Часть 18

Эпопея полета Златы Мироновой к Независимости, срочная эвакуация больной Деборы, попутные съемки с высоты морских просторов и микро-архипелагов в них.

Отчет Макса о полном выполнении заказа на радиомаяки и ретрансляторы связи. Окончательное планирование утреннего выхода для их установки.

Прошло всего несколько часов после срочного вызова скорой помощи соседями, как у Дома, у всех на глазах, возвращающаяся назад Злата успешно заводит свой чудо-юдо-аппарат на посадку. Вот он, чуть пробежавшись по дорожке, замер невдалеке от лестницы, через время прекратил свое вращение верхний, подъемный винт-крыло. Потом замолк треск двигателя, а вслед за ним круг вращающегося пропеллера превратился просто в две лопасти. И, так как было видно, что из салона выбирается двое, то это значит, что первая в этом мире воздушная спасательная операция прошла успешно.

Самоназначенная же аэродромная команда, дождавшись, пока женщины отойдут в сторону, подхватив этот Колибри за хвост, и чуть приподняв его, быстро утащили того в сторону, под защиту контейнера, бывшего ранее его «домом».

Да-да. Всего чуть более чем за сутки из него, подручными средствами и брошенными обрезками после распиловки, сделали и склад всего того, что с Ксенонкой было, и одновременно примитивный защитный ангар для ценного аппарата. Хоть и быстро его собрали, и из «дендрофекального» хлама, но свою функцию сараюшка выполняет от и до, так как под её крышей весь аппарат помещается, и, притом, полностью. Но, несмотря на то, что сделана эта примитивная постройка из …овна и палок, вышла она на удивление прочной, даже на вид со стороны. Пока парни занимались своей работой, а Злата приводила себя в порядок, выскочившие из здания девочки–медсестры подхватили свою больную, и быстро увели к страшному доктору в кабинет.

— Ну что, девочка, — спрашиваю у пилота, уже закончившего свои дела, — как тебе первый дальний вылет в этом мире?

— Знаете, вот честно — небо что там, что тут, совершенно одинаково. Да и море, за одним только отличием, такое же. Полностью.

— А что за разницу ты заметила?

— Там, дома — такого количества скал в воде нет, нигде. Вообще. По крайней мере, на Средиземноморье, точно не наблюдала. И скоплений мелких островков — тоже.

— А вообще — впечатления?

— Шикарные! И это нужно учесть, что расстояние-то маленькое, что тут — километров двести, может чуть больше, если лететь, ориентируясь прямо на радиосигнал. Сразу, пока не забыла, скажу — если пользоваться авиацией, хоть и такой простой, как моя «Муха», нужно обязательно занятся установкой хоть пяти-семи радиомаяков.

— Так неудобно, просто по компасу?

— Еще бы. Ведь автожир свеженький, совсем, ему явно года жизни нет. А в моделях последних лет основной упор в навигации отдан позиционированию именно через спутники. Ну а нам придётся приспосабливаться к старой практике — тем же маякам, но только радио.

— Ну это все хорошо, а поподробнее можно? Ведь это первый в нашей с тобой истории целевой вылет.

— А если все это, но только в кабинете?

— Есть в этом необходимость?

— Не уверена точно. Но, вроде бы, да.

— Тогда приглашаю к себе на променад.

— И Машу позовите. А если Василий Федорович тут, то и его тоже.

— «Хмык»! Неужели нужно?

— Считаю, что да…

— Ну и как вам всё это? — вопрос был явно чисто риторический. И задал я его своим ближайшим помощникам, ну и заодно Злате — так как именно она всё это видела своими глазами.

— Ну что? Как мое мнение, авиаразведке — быть, — первым был Дед в высказывании своего мнения.

— Федорович, — а это уже неугомонная Маша, — не просто разведке, а именно аэрофотосъемке. Так как вот это, — ткнула она пальчиком в экран ноута, — именно карта, и не просто…

— Да я, Машунька, всё это понимаю. Но всё же это именно ближе к разведке.

— Да не спорте вы, Начальники, — не выдержала пререканий уже сама Златка, — как его, этот результат, не назови, но в итоге он всё равно выглядит как карта, только не на бумаге, а электронная.

— А вот именно на бумаге её совсем не прочь было бы поизучать, и, как можно подробнее — тут ведь сразу видно, что неизученных нами мест предостаточно, — ответил той.

— Бумажные вам завтра привезет хозяйка соседей — сама мне об этом сказала. Распечатают, и себе и нам. Но, даже, в этом виде она не менее интересна — а если её ещё масштабировать, как она мне показывала, так тем более, — услышали мы очень интересный ответ. Явно нужно последовать чужому примеру, и самим тем же занятся. Но пока…

— Злата, а ты своим взглядом ничего интересного там не заметила? Ну, какие-то признаки жилья, или там присутствия человека? Дымы, расчистки деревьев… Может быть что водоплавающее где промелькнуло?

— К сожалению. Хоть и шла не высоко — больше шестисот–семисот метров не поднималась. Но на скорости? Крутя–вертя головой во все стороны? Просто нереально. Вот если бы в кабине был второй человек, оператор–наблюдатель, то тогда б и ему больше времени на осмотр было. Да и я, как пилот, могла в свободные минутки посмотреть на пробегающие подо мной островки и скалы.

— Рано пока о таком речь вести, очень даже рано. Пополнять запас топлива мы можем только через терминал, а на нем — где сел, там и встал — больше разрешенного веса не взять. Так что, пока мы сильно не размахиваемся на авиаперелеты с картографированием. Вот как сегодня, срочный вызов помощи, и попутно с ним… Так что, моё мнение, узнать у наших домашних спецов, есть ли варианты цифровиков с покадровой съемкой раз в десять–тридцать секунд, или даже минуты. И взяв его, на всякий, повторяю — на всякий случай установить на нашу Муху. Будет нужда — будет вылет, и одновременно…

— А с этим, что перед нами, что будем делать? — снова не выдержала Маша.

— Это мы сейчас будем рассматривать да изучать, плохо только что экран мал, а тянуть ноут в столовую к телевизору нет желания. Считаю, что пока всех знакомить с таким очень рано.

Перенесли от продольного стола стулья, расположив их за моей спиной, и все старательно уткнулись в монитор. Приближая изображение, и двигая его в разные стороны, начинаем всё там рассматривать да сопоствлять виденное с тем, что уже знали.

Ну что? Саму нашу Победу, слева внизу, нашли практически сразу — ведь именно отсюда и начался полет Златы. И Базу тоже — так как она, хотя и принимала сигнал станции на горке Большой, что стоит на Ксюшиной Независимости, проявила немного самостоятельности, и пошла к цели не прямо, а длинным зигзагом. То есть — от взлета на запад ко второму нашему острову, потом чуть в сторону, километров на пятьдесят, может даже немного больше, как она сама призналась, и назад на восток.

— Пришлось держать фотоаппарат одной рукой, левой, управляя штурвалом правой — иначе снимать никак не получалось, — так объяснила Злата свои действия в полёте, — зато сняла одновременно и вторую линию, и третью. А уже на обратном пути сделала почти всё тоже самое, но уже на видео. Но тут мне очень сильно помогла пассажирка, как оказалось в разговоре, она дома была совсем не прочь заниматься красивыми пейзажами и многим другим.

Так что мы дружно и вполне нормально рассматриваем вначале те группы островов, которые за последние дни успел прошерстить неплохой такой гребенкой Малой со своей командой. А вот следующие… Вот это да. Вторая состояла, так как и наша первая, из четырнадцати групп микро-архипелагов. А третья уже из шестнадцати. Но было и ещё одно но. К тому же, даже очень паршивенькое но. Если первую линию от Большого моря отделяла скально-рифовая полоса, отстоящая от неё на десяток-полтора километров. И позволявшая нам свободно ходить этим маршрутом. То вот между ней, первой, уже знакомой, и второй, подобное препятствие судоходству шло буквально посредине между обоими. Правда, и в нём смогли разглядеть проходы — напротив Пятерки, или Карели. И чуть дальше, у Восьмёрки — или же Нового Бранденбурга.

Во всех остальных местах пройти через эту естественную защитную линию было невозможно. И оставался только один вариант — заходить для обследований местности с двух сторон, от самой Победы, и от Базы. Проверив силами поисковиков по шесть, максимум семь, это если выйдет, Малому. Так как деятельный Шенкенцлер по любому не оставит своей мечты о расширении подконтрольных территорий. Но, так как у нас намного больше и людей, и средств передвижения, то опередим мы его по любому. Так что нужно парням посоветовать, если годных нам групп будет много, оставить и ему пару возможностей проявить себя.

А вот к третьей линии, хоть она и больше предыдущих на два образования, нам не пробится — рифовая полоса уходит далеко на восток за наш главный остров. И от базы флота вход туда прегражден густым скоплением скал. Но, по любому, даже если немцам и оставим, ну к примеру, всего два таких микро-архипелага, не думаю, что они быстрее нас смогут к ним выбраться. То останется двенадцать. И, даже, если половина из них присоединится да переедет, и то мы получим добавку в сто сорок четыре человека. А это солидно, даже очень…

Хотя реальность оказалась чуть другой, намного симпатичнее. Парни Малого в быстром темпе прошвырнулись по первым шести землям, из которых найденное там население с пяти перебралось к нам, а одно, чисто фермерское, осталось на прежнем месте. Так как главный их остров, за исключением небольших лесных да пальмовых зон, да двухсотметрового холма, был полностью степным, с тремя хорошими родниками. Что, превратившись в крупные ручьи, собирались в одном месте в озеро. И общая площадь этих равнинных просторов, после наших обследований, была практически в два десятка квадратных километров. Со временем выйдет вторая, после Надежды, житница большой общины. То есть, мои приблизительные расчеты были выполнены только в этом месте — полностью.

Но оставались отряды Базы. И им тоже повезло, но, уже, не так крупно. Из той шестерки, что было ими проверенно, под их руку ушло всего три, и все три мужские на три четверти. То есть, из семидесяти двух человек парней было сорок восемь, только двадцать четыре — девушки и женщины. Но, в отличии от находок Малого, им досталась и основная масса детей — почти полсотни, от семи-восьмилеток, и до пятнадцати-семнадцати включительно. Её одно вошло в их состав, как и Карель с Красотой к нам, без переезда и переноса терминала поставки. Да вообще без ничего — по договору о торговых и дипломатических отношениях, ну и оборонному союзу.

Почему я так говорю — вошло в их состав? Потому что нам, как и соседям, обрезали поставку. А так как Оксана смогла провести свой опыт по делению, и, к тому же, успешно, то и мы решили скопировать опыт и повторить её результат. В итоге, у нас вышло пятьсот пятьдесят человек, которые мы разделили по братски. На Победе осталось числится четыреста, а на Базе — сто пятьдесят. Хоть и не поровну, но просто там и так вышло небольшое перенаселение, и только благодаря тому, что почти треть из них ушла на учёбу в открытое военное училище. А вторая, как и парни во главе с непоседливым Малым, рейдовали по ближним и дальним окресностям, особой скученности не наблюдалось.

Но обо всем этом очень подробно будет сказано немного позже.

А пока что у нас идет бурное обсуждения вероятных находок, судя по полученной карте.

— Ну и как будем всю эту массу островов, островков, да всяких крупных скал, которые волею Экспериментаторов были засеяны опытными мышами, как любит называть наша соседка всех тех, кто попал в эти сети? — такой вопрос был задан Дедом.

— Кто его знает? По крайней мере, бригада Малого сама гарантировано не сможет за световой день добраться до самого последнего, провести там тщательный осмотр всего того, что представляется им полезным да ценным, и вернуться назад домой.

— Есть вариант, — задумчиво произнесла моя подруга, — а если всю ту зону разделить пополам? Да, даже, на три части?

— Ну поровну — это я понимаю, — сообразив, о чём она, поддерживаю её, — но зачем на три? В чем смысл этого?

— Неужели ты забыл, что сказал канцлер немцев, когда узнал, сколько мы успели обследовать его соседей, и что за это получили? Ну, кроме самих людей?

— Вот ты о чём? Ну да, на такого союзника тоже стоит рассчитывать. Вот только сомневаюсь, что они смогут в скором времени выбраться в дальнее море — своей яхты им, с появлением Гратца, уже мало для регулярного снабжения. И, если, вы не забыли тот старый доклад Генчика — им тогда было выдвинуто предложение о передаче Бранденбургу через время, нужное уже для нашего определения. Справляются ли они с приобретёнными «колониями» или переселениями соседей к себе, Шестерки с прибалтами и скандинавами. И только сегодня тот же Малой предложил, если у тех всё выйдет, сплавить им, через время, и обитателей Четвёрки.

— Тогда есть два вопроса. Кто такие живут на этой Четвёрке? И как быть с теми землями, что уже были застолбленные нами, а теперь уйдут к другим? Что будет с бонусами?

— Шестёрка — нами была условно названа Сканди. Кроме того, что у них вывезли содержимое склада, и готовится его разборка и перевозка на Победу, ничего более там не делалось. Четвёрка же… Укры — мои земляки, что почти все категорически не захотели идти к нам, предпочтя «Европу». Скатертью дорожка! У них, как и раньше, кроме содержимого склада, больше ничего не трогалось и не отмечалось. Так что Шенкенцлеру бонусов тоже достанется. Не так, как нам, но всё же, и немало.

— Тогда о чём наш с вами спор тут? Работаем сами, сколько вытянем. А если швабы вовремя очнуться, ну так и быть, выделим им один-два этих микро-архипелага. К тому же, если верить масштабу снимков, то именно в Восьмом на второй линии главный его остров чуть ли не размерами с нашу Надежду, только намного более вытянутый. Да и еще с солидным холмом с одной стороны — так что при большом желании смогут все туда, на большие земли, и перебраться, — чуть остудил наш спор Дед.

— Да я тоже так думаю, что нечего делить шкуру пока не убитого хомячка. Придет время и с этими делами расхлебываться. А пока…

— А пока, Глава, давай команду Дробову — куда утром топать его парням за хабаром. Так как Геньша уже свой день на завтра распланировал от и до, сам все слышал.

— Тут ещё одно дело…

— К нам что — едет «ревизор»?

— Даже и не скажу. Оксана сказала, что они хапнули склад с топливом, притом солидный. Не литрами измеренный, а тоннами. Так что она уже сегодня брала в заказе подвесные моторы для своих рейд-групп. И залить обещала нам во всю тару, что есть пустая. Так что мое предложение такое: равняемся на них, и переводим всё то, что можно, снова с парусов на двигателя. А это сразу значит, что время в пути сократится в разы.

— Ну что? Это идея стоящая, и даже очень.

— А у них нет бензина для моей Ксенонке? Девяносто пятого? — возбудилась Злата.

— Не знаю. Но, скорее всего, нет — так как это запасы неизвестно каких лет по давности.

— Жалко… При удаче это столько бы проблем решило…

— Ну так что? Режем частично основные заказы, и выписываем подвесники?

— Выбора в таком случае нет. Ты только бери именно наши, времен Союза, Вихри, — советует во всем разбирающийся Фёдорович, — они хоть и довольно древние по сравнению с новомодными Ямахами и остальным импортным хламом, но, в отличии от тех, всеядны. На любом бензине ходили — от шестьдесят шестого тех времен, и до девяносто второго уже этих. Ну и ЗИП к ним, какой найдёшь, тоже тяни, хоть по паре комплектов на каждый. Лишними они т очно не будут. Винты, шпильки, свечи… ну да ты и сам всё это лучше меня знаешь.

— Добро. Так что решили практически всё — и разбежались. У каждого своих забот хватает, — разогнал я их…

Вызвал по радио Олега, рассказал, как смог подробнее, обо всём том, что его непосредственно касалось, пообещав утром передать катером флешку с электронной картой. Обозначив в ней всё то, что касается именно его звена поисковиков. Добавив в качестве пряника предложение о том, что придётся на Базе делать отдельное сообщество. Объяснив очень старательно, на сколько хватило у меня нервов, зачем это нужно. И почему мы, возможно, будем это делать. А то, Дробов, как только услышал о подобной возможности, аж забуксовал, пытаясь не матерными словами высказать свой протест. Но, почти молча дослушав всё до конца, обдумав и осознав всепричины этого, скрепя сердце, согласился.

— Понимаешь теперь, зачем, по какой причине, задумывается этот вариант? Да никто и не гарантирует, что придется это всё делать.

— А когда будет точно известно — да или нет?

— Завтра. В заказ. Нам до этого пакостного момента осталось всего пять человек принять.

— А они у нас уже есть?

— Даже и намного больше.

— Я так понял, что других вариантов нет?

— Вот именно.

— А другого кого на должность Главы?

— И кого? У меня и так людей, которым могу верить на все сто, считанные единицы. В том числе — и Ты. К тому же, все они должны быть не простыми исполнителями приказа «сверху», а хоть немного, но думать и своей головой.

— Послать бы все это! Как можно дальше. Но, не вариант.

— Именно! Все мы в одной лодке, и как каждый такой руководитель себя поведёт, так остальные и будут жить.

— Уговорил. Почти.

— Я мог бы просто втупую тебе приказать. И выполнял бы ты его, этот приказ, от и до. Но предпочитаю, чтобы человек осознавал, что, зачем, как, и ради чего он это делает. Ты — такое сможешь и потянешь! Ты мне вот что лучше скажи — сколько у тебя есть судов именно для поисковиков? Так как, судя по новой карте, работы им всем предстоит немало.

— Баркас. Но он и на обеспечении Угольной, и на вывозе станков, и в будущем — самих зданий складов с тех двух, обследованных нашими, архипелагов. И, кроме него, две бывшие трофейные пироги, к которым парни Кресса приделали путёвые балансиры. И сегодня, вот только закончили из последних обрезков, собрали парусную восьми-десяти местную шлюпку. Это у них всё — пошло и то, что уже хотели выбросить, но восьмиметровку сделали. Но это мне. Сюда. А для вас они собрали моторный катамаран — к нему Бернар перебрал один из бензиновых движков от машин. Тех, что от соседей-котовцев привезли. Макс с Петром дали команду ему выходить в рейс с самым рассветом — тебе там чего-то везут. Сам переговоришь.

— Тогда я наберу судового алюминия кил на двести, и профиля примерно столько же — после обеда сразу повезут тебе. Пусть Янович делает для поиска и одно, и двухкорпусное, штук пять, как минимум. Хотя? Именно пяти вполне хватит к твоим имеющимся.

— Зачем такая спешка?

— Увидишь карту, сам поймешь. Тем более с моими пояснениями…

— Будем знакомится? — спросил я у пятерых, приведенных ко мне Хайнцем, новичков, — кто я — нужно говорить?

— Не стоит. Заочно своего Главу мы уже хорошо знаем, — ответила женщина, на вид старше остальных.

— Тогда вы — представтесь.

Трое мужчин оказались с одним и тем же именем — Олеги. Все они русские, но с разными корнями. К тому же одного возраста — двадцати девяти лет.

Шульга — по деду украинец, прозвище Левша, так на русский переводится его фамилия. Любитель все, что попадет к нему, пощупать руками, да забраться внутрь, изучить устройство.

Казанцев — прадед — татарин. Знает своё дело от и до, как я смог через время убедится своими глазами. Инициатор всех достижений дружного трио, которых они достигли только работая вместе.

Баев — и у этого дед выходец из малых народов. Ну, относительно. Тот был коренным узбеком, все годы после революции боролся с басмачами в составе красной конницы.

Младшая из женщин, совсем молоденькая, изящная и стройная девчонка с бесами в блудливых глазках. Каролина Керн. Доморощенный хакер с очень хорошим потенциалом, как признали все остальные. Именно она, после собеседования, и экзамена, который устроил той на моих глазах Хайнц, стала на долгое время нашим штатным программистом и заведующей серверного узла.

Ярина Лютова — сибирячка из Томска. Тридцати пятилетняя инженер-конструктор интернет-сетей и интернет-связи не проводного типа.

— Итак. Что вы хотели мне сказать?

— Я, да и мы все, заметили, что Дом старательно готовится к запуску своего собственного мест-нет. Но, мы ещё поняли, что кроме центрального, вот этого, основного места жизни всего сообщества, есть ещё два, тоже важные для общей безопасности. Правильно?

— Ну, допустим. А что?

— Есть вариант, как связать эти три точки вместе, но не проводами или оптокабелем.

— И как?

— Несколько лет назад планетарные самоделкины разработали способ передачи сигнала направленным радиолучем.

— Это вы о китайцах?

— О них, о них, «любимых».

— И что же это такое? — и в ответ прослушал лекцию. Очень даже интересную и познавательную, с большими перспективами, как для нашего региона обитания. — Хорошо. Уговорили. Есть данные по приборам?

— Да, — ответила все та же Лютова, — в моем телефоне забиты практически все их типы, и по дальности, и по пропускной способности. А что?

— До ближнего порядка двух с мелочью километров, а к дальнему примерно семь-девять. Так что к утру проработайте вопрос — что конкретно нужно для этого. И список подготовьте, что в первую очередь нужно, а что терпит и чуть позже. И ещё, кстати. А почему за весь квартет отдуваетесь вы одна?

— Так после знакомства мы меж собой выяснили, кто есть кто. И оказалось, что я проектировщик всего этого, а Олеги — монтажники-настройщики.

— Вот и хорошо. Значит, у нас есть полноценная бригада для таких работ…

И последним у меня оказался Максим, что пробился с докладом о проделанной их участком работе:

— Доброй ночи, Шеф, — как обычно подкалывает он меня, — все пять модулей готовы к установке. Все они проверены в реальных условиях, важнейшие цепи дублированы, и не по одному разу. Собраны небольшие ветряки, и солнечные панели в качестве резерва. Короче — всё готово к работе. Сколько их будем ставить завтра?

— И я тебе очень рад! Пока две — у нас на Шерстистом, и невдалеке от бывших Изумрудников было найдено похожее скальное образование с названием Карандаш. И там. Думаю, на первое время хватит — чуть попозже определим и остальные.

— Добро. На наш Шерстистый пойдет Петр — так как он его знает прекрасно. А вот на дальнюю точку старшим буду сам, и в помощники возьму кто-то из новичков, скорее всего чеха Лубоша Гомачек.

— Ты уже делишь на «новеньких» и «стареньких»?

— А это не я. Они сами так нас называют, — и слышно, что он с той стороны волны негромко смеется, — если они ещё нужны, то утром привезу список узлов и деталей, что нужно взять. И мы придумали ретранслятор нового для Островов типа — многоканальный. Где, помимо всего, будут идти по одной — частота госсвязи, связи Глав, и, обособлено, СБ.

— Зачем такие выёживания?

— Спецсвязь будет сделана так, что даже если сообщение перехватят, то расшифровать его будет невозможно.

— Ну если вы так считаете… Чуть не забыл — таких же модулей нужно минимум десяток.

— Да хоть и сотню — была бы только комплектация…