Зинаида Николаевна Гиппиус была признана одной из самых талантливых поэтесс Серебряного века, создательницей особого поэтического стиля, для которого характерны интеллектуализм, изысканность формы и своеобразная «метафизичность» содержания. Гиппиус была также блестящим литературным критиком, выступавшим под псевдонимом Антон Крайний, именно она одной из первых оценила талант А. Блока.

Зинаида родилась в городе Белеве в обрусевшей немецкой дворянской семье. Стихи начала писать с семи лет. В 1902 году в письме В. Брюсову она замечала: «В 1880 году, то есть когда мне было 11 лет, я уже писала стихи (причем очень верила во «вдохновение» и старалась писать сразу, не отрывая пера от бумаги)».

В 1888 году в Боржоми 18-летняя девушка познакомилась с 22-летним Дмитрием Мережковским, в те дни путешествовавшим по Кавказу. Ощутив необыкновенную духовную и интеллектуальную близость, молодые люди сразу решили пожениться. 8 января 1889 года в Тифлисе состоялась скромная церемония венчания, за которой последовало короткое свадебное путешествие. Вступая в брак, молодые люди заключили уникальное соглашение. Они договорились о нескольких принципах, которые многим их современникам казались странными или даже шокирующими. Во-первых, они решили не заводить детей. Во-вторых, они обязались никогда не ограничивать творческие и интеллектуальные устремления друг друга. И наконец, они организовали свой быт таким образом, чтобы каждый из них имел максимум личного пространства. Впрочем, такие отношения не были чем-то совершенно необычным в то время, ведь по такой же модели строился и брачный союз А. Блока с Л. Менделеевой. Она была его «прекрасной дамой», и оскорбить свой идеал физической близостью он не мог.

После свадебного путешествия молодые вернулись в Петербург. Союз с Мережковским «дал смысл и мощный стимул всей… исподволь совершавшейся внутренней деятельности» начинающей поэтессы. В начале 1890 года Гиппиус написала рассказ «Простая жизнь». Этот рассказ принял «Вестник Европы», опубликовав его под заголовком «Злосчастная»: так состоялся ее дебют в прозе. Затем последовали новые произведения: рассказы «В Москве» и «Два сердца» и романы «Без талисмана», «Победители», «Мелкие волны». Критики отмечали в ее творчестве «двойственность человека и самого бытия, ангельского и демонического начал, взгляд на жизнь как на отражение недосягаемого духа» в качестве основных тем и видели влияние Ф. Достоевского.

Ранняя проза Гиппиус была собрана в двух книгах: «Новые люди» (1896) и «Зеркала» (1898).

Почти 25 лет супруги проживали в четырёхкомнатной квартире на пятом этаже дома Мурузи, которая стала интеллектуальным центром Петербурга. Все посетители салона признавали авторитет Гиппиус и восхищались хозяйкой салона. Ее образ «поражал, притягивал, отталкивал и вновь притягивал» единомышленников: А. Блока, А. Белого, В.В. Розанова, В. Брюсова: «Высокая, стройная блондинка с длинными золотистыми волосами и изумрудными глазами русалки, в очень шедшем к ней голубом платье, она бросалась в глаза своей наружностью. Эту наружность несколько лет спустя я назвал бы боттичеллиевской…Весь Петербург её знал, благодаря этой внешности и благодаря частым её выступлениям на литературных вечерах, где она читала свои фривольные стихи с явной бравадой».

Несмотря на прочность союза Мережковских, в их жизни всегда было место и для «третьих лиц». В начале XX века этим третьим лицом в их семье стал молодой и привлекательный редактор журнала «Новый путь» Дмитрий Философов. Блестяще образованный, с тонким эстетическим вкусом, он привлек внимание обоих Мережковских своими интеллектуальными качествами. Зинаида Николаевна, которой на момент их знакомства было около 35 лет, испытала к молодому человеку сильное чувство, которое сама характеризовала как сложную смесь духовной и эмоциональной привязанности. Между тремя интеллектуалами возникла особая форма отношений, которую они называли «тройственным союзом», или «троебратством». Философов поселился в их доме, став частью их повседневной жизни, участвуя во всех творческих и интеллектуальных предприятиях супругов. Сами участники «троебратства» подчеркивали духовную, почти мистическую природу своих связей, создавая вокруг них ореол таинственности.

Между Мережковским и Гиппиус, объединенными интеллектуальной близостью, царило физическое отчуждение и даже холодность. Гиппиус признавалась в этом Философову в 1905 году: «Знаешь ли ты, или сможешь ли себе ясно представить, что такое холодный человек, холодный дух, холодная душа, холодное тело – всё холодное, всё существо сразу?.. Дмитрий таков есть, что не видит чужой души, он ею не интересуется… Он и своей душой не интересуется. Он – “один” без страдания, естественно, природно один, он и не понимает, что тут мука может быть». Неудивительно, что Зинаида искала теплоты и любви со стороны другого мужчины. Однако и Философов не смог полностью разделить ее чаяния и желания. «Философов тяготился возникшей ситуацией. Его мучила совесть, он чувствовал крайнюю неловкость перед Мережковским, к которому испытывал самое дружеское расположение и считал своим наставником» (Ю. Зобнин).

Революцию 1917 года члены «троебратства» встретили враждебно, они эмигрировали и оказались в Польше. Тогда Философов разорвал эту «мучительную связь», длившуюся около 10 лет: он остался в Польше, где стал одним из идеологов антибольшевистского движения, а Мережковские эмигрировали дальше, в Париж. А место Философова занял В. Злобин, который стал личным секретарем Гиппиус. В. Злобин обрисовывал семейную ситуацию четы Мережковских следующей метафорой: «Если представить себе Мережковского как некое высокое древо с уходящими за облака ветвями, то корни этого древа – она. И чем глубже в землю врастают корни, тем выше в небо простираются ветви. И вот некоторые из них уже как бы касаются рая. Но что она в аду – не подозревает никто».

Квартира Мережковских в Париже стала одним из центров культурной жизни русской эмиграции. Здесь проводились заседания литературного общества «Зеленая лампа», на которых обсуждались насущные проблемы русской литературы, философии, политики.

В эмиграции творчество обоих супругов приобрело еще более выраженную религиозно-философскую направленность. Мережковский создал масштабные исторические исследования, в которых развивал идеи о цикличности исторического процесса и наступлении «Третьего Завета» – новой эры в религиозном развитии человечества. Гиппиус, помимо поэзии и критики, работала над мемуарами, запечатлевшими атмосферу русской культурной жизни предреволюционной эпохи и первых десятилетий эмиграции.

Д.В. Философов, Д.С. Мережковский, З.Н. Гиппиус, В.А. Злобин. Конец 1919 – начало 1920 г.

Несмотря на интенсивную творческую деятельность и определенное признание в эмигрантских кругах, последние годы жизни Мережковских были отмечены нарастающим чувством отчуждения от окружающего мира и пессимизмом. Они тяжело переживали отрыв от России, утрату широкой читательской аудитории, а также идеологические разногласия с другими представителями эмиграции. Начало Второй мировой войны и немецкая оккупация Франции усугубили их положение, принеся материальные лишения и духовную изоляцию.

После кончины Дмитрия Сергеевича 7 декабря 1941 года в оккупированном нацистами Париже Зинаида Николаевна прожила еще почти четыре года. После смерти мужа Гиппиус утверждала, что ежедневно общается с покойным мужем, и эти утверждения не были просто проявлением горя или психологической защитой от одиночества. Для Гиппиус с ее глубоким убеждением в реальности духовного мира такое общение было вполне естественным продолжением их пятидесятидвухлетнего союза.

Умерла Зинаида Николаевна 9 сентября 1945 года, вскоре после окончания Второй мировой войны. До конца она сохранила ясность ума, остроту суждений и верность тем идеалам, которые определяли всю ее жизнь и творчество.

За несколько недель до своей смерти она, полупарализованная, на обложке антологии русской поэзии «Якорь» левой рукой, справа налево, так что прочесть написанное можно только в зеркале, нацарапала: