В полицейском участке нас отвели в допросную. На стол водрузили магический кристалл правды — нашу с Мартишкой совместную разработку. Допрос вел лично главный инспектор Беде, протоколировал младший инспектор Капулько. Последний то и дело бросал на меня выразительные взгляды. Да чего волноваться-то? Магический кристалл я уж как-нибудь обойду — собственное детище создателя не обидит!

— Начнем допрос, — строгим голосом объявил главный инспектор Беде. — Лира Ясная и лира Капкан, с какой целью вы появились в палате Ханки? Советую говорить правду — вас проверяет детектор лжи!

— А чего это мы должны начинать? — возмутилась Вражинка, с вызовом сложив руки на груди. — Войта первой пришла, пусть она и отдувается! Может, она хотела нашей Ханочке навредить, а мы с Этелькой спасали подруженьку?

— Да-да, мы спасали… — поддакнула Этель.

Инспектор окатил меня мрачным взглядом:

— Лира Войта, с какой целью вы пришли в палату к Ханке Беде?

Капулько с волнением уставился на меня, нервно сжимая в руке вырывающееся на свободу самопишущее перо.

— Сегодня утром во дворце я встретила инспектора Капулько, Мирослава, может подтвердить, — начала я ровным голосом, косясь на кристалл правды.

Прибор сиял ровным желтым светом, подтверждая мои слова. Это и понятно: мы с Мартишкой специально настроили детекторы так, чтобы они не реагировали на наши голоса. Мало ли как жизнь повернется — вот как сейчас, например.

Прокашлявшись, я уверенно продолжила:

— Младший инспектор Капулько сообщил мне, что Ханка пришла в себя и кое-что вспомнила.

— Так-так. Что дальше? — Беде удивленно выгнул бровь, так как кристалл хранил невозмутимое желтое спокойствие.

— Дальше я рассказала остальным участницам Отбора, что пойду к Ханке днем, когда у охранников будет обеденный перерыв. Чтобы мы могли посекретничать с подругой без лишних ушей.

— А почему в палате было темно, а ты пряталась? — встряла Вражинка.

Вот противная! У самой рыльце в пушку, а пытается меня подловить.

— Темно — потому что Ханка еще спала. А спряталась я, потому что услышала грохот в коридоре и испугалась! — и я прижала руки к груди, изображая крайнюю степень тревоги. — Если бы знала, что это ты так крадешься, то встретила бы тебя, как родную.

Моя версия вышла не слишком убедительной, но все лучше той, которую выдаст сама Вражинка.

— Кристалл правды подтверждает ваши слова, лира Войта, — отметил инспектор Беде, хотя в его глазах сквозило сомнение. — Капулько, протоколируйте!

— С удовольствием! — облегченно выдохнул младший инспектор и яростно заскрипел пером, позабыв, что оно самопишущее.

— Теперь вопрос к вам, лира Капкан. Зачем вы душили мою дочь? — главный инспектор пристально посмотрел на следующую жертву допроса.

— Я не душила, а только поправила подушку! — неубедительно возразила Этель.

Кристалл, как ни странно, мигнул темно-желтым. Не врет, но недоговаривает.

— Не забывайте, что я находился там и все видел! — рявкнул Беде, отчего стакан на столе звякнул. — Признавайтесь, зачем вы пришли в палату?!

— Я просто… вошла не в ту дверь, — промямлила Этель. — Перепутала.

— Врет! — радостно вскрикнула Вражинка. — Вон, кристалл розовым загорелся!

— А сами вы, лира Ясная, с какой целью появились в палате, да еще и сцепились с подозреваемой? — поинтересовался Беде.

— Зачем она меня подушкой огрела? Я хотела по-хорошему договориться! — возмутилась Вражинка.

Кристалл засиял желтым.

— О чем хотели договориться? — вкрадчиво уточнил Беде и предупредил: — От признания зависит ваша судьба: или вы вернетесь в Отбор, или останетесь здесь...

— Навечно, — загробным голосом добавила я.

Вражинка зло посмотрела на Этель и буркнула:

— Сама виновата!

Я нетерпеливо заерзала на стуле, чувствуя, что пазл вот-вот сложится.

— Я все видела! — вдруг выпалила Вражинка. — Этелька подставила своей подружке подножку во время выхода на сцену! Мы как раз втроем за Мальвин в очереди стояли: я, Ханка и Этель.

— Моя дочь стала свидетельницей нападения? — ахнул инспектор Беде. — Но почему она мне сообщила?

Я не выдержала и громко прошептала:

— Она пыталась! Помните? «Мальвин толкнула эта». Не «эта», а Эте-ль!

— Точно! — обрадовался инспектор Беде и тут же грозно глянул на лиру Капкан.

Этель к этому моменту окончательно растеряла весь лоск и сжалась на стуле.

Вражинка победно улыбалась.

Нора с Миркой с ужасом смотрели на участниц Отбора.

— Чистосердечное признание существенно облегчит вашу участь, лира Капкан, — предупредил главный инспектор. — А коли будете упорствовать, никакие папочкины адвокаты вас не спасут! Вы два раза покушались на жизнь моей дочери. В первый раз — когда пытались отравить Ханку, а второй раз сегодня — когда хотели придушить.

— Я не душила и не покусалась... то есть покушалась, — сбилась Этель. — Я пришла в палату к Ханке, чтобы предложить ей помощь... в лечении.

С этими словами Этель выложила из карманов на стол три толстые пачки купюр. Кристалл загорелся ровным желтым светом, правда, с легкими розоватыми бликами.

— Другими словами — вы хотели дать взятку за молчание? — уточнил главный инспектор. — Но мы, Беде, так дешево не продаемся!

Этель обреченно всхлипнула, размазывая тушь по щекам.

— Рассказывайте, как вы дошли до такой жизни! — предложил инспектор.

— Все как-то само собой получилось. Мальвин выиграла первый тур, а мой наряд лучше и дороже! А во втором туре она опять получила приз зрительских симпатий и вошла в фаворитки!

— Но вы же победили во втором танцевальном туре! — напомнил ей инспектор Капулько.

— Мальвин победила два раза, а я оди-ин! — с обидой протянула Этель.

Кристалл все время горел ровным желтым светом.

— А зачем ты толкнула подругу у ресторана? — не выдержала я, подавшись вперед. — Во время нападения Мальвин унюхала твои духи: лаванду в одурении! То есть с дурианом…

— Лира Войта, не мешайте вести допрос, или я попрошу вас освободить помещение! — строго осадил меня Беде.

Да я бы с радостью освободила! Век бы допросной не видать! Но пропустить разоблачение злодейки? Нет уж!

— Молчу-молчу, — пообещала я и скромно потупила взор.

Инспектор снова нацелился на Этель:

— Признавайтесь, лира Капкан, с какой целью вы напали на свою подругу возле ресторации?

— Да не нападала я на нее! — обиженно поджала губы Этель.

Кристалл замигал розовым.

— В смысле «не нападала»? — снова высунулась я. — А кто ее ударил по голове? Мальвин видела твою руку в перчатке!

Беде бросил на меня взгляд, обещающий вечную каторгу, а Этель недовольно поджала губы:

— Вот же... глазастая! Да она сама споткнулась. В тот вечер надела туфли на таком огромном каблуке, что еле на ногах стояла. А у дизайнерского платья от Лекса Жуликоф юбка узкая. Немудрено навернуться! Она и навернулась, а я... просто мимо проходила.

Кристалл мгновенно налился красным.

— Жуликоф — не фамилия дизайнера, а ваше второе имя, лира Капкан! — пригвоздил врунишку инспектор Беде. — Вы не помогли подруге подняться и нанесли ей удар по голове тяжелым предметом!

— Да какой там тяжелый? — искренне удивилась Этель. — Я ее дамской сумочкой нечаянно задела! Правда, в ней флаконы с духами…

Кристалл вновь вспыхнул красным, и подозреваемая исправилась:

— Не совсем случайно. Я просто подумала, что если Мальвин не сможет участвовать в Отборе, я тогда победю... то есть побежу!

— Посидите-ка вы пока в кутузке, лира Капкан, и подождите папеньку с адвокатом, — подвел итог инспектор.

— В ку-ку-тузке? — ужаснулась Этель. — Что со мной будет?

— Зависит от лиры Бушар, — пожал плечами инспектор Беде. — Если она не заберет заявление, вам грозит статья за умышленное нападение. А это от трех лет лишения свободы.

Этель громко взвыла, Нора Вельт в ужасе пискнула. Вражинка радостно гоготнула, и главный инспектор тут же переключил внимание на нее:

— Лира Ясная, а вы с какой целью отправились в лечебницу?

— Я это... по-дружески предупредить хотела, что Ханочке опасность грозит, — складно запела Вражинка, но кристалл неумолимо краснел. Она тут же поправилась: — Ханке я зла не желала!

Кристалл сменил цвет на желтый, и инспектор Беде кивнул.

— Но желали заработать денег, шантажируя лиру Капкан, — догадался он.

— Никто ничего не докажет! — зло пробурчала Вражинка.

— Ты мне намекала, что все видела! — запротестовала Этель. — И что я могла бы подарить тебе за молчание гарнитур с изумрудами!

— Могла бы. Но не подарила. А намеки к делу не пришьешь, — хмыкнула Вражинка.

Кристалл горел бледно-розовым. Оно и понятно: Вражинка прибежала в палату, чтобы застукать Этель на месте преступления и потребовать откуп.

Но инспектора Беде «мелкие» разборки мало интересовали, и он задал вопрос по существу:

— Лира Ясная, отвечайте честно: зачем вы отравили мою дочь зельем на приеме?

— Кто? Я?! — ужаснулась Вражинка. — Да я про отравление узнала, только когда Ханка уже того… сознание потеряла.

Кристалл выдал чистый желтый, а я разочарованно выдохнула: не она.

— А вы, лира Капкан, имеете отношение к отравлению? Вы что-то видели на приеме? — спросил инспектор.

— Меня уже спрашивал тот большой лохматый полицейский. Я ничего не видела! — буркнула Этель, а кристалл замигал розовым. Она тут же исправилась: — Видела то, что и все остальные. Я сидела за другим столиком и обратила внимание на Ханку, когда ее лекари выносили. Начался переполох, и я схватила сумочку — там эксклюзивные духи...

— Достаточно, — разочарованно кивнул Беде и рявкнул: — Бергамаско!

Через секунду в допросную ввалился огромный взлохмаченный младший инспектор.

— Заберите подозреваемую и разместите в отдельной камере!

Бергамаско довольно потер руки и почему-то направился ко мне. Подумаешь, разочек подложила ему подушку-пукалку, когда он отказался выдать мне анкету при устройстве на работу? Это не государственное преступление!

— Да не эту! — закатил глаза Беде, когда Бергамаско попытался сцапать меня за плечо. — Вон ту, в красном платье и с большой… сумочкой.

Наконец младший инспектор разобрался в подозреваемых и вывел рыдающую Этель из допросной.

— Лира Ясная, вы свободны, — указал Вражинке на выход инспектор Беде.

Вражинка тут же ткнула в меня пальцем:

— А Войта почему остается?!

Вот же прицепилась ко мне, как банный лист!

— У меня есть для полиции важная информация, — сообщила я. — Но сведения конфиденциальные. Так что можно я останусь?

— Оставайтесь, — отмахнулся Беде и зыркнул на Вражинку так, что ту буквально сдуло из кабинета.

В комнате осталось еще двое подозрительных лиц: Нора Вельт и Мирослава Яхонтова.

— Лира Яхонтова, — обратился инспектор к Мирке. — Поясните, зачем вы явились в палату и принесли с собой зелье?

Он указал на один из малюсеньких пакетов с сушеной травой, лежащий на столе.

— Я услышала, что Ханка пришла в себя, и решила отнести ей укрепляющий сбор, — призналась Мирослава. — Сперва хотела передать через Виларию, но не успела.

Кристалл горел ровным желтым светом.

— Утверждаете, что всегда носите в сумочке травяные сборы? — усомнился в ее словах Беде.

— У меня с собой зелья на все случаи жизни, — подтвердила Мирка. — Вот!

Она вывалила содержимое сумки на стол: миниатюрные склянки, маленькие пакетики с травами, баночки с кремами. И на всех надписи «Яхонтовая аптечка».

Я присвистнула: целый арсенал! Впрочем, я и сама таскаю магические штучки.

— Где же вы работаете, раз так разбираетесь в зельях? — заинтересовался Беде.

А вместе с ним и мы с Капулько. Младший инспектор подпер кулаком подбородок и с тоской смотрел на Мирку, не заметив, что самопишущее перо давно ведет записи.

— У меня своя аптека, — заявила Мирослава. — Я использую народные рецепты и делаю настойки, кремы красоты, масла...

— Машинные? — уточнил Капулько.

— Эфирные, — подсказала Мирка.

— А нет ли среди этих трав той, которую подсыпали моей дочери? Мо-мор… — прищурился главный инспектор.

— Момордика, — подсказала я.

— Есть, — призналась Мирослава. — Но без темного заклинания — это просто трава для улучшения пищеварения. А подобными заклинаниями я не владею.

— Наши специалисты проверят эти травы и вас, — пообещал Беде. — Возможно, в вашем близком окружении имеется темный маг, который помог вам состряпать запрещенное зелье.

— Я и так вам отвечу: моя бабушка была темным магом, — ошарашила признанием Мирка. — Но ее давно нет.

— Бабушки нет, а травы с заклинаниями остались! Я присмотрюсь к вам повнимательнее, лира Яхонтова, — пригрозил аптекарше инспектор Беде и придвинул лист с ручкой. — А пока подпишите документ.

— Ты случайно не видела, кто отравил Ханку? — не удержалась я от вопроса.

— Я уже отвечала на этот вопрос полиции. Ничего подозрительного я не заметила, — замотала головой Мирка. — Я общалась с женой министра здоровья. Желанка болтала с главным дворцовым стражем, Адель с Ханкой, кажется, хвалили повара, а Нора листала книгу. Остальные девушки сидели за другим столиком.

Кристалл сиял ровным желтым светом, и я разочарованно выдохнула.

— Вы свободны! — взмахом руки отпустил девушку инспектор Беде.

Мирка покинула допросную, а мы перевели взгляды на Нору Вельт.

— С какой целью вы пришли в палату к моей дочери? — в который раз повторил вопрос главный инспектор Беде.

— Я... — дрожащим голоском начала Нора, — хотела... поговорить.

— О чем поговорить? — добродушно начал Беде, а когда девушка опустила глаза, рявкнул: — Что вы хотели от моей дочери?!

— Я не специально... Так получилось... — всхлипнула Нора и разрыдалась.

Кристалл запульсировал разноцветьем.

— Рассказывайте! — приказал главный инспектор.

А я напряглась: неужели она?!

— Я... не знаю, с чего начать.

— С начала! — Беде сцепил пальцы. — Вы отравили Ханку?

В комнате повисла тяжелая пауза.

— Нет... — наконец выдавила она.

Кристалл подтвердил: не врет!

— Ничего не понимаю, — буркнул Беде. — О чем вы тогда хотели поговорить с моей дочерью?

— О том... что она выпила напиток по ошибке, а зелье, которым ее отравили, нашла я, — выдохнула признание Нора.

— Как это по ошибке? — вскрикнула я.

— Где нашли? — понизил голос инспектор Беде и перевел на меня предупреждающий взгляд: — Лира Войта, я вас выгоню!

— Молчу-молчу, — пообещала я и подсела ближе к Норке. — Так почему Ханка выпила напиток по ошибке?

Главный инспектор зарычал, зато Норка пояснила:

— Я сидела рядом с Адель, а по ее другую руку находилась Ханка. Они что-то обсуждали... Я специально не прислушивалась. Просто заметила, что Ханка увлеклась разговором и по ошибке взяла стакан Адель.

— А почему Адель ее не остановила? — поинтересовалась я под низкий рык главного инспектора.

— Она тоже не обратила внимания, — продолжила Норка. — К нашему столику то и дело кто-то подходил, официанты часто меняли блюда…

— Кто именно подходил? — заинтересовалась я.

— Все, — растерянно ответила Нора.

— С этим понятно, — вздохнул инспектор Беде и перехватил у меня инициативу. — Теперь поясните, где вы нашли зелье.

— В фолианте «Практика поднятия умертвий».

— Или вы говорите внятно, или я сам из вас сделаю умертвие! — пригрозил Беде.

Я кашлянула, указав главному инспектору на желтый цвет кристалла: девица не врала, просто не могла связно рассказать.

— Давайте все успокоимся, — предложил главный инспектор и размял пальцы. — Лира Вельт, объясните толком, как к вам попало зелье?

— На фуршете я читала книгу — принесла с собой, чтобы не скучать, — прерывающимся голосом начала рассказ Нора Вельт. — Когда Ханка выпила напиток и ей стало плохо, началась паника. Кто-то уронил со стола сумочку Адель и мою книгу. Я нагнулась, чтобы поднять фолиант…

Мы с Капулько с пониманием переглянулись. Нагнулась она, как же! Наверняка решила спрятаться под столом. Вон и кристалл загорелся розовым.

— Дальше! — поторопил подозреваемую инспектор Беде.

— Я обнаружила, что из книги выпал маленький холщовый мешочек с остатками зелья… И почувствовала темные эманации. Их я могу уловить, я лучшая ученица на потоке! — гордо пояснила Норка. — Решила, что зелье принадлежит Адель. Она темный маг…

— Как и вы! — напомнил Капулько.

— Я специализируюсь на ритуалах, а не на заклинаниях! — парировала подозреваемая.

— Не отвлекайтесь! — встрял Беде, заметив, что кристалл правды порозовел. — Что вы сделали с зельем?

— Я положила его в сумочку Адель Винкс, — пробормотала она, глядя в пол.

— То есть вы подбросили улику лире Винкс, — сообразил инспектор Беде, косясь на кристалл. — Зачем?

Норка замялась, а я ей посоветовала:

— Лучше скажи правду. Срок меньше дадут.

— Да потому что ей все дается легко! — зло выкрикнула Нора, а ее черты лица заострились, сделав и без того не слишком привлекательное лицо — откровенно некрасивым. — Дочка министра из древнего рода, все за ней бегают и восхищаются!.. Меня, между прочим, ректор отправил на Отбор как гордость Академии! Я надеялась, что меня заметят, разглядят. А тут опять она…

Нора громко всхлипнула, в глазах плескались боль и обида. Но главный инспектор Беде не проникся сочувствием и покачал головой:

— Значит, вы подкинули улику лире Винкс, чтобы подозрения пали на нее?

— Да, — призналась Нора. — Я думала, что Адель выгонят из Отбора, а Ханка скоро придет в себя. Зелье не должно было так подействовать!

— На вас или лиру Винкс — не должно, — подтвердил лер Беде. — Вы, темные маги, помучались бы животом несколько дней и пропустили бы очередной конкурс. Но моя дочь не маг, а на немагов такие вещи действуют иначе.

— Но кто тогда подсыпал зелье? — задал важный вопрос Капулько. — Мы всех допросили с помощью кристалла правды: и официантов, и участниц Отбора, и гостей — никто ничего не видел!

— Кристалл правды может давать помехи. Жаль, в зале не стояли следилки, — пробормотала я.

— Вот именно! — взъерепенился инспектор. — У меня все больше вопросов к стражу Пыжику! Где следилки? Где прослушки и глушилки заклинаний, которыми мы его снабдили?! В зале, где отравили Ханку, не установлен даже простенький проявитель ядов! Нужно срочно провести ревизию во дворце!

— Обязательно проведете, лер главный инспектор, — успокоил шефа Капулько, — а пока давайте закончим допрос. Лира Вельт, так все-таки зачем вы сегодня пришли в палату Ханки Беде?

— Она пострадала зря. Мне стало стыдно, — покаялась Норка.

— А вам не стыдно, что невиновная Адель Винкс находится под следствием? — ехидно заметил Капулько.

Нора Вельт разумно промолчала.

— Бергамаско! — крикнул инспектор Беде. — Уведите лиру Вельт в отдельную камеру. Пусть пишет чистосердечное признание, потом решим, что с ней делать.

Норка разрыдалась, выкрикивая, что она не преступница и никого не травила.

Удивительное дело: никто из девиц не считал себя преступницами. Для них это обычные интриги Отбора. Одна «просто» подставила подножку подруге. Подумаешь, полежит в гипсе — зато минус конкурентка. Другая «просто» подложила сокурснице зелье, полагая, что ничего страшного не произошло, ведь домашний арест — не темница. Вражинка никому не сообщила об инциденте, и следствие пошло по ложному пути, связывая все преступления в один клубок. Страж Пыжик «просто» не проверил работу амулетов и следилок. Только ни я, ни Ханка, ни Мирка — не маги.

Да, принц продавил закон, который уравнял магов и немагов в правах. Но одаренные силой все равно не чувствуют ответственности перед нами. Допустим, я ношу с собой артефакты. Мирка берет антидоты. Но кто-то не сможет себя защитить. Да и весь арсенал магических штучек на себя не повесишь! Даже принц в свое время пострадал, принимая приворотное зелье из рук любимой невесты. Что уж говорить о простых людях!

Нет, с этим миром явно что-то не так, если подставить, опоить, ударить — для кого-то норма. Но я обязательно выведу этих «невинных ромашек» на чистую воду! Тем более круг подозрительных лиц неумолимо сужается.