Не отвечая, Егор заложил руки за спину и не торопясь двинулся к окну. Чуть слышно хмыкнув, слуга скрылся за следующей дверью. Все эти игры парню и даром не нужны были, но раз уж обещал быть, значит, придётся играть роль до конца. Он только успел выглянуть на улицу, чтобы оценить вид, когда дверь снова распахнулась и в приёмную стремительно вошёл сам князь и, с порога протягивая руку, с улыбкой произнёс:

– Егор Матвеич, голубчик, безумно рад вас видеть. Я уж, грешным делом, думал, что обидел вас чем.

– Господь с вами, Степан Сергеевич, – удивлённо ахнул Егор. – И в мыслях не было какие обиды таить. Да и не с чего. Просто дела всякие закрутили, – добавил он, пожимая князю руку.

– Прошу вас, голубчик, в кабинет. Сейчас письмо закончу, и тогда уж поговорим спокойно. Поликарп, чаю нам с юношей, – скомандовал он, не оглядываясь на слугу.

– Сей момент будет, ваше сиятельство, – поклонился лакей и, развернувшись, всё так же не торопясь скрылся за дверью.

«Да уж, пока он дойдёт, уезжать пора будет», – усмехнулся Егор про себя, входя следом за хозяином в кабинет и с интересом оглядываясь.

Морёный дуб, орех, карельская берёза. Вся мебель была резной, в тёмных тонах, инкрустированная различными породами дерева. Выглядела эта обстановка тяжеловесно, можно сказать, монументально, навевая воспоминания о рыцарских средневековых замках. Чуть улыбнувшись собственным мыслям, Егор уселся в такое же монструозное кресло и перевёл взгляд на письменный стол.

«Да этой штукой запросто можно дворцовые ворота таранить. По весу и прочности точно подойдёт», – хмыкнул про себя парень, прикидывая толщину столешницы и вес громадных тумб. За любой из них запросто можно было спрятать человека выше средних габаритов.

– Признаться, Егор Матвеич, я очень надеялся, что вы почтите нас своим присутствием, – быстро что-то дописав, высказался князь, сворачивая бумагу и упаковывая её в конверт.

– Что-то случилось, ваше сиятельство? – подобрался Егор.

– Слава богу, нет, – качнул князь головой. – Тут другое. Андрейка мой всё никак тот ваш с ним разговор забыть не может. По совести сказать, вы во всём тогда правы были. А ему того никак принять не получается. Вот я и хотел вас просить. Может, вы с ним сами позанимаетесь? Покажете, как оно всё правильно делать будет? Пусть, что называется, на собственной шкуре узнает, как это, до кровавой юшки из носу учиться.

– Ну, для этого ему придётся с раннего утра ко мне в имение приезжать, – растерянно пожал парень плечами. – Тренируюсь я рано и не по одному часу.

– Оно и видно, – понимающе усмехнулся князь. – Я тут, грешным делом, о вас справки навёл, и признаться, впечатлён, молодой человек. – Многих сумели разом окоротить. И гвардейцев, и бретёра того. Крепко вас учили.

– Батюшка мечтал, что я офицером стану, потому и заставлял всякое учить. От владения оружием до языков и музыки. Но видать, не судьба. После того нападения и контузии служака из меня не приведи господи, – вздохнул Егор, делая скорбную мину.

– Да-да, я помню, вы рассказывали, – быстро кивнул князь. – А что до поездок к вам, так оно даже лучше. Хоть так станет к порядку и дисциплине приучаться. А то привык воротить, чего сам захочет. Избаловали его жена со слугами. Ну как же. Последыш, маленький… – скривился он, явно кого-то передразнивая.

– Только, Степан Сергеевич, тут вот ещё что. Ни я, ни казаки мои его взбрыков терпеть не станем. Начнёт ногами топать, может и нагайкой поперёк кормы огрести, – подумав, предупредил Егор, про себя мысленно усмехаясь.

Это был своего рода тест. Если князь заявит, что подобное с его отпрыском невместно, то и говорить тут будет не о чем. Покажет княжонку несколько упражнений и пусть дальше сам тренируется. Заниматься всерьёз обучением избалованного сопляка парню не улыбалось. Он и сам терпением не отличался, так что у Андрея были все шансы огрести по рогам качественно и быстро. Но ответ князя заставил парня зауважать его. Такого Егор никак не ожидал и не предполагал.

– Ежели за дело, так оно и не лишне будет, – огладив бородку, решительно кивнул князь. – Заодно на себе узнает, как это, когда плетью порют. Глядишь, и со слугами обращаться правильно станет.

– Он что, кого-то порол? – насторожился парень.

– Нет. Но была тут одна история, – скривился князь, явно не желая вдаваться в подробности.

– Ну раз так, осталось только его самого спросить, – развёл Егор руками.

– Вот сейчас чайку попьём, да и спросим. Надеюсь, вы с нами отужинаете? – с улыбкой уточнил Степан Сергеевич.

– Не откажусь, ваше сиятельство, – не стал кокетничать парень.

– Вот и прекрасно. Да где они там с чаем? – вдруг возмутился князь, и словно в ответ на его слова, дверь распахнулась и вошедший слуга, поклонившись, оповестил, что стол в малой столовой уже накрыт.

– Пойдёмте, Егор Матвеич, – обрадовался князь. – Поликарп, скажи там, на кухне, что у нас к ужину гость. Вы даже не представляете, молодой человек, как порой скучно бывает, – принялся вещать он, выходя в коридор. – Вроде и дела в порядке, и дом полная чаша, а словом по душам перемолвиться не с кем. Дети выросли, у них теперь свои заботы. Супруга всё больше своими делами занята. Они там с дамами богадельню какую-то опекают. А я порой сижу в кабинете, и от тоски взвыть хочется.

– Понимаю вас, Степан Сергеевич, – поддержал Егор князя. – Пока дедушка жив был, мы с ним и на охоту, и на рыбалку ездили. И спорили порой обо всяком. А теперь иной раз и вправду даже поговорить не с кем. Ну не станешь ведь с казаками большую политику обсуждать, – подпустил он в голос сиротской слезы. – Люди они умные, бывалые, да только знаний нужных не имеют.

– Это верно, – закивал князь. – А ведь я, признаться, и сам прежде охоту любил. И с удочкой посидеть тоже. Да только имение наше от Москвы далеко, а напрашиваться к кому, значит, одалживаться. Не люблю я такого.

– Господь с вами, Степан Сергеевич, – уловил парень намёк. – Вот как по осени сезон откроется, так милости прошу. И кабана пострелять можем, и лося, и птицу перелётную. Гусь у меня на полях всё время садится. Поля прямо по берегу реки располагаются. Утка имеется. А захотите, можем и на боровую дичь сходить. А вот ближе к Рождеству на волка приезжайте. Всё одно стану загон устраивать, чтобы скотину по деревням разбойники не резали.

– Егор Матвеич, не знаю, что и сказать, – остановившись в дверях столовой и развернувшись к нему всем телом, произнес князь. – Неужто и вправду дозволите в угодьях ваших развеяться.

– Да с дорогой душой, Степан Сергеевич, – развёл парень руками. – Говорю же, мне порой и самому от тоски да одиночества взвыть хочется.

– Уговорились. Как решите сезон охотничий начать, шлите письмо. Обязательно буду, – истово пообещал князь, и Егор вдруг понял, что ему и вправду одиноко в огромном доме.

Он широким жестом указал гостю на двери и, войдя следом за ним в столовую, одобрительно хмыкнул, окинув стол внимательным взглядом:

– Ага, поняли, шельмы, что у меня не просто гость в доме. Присаживайтесь, Егор Матвеич. Чайком побалуемся.

– А что же, Андрей разве не дома? – осторожно осведомился парень.

– Все втроём уехали куда-то, но обещали к ужину быть, – отмахнулся князь. – Я потому и обрадовался визиту вашему. Хоть не так скучно их ждать будет. Как думаете, Егор Матвеич, случится у нас война с британцами? – вдруг сменил он тему. – Уж больно много они себе воли взяли.

– Не станут они так рисковать, – аккуратно прихлёбывая чай, качнул Егор головой. – У них флот сильный. А вот пехота слабая. Да и не умеют они всерьёз воевать. Россия, это не Индия и не Африка. Нас стрельбой не напугаешь. Это там, местные, огненного боя не зная, пугаются, а тут и сами пальбой ответим. Они потому и стараются побольше именитых семей на свою сторону склонить. Предпочитают чужими руками воевать. Разделяй и властвуй, вот их принцип.

– Согласен, – внимательно его выслушав, решительно кивнул князь. – А наши олухи уши развесят и думают, что их посулы правда. Вот и случаются в стране замятни всякие.

– Британцы врут, как дышат, – зло усмехнулся Егор. – Для них жители любой страны что-то вроде папуасов, которые только и достойны, что им прислуживать. А то, что ты титул имеешь или сам доброго рода, им и дела нет. Всё одно абориген не мытый.

– Не любите их? – с интересом уточнил князь.

– Так если б не эти крысы, в государстве нашем всё давно уже добром бы было. А они вечно народ мутят и друг с дружкой нас сталкивают. Впрочем, и остальные не лучше. Им всем просторы наши покоя не дают. Самая большая в мире страна, и не их колония. Вот и бесятся, – решительно заявил Егор, сжимая кулак.

– Да уж. Крымская война ясно показала, что друзей в Европе у нас точно нет, – ответил князь, одобрительно кивая на спич парня.

Договорить они не успели. В коридоре послышались возбуждённые голоса, и в столовую дружной гурьбой ввалились княжата. Увидев гостя, они оживились ещё больше и кинулись здороваться. Помня, что среди них имеется юная дама, Егор встал и, коротко поклонившись, с улыбкой осторожно попенял:

– Что ж это вы, молодые люди, меня в гости звали, а сами из дому сбежали?

– Думали, успеем до вашего приезда, – извиняющимся тоном ответил Роман, как самый старший в этой банде.

– И куда вас вообще носило? – сварливо поинтересовался князь, незаметно подмигивая парню.

– По оружейным магазинам проехались, – вздохнув, признался Андрей.

– Все трое? – удивился Степан Сергеевич.

– Ну, научиться правильно обращаться с оружием нам всем не помешает, – мило улыбнулась Наталья. – К тому же Егор Матвеич очень толково объяснил тогда, какое именно оружие для меня подходит. Вот и решили попробовать.

– И как? Нашли? – с интересом уточнил Егор.

– Не получилось, – удручённо признался Роман. – Знаний нужных не хватило. Вроде и в руке лежит, и спуск не сильно тугой, а всё одно неудобно.

– А какое именно оружие смотрели? – заинтересовался Егор.

– Всякое. И пистолеты, и револьверы, но так и не поняли, на чём остановиться, – в очередной раз вздохнул Андрей.

– Забудьте про пистолеты. Очень скоро они останутся только для дуэлей. Подбирать надо револьверы. Не забывайте, что прогресс не стоит на месте и всякие изобретатели времени даром не теряют. Так что брать надо только новые образцы оружия, – решительно заявил парень.

* * *

Задумчиво прокручивая на пальце за скобу очередной револьвер, Егор продолжал мысленный диалог с самим собой. Уж слишком ситуация была непонятной. Отпрыски знатной, богатой семьи не должны вести себя так, как вела себя троица Ростовцевых. А тут они делали всё, чтобы сойтись с ним как можно ближе. Зачем? А вот самому бы знать. И Егору это переставало нравиться. Привык уже ждать от подобных семейств удара в спину.

– Так что скажете, Егор Матвеич? – выдернул его из размышлений голос Андрея.

– Возьмите револьвер в руку и наведите его на вон тот шкаф, – вздохнув, скомандовал парень.

Княжич покорно выполнил команду, и Егор чуть слышно хмыкнул, увидев, как ствол револьвера начал подрагивать.

– Тридцать восьмой калибр имеется, в дюймовой системе?

Продавец, к которому был обращён этот вопрос, удивлённо вскинул брови и, осторожно кивнув, сообщил:

– Имеем, сударь, только стоит он… – продавец удручённо покачал головой.

– Показывайте, а деньги наши не вам считать, – тут же вспыхнул Андрей.

– Андрей Степанович, – не повышая голоса, осадил его Егор. – Продавец сей свою работу делает, так что извольте разговаривать с ним вежливо. Не стоит забывать, что он с вами не знаком и состояния вашего не знает.

– Да, вы правы. Простите, любезный, – извинился он перед продавцом.

– Пустое, господа. Вот, извольте. – Улыбнулся тот, выкладывая на стол требуемый товар. – Тридцать восьмой калибр. Шесть камор в барабане. Ствол длиной три дюйма. Сорок рублей на ассигнации встанет. Товар англицкий, так что, уж простите, дешевле никак.

– Попробуйте этот, Андрей Степанович, – кивая ему, скомандовал Егор княжичу.

С этим оружием дело пошло гораздо лучше. Но всё равно примерно через полминуты ствол снова начал гулять.

– Как вам? – поинтересовался парень, разворачиваясь к княжичу всем телом.

– Удобен. И в руке слышится лучше, – подумав, осторожно высказался тот.

– Прекрасно. Вот его и берите, – кивнул парень.

– А я, пожалуй, всё-таки вот этот возьму, – задумчиво протянул Роман, вертя в руках револьвер сорок пятого калибра.

– Ну, если уверены, что сумеете его отдачу выдержать, то бога ради, – коротко кивнул Егор.

– А мне что брать? – обиженно протянула Наталья. – Эти все для меня тяжелы больно.

– Оно и понятно, – хмыкнул парень, бросая взгляд на её небольшие, изящные ладошки. – Три линии дюйма калибром что имеется? – повернулся он к продавцу.

– Есть один. Но он пятизарядный, – отозвался продавец, ныряя под прилавок.

– Ну, барышне им не воевать. А для учёбы и в дороге самое оно будет, – отмахнулся парень.

– Извольте, сударь, – быстро произнёс продавец, выкладывая на прилавок очередную коробку.

Достав из неё оружие, Егор протянул револьвер девушке рукоятью вперёд и снова велел прицелиться в шкаф. Из всей троицы только у Романа ствол оружия удерживался на цели в течение минуты без особого напряжения. С остальными нужно было серьёзно работать. Несколько раз вскинув револьвер и наведя его на одну и ту же точку, Наталья задумчиво хмыкнула и, повертев оружие в руке, решительно кивнула:

– Этот. Он хотя бы полегче остальных будет.

– Вот и славно, – вздохнул Егор с облегчением. Этот марафон по оружейным лавкам уже начал его раздражать.

Велев продавцу подать ещё по пять сотен патронов к каждому стволу, Егор вопросительно посмотрел на Романа, как на самого старшего из троицы. Чуть кивнув, тот подошёл к прилавку и, достав из кармана бумажник, вопросительно уставился на продавца, ловко перекидывавшего костяшки счёт. Сам же парень, посчитав свою миссию выполненной, отошёл в сторонку, осматривая витрину с охотничьим оружием.