Остров Крит и его новые соседи.

Эпизод шестой.

- Вот глупая! Наша Глава последнее время у соседей часто всякой помощи запрашивает. То боевой катер с командой выпросила, то механизированную мастерскую там припахала на полдня. И ни на грамм этим не смущается. Да и сам Стас, что у соседей командует, не позволяет ей это делать, говоря что помогать своим соседям, а, тем более, русским, это - святое дело.

- Ладно. Обо всем этом мы с тобой поговорим только тогда, когда придет отец. Всё равно ему осталось уже совсем немного, и по времени и по расстоянию.

- Мне интересен ещё только один вопрос – ты мельком упоминала, что твоя мать носит твои же камуфляжные костюмы, только нелюбимой расцветки. Как это? Ведь ты сама довольно стройных кондиций. Неужели и она такая с виду?

- О! Сразу чувствуется мужик. Видно, что наши внешние параметры его заинтересовали.

- Ну а всё-таки? Может развеешь тайну?

- Да прав ты, прав. Несмотря на роды, которых у неё было четверо – она как была худенькая и фигуристая с самой молодости, такой и осталась. Отличие у нас только одно, и то в одежде незаметное – грудь у меня троечка, а у неё четвёрка. Ну и морщинок на лице, а особенно вокруг глаз, немного больше. Вот и все. И, если есть, такое очень большое желание лично познакомится и посмотреть на маму – ну это когда вдруг придем к обоюдовыгодному соглашению, то приглашу тебя, или же вас всех, к нам в гости.

- Принимается. А как это – четверо родов? Я думал – ты одна у них?

- Ага! Счасс! У родителей видно каждые два года регулярно «ломался телевизор», потому что у всех их детей разница практически в два года. Моему старшему брату двадцать шесть, а младшему двадцать два. А вот сестре только двадцать. Хотя она сама любит насчет этого говорить – что ей уже двадцатник. Вот так!

- Здорово. Герои они у тебя. В такие сложные годы, как девяностые, решится на такое.

- Да, по их словам, родители из деревни много лет очень хорошо помогали всеми видами продуктов, что у них были – и мы никогда не голодали. Может быть и был в семье дефицит, но только тропических фруктов, и все.

- Согласен-согласен. И я застал этот период, мелким.

- Так я продолжаю? Можно? Я так и поняла.

До полудня, то есть времени заказа, мы все втроем в сопровождении щенков – так как кошки благоразумно остались дома, опять обследовали ближайшую территорию. Правда, перед этим я достала из рюкзака – тебе же так не нравится мое его наименование заспинник, рации и базу к ним. Её мы с отцом закрепили под самой крышей над входом, подняв мачту антенны на полную высоту – обеспечив этим устойчивую связь километров на пять-семь. И снова нашли много интересного и полезного – и из растущего в земле, и из бегающего по ней. То есть – и деревья с кустарниками, и животные с птицами. И вот именно пернатых было больше всего. А, так как первые их представители были уже нами опробованы, и вполне успешно признанными съедобными. То и новые представители их племени тоже в свое время пополнили наш рацион. Снова напоролись на несколько родничков – они были от крохотных размерами. Только что видно было озерцо воды с чуточку бурлящими на его дне песчинками. До крупной, метров трех диаметром полностью прозрачной до самого дня водной линзы, и ручья, берущего из него свое начало.

И, так как это чудо нашла именно я, то и пошла дальше по его течению – и, вскорости, обнаружила одну очень интересную картину. Родников в той местности было порядочно – и встречались они каждые пятьдесят-сто метров друг от друга. Но не это самое интересное, а то, что ручейки, вытекающие из них, все собирались в один, пополняя его своими водами. И бежал он не к морю, а вглубь острова – а куда, в этот день мы так и не узнали. Но я чуть перескочу воспоминания – немного позже мы, всё же, нашли, куда бежала эта речечка. Почти в самом центре острова, километрах в двух от холма, в очень уютном зеленом углублении расположилось шикарное пресное озеро, в котором даже жили утки и водилась обычная, пресноводная, а не морская рыба.

Вернувшись ко времени Ч к домику, попили на скорую руку разогретого чайка из местных листочков, что вполне успешно надёргали по пути родители, и выдвинулись к пляжу. Ведь, как я понимала, пришла пора создавать ту социальную группу, о которой говорилось практически в самом конце текста стартовых условий Эксперимента. Вчера, когда оформляли с отцом свои заказы, сами как-то чисто случайно пропустили этот факт – а грёбаные Экспериментаторы не соизволили о нём предупредить. Или мы так зачитались складским прайсом, что просто не обратили на это внимания. Ни сама не помнила этого, ни папа – я его ещё вечером стала об этом пытать, когда в очередной раз прочла бумажный текст. Ну а сегодня, тем более нас уже трое, решили, что этим делом займёмся по любому – по крайней мере, попробуем.

И вот, идет отсчет последних секунд, и на экране выскакивает… совсем не то, что мы ожидали. По крайней мере я – этого явно не ждала:

В случае формирования социальных групп, ширина канала увеличивается пропорционально численности группы.

Но раз они этот вопрос подняли сами, то и реагировать на него нужно соответственно – что я и начала делать:

- Ма, па – вам текст-предложение пришел?

- И тебе тоже? В унисон ответили оба.

- Да. Наша реакция? – говорю рубленными фразами и быстро, не забывая о том, что всего на заказ дается только сорок минут. И очень хорошо, что мы каждый для себя, но составили неплохой список самого необходимого, что нужно взять на складе Устроителей.

- Ну, думаем, хуже, чем есть сейчас, при этом варианте развития событий, уже не будет, - ответил батя, - так что я только за. Согласен на создание социальной группы. Надеюсь, и очень сильно – что необходимая для этого действия фраза произнесена правильно.

- Да фиг его знает, честно говоря, - ответила ему на это мама, но все равно слово в слово эту же фразу произнесена сама.

- Эх! Была не была! – решила вслед за ней я, и сказала свое веское слово. И в ответ на это вероятнее всего всем троим на экране коммов выскочило:

Социальная группа создана. Выберете оператора группы и объедините свои терминалы поставки. Приложите ладонь выбранного оператора с общей панели терминала поставки.

Но, прочтя это, мы одновременно подняли взгляд друг на друга, и я с папой практически беззвучно произнесли свое - нет. Почему я так решила? У него губы шевелились в произношении слова из трех букв – а так как один из дальних родственников в деревне после травмы во время службы оглох, вот мы и были вынуждены хоть частично выучить язык жестов и мимики лица. А мама тактично промолчала. И все быстро-быстро перенесли свои плиты в одно место, уложив как можно ближе – и они с явно слышимым щелчком соединились. Мама приложила ладонь… Только это произошло, как комм опять выдал:

Оператор выбран. Время заказа – и побежала временная строка: 39, 59. 39, 58. 39, 57.

И все облегченно вздохнули. Я и отец – потому что никто из нас с ним не хотел заниматься этой волокитой. А, как чуть позже оказалось, ма просто-напросто хотела спокойствия и отдыха, резонно решив в душе – что ей вполне хватит привычных обязанностей повара, ну и нагрузки в виде заказа необходимых вещей.

И в тот раз, она быстро отобрала у нас листки – мною для этих целей был выделен один из блокнотов, что привычно обитали в одном из боковых карманов рюкзака. Потом чуть замерла, подумала, и стала быстро работать на сенсорной клавиатуре. Ну а мы, развернувшись, ушли к тем камням, с которых отец только сегодня утром ловил нашу первую, тут добытую рыбу. И дружно принялись за следующий раунд увлекательного процесса. А так как ни он ни я в упор не знали океанских пород, ну кроме селедки, скумбрии и мойвы с салакой, да и тех только по витринам в магазине или на тарелке. То, не мудрствуя лукаво, снимали с крючка всё, что попадалось – а на песке, куда все отбрасывали, обращали особое внимание на птиц. Будут они клевать очередной экземпляр или нет – и этим определяя, съедобно оно или ядовито.

- И чем вы занялись уже после процесса заказа?

- А там был прикол. Мама уже после рассказала, когда мы с обалдевшим видом морды лица осматривали всё ею полученное. Как оказалось, стоило только ей тонуть пальцем экран, как на нем высветилось:

За создание социальной группы бонус от устроителей. В вес заказа не входит. Разово - вариативно.

Ну она, резонно рассудив, что если дают, то нужно брать, подтвердила предложенное, и уже после этого последовали уже наши скромные запросы. А уже в самом конце, как сама сказала, как что в голову стрельнуло набрать:

Разрешить перенос терминала в другое, более удобное место.

В ответ же получила:

Перенос разрешен без потери дня поставки.

И ма от таких пока неясных в тот момент перспектив просто охренела. Это же??? Ведь значит его можно убрать с пляжа у моря, и разместить в более подходящем месте? И сразу, вслед за этим, ей, как и нам ранее, выскочило:

Отойти на пять метров и отвернуться .

Ну, она не прекословя, выполнила все условия, и всего через пару минут сзади чуть сверкнуло, а стоило ей обернуться, как только что монолитная плита терминала щелкнула и разошлась на три одинаковые части. Какими они и были всего на сорок минут раньше.

- Ну что, братцы-кролики? Разбираем подарки под елкой? – дернула она нас к себе, - особенно хочется посмотреть на вот этот цветной баул, - и ткнула рукой в разноцветный, с пальмами и попугаями, плотный даже с виду цилиндр из палаточного материала.

Потом подробно, со всеми нюансами, рассказала обо всем, что с ней произошло во время работы с небесным складом, как я первой назвала процесс заказа. И вдруг неожиданно предложила:

- Так как перенос наших плит разрешен, то может быть, всё это унесем к домику - а уже там и рассмотрим и разберем?

Мы распределили все лежащее между собой, подняли терминалы, те несколько пойманных рыб, и пошли, аккуратно выбирая путь – чтобы вдруг не перецепится и не упасть. А там уже мы не сдержались, и все втроем вскрыли бонусный подарок – это оказался большой туристический кемпер на десять человек. Весь из надувных панелей, с огромным тамбуром и навесом-кухней перед ним.

- Спасибо, конечно, Устроителям за это, - первым от этого нескончаемого процесса рассматривания очнулся отец, - но нам как-то он не особо нужен. Вот лодку бы не помешало. С мотором и солидным запасом топлива.

Это он, по любому, намекал на небольшие островки, что были видны буквально в шаговой доступности с вершины холма. Кроме нашего, невдалеке было ещё семь штук, и широкий скальный пояс вокруг всех.

- Давайте теперь убирать в помещение всё то, что получили, и искать соответствующее место для терминала, - не дала размечтаться мама.

- И где же вы нашли его? – отозвался Сергей.

- Вначале думали их устроить в радиорубке, но потом решили освободить склад с мотоблоком – ведь в него вела, кроме наружной двери, ещё одна, из спального помещения. Сперва хотели всё то, что из него вынесли, и бросить было под открытым небом, но уже в самом конце, в углу за прицепом, нашли большой брезентовый тент с веревками креплений. Ну и общими усилиями загнали в него, в прицеп, вначале сам мотоблок, потом поставили и уложили всё остальное, и накрыли сверху - старательно увязав. Как будто ожидали грядущую непогоду.

- Неужели то помещение было настолько большое и удобное для этого?

- Солидное – три метра вдоль стены и два с половиной ширины. Тогда места было завались – а теперь и не развернешься.

- Так там же темно?

- Сразу поставили керосиновую лампу, а уже на следующий день взяли светодиодный фонарь с встроенной и выносной солнечными панелями. И стало очень даже светло. Управившись с делами, поели и вышли в очередной рейд по окрестностям – подробнее изучать доставшиеся просторы. Вечером в ещё один раз обсудили сложившуюся ситуацию, да и послушали с мамой всё то же отцово стенание:

- Не верююю! Потому что не верю!

Она же в разговоре со мной посокрушалась… Нет-нет. Не о работе или доме, как можно было подумать. И не об остальных детях – так как все мы были обустроенными и уже самодостаточными молодыми людьми. Хотя и скучала она о них – это было видно по выражению лица в момент воспоминаний. А больше всего переживала о престарелых родителях, и своих и папа'. И мама и я прекрасно понимали, что наше внезапное и бесследное исчезновение вполне может стариков добить и согнать в преждевременную могилу. Так как они сами по себе были живенькими и крепкими людьми, хоть и в солидном возрасте. А такой неожиданный и сильный стресс – это может означать для их организмов и нервов очень даже многое.

Под вечер разгулялся ветер, не шторм, конечно, но и прежней тишины уже не было, а почти в сумерках начал накрапывать дождик, который буквально через полчаса перешел в проливной да с порывами. И, сидя под капитальной крышей, и занимаясь каждый своим делом – мы от души и вслух и мысленно благодарили Небесников за такой шикарный подгон. Мама занималась ручным шитьем – чуть подгоняла под себя еще один комплект камуфляжа – так как больше её любимого у меня при себе не было. А сменка, по любому, нужна. А мы с отцом в очередной раз резались в любимые шахматы – не ради победы, а только ради развлечения. А уже перед сном, решив попить на сон грядущий чайка, добрым словом помянули папа', принесшего ещё днем пару охапок мелких и средних веток, и несколько штук чурок, напиленных им из сушняка и наколотых на полешки. А в качестве сладкого было печенье, что я брала с собой на полигон.

Следующий день был последним спокойным и размеренным среди всех последующих, даже включая сегодняшний. Охота, которая повисла на некоторое время только на мне одной, и рыбалка – которой с утра занялись всей семьей. Оба промысла нам принесли удачу снова – мне достался заяц и три больших птицы, загнанные не без помощи щенков. А рыбы натаскали всего за час столько, что родителям в спешном порядке пришлось заняться и её вяленьем, и копчением. Отец, ради этого, в ускоренном порядке закончил свою пристроечку к очагу, и занялся устройством для холодного копчения. В то время я совсем не понимала – какая у них принципиальная разница.

А я, чтобы не мешать им и не стеснять – потому что тут, среди дикой природы, у них проснулись уже подзабытые за годы совместной жизни чувства друг к другу, ушла в поиск. Снова нашла интересные рощи – и деревья новые, и пальмы, многие из которых я в той жизни никогда не видела. Напоролась на несколько неглубоких оврагов да скальных выходов, коими, как стало понятно в будущем, изобиловал Выборг. В одном месте даже ухитрилась по уши вляпаться в глину, что отсырела и размокла во время ночного дождя. Но эта находка сильно обрадовала – так как я уже пару раз сталкивалась с примитивным кирпичом-сырцом, и, даже, имела некоторое представление, как его обжигать. А это значило… Много что значило! Это, если найдем людей в помощь, а не будем так и жить – всего втроем.

Но после такого шикарного купания в грязи, ведь мне удалось «ооочень удачно» свалится туда с края оврага, что был высотой в пару метров, срочно пришлось искать подходящее место, и самой обмываться, и стирать одежду. Ведь стоило только появится у жилья в таком виде, и отец не промолчит, а начнет свои обычные подколки о общей моей косорукости и кривоногости. А оно мне такое хорошее надо? Вот и пошла, хлюпая жидкой грязью в берцах, вдоль того же невезучего оврага по течению ручейка, что бежал в самом его низу. И буквально минут через десять-пятнадцать выбралась к небольшому озерцу – всего метров пяти в диаметре, с местами песчаными а местами травянистыми берегами. Управившись со своими делами, и дождавшись, пока обувь и одежда в непривычной местной жаркой погоде высохнет, на закате вернулась в расположение. И уже там перенесла свои черновые кроки на ту карту, что по привычке полигона начала составлять ещё с первого дня.

А вот следующий, мой пятый день на Островах начался с бухты-барахты. И, как ни странно, в этом были виноваты только родители, и их привычное – так как мы старше, то и знаем всё намного лучше тебя, мелкая. Но, в итоге, всё же оказалось, что права, и очень сильно, именно я.

Несмотря на мой драматический рассказ о случайной встрече в самый первый день тут на острове с медведем-охранником. И просьбе, точнее, приказе родителям о том, что нужно постоянно, тем более, в незнакомой местности, носить при себе оружие - он был банально игнорирован. Несмотря на то, что личного, в виде револьверов, хватало на всех, даже с запасом. И, когда ранним утром пятого дня маму, беспечно отправившуюся на водный моцион в купальнике стиля ню встретили выстрелы в… - уда из стоявшей почти у самого берега лодки. Она просто заорала от испуга, как корабельная сирена, и села прямо посреди пляжа на голую ж…попу.

Ей повезло дважды – первый раз в сам момент выстрелов, когда слабый порыв ветра поднял волну, и стрелки не попали никуда, даже в воду или берег. И второй раз в том, что я была уже на подходе, и вылетела к морю с Наганом в руках – а, так как те тридцать-сорок метров, на расстоянии которых и покачивалась посудина стрелков, для меня вообще ничто, то они и получили почти одновременно по пуле в предплечье. Но, как чуть позже оказалось, почему-то у обоих левое. Это в тот раз сработала многолетняя реакция – случайно не убить условного противника на тренировках или полевых занятиях при попадании в голову стального или свинцового шарика.

В ответ на мою стрельбу из прибрежных кустов послышался топот дикого бешенного носорога – это к нам на помощь неёсся отец. А я, ни секунды не раздумывая, сбросила с себя камок и обувь, и с одним только ножом в руках бросилась в набегающие волны, боясь, и вполне осознано, что налетчики решатся по-быстрому скрыться от так неприветливо встретивших их людей. Мол, «они такие мягкие и пушистые, с открытым сердцем и благими намерениями к нам шли под звуки выстрелов. Своих, ессественно. А мы, все из себя злобные и кровавые бандиты напали на них» – как обычно в подобных случаях говорит да и пишет в своих отписках наша благородная и неподкупная полиция. Слава Богу, были случаи для таких выводов, и, тем более, произошедшие с самой мною.

За десяток секунд добравшись к стоящем на ближнем рейде судне, представляющем при близком знакомстве практически ручную переделку бывшего моторного катера в весельную лодку, одним слитным движением выскочив из воды, перевалилась во внутрь.

А там???

А там на средней и задней банках сидело два парня, зажимающие текущую по своим рукам кровь, и во все горло и стонущие и стенающие от боли.

- Сидеть, лежать, боятсяяя!!! – заорала я по привычке, что получила во время всевозможных штурмов воображаемых укреплений и опорных точек. И эта пара, как подкошенные, свалились на дно посудины, с дрожащими от испуга ртами и ужасом в глазах. Ведь вот-вот, только что они были с пистолетами в руках, такими смелыми и сильными, и звуками выстрелов пугали в полном одиночестве находящуюся на пляже шикарную полуголую бабёнку. А тут вдруг судьба-злодейка повернулась к ним своей филейной частью, и теперь они лежат в своей же лодке, ранеными и истекающими кровью. От такой быстрой смены декораций любой зассыт и обделается – не только они. По любому, в те мгновения в их микро-мозгах промелькивали такое мыслишки. И рисковать я не имела ни малейшего желания…