Слишком уж неожиданно он появился и слишком громко о себе заявил. К тому же внимание к нему сильных мира сего заставило те семьи на время затихнуть и уделить его деятельности усиленное внимание. Всё это Игнат Иванович поведал парню после очередного визита, уже в карете, по пути к дому. Слушая его, Егор только мысленно матерился про себя, ругая всех, с кем пришлось познакомиться.

Не окажись они настолько трусливы, ну, или осторожны, ему не пришлось бы вынужденно жить затворником. Ведь почти у всех этих семей имелись дети, его ровесники. Так что завести подходящее знакомство, пусть и не дружеское, ему было бы проще. Во всяком случае, вполне возможно, всё обошлось бы без скандалов и дуэлей. Хотя без тех же скандалов все его дела шли бы не так весело. Егор вдруг понял, что стал приобретать вкус к риску.

Это открытие заставило парня удивлённо хмыкнуть и сосредоточиться на том, что ему рассказывал дядя. Как оказалось, увлёкшись собственными мыслями, он прослушал почти всё, что вещал ему родич. Взяв себя в руки, парень ухватил окончание монолога и, кивнув, задумчиво проворчал:

– Дядюшка, а вы уверены, что им нужно знакомство со мной? Фигура я непростая, можно сказать, скандальная. Среди титулованных семейств теперь вообще неприкасаемый, и к чему им подобные связи?

– Что значит неприкасаемый? – насторожился Игнат Иванович.

– В Индии население разделено на касты. И самая низшая каста, так называемые парии, неприкасаемые. Они могут заниматься только самым грязным трудом и с ними никто не хочет иметь дела.

– Про касты слыхал, а вот названия такого никогда не слышал, – удивлённо хмыкнул дядя. – А про то, что теперь с тобой многие именитые знаться не захотят, так тут ты ошибаешься сильно. Уж поверь, – добавил он, иронично усмехнувшись.

– Не понял, – на автомате протянул Егор. – Это как понимать прикажете, дядюшка? Что вы опять задумали?

– Ничего. Но всё дело в том, что те семьи, которые против тебя ополчились, оказались сами в некоторой степени отлучены от двора. Их фракция слишком уверовала в свою неприкосновенность и правоту. А в итоге ты вдруг сломал им всю игру.

– Я? Это каким же канделябром? – изумлённо уточнил Егор.

– Когда принялся драться с их отпрысками на дуэлях. К тому же в столице так по сей день и не смогли понять, кто и почему застрелил некоего графа. А он был одним из главных вдохновителей той фракции, – наставительно пояснил Игнат Иванович.

– И что мне теперь делать? – озадачился парень.

Он и вправду уже начал путаться во всех местных причинно-следственных связях. Про интриги и говорить не приходилось. Такому он никогда не учился, так что даже соваться туда не собирался. Но, как ни крути, а ему пришлось, пусть и невольно, во всё это влезть. Так что теперь придётся думать, как из всего этого выбраться, и желательно одним куском. Уж слишком виртуозно у него стало получаться наживать себе влиятельных врагов. Про всяких иностранных агентов влияния он пока не вспоминал. Этих тварей парень готов был уничтожать пачками. В любое время и любыми способами.

Утром, после завтрака, Егор предложил дяде просто прокатиться по городу и зайти в полюбившуюся ему кофейню. Но Игнат Иванович решил остаться дома. Ожидал нарочного со службы. Сам же Егор сидеть дома не хотел категорически. Велев запрягать, он переоделся и отправился размышлять. Он и сам не понимал, почему ему удобнее всего было осмысливать всё происходящее именно в той кофейне. То ли запах свежего кофе так на него действовал, а то ли сам напиток наводил на размышления.

Никита подогнал карету, и Егор, пообещав дяде вернуться часа через три, уселся в салон. Спустя сорок минут он вошёл в заведение и, усевшись за свой столик, улыбнулся подскочившему официанту. Услышав, что заказ клиент менять не собирается, молодой разбитной парень быстро сервировал столик и, убедившись, что всё в порядке, испарился. Пригубив напиток и убедившись, что варить кофе тут не разучились, Егор подцепил ложечкой кусочек шербета и, отправив его в рот, испустил вздох удовольствия.

Но уже в следующую минуту чуть не подавился, увидев входящую в кофейню фигуру. Прямиком к его столу решительно направлялась Наталья. Дочка Елены Всеславовны, бывшей подруги дяди. Кое-как справившись с собой, Егор поднялся и, поздоровавшись, растерянно произнёс:

– Рад вас видеть, Наташа. Но позвольте спросить, как вы тут оказались? И где ваша маменька? Почему вы одни?

– Я искала вас, Егор Матвеич, – улыбнулась девушка, присаживаясь к столу.

– Меня? – окончательно растерялся парень.

– Увы, но в доме вашего дяди мне сказали, что он уехал в имение, и мне пришлось отправиться сюда. Признаться, я глазам своим не поверила, когда увидела вас входящим в это заведение. Впрочем, помня, что вы и в Петербурге регулярно заходили в кофейню, этого следовало ожидать.

– Подождите, Наташа. Давайте начнём по порядку, – придя в себя, попросил Егор. – Вы сказали, что искали меня или дядю? Позвольте спросить, зачем? Что у вас случилось?

– От нас требуют продать наше имение. Угрозами, – еле слышно произнесла девушка.

– Кто? – резко мрачнея, уточнил парень.

– Я не знаю их. Но эти люди угрожают нам.

– А где именно располагается ваше имение? – помолчав, задумчиво уточнил парень.

– Под Гатчиной. Оно рядом с дворцовым парком, так что при желании можно запросто пройти ко дворцу. Оно потому и стоит дорого, хотя дохода серьёзного не приносит, – принялась пояснять девушка.

– Очень интересно, – хмыкнул Егор. – Выходит, ваша маменька осталась дома, а вы решились отправиться в путь? Одна?

– Со мной мой кучер. Он давно в нашем доме служит. Захар Петрович меня незаметно из имения вывез, а после, когда я дядю вашего не нашла, сюда и привёз. Но маменька знает, куда именно я поехала, – добавила она.

– А почему вы отправились к дяде, а не в полицию или жандармерию? Ведь подобные дела они разбирают.

– Маменьке из имения выезжать не дают, а меня там никто и слушать не станет, – развела Наталья руками.

– Что значит не дают? – подобрался Егор.

– На дороге всё время стоят трое, с оружием, они и заставляют её вернуться домой, угрожая убить. Даже лошадь, что в карету была запряжена, однажды убили. А самое главное, они приезжают к нам в дом почти каждый день. И с каждым разом их угрозы становятся всё сильнее. Егор Матвеич, умоляю, помогите нам, – вдруг взмолилась девушка со слезами на глазах.

– Так. Ваша карета здесь? – залпом допивая кофе, уточнил парень.

– Да, за углом стоит.

– Поехали, – скомандовал Егор, бросая на столик деньги и решительно поднимаясь.

Отправив девушку за транспортом, он остался стоять на тротуаре и, когда её карета подкатила, с ходу приказал:

– Захар Петрович, вон за той каретой езжай. И постарайся не отставать.

– Сполню, сударь, – пообещал кучер, пожилой, но ещё крепкий мужчина.

Быстрым шагом подойдя к своей карете, парень приказал быстро везти его домой, и Никита, кивнув, звонко щёлкнул бичом, едва он уселся в салон. Спустя полчаса обе кареты вкатились во двор имения, и Егор принялся помогать девушке выбраться из салона. Отдав слугам команду подготовить комнаты, он повёл нежданную гостью к дяде, не забыв и про кучера с транспортом Натальи. Увидев девушку, Игнат Иванович от удивления едва из кресла не выпал. Внимательно выслушав её рассказ, он растерянно тряхнул головой и, повернувшись к парню, тихо спросил:

– Ты что-нибудь понимаешь?

– Сейчас я провожу Наталью в её комнаты, а после поговорим, – ответил Егор, едва заметно подмигивая ему.

– Конечно-конечно, – поспешил согласиться Игнат Иванович. – Вам, Наташенька, нужно отдохнуть с дороги.

Передав гостью горничной, Егор вернулся в кабинет и, присев к столу, тихо произнёс:

– Боюсь, дядюшка, мы снова влезли в чей-то заговор.

– Объясни, – моментально подобравшись, потребовал дядя.

– Вся штука в том, что их имение прилегает прямо к дворцовому саду. То есть, чтобы попасть на территорию дворца, даже лошадей запрягать не надо. Запросто можно пешком дойти. И кому может потребоваться такая возможность?

– Хочешь сказать, что государю угрожает опасность? – сообразил дядя.

– Иной причины так нагло требовать продажи имения я не вижу, – развёл парень руками.

– А ведь похоже, чёрт возьми. Очень похоже. И что делать станем, мон шер? – задумчиво кивнув, прямо спросил Игнат Иванович.

– Я вижу только один выход. Поднимаем казаков, и в путь. Самое неприятное, что мы даже к жандармам обратиться не можем. Ведь все мои выкладки не более, чем просто догадка. Ничего серьёзного мы показать не можем. А значит, придётся действовать самим.

– И как ты собираешься это сделать? – уточнил дядя, глядя на него с заметным подозрением.

– А как я могу действовать? – иронично хмыкнул Егор. – Подъезжаем, стреляем, но так, чтобы те сторожа живыми остались. После допрашиваем и едем наносить визит заказчикам. Когда государь собирается с семьёй в Гатчину ехать? – на всякий случай уточнил он.

– По весне. Как снег сойдёт, – кивнул Игнат Иванович, понимая, о чём идёт речь.

– Прекрасно. Значит, время у нас ещё имеется.

– Но и откладывать всё напоследок не стоит, – не уступил дядя.

– И не собирался. Вот Наталья передохнёт пару дней, и начнём собираться, – прикинув кое-что к носу, заверил парень. – Заодно и я хвосты по делам подберу.

– Хвосты? У тебя? – иронично хмыкнул Игнат Иванович. – Да у тебя дела идут, как тот брегет. Даже при папеньке, царствие ему небесное, и то такого порядка не было. К тому же я тут успел ещё с людьми поговорить, так крестьяне на тебя молиться как на ту икону готовы. Торгуешь только мукой, им за помол платить не надо, масло жмёте, да ещё и семенной фонд свой имеется. Лихо ты тут развернулся, – одобрительно усмехнулся он.

– Я деду обещал, что имение это сберегу, чего бы то ни стоило, – тихо ответил парень.

– Знаю, и за то благодарность моя тебе вечная, – тепло улыбнулся дядя.

– Значит, решено? Три дня на решение всех дел, и в дорогу? – уточнил Егор, нарушив затянувшееся молчание.

– Три дня тут, ещё неделя в дороге. Думаешь, Елена сумеет столько времени продержаться? – задумался Игнат Иванович.

– Она знает, куда Наталья отправилась, значит, должна, – пожал Егор плечами. – В любом случае иного выхода у нас нет. Не откликнуться на её просьбу мы просто не можем.

– Это верно. Что ж. Так и поступим, – решительно кивнул Игнат Иванович.

Утром следующего дня Егор с головой погрузился в подготовку к поездке. Первым делом, озадачив казаков, он попросил их выделить пятёрку бойцов для решения возникшей проблемы. Брать с собой больше он счёл не рациональным. Десяток сразу привлечёт к себе внимание, а это им было не нужно. Чем позже бандиты поймут, что вляпались, тем лучше. Дальше последовал разговор с Никитой и кучером девушки. Услышав, что помощь готова выдвинуться в имение, Захар Петрович пообещал вывезти бойцов прямо на бандитскую заставу так, что они того и не поймут.

Сообщив в жандармерию, что вынужден будет уехать, Егор перевёл для них все имевшиеся документы и, убедившись, что на мануфактуре всё идёт своим чередом, приказал собирать вещи. Спустя три дня с момента принятия решения две кареты в сопровождении пятёрки верховых казаков направились в сторону столицы.

* * *

Дорога заняла неделю, но карету Натальи пришлось бросить. Её лошади просто не поспевали за парой, впряжённой в карету Вяземских. Как ни крути, а Иван Сергеевич толк в лошадях знал и для выезда подбирал коней в масть, и если не породистых, то выносливых и сильных. Так что до дома Игната Ивановича они доехали без приключений. Взяв сутки на отдых, Егор принялся продумывать операцию, но помня про обещание Захара Степановича, решил немного подождать. Кучер, будучи человеком обязательным, гнал карету своим ходом, отстав от выезда.

Без опытного кучера, знающего окрестности имения, дело было не сладить. Тем более зимой, когда снегу навалило едва ли не по пояс. Через день пришла карета Натальи, и родичи тут же принялись строить планы. Игнат Иванович с самого начала решил не привлекать силовые структуры прежде времени. Нужны были хоть какие-то доказательства замеченного заговора. Просто слов в подобном случае было мало. Уж слишком высоко заговорщики замахнулись. Но прежде требовалось обеспечить хоть какую-то защиту Елене Всеславовне.

В том, что бандиты не раздумывая прикроются женщиной или станут использовать её как заложницу, Егор не сомневался. Так что роли в этой пьесе он распределял осторожно, но твёрдо. Первым делом нужно было снять заставу на дороге. Этим займутся казаки. Этим бойцам спеленать тройку зарвавшихся уголовников, как воды попить. Помня, что такое казацкая нагайка с привязанным к ней мешочком, парень с ходу озадачил Михалыча подготовкой.

Дальше в дом они будут входить, исходя из результата допроса бандитов. Наталья рассказала, что заговорщики приезжают к ним в середине дня, в количестве двух человек. И только после этого всех схваченных можно будет передать полковнику Угрюмову. Если кто и сумеет заставить все силовые структуры шевелиться, так это только он. Состав банды заговорщиков не известен, так что рисковать жизнью императора они просто не имели права.

А с такими фактами полковник прижучит всех заговорщиков, не особо напрягаясь. На этом было решено остановиться. Влезать в расследование или ещё как-то углубляться в такое дело ни Егор, ни Игнат Иванович не собирались. Там и без них было кому этим заниматься. В их ситуации главное было помочь женщинам. Наталья рвалась поскорее попасть домой, но Егор быстро осадил её порыв, просто объяснив, что спасти одну заложницу гораздо проще, чем двух. И пока дело не сладилось, Елене Всеславовне ничего не угрожает.

Вот тут озадачилась не только Наталья, но и Игнат Иванович. Окинув парня задумчивым взглядом, дядя расправил усы и, помолчав, тихо попросил:

– Егорка, ты б объяснил, с чего так думаешь?

– Им шума лишнего сейчас не нужно, – вздохнув, принялся растолковывать Егор. – Одно дело, когда сама хозяйка имение продаёт, и совсем другое, когда в том имении непонятные люди всё время крутятся. Там ведь ещё и слуги имеются, и крестьяне в деревнях приписных. А всем сразу рта не заткнёшь. Что-то да просочится. А так, как сейчас, им и предъявить нечего. Ну, заезжают господа к женщине. Имение им глянулось, вот и ведут с ней разговоры всякие, чтобы к продаже склонить. Так законом это не возбраняется.