День 32

Часть четырнадцатая

Русь. Первые, неуверенные, но непрекращающиеся шаги по освоению её огромных просторов продолжаются. Рассказывает обо всем случившемся в этот день сам Ярослав.

— Находка. Шикардосная — спасу нет. Но не такой, как нам в самом начале достался, — и только тут понимаю, что разговаривает чел из вчерашних новичков, — а огромадина, раза в два, как минимум, больше. Да и мишка — охранник этого царства не маленький был. Вот только что лежащего шагами промерили — три метра было у зверя, от лап и до макушки.

— А завалили его как?

— Очень тяжело достался. Очень. Если бы у нас всех были не магазинки десятизарядные, то скорее всего вся тройка пополнила его коллекцию черепов. Которые мы нашли почти у самого края поляны, в овражке на опушке.

— Тогда сразу три вопроса, — помня рассказ Оксаны, что при нахождении подобного кладбища и ликвидации охранявшего это место чудища, вместо людей, ранее там погибших, приходят новые. Названные ею очень просто — заместителями, — сколько там их лежит? Хоть примерно? Это раз. И сами что будете теперь делать — осматривать трофей? Или пойдете дальше? Второе. И третье — это скорее всего самое главное, сколько к этому месту топать?

— Отвечаю точно также — по-очереди. Примерно — штук двадцать. Но может быть и больше — тут все так костьми завалено… Еще не решили — и пройтись дальше охота, и на содержимое глянуть аж свербит. Ответ на последний вопрос — по шагометру смарта чуть больше шести с половиной километров от того места, где все разошлись. Мы, как ты и сказал при расставании, прошли это расстояние, и только повернув на запад, как буквально через пару сотен метров обнаружили вот это. А что? — в самом конце объяснения последовал еврейская фраза — ответ вопросом на вопрос.

— Тут такая проблемка вырисовывается, очень уж интересная, — и пересказал мысли и советы Ксюши, — судя по прошлым случаям, связанным с жертвами зверя, новые люди обязательно придут, но только через сутки, завтра утром.

— Я понял. Значит, нам нужно обязательно их тут встретить, и сразу дать правильное направление мыслям и чаяниям. Так? И до утра у нас есть почти сутки свободного времени. Возвращаться в крепость обязательно?

— Вот тут я не подсказчик — так как лично самому в подобные передряги встревать не приходилось.

— А если первые… или вообще все… появятся — проявятся тут чуть ли не с рассветом? А встречающих в это время не будет? Так не пойдет — риск не оправдает тех выгод, что мы трое будем есть и спать в привычном месте. Тогда мы сделаем так — пройдемся по этому маршруту примерно до полудня, и если не найдем ничего полезного, просто вернемся назад. Ну а вдруг если нам повезет вторично… то будем действовать по ситуации. Но сюда в любом случае к вечеру вернемся.

— Примерно тоже и я хотел предложить.

— Во как хорошо. Мысли начальника даже с расстояния читаю. А у вас там как?

Ничего не скрывая, быстро рассказал о всем том, что у нас произошло, при этом добавив, что четверка, оставшаяся у Безымянного, потенциально опасная. И для оставшихся там охранников, и даже для наших поисковиков. Именно тем, что они могут чисто из-за угла, как говорится, закидать парней, ничего не подозревающих, камнями. В голову. И не только вывести тех из строя, но и отобрав стволы, вооружится самим, став одним этим реально опасными.

— Мы поняли. И будем их иметь ввиду. Но они ведь невдалеке от первого ряда? А мы идем вдоль воображаемой линии расположения третьей? Но и правда — что там бешенной собаке три лаптя по карте…

— Спасибо за предупреждение, правда оно чуть запоздало, — внезапно в наш разговор вклинился кто-то еще, но он и сразу назвал себя, — это двойка. Мы с ними столкнулись больше полутора часов назад, и именно в ситуации, описанной только что нулевкой.

— А ты откуда тут взялся?

— Но вы ведь на общем канале связи языки чухаете. А нужно, как я смог понять эту рацию, переходить на отдельный, определенный именно для того абонента.

— Ты что? Радист?

— Нет конечно. Просто я читать могу нормально на английском, а в чехле с каждой радиостанцией лежит небольшая книжечка — мануал по работе с ней и на ней. Вот и все.

— Нда! Век живи — век учись.

— Но все равно дураком помрешь, — ответили почти в унисон два голоса с той стороны канала.

— И в смысле — мною описанная ситуация? Что в ней такого особенного?

— Это сейчас мы понимаем, что произошло. А тогда… Отшагав от нашей общей развилки три с половиной километра, свернули на запад, как и третья группа. И уже метров через полста чуть не свалились в овраг, промытый ручьем. Отметив это место связанными в пучек ветками куста, пошли искать, где же переправится на другой берег. И буквально через пятьсот — шестьсот метров дальше напоролись на родник, где тот поточек и брал свое начало.

Вернувшись назад, определились по компасу, и буквально метров через полтораста резко выскочили на полянку, в центре которой был склад. Практически такой же, как и у нас в Приморском. И хорошо, что не сунулись туда с разгона. Первое опасение, что тут не все ладно, возникло из-за того, что в такое утро никто не возился у очага, готовя всем завтрак. Потом заметили, что и очага того тоже нет. Чуть разойдясь в стороны, метров на десять, и приготовив оружие, мелкими шагами пошли вперед. И в какой-то момент, мы и не поняли, откуда, выскочил зверь. Это чуть позже мы все рассмотрели — что это был обычный сибирский мишка, ну может чуть крупнее знакомых, да злее.

Сообразив, что он нас не приветствовать будет, а убивать, сразу начали стрелять. Отошедшие в стороны, как они сами потом признались, били в ноги, а я вначале в голову, а как только тот зашелся в реве, и открыл пасть, то старался попадать туда. Кто из нас его пристрелил, не знаю. Мои спутники все сворачивают на одного меня. Ну в сам — просто ничего не помню. Завалив его, и только начали приходить в себя от горячки схватки, как с опушки нам в спину и голову полетели камни. Каждому досталось кому по два, а кому и по три попадания — в основном в спину, но и в голову немного прилетело.

Разбежавшись в стороны, и определившись, кто это там хренью мается, догнали, отмудохали, в основном ногами, и связали. И тут на звуки выстрелов, как они сами сказали, прибежало два парня. Представившись охраной только вчера найденного склада с людьми, выслушали наш рассказ, потом мы все вместе обошли поляну по периметру, и неожиданно найдя могильник, охренели, и сбежали оттуда. Дальше заниматься там они ничем не стали, сославшись на свою службу. Но пленных забрали, сказав — что отдадут на нашем обратном пути.

Ну а мы, посовещавшись, решили там пока ничего не трогать, а пройтись немного дальше.

— Не считали, сколько там тех останков?

— Да хрен его знает. Ну не один — два, а несколько десятков.

— И ты слышал мой разговор с тройкой?

— Конечно.

— Тогда ты уже знаешь свой план работ на завтра?

— Сделаем все, сделаем. Не переживай, Глава, со всем справимся.

— А дальше что вы делали?

— Вот, решились пройти дальше по азимуту. И напоролись еще на один склад…

— А в нем?

— А в нем люди живут. Наши, обычные русские люди. Молодые и постарше. Мужчины и женщины. И у них даже дети есть. Немного совсем, малышей трое, от трех и до восьми лет, и пара подростков — парень и девчонка. Ей всего четырнадцать, а ему уже пятнадцать.

— Откуда они? И что вы с ними решили?

— Все — Воронежские. Но по той жизни, как и мы сами, никто и никого не знал. Мужчин полтора десятка, а женщин всего девять человек. Тут и военные, и рабочие, и и ученые, и преподаватели. Есть повар, есть кондитер, официантка из кафе. Пара водителей, катерники с их водохранилища. Общий возраст — от восемнадцати и до восьмидесяти шести. Дедулька тут таких лет. Энерджайзер в возрасте. А что с ними делать? Как и было всем сказано — уговаривать найденных на присоединение к большому сообществу и переезд туда, где живет основная его масса. Согласились все — так как не сельские они, и даже не из частного сектора, а квартирные. Так что они собирают свое принесенное сюда и той жизни, и накопленное уже тут. Скоро двинут к крепости, мы их проведем, и будем обследовать найденный ранее склад.

— А у этих Воронежцев, или как их называть попроще, что было интересное найдено в домике?

— Стройматериалы, в основном дерево — доска, брус. Разный крепеж для него. Станки для обработки, немного — но есть. Ручной и электроинструмент. Генератор с топливом. Огородный инструмент. Они их этого материала построили себе два жилых домика и кухню — столовую на природе под крышей. Душевые, ну и все остальное, необходимое для нормальной жизни.

— Не упирались?

— Что ты. Нет конечно. И о переезде с вхождением не мы им предложили, а они сами нам. Так что тут все тип — топ. А вы сами когда назад собираетесь?

— Мы тут застряли у Томских. Хочу к белорусам сходить, и ещё проверить следующие места, где могут обосноваться жертвы этого эксперимента…

В итоге — ко времени приемки новеньких и заказа с обедом я со своей группой нашел и привел моно-кластер саратовцев, этих белорусов из Мозыря, и распоясавшихся отрицалов из Безымянного, которые сразу пошли в подземелья центральной башни, но раздельно. Девочки в одну сторону, а мальчики во вторую, заполнив уже три камеры — считая с Томскими бродягами. Во временно отказавшихся были приднестровские селяне — фермерские рабочие, все или родом, или жили на земле около их города Слободзея. Там у них жесткой вертикали власти не сложилось, и многое они решают путем споров и голосования. Но я им сразу заявил:

— Никаких демонстраций у нас не было. Нет. И не будет. Или вы всегда выполняете общие требования, или живите сами как хотите.

— А если эти требования не правильные?

— Если это связано с проблемами в производстве, или в обработке земли, деревьев, живностью, то есть в том, где я пока не разбираюсь — то советы не просто принимаются, а обязательны. Так как из-за моей некомпетентности страдать будут все.

— Ну а со всем остальным мы и так почти согласны…

К тому времени, когда я вернулся в крепость со своим пополнением, туда совсем недавно пришла и группа с севера, приведя очередных найденышей, обнаруженных в первой линии. На этот раз все они были Брянскими, из самого города. Но большая их часть — служивые, и срочники и контрактники. А во второй — снова напоролись на могильник у склада, и грохнув его охранника, остались на месте, ожидать новых людей. И они не сами об этом догадались — среди них был парень с Независимости, которому уже приходилось о таком слышать.

В общем, чисто живыми людьми, мы сегодня приросли на сто восемь человек. И это только те, кого мы нашли на земле. И вот тут пришли морские, привезя с собой очередной моно-анклав…

— И как ваши успехи сегодня? — таким был мой вопрос старшему рейда, как только тот пришел на доклад.

— Можно смело сказать, что первая половина дня прошла удачно. Но тянуть кота за хвоста не буду — быстро отчитаюсь, и снова назад. Мы перевезли только одну группу, а еще две ожидают автобус, собирая свое имущество. Я смогу в этот раз взять те две шлюпки, что вытащены на берег?

— Ну на них ведь нет ни мачт, ни парусов со всей оснасткой?

— Возьмем на буксир и туда и назад. Так как идем по уже разведанному маршруту, то к темноте гарантированно будем тут. К тому же, у тех, кого мы только что привезли, у белгородцев, в качестве бонуса за объединение было выдано два подвесных мотора с топливом. Так что туда дополнительный транспорт пойдет на буксире, а назад своим ходом, уже сам волоча за собой надувнушки местных с их скарбом. И можно не напоминать — маркеры — таблички, что обозначенная ими территория принадлежит Руси и находится под её контролем, мы выставили на всех обследованных клочках суши. Этот урок я вызубрил еще там, на Независимости.

— Уговорил. Экипажи к ним нужны?

— Зачем? Рулевыми туда сядут наши впередсмотрящие, а назад они же вернуться под моторами. Тем более два человека у меня имеют опыт работы с ними.

Его рейд увеличил нас на уже привычный моно-кластер бывших жителей славного города Белгород, в котором и соотношение мужчин и женщин было равным, и сельские с городскими поделились пополам. Общий из возраст был от восемнадцати и до сорока лет. А повторно он пошел за девичьей командой из Иваново, и мужской, точнее молодежной — из курсантов, моряков и морпехов с солдатами из Севастополя. Но заранее предупредив меня, что привезут самый минимум из вещей, но зато заберут все полностью оружие и боеприпасы…

То есть — нас на этот момент уже стало много. Очень много. Считая вчерашних, а их было не восемьдесят четыре, как я вчера сказал Оксане, а сто восемь. Откуда выползла такая огромная ошибка? Но ведь урки Томской группы мною не были посчитаны. И уже перед сном, перебирая мысли в голове, я это вспомнил точно. И сегодня расширенная поисковая сеть принесла немало новеньких, и это ещё сказано очень мягко. Только моя часть группы привела шесть десятков — это саратовцы, свеженайденные. Потом те белорусы из Мозыря, где почти поровну поделился состав на работников их же НПЗ, студентов и преподавателей местного института, и небольшого количества рабочих нескольких заводов. Это сорок восемь человек. Потом ястребы соседской страны, дюжина их.

Моно-анклав со второй линии — из самого Воронежа. Он же, но Брянский, найденный третьей группой. И вот эта находка в море, на островах — людей из Белгорода.

Сижу, в терминальной комнате, выбранной по совету Ксюши — в три с половиной метра шириной и двенадцать длиной, единственной такой на первом этаже крепости. Но только пока не понимаю, зачем такой огромной, И ожидаю часа Ч, то-есть начала приемки новичков и заказа, и охреневаю тихонько про себя… Ведь только сегодня найдено и переселено в крепость сто тридцать два человека. А это значит только одно — мы получим, как Оксана и говорила, и тот мифический Сателлит комплекс N2, и виртуальный НПЗ, и многое, многое, многое другое…

В итоге так оно и оказалось. Все, о чем мне думалось, то устроители этого эксперимента и дали. За расширение этносостава — наверняка это было за белорусов, дополнительный разрешенный вес в одну тонну. Найдя в заказе бензиновую ленточную пилораму Тайга-2Б, взял её центральный модуль, и два комплекта рельсового пути — показалось, что шести метров в распиловке нам будет мало. И полностью все то, что к ней прилагается дополнительно.

За набор трехкратного увеличения состава прилетело:

Очередное, третье кратное увеличение сообщества. Бонус от устроителей эксперимента Сателлит-комплекс N2.

За набор следующего, уже четвертого, было неизвестное:

Следующее кратное увеличение сообщества. Бонус от устроителей. На выбор устроителей. В вес разрешенной поставки не входит.

Не протестуя подарочной халяве, соглашаюсь без разговоров.

Но как только принял последних на сегодня, то тут уж прилетело совсем другое:

Очередное, пятое кратное увеличение сообщества. Оно достигло своего минимального общего развития в двести сорок человек. Особый бонус от устроителей эксперимента.

Сразу, вслед за ним:

За увеличение подконтрольной территории. Бонус от устроителей эксперимента на выбор оператора. В вес разрешенной поставки не входит.

Винтовка АВС-40 — 12 штук. Шесть ящиков патронов.

Винтовка СКС — 12 штук. Четыре ящика патронов.

Карабин Мосина Колчак — 24 штуки. Двенадцать ящиков патронов.

Ну тут я пошел не по пути лучшего, а большего, и выбрал последнюю позицию — две дюжины по любому лучше одной.

И дальше было уже описанное мною:

За увеличение этносостава. Бонус от устроителей эксперимента — тысяча килограмм поставки на усмотрение оператора. В вес основной поставки не входит.

Введя заранее написанный мною с Викой список необходимого, только скорректировав его относительно разрешенных килограмм, взял на всех по маленькому кусочку мыла и полотенцу… и хватит. Пока хватит. А на все остальное — только продукты. Такую толпу ведь прокормить еще нужно.

Введя в самом конце согласие:

Enter.

Вышел и прикрыл за собой дверь. И через некоторое, очень малое время, изнутри раздался негромкий шум, и одновременно чей-то крик снаружи:

— Ох и нихрена себе.

И практически одновременно с ним вызов от наблюдателя, что со вчерашнего утра посменно сидит в комнатке на самом верху донжона, отведенную пока временно под радиорубку и наблюдательный пункт:

— Глава, невдалеке от южной тропы, по ту сторону моста, внезапно появились какие-то механизмы, здания… и вроде бы огромные цистерны… или баки. Не знаю, как это назвать…

Выслушав эту новость, в первую очередь вызвал Меркурий и Вику:

— Привет. Мне тут бонус дали — халявный вес в поставку. Так я заказал ленточную пилораму для Порта. Приди, забери её туда — она Зотову нужнее будет…

Как я думал, так и оказалось. Домики с усадьбами Сателлит комплекса поставили чуть дальше площади перед воротами, метров на сто, вдоль тропы на юг. И их было столько же, как говорила Ксю, то — есть шесть штук двух типов. За ними, больше чем в километре, теперь высятся два насоса — качалки НПЗ и его производственные помещения. За четвертое увеличение состава дали, как и вчера, наборы кроватей и постельного белья. Но в намного большем количестве, даже очень — триста комплектов. Как намек на то, что прибавка в людях будет обязательно.

Под оружие у меня уже было приготовлено небольшое помещение, куда помощники и перенесли все полученное. Следом за ним сразу в кухонный склад убрали все продукты — там уже распоряжались вместе с нашей Минзилей повар, кондитер и официантка из свежего пополнения. Заодно они сами сделали опрос прибывших, найдя среди них себе помощниц, тем самым как бы показывая мне — что работа руководителя налажена просто отвратительно.

И я сам с этим был полностью согласен — но сделать ничего не мог. Это наша Оксана, и все остальные Главы, кто строил свои сообщества с первых попавших сюда людей, давным давно обзавелись и заместителями, и начальниками разных служб, и набрались хоть какого, но опыта. А мне все это приходится узнавать, учится ему, искать специалистов в штаб — не сейчас, и не сегодня, а еще позавчера. Настолько все тут запущено. Но нихрена — не сдамся на волю случая, все решу, со всем справлюсь, и научусь. Тем более, со следующим рейсом Меркурия придет Ирга. Хоть она и служила с противной стороны, но по словам Оксаны, реалии этого Мира уже осознала, практически полностью. Так что служба безопасности уже будет… ну и на её крепкие плечи можно будет еще что-то возложить. Но что самое главное, и я на это очень сильно надеюсь, именно она, со своим особым чутьем поможет подобрать и заместителей, ну и в создании штаба окажет посильную помощь. Так что — остается только ночь пережить, да день простоять…

Сюда бы, на мое место, какого председателя колхоза, или директора малого предприятия, не обросшего сильно секретутками за замами. А еще лучше, главу, или мэра, по современному говоря, поселочка, душ на двести — триста… Вот он был тут явно на своем месте. Но не повезло мне — повесил сам себе на шею такой огромный груз ответственности, не имея ни опыта соответствующего, ни тем более знаний…

Так как у воронежцев в складе уже была и доска, и брус и нужным для всего этого инструментом, и даже полиэтилена остался солидный кусок от их заказа, то я сэкономил. И теперь туда ушли люди за всем нужным для того, чтобы закрыть оконные проемы… Хотя в то время никто из нас и не спешил так чтобы сильно, но за материалами отправилось почти два десятка человек — никому не нравилось жить на сквозняках, хоть и в настолько теплом, как тут, климате. Так что эти работы, мужчины, которых собралось в крепости уже порядочно, закончили ударными темпами.

А как все мы радовались, когда в сумерках началась непогода — словами это было не передать. Снаружи ветер, рывками вплоть до ураганного, дождь — а внутри сухо и относительно тепло. И даже морские поисковики вернулись вовремя — еще когда солнце не успело спрятаться за далекий горизонт, привезя с собой целую толпу ошарашенных всем увиденным по пути, и уже тут, новых переселенцев…