, – прошипела я.
Лориан бросил на меня быстрый взгляд. В его глазах плескалась стужа.
– Перед тем как убить тебя, они бы сотворили кое-что похуже.
Я потянулась к своей магии. Не обращая внимания на боль, ухватила нить силы. Из носа потекла кровь. Время остановилось. И Лориан тоже. Я шагнула на грязную тропинку и перерезала горло ближайшему ко мне мужчине. И уже оказалась рядом с тем, кто стоял перед Лорианом, когда бег времени возобновился. Но я успела вонзить нож в спину гвардейцу.
Уставившись диким взглядом, Лориан сжал мое запястье и потянул меня за собой. Гвардеец застонал.
– Глупый, безрассудный поступок! – прорычал Лориан.
– Сказала ходячая подушечка для булавок, которая вовсю обезглавливает людей.
– А если бы я тебя не заметил и махнул мечом? Я мог тебе башку снести!
Слова Лориана я пропустила мимо ушей – уже видела его молниеносную реакцию.
– Если ты намерен его допросить, то лучше поторопись.
– Мы с тобой еще не закончили.
Я лишь вздохнула и указала на мужчину, который уже рухнул на колени. Когда Лориан подошел ближе, гвардеец побледнел.
– Как ты узнал, где мы?
– Пошел ты.
Лориан взглянул на меня:
– Лучше отвернись, кошечка.
Я покачала головой. Если уж я соучастник расправы, то не стоит трусливо отводить глаза. Лориан стиснул челюсти, переключив внимание на гвардейца.
– Я могу убить тебя быстро. Или растянуть твои мучения.
– Не знаю. Я просто выполнял приказы, – выплюнул гвардеец, лицо которого стало уже пепельно-серым.
Он взглянул в мою сторону, словно прося о милосердии, и у меня перехватило дыхание.
– Не смотри на нее, – бросил Лориан. – На меня смотри.
Гвардеец и ухом не повел. Выражение его лица стало жестче.
– Ты будешь страдать, – заявил он мне. – У короля Сабиума на твой счет большие планы.
Внутри поднялась ярость. Лориан взмахнул мечом, и на этот раз я отвела взгляд.
– Нужно идти дальше, – бесцветным голосом проговорила я, когда все закончилось.
– Мы это еще обсудим, – мрачно пообещал Лориан. Конечно, он не имел в виду слова стражника. Просто все еще злился из-за моего вмешательства.
В конце концов, я ведь сумела его заморозить, даже несмотря на всю магию фейри.
Я уперла руки в бока:
– Где моя лошадь? Нужно убираться отсюда.
Меня по-настоящему начинали утомлять мужчины, которые ловят стрелы вместо меня.
Особенно когда они отказывались прислушиваться к здравому смыслу.
– Ты ведешь себя нелепо, – прошипела я.
Лориан кивнул на мазь из папоротника:
– Дай сюда.
– Я сама справлюсь, – огрызнулась я.
Он протянул руку.
Этот упрямый, неразумный мужчина так и не позволил мне вытащить стрелы из его тела. Под его пристальным взглядом я вскипятила воду и промыла свою рану на руке. Я молча стискивала зубы от боли, Лориан же выглядел так, словно я поворачивала нож в его собственных ранах. Его лицо было мрачнее тучи.
Тем временем от запаха его крови меня начинало тошнить.
– А если из-за своего упрямства ты истечешь кровью?
Холодно взглянув на меня, он взял мазь.
– Чтобы убить меня, потребуется нечто большее, чем несколько стрел.
– Что именно? – спросила я, против воли испытывая любопытство.
– Зная твой злобный нрав, я лучше умолчу об этом, кошечка. – Он изогнул губы. Неприятно признавать, но зрелище мне очень понравилось.
Действуя до боли нежно, Лориан нанес мазь мне на рану.
– Ничего подобного больше не делай, – заявил он, и на его скулах заходили желваки.
Я не слушала его, растворившись в запахе папоротника, и вспоминала, как в прошлый раз пользовалась этой мазью – когда только решила путешествовать с наемниками. В ту ночь Райтос настоял на том, чтобы приготовить еду для меня.
– Приска, – позвал Лориан.
Но я не шелохнулась.
– Повернись, – попросила я.
Он бросил на меня взгляд, который обещал, что этот разговор мы тоже продолжим, но все же повернулся ко мне спиной.
Я посмотрела на его заостренное ухо. Оно сильно отличалось от моего, однако мне отчего-то хотелось к нему прикоснуться.
Выбросив все дурацкие мысли из головы, я с помощью ножа разрезала его рубашку.
Лориан даже не застонал, когда я сломала древки стрел и протолкнула их ему в спину до самой груди. Дважды перед глазами начинали плясать темные точки, и мне приходилось опускать голову, пытаясь прийти в себя. Но Лориан лишь терпеливо ждал.
– Все будет хорошо, – в конце концов проговорил он, когда я подняла голову во второй раз. – Обещаю.
– Это следовало бы сказать мне, – пробормотала я, возвращаясь к работе.
И всеми силами стараясь не отвлекаться на эти рельефные мышцы и гладкую кожу.
Возможно, разговор нам поможет.
– Если ты не способен использовать магию, то как принял форму фейри?
– Это мой естественный облик. Магия нужна, чтобы накинуть человеческие чары. – Он бросил на меня взгляд через плечо. – Когда я по твоей милости слетел с лошади, то пережил худшие минуты в жизни. Я мог думать лишь о том, что ты одна, ранена и на время лишена магии.
Я подняла взгляд от раны, которую промывала:
– Лориан… – Но он уставился в пламя. И теперь уже во мне вскипел гнев: – Почему ты не перебил их всех, когда только заметил, что нас преследуют? Я видела, как ты расправлялся со стражниками у городских ворот. Зачем нужно было доводить до такого?
– Да, я силен, но не настолько, как тебе кажется. В тот миг, когда магия резко вернулась ко мне, просто произошел всплеск. К тому же одного нужно было взять живым.
И все же он сам прикончил гвардейца, отказавшись от пыток, чтобы вырвать из него информацию. Может, потому что я была рядом?
– Но ты мог убить хотя бы часть из них.
Он взглянул на меня, и на этот раз в его глазах зажегся хищный огонек:
– И ты бы приняла это, кошечка?
– Что ты имеешь в виду? – нахмурилась я.
– Ты едва начала вновь подпускать меня к себе. Прости, но мне не хочется, чтобы ты опять смотрела на меня как на чудовище.
– Ты о том, что случилось у ворот?
Лориан сжал пальцами мой подбородок. Он находился так близко, что я видела серебряные искорки в его глазах. Тело тут же инстинктивно потянулось к нему, в животе словно затрепетали бабочки.
– Обо всем. Что было бы, узнай ты, что я фейри, еще в замке, дикая кошечка? Тебя воспитывали в страхе и ненависти перед моим народом. И хотя все, чему вас учили, оказалось ложью, ты все еще цеплялась за остатки этих суеверий. И никогда не доверила бы мне смесков, попытавшись освободить их в одиночку. Но ты не справилась бы без моей помощи.
Внутри все скрутилось узлом.
– Потому что я искала твой гребаный амулет.
Лориан предостерегающе сжал пальцы:
– Если бы я не оказался тем самым существом, которое тебя всю жизнь учили ненавидеть, в ту ночь король убил бы всех нас, а твоих драгоценных смесков отправил бы на костер. И тебя вместе с ними. Так что да, я скрыл свой секрет ради своих людей. И потому что не хотел, чтобы всякий раз при взгляде на меня в твоих глазах появлялся ужас. Но я также промолчал ради тебя.
Я смотрела на него, обдумывая все, что Лориан только что сказал. И по всему выходило, что он прав. Себе-то я могла в этом признаться.
Наверное, Лориан решил, что я сейчас вновь отстранюсь от него, потому что выпустил мой подбородок и покачал головой.
– Я не дурак и понимаю, что по собственной воле ты бы никогда со мной не связалась. Но я интриговал тебя и привлекал вопреки твоему желанию. Вот только я никогда не буду безопасным вариантом, Приска. Я навсегда останусь монстром, готовым убить любого, кто попытается причинить тебе боль. Я не смогу измениться. Было ошибкой скрывать от тебя живущее во мне чудовище.
Грудь сдавило так, что я с трудом могла дышать.
– У городских стен…
– Я все еще могу быть мужчиной, с которым ты смеялась, – прорычал он. – Тем, кому ты позволяла прикасаться к себе, пробовать тебя на вкус. Но точно так же я способен превратиться в бойца, который будет жестоко убивать, если его спровоцировать. А для этого достаточно лишь увидеть, что тебе грозит опасность.
Этот разговор назревал давно, однако мне хотелось выбросить его слова из головы. Было слишком больно думать о том, кем мы с ним почти стали.
– Дело не только в том, что ты тогда своей магией перебил королевских стражников, Лориан. И не в твоих заостренных ушах или молниях. И даже не в том, что ты внезапно стал больше или засветился под действием силы. У меня почти не осталось магии. Я выжала себя досуха. С трудом с помощью Мадинии я добралась до стен столицы, и та поездка через город… она… – Горло перехватило, и я глубоко вздохнула. – Часть трущоб объял огонь. Люди дрались прямо на мостовых. Улицы, по которым мы ехали, раз за разом оказывались перекрыты. И все это время я понимала: что-то не так. Король не появился на балу, а значит, все, кого я любила, могли быть уже мертвы. Выехав за ворота, я и сама готовилась расстаться с жизнью. Но это не имело значения, лишь бы ты спас смесков. А потом я услышала твое прозвище.
– Кровожадный принц.
Глаза защипало, к горлу подступил ком, а по телу разлилась мучительная боль, проникая прямо в сердце.
– Я стала смотреть на тебя как на чудовище не потому, что ты расправился со стражниками, Лориан. Но я многое слышала о твоих деяниях. Прошу, скажи мне правду. Это ты уничтожил Кроуит? Ты убил моих родителей?
Легкие горели, но я продолжала задерживать дыхание, не в силах выдохнуть. И не сводила с него глаз. Не могла расстаться с надеждой, гасящей пылающий костер моей ярости, пламя которого я питала постоянно с того дня, как мы оставили позади городские ворота.
Лориан наклонился еще ближе, и меня окутал его запах. Тот самый, в котором я когда-то купалась, завернувшись в простыни с его кровати. Между нами повисло молчание, и от дикого блеска в его глазах по коже пробежал холодок.
– Сперва скажи мне, кошечка, что поверишь моим словам. И не решишь сразу, что я лгу.
Я не смогла выдавить ни звука. Лишь медленно выдохнула из легких воздух.
– Ты неделями лгал мне, Лориан.
– А если я скажу, что нет?
Я открыла рот, но ничего не сказала. Все слова застряли у меня в горле. Лицо Лориана стало безжизненным.
– Как и следовало ожидать, – заметил он.
Я отвела взгляд. Мне лгали всю жизнь. Вуэна с папой годами скрывали правду о моем происхождении и даже Тайбрис притворялся, что не знал, кто я, хотя на самом деле поддерживал мятежников. Ложь короля Эпроты убила тысячи жителей королевства. Мы с Асинией тоже лгали друг другу, притворяясь обычными людьми. Даже Демос и Телиан до последнего момента утаивали от меня тот факт, что я наследница трона смесков.
Во время совместного путешествия Лориан не скрывал от меня правду о мире и о том, как в нем все устроено. И даже никогда не приукрашивал истину в попытке пощадить мои чувства. И к тому времени, как я впустила его в свою постель, я начала ему доверять. И все же он тоже мне лгал.
Его ложь ранила больше всего.
Так как же я могла поверить ему сейчас, когда он признался, что не нападал на Кроуит?
Ведь лгали все. До единого.
Лориан поднялся на ноги. Его лицо постепенно застывало, превращаясь в безжизненную маску, пряча боль, которую наверняка причиняло ему каждое движение.
Я только сейчас осознала, насколько замкнуто он держался на корабле, вновь превратившись в бессердечного наемника, который без лишних раздумий при первой встрече бросил меня умирать.
Даже во время наших прошлых противостояний, когда нам поневоле приходилось сотрудничать, мы всегда отлично работали вместе. И сегодня, во время совместной попытки спастись от железных гвардейцев, прочный панцирь безразличия, в котором он вновь укрылся, пошел трещинами. Но сейчас Лориан снова залатал оболочку.
Трудно сказать, почему меня это вообще волновало.
Повернувшись, он направился к реке.
– Давай, – бросила я ему вслед, ощущая накатившее разочарование. – Уходи. Ничего другого от тебя не дождешься.
Плечи Лориана напряглись, он медленно повернул голову, и я сжала руки в кулаки.
– Продолжай в том же духе, и я потеряю контроль над собой. – Он полностью развернулся ко мне, скривив губы в жестокой ухмылке. – Но, может, ты этого и добиваешься? Хочешь, чтобы я овладел тобой в гневе, дикая кошечка? Заставил стонать мое имя, извиваться подо мной и ненавидеть меня за каждый миг доставленного наслаждения? Я пойду на это. Но не нужно надо мной насмехаться. Хочешь заняться любовью, замешанной на ненависти? Тебе придется умолять.
Я смотрела на него, вспыхнув до корней волос. Его взгляд вновь сделался холодным. Развернувшись, Лориан зашагал прочь, как будто его в этом мире уже ничто не волновало.
– Надеюсь, ты утонешь в этой реке, – крикнула я ему вслед.
В ответ из леса донесся его низкий, издевательский смех. И этот звук ласкал кожу, которая внезапно стала очень, очень чувствительной.
– Какие новости о Джамике? – спросила я, когда Пелисиан через потайную дверь вошел в мою комнату. Оставшихся фрейлин я отослала, а горничным велела меня не беспокоить. Они думали, что я скорбела по потерянным драгоценностям. Идиотки.
– Его снова перевезли, Ваше Величество.
Я подошла к окну и пустым взглядом уставилась вниз, на сады. И вновь словно бы увидела сына, когда он, в две зимы от роду, голышом шлепал по тропинке, каким-то образом сбежав от присматривавших за ним служанок.
С тех пор как Сабиум вложил мне в руки младенца и велел играть свою роль, я не прикасалась к мальчику.
Впрочем, в том, что королева не принимала участия в воспитании сына, не было ничего необычного. В глазах придворных я слыла холодной и безучастной, и меня это устраивало.
Я уже открыла рот, чтобы позвать служанок, но опоздала. Мальчик врезался мне в ноги и уцепился за юбки крошечными ручками.
– Мама, – пробормотал он, глядя на меня снизу вверх.
По телу прошла такая волна ярости, что, если бы я владела магией огня, мальчик уже обратился бы в пепел.
Мне не суждено было иметь собственных детей и слышать подобные слова из их уст. И оставалось лишь гнить в этом замке, послушно исполняя замыслы Сабиума.
На нас уставились придворные. Аристократка, муж которой пользовался благосклонностью короля, смотрела с улыбкой, и мне пришлось взять мальчика на руки. Его маленькое тельце казалось слишком легким, а на щеке, когда он улыбнулся, появилась ямочка.
Мальчик обхватил мое лицо теплой, липкой ладошкой.
– Мама, – снова повторил он.
– Нет, – прошептала я, едва шевеля губами.
Прибежала няня и тут же побледнела, увидев мой взгляд, когда я ей улыбнулась.
– Думаю, ему нужно вздремнуть, – весело проговорила я.
– Совершенно верно, – с удивлением в голосе подтвердила няня. Похоже, она поверила, что я в курсе расписания мальчика и понимаю, что требуется ребенку в таком возрасте.
Я же сказала просто наугад, однако горничная улыбалась мне, словно мы… подруги.
Она взглянула на мальчика, который хихикал и что-то лепетал.
– Вздремнуть. И больше никаких пробежек без одежды по замку, – рассмеялась она и крепко прижала малыша к себе.
Когда горничная повернулась ко мне спиной, мальчик важно помахал мне из-за ее плеча.
Все еще находясь под взглядами придворных, я помахала в ответ.
– Есть кое-что еще, – пробормотал Пелисиан, вырывая меня из воспоминаний.
По правде говоря, я и забыла, что он здесь.
– В чем дело?
– О короле ходят… тревожные слухи. Известно, что он лишился одного из амулетов. Самого могущественного. Эта потеря должна была бы надолго выбить почву у него из-под ног. Однако Сабиум тут же выбрался из комнаты по потайному туннелю, сел в карету и уехал из города.
В этом был весь мой муж. Всегда что-то планировал. Строил интриги. Просчитывал ходы на три шага вперед.
– Куда он поехал?
– В Лиришейд.
– Гранитный рудник?
– Да. Именно там он хранит второй амулет. И использует его магию для разведения странных смертоносных существ, которых намерен обратить против фейри.
– Как же он их разводит?
– Давным-давно, еще до того, как фейри и люди вступили в войну, предок Сабиума напал на поселение фейри и похитил оттуда детенышей чудовищных крылатых существ, которые оставили малышей и отправились на охоту, ничуть не ожидая опасности. Король спрятал этих детенышей и позволил нашим людям экспериментировать с ними. Те существа все еще живы, и с помощью амулета Сабиум может управлять ими. Не только придавать им дополнительных сил, но и полностью подчинять своей воле.
Ощутив острую боль, я осознала, что вновь взялась выкручивать себе руки. Старая привычка, от которой в детстве меня избавила няня с помощью трости.
Чтобы у фейри появилась хоть какая-то надежда выиграть войну, им нужно вернуть себе этот амулет прежде, чем Сабиум сумеет найти других существ и извратить их с помощью украденной магии.
Глубоко, прерывисто вздохнув, я заставила себя расправить плечи и уронить руки вдоль тела. Время пришло. Оставаться сторонним наблюдателем больше нельзя.
Пора действовать.