Модельер Отбора невест Коко Шрапнель, напоминающая боевого генерала в юбке, громко хлопнула в ладоши.

— Все на выход! И помните: каждая из вас достойна главного приза!

— Что за приз? — поинтересовалась я.

Вроде бы подарки победительницам не полагались, и это казалось мне огромным упущением.

— Принц, — с укором бросила мне лира Шрапнель и буквально вытолкала меня на сцену.

Фанфары сменились торжественным маршем, и глашатай объявил:

— Четвертый этап Отбора: «Ораторское искусство»! Участницы должны продемонстрировать умение говорить ясно и убедительно. Каждая конкурсантка расскажет историю на свободную тему: степень интереса определяется реакцией зрителей и одобрением высокого жюри. После конкурса пройдут народные гулянья!

Толпа довольно загудела.

Жюри, состоящее из принца и министров Протумбрии, разместилось в ложе. Из приглашенных звезд в судейском ряду сиял предсказатель Страшневицкий.

А я… мысленно попросила благословения у всех богов, а заодно и у куриной лапки в кармане. Я знала, что за меня пришли поболеть мама и вся наша улица — клич с утра бросила лира Беладонна.

Конкурсантки выстроились полукругом и выходили в центр сцены по одной.

Этель Капкан, не дожидаясь приглашения, шагнула первой. Она плыла с отрепетированной годами грацией, демонстрируя дорогой наряд и драгоценности.

— Будущая принцесса должна быть безупречна, — начала она, и ее высокомерный гнусавый голос поплыл над площадью. — Внешне и внутренне. Особенно внешне.

Девица картинно поправила локоны и обвела жюри томным взглядом.

— Поэтому я хочу рассказать вам о нарядах. Одежда — это особый язык. С ее помощью женщина заявляет миру о своем статусе, вкусе и богатстве…

Где-то в задних рядах зрители засвистели. Но Этель приняла это за поддержку, и широко улыбнувшись, с энтузиазмом продолжила:

— Принцесса обязана быть иконой стиля!

Свист повторился, к нему добавились отчетливые реплики «Скукотища!» и «Глупая богачка!», так что леру Шипке пришлось вмешаться, призывая публику к тишине. Следующие двадцать минут Этель самозабвенно вещала о модных фасонах и эксклюзивных тканях. Даже Коко Шрапнель, застывшая в тени кулис, скрестила руки на груди и скептически прищурилась. Я ее понимала: о моде можно говорить часами, если ты увлечен и горишь делом. Уверена, что лире Шрапнель было бы что рассказать. Но Этель была увлечена только собой.

Наконец пытка закончилась, и место «иконы стиля» заняла Нора Вельт. Она долго переминалась с ноги на ногу, никак не решаясь начать.

— Смелее! — шепнула ей Мирослава.

— Я считаю, что образование… это самое важное, — выдала наконец Нора. — Учеба заставляет мозг работать... Особенно интересно читать древние рукописи. В них можно найти и редкие ритуалы.

Зрители начали отходить от сцены, а уважаемое жюри откровенно зевало. Нора излагала правильные вещи, но ее занудный тон действовал на всех хуже сонного зелья.

— Книги — кладезь знаний! — выкрикнула она в финале.

Толпа бурно зааплодировала, лишь бы поскорее выпроводить участницу со сцены. Но Норка благодарно улыбнулась, искренне приняв свист и крики за триумф.

Следующие полчаса превратились в краткий курс основ сельского хозяйства. Выступление Вражинки Ясной нашло отклик у горожан, потому что многие выращивали на заднем дворе овощи и ловили полезные советы по уходу и подкормке. А вот речь Павлинки из Тушки с простонародными словечками и сомнительными шутками превратилась в балаган. Девушка нервничала, путалась, и публика к концу ее рассказа откровенно посмеивалась над незадачливой «ораторшей».

Я же в это время судорожно перебирала темы, но в итоге отвлеклась на выступление Мирки.

— Следующая участница Отбора — Мирослава Яхонтова! — объявил ведущий.

Мирка вышла вперед легко и уверенно. В ней не было ни жеманства Этель, ни напускного всезнайства Норки.

— Как вы знаете, у меня нет магии, — призналась она. — Поэтому я не верила, что попаду в Отбор. И я здесь для того, чтобы вселить надежду в таких простых девчонок, как я. Девушки хотят стать умными и красивыми. Они хотят стать кем-то другим…

Толпа, до этого гудевшая, притихла.

— Я разбираюсь в травах и помогаю людям. Но многие полагаются только на чудодейственное средство, а не на себя. У меня в лавке произошел такой случай…

Мирка рассказала о девушке, считавшей себя некрасивой и искавшей волшебный крем. Мирослава посоветовала ей изменить прическу, фасон платья, а главное — отношение к себе.

— Ведь красота — это не про внешний облик, а про свет внутри тебя…

Я зачарованно ее слушала, но вдруг поймала на себе пристальный взгляд принца. В итоге отвлеклась и пропустила концовку. Лишь отметила, что выступление Мирославы публике понравилось.

Тем временем на сцену вышла Желанка. Она источала спокойствие и уверенность.

— Я хочу рассказать вам о силе слова, — произнесла она обволакивающим голосом. — Слова — это мост между людьми. Умение быть услышанной — это искусство. Поэтому для правителя важно владеть своей речью…

Девушку внимательно слушали. Принц и Десмонд даже подались вперед. Недаром она похожа на Красимирку, которая когда-то бросила некроманта и едва не погубила Кристиана. Конечно, Желанка — не Красимирка, но червячок сомнения закрался в голову. Вот смущает меня эта неземная красота, приправленная магическими процедурами, и умение всем нравится. Но может, я просто ей завидую, потому что мне никогда такой не стать?

Желанка говорила правильные вещи, изящно жонглируя словами, только я так и не поняла, о чем ее речь. Тем не менее, ораторским искусством Желанка владела в совершенстве. В отличие от меня...

— Лира Войта! — зычно гаркнул ведущий, а я вздрогнула. — Наша «темная лошадка» и последняя участница в турнире ораторского мастерства.

Толпа замерла в ожидании. Им стало любопытно, что выкинет эта «темная лошадка». Мне и самой любопытно. А не пересказать ли им свежую сводку криминальных новостей? Перехватив мрачный взгляд некроманта Десмонда, я поняла, что мой порыв не все оценят. И как только догадался?!

— Кхм, — прокашлялась я, — честно признаюсь: я не мастер словоблудия. В отличие от других участниц, понятия не имею, что важно для избранницы принца. И с рогатым скотом у меня отношения натянутые — только могу поладить с магическим зверьем. В моде я не смыслю и турнюр от турнира не отличу…

В толпе раздались смешки. Я приободрилась и расправила плечи. Не прогоняют со сцены свистом — уже хорошо.

— Кстати, и красивым словам я не очень верю. Есть такие умельцы, что соврут так складно, а вы и не заметите, как остались без штанов. Помню, как нас с друзьями обманул один «уважаемый» делец с арендой магазина…

— Верно говоришь! Прямо как наш бывший губернатор! — выкрикнули из толпы.

— Умел языком чесать! — загудела толпа. — Обещал дороги проложить и построить новые дома! А всего-то бордюры поменял и смылся с нашим бюджетом!

— Вот поэтому я верю не словам, а поступкам и делам, — подтвердила я.

— Расскажи про магические штучки! — попросили зрители. — С чего все началось?

— С детства мне хотелось стать волшебницей, — призналась я. — А так как магии у меня нет, то я мастерила необычные игрушки, а друзья наделяли их магической силой. Вот, например, изобрела я как-то подушку-пукалк… Ой, нет, об этом не будем! Лучше про прослушки… Хотя это тоже не для большой сцены…

Зрители хохотали, а жюри наконец перестало скучать и оживилось.

Принц смотрел на меня в упор. Боится, бедняга, что ляпну лишнее. Не нужно так переживать — я умею вовремя остановиться. Но не всегда.

— Давай еще про штучки! — выкрикнули из толпы.

— Дайте сказать человеку, о чем хочет! — потребовала какая-то женщина, и ее поддержали.

— Тогда скажу о друзьях. Однажды мой лучший друг потерял память, — продолжила я уже серьезнее. — И я знала, что должна ему помочь. Антидота не было, но в Магической Академии хранился редкий фолиант с древними рецептурами…

Сотни пар глаз устремились на меня с нескрываемым интересом.

— Как я штурмовала Академию — отдельная история, об этом как-нибудь в другой раз. Но я поступила и нашла книгу. И создала пилюлю, возвращающую память. Однако, одна бы я не справилась, будь хоть трижды магически одаренной. Со мной рядом были друзья, а магическое зверье стояло на шухере… То есть обеспечивало безопасность. Помог важный столичный профессор. И даже вредный ректор Тори поддержал...

Позади раздался предупреждающий кашель лера Шипки.

— Про ректора не будем, а то мне еще три года учиться, — поправилась я под общий хохот. — Слова, конечно, важны, как и дело, которым ты увлечен. Но без друзей, мы как птица без крыльев. Как…

— Как король без короны! — крикнул какой-то шутник.

— Как небо без солнца… — принялись предлагать разные версии зрители.

Я рассмеялась вместе с публикой, чувствуя, как отступает напряжение. Не выиграю, так хоть народ повеселю.

— Можно научиться красиво говорить. И хорошим манерам учат. И платья можно красивые купить. А вот друзей купить нельзя, — завершила я свою речь.

На мгновение воцарилась тишина, а затем площадь взорвалась аплодисментами. Только принц оставался серьезным. Ну вот, не понравился ему мой рассказ.

Жюри совещалось недолго, а магические кристаллы подсчитывали зрительские голоса. Я изрядно проголодалась и украдкой грызла припасенный бутерброд. Вражинка тоже что-то хомячила, а остальные смотрели на нас с голодной завистью. Страшневицкий перемигивался с Этель — видимо, папаша-банкир уже задобрил. Зато на меня звездочет смотрел с неприязнью, пытаясь прожечь дыру. Зря старается! У меня амулет защитный имеется от проклятий и куриная лапка на удачу. А еще рука тяжелая.

Наконец лер Шипка призвал всех к тишине.

— По итогам голосования Отбор покидает…. лира Павлинка из Тушки.

Павлинка расстроилась, и мне ее стало жаль. Не все умеют красиво говорить. Если бы не поддержка зрителей, я бы и сама вылетела.

— По решению жюри победительницами словесного турнира становятся Желанка Сатори и Этель Капкан, — провозгласил секретарь Отбора.

Я вздохнула: опять в пролете.

— Приз зрительских симпатий получает Вилария Войта. Мои поздравления победительницам! А теперь… гуляют все!

Публика зааплодировала, а я моргнула от удивления.

— Псс, — раздалось за спиной.

Обернувшись, я обнаружила спрятавшихся за занавесом младшего инспектора Капулько и Зубаста, который грыз ткань.

Попятилась со сцены и приблизилась к напарникам.

— Предлагаю провести следственный эксперимент, — прошептал Капулько, демонстрируя мешочек с травой. — Это зелье из сумочки Адель Винкс, которым отравили Ханку. Зубаст, след!

Дракономопс оживился, уткнулся носом в пакет и… заглотнул вещественное доказательство.

— Зубастик, фу! Брось бяку! — зашипели мы, вцепившись в зверюгу.

Тот рыкнул, полыхнул огнем из ноздрей и понесся к участницам Отбора. Капулько попытался догнать сорвавшегося с поводка зверя, но тщетно. Зубаст добежал до Норы Вельт и опалил ей подол платья. Девушка взвизгнула, а мы с Капулько многозначительно переглянулись. Преступница найдена? Однако, Зубастик на этом не остановился. Он метался по сцене от одной участницы к другой, кусая сумочки и обрывая оборки. Пока вдруг не замер, широко зевнул и с громким храпом завалился на бок.

Участницы разбежались врассыпную, и только Мирослава бросилась к зверю.

— Что с ним?

— Отравился, — с волнением в голосе сообщил Капулько.

— У меня есть универсальный антидот, ношу в сумочке после случая с Ханкой, — пояснила Мирка и вложила в пасть зверю травяной катышек.

Капулько подхватил дракономопса:

— Отвезу его в Академию к смотрителю.

— Я поеду с вами! — вызвалась Мирка. — Я травница, может, смогу помочь.

И я в какой-то степени травница: окончила первый курс целительского факультета по лечению магических животных. Но максимум, на что я способна, это взять змеелисицу на дело и привлечь к подкопу территории Академии двух сообразительных хомяков-потто. А еще определить, что один хитрый дракономопс крепко спит.

Увы, следственный эксперимент провалился: вещественное доказательство утеряно, преступницу не вычислили. Веселиться не хотелось. К тому же я заметила в приближающие объекты гогглы, что Кристиан о чем-то оживленно беседует с Желанкой. А утверждали, что из-за сходства с родственницей принц смотреть на нее не станет. Даже очень смотрит: во все глаза!

В таком мрачном настроении меня нашла мама и предложила вернуться в лавку, чтобы отметить победу в узком семейном кругу.

— А приглашение на всех распространяется? — поинтересовался подошедший к нам лер Шипка.

— Приходите, конечно, — закивала мама. — Пирогов на всех хватит!

Поздним вечером, когда соседи доели последние пироги, а лира Беладонна включила патефон, появился принц. Он сменил бархатный камзол на твидовый пиджак и стал похож на обычного горожанина.

Мое сердце сделало кульбит. Странно: когда я общалась с Мартином, оно подозрительно молчало. А тут — пустилось вскачь.

Обычно строгий и серьезный Кристиан в нашей лавке словно оттаял. Он шутил, танцевал и совсем не казался занудой.

— Я вам не нравлюсь таким? — спросил он, заметив мое удивление.

— Наоборот, очень нравитесь, — призналась я и тут же исправилась. — Не в том смысле…

— А в каком? — Принц посмотрел так пронзительно, что я растерялась и вдруг поняла, что влюбилась.

А когда Кристиан закружил меня в танце, я выкинула все тревоги из головы.

На память пришли слова Коко Шрапнель. Главный приз все-таки достался мне!