Николай Сергеевич Трубецкой – русский лингвист, философ, публицист, этнограф и историк. Наиболее известен своими исследованиями по фонологии, обобщёнными в итоговом труде «Основы фонологии», изданном посмертно на немецком языке в 1939 году. Один из крупнейших теоретиков структурализма. Заложил основы морфонологии. Один из основных идеологов евразийства.

Принадлежал к древнему дворянскому роду Трубецких, сын ректора Московского университета князя С.Н. Трубецкого. С тринадцати лет посещал заседания этнографического отдела Московского общества любителей естествознания, антропологии и этнографии при Московском университете. В пятнадцать лет опубликовал первую научную работу: «Финская песнь «Kulto neito» как переживание языческого обычая». В 1907 году начал сравнительно-исторические и типологические исследования грамматического строя северокавказских и чукотско-камчатских языков; материалы, собранные в ходе этой работы, в годы Гражданской войны погибли («пошли дымом») и были впоследствии восстановлены Трубецким в эмиграции по памяти.

В 1908 году окончил экстерном гимназию и поступил на историко-филологический факультет Московского университета. Затем перевёлся на отделение западноевропейских литератур и, наконец, на отделение сравнительного языкознания, где стал учеником Ф.Ф. Фортунатова. В 1912 году окончил первый выпуск отделения сравнительного языкознания и был оставлен при университете. Для подготовки к профессорскому званию направлен в научную командировку в Германию.

В 1913–1914 годах стажировался в Лейпцигском университете, где изучал младограмматическую школу. Вернувшись, сдал магистерские экзамены и стал преподавать в Московском университете в качестве приват-доцента. Революция 1917 года застала его во время научной поездки на Кавказ, и он остался в Кисловодске; в 1918 году преподавал в качестве доцента в Ростовском университете.

В 1920 году эмигрировал в Болгарию; преподавал в Софийском университете; издал сочинение «Европа и человечество», в котором близко подошёл к выработке евразийской идеологии. Обсуждение этой книги в софийском семинаре, в котором участвовали П.П. Сувчинский, Г.В. Флоровский, П.Н. Савицкий, привело к рождению евразийской идеологии, о чём было заявлено в сборнике «Исход к Востоку» (София, 1921).

Н.С. Трубецкой

В 1923 году переехал в Вену, преподавал в Венском университете. В 1920–1930-х годах – активный участник евразийского движения, один из его теоретиков и политических лидеров. До 1929 года участвовал во всех программных евразийских сборниках («Исход к Востоку» (1921), «На путях» (1922), «Россия и латинство» (1923), «Евразийский временник. Книга 1» (1923), «Евразийский временник. Книга 2» (1925), «Евразийский временник. Книга 3» (1927), в периодических изданиях евразийцев (журнал «Евразийские хроники», газета «Евразия»). Соавтор коллективных евразийских манифестов («Евразийство (опыт систематического изложения)» (1926), «Евразийство (формулировка 1927 года)»). Как идеолог евразийства разрабатывал концепции многополярного мира, славяно-туранских культурных взаимодействий, монгольского влияния на русскую политическую историю и культуру и др.

Философское эссе князя «Об украинстве», опубликованное в сборнике «Евразийский современник» в Париже в 1927 году, стало удивительным и полноценным предсказанием. Трубецкой сделал потрясающий прогноз по украинской культуре без русских корней:

«Представим теперь, что должно произойти, если всю эту общерусскую культуру на территории Украины заменить новосозданной специально украинской культурой, не имеющей ничего общего с прежней общерусской…

Они сделаются главными адептами и руководителями этой новой культуры и наложат на нее свою печать – печать мелкого провинциального тщеславия, торжествующей посредственности, трафаретности, мракобесия и, сверх того, дух постоянной подозрительности, вечного страха перед конкуренцией.

Эти же люди, конечно, постараются всячески стеснить или вовсе упразднить самую возможность свободного выбора между общерусской и самостоятельно украинской культурой: постараются запретить украинцам знание русского литературного языка, чтение русских книг, знакомство с русской культурой. Но и этого окажется недостаточно: придется еще внушить всему населению Украины острую и пламенную ненависть ко всему русскому и постоянно поддерживать эту ненависть всеми средствами школы, печати, литературы, искусства, хотя бы ценой лжи, клеветы, отказа от собственного исторического прошлого и попрания собственных национальных святынь. Ибо если украинцы не будут ненавидеть все русское, то всегда останется возможность оптирования в пользу общерусской культуры…

Политиканам же нужно будет главным образом одно – как можно скорей создать свою украинскую культуру, все равно какую, только чтобы не была похожа на русскую. Это неминуемо поведет к лихорадочной подражательной работе: чем создавать заново, не проще ли взять готовое из-за границы (только бы не из России!), наскоро придумав для импортированных таким образом культурных ценностей украинские названия! И в результате созданная при таких условиях «украинская культура» не будет органическим выражением индивидуальной природы украинской национальной личности и мало чем будет отличаться от тех «культур», которые наспех создаются разными «молодыми народами» – статистами Лиги Наций… Словом, это будет жалкий суррогат – не культура, а карикатура».

Какая удивительная прозорливость великого русского ученого! В XXI веке всё случилось как раз по написанному им.

В 1929 году в знак протеста против просоветской и прокоммунистической направленности газеты «Евразия» Трубецкой вышел из состава руководящих органов евразийского движения. Однако продолжал поддерживать личные контакты с П.Н. Савицким, участвовал в работе теоретических евразийских семинаров и в 1930-х годах начал печататься в евразийских изданиях (журнал «Евразийские тетради» и др.).

Параллельно в 1920–1930-х годах преподавал в Венском университете славянские языки и литературу, занимался научной деятельностью. В конце 1920-х – начале 1930-х разработал фонологическую теорию. Был одним из участников и идейных лидеров Пражского лингвистического кружка, одним из создателей школы славянского структурализма в лингвистике. В своих лекциях по истории русской литературы высказывал революционные идеи о необходимости «открытия» древнерусской литературы (наподобие открытия русской иконы), о применении формального метода к произведениям древней и средневековой литературы (в частности, к «Хожению за три моря» Афанасия Никитина), о метрике русских былин.

Был непримиримым противником коммунизма, воцерковленным православным христианином. Выполнял обязанности старосты русской Никольской церкви в юрисдикции митрополита Евлогия (Георгиевского).

В 1930-х годах выступал в печати против национал-социализма, видя в нём своеобразный «биологический материализм», столь же несовместимый с православным мировоззрением, как и марксистский «исторический материализм». В ответ на попытки бывшего евразийца А.В. Меллера-Закомельского, жившего в Германии, сблизить позиции правого евразийства и русского национал-социализма Трубецкой выступил с теоретической антинацистской статьёй «О расизме». Критиковал «арийскую теорию в лингвистике», доказывая, что индоевропейского праязыка не существовало, а сходства языков индоевропейской семьи можно объяснить их влияниями друг на друга в ходе исторического развития. Эти идеи, высказанные им в статье «Мысли об индоевропейской проблеме», стали причиной доноса в гестапо со стороны этого пронацистски настроенного австрийского лингвиста.

В 1938 году после присоединения Австрии к Германии подвергся притеснениям со стороны гестапо, вызывался на допрос, был арестован на трое суток, в его квартире был произведён обыск. От концлагеря его спас только титул князя. Однако значительная часть его научных рукописей была конфискована во время обыска и впоследствии утрачена.

Не перенеся этой потери, в 1938 году Николай Трубецкой скончался от сердечного приступа в больнице. Похоронен на Центральном кладбище.