Не знаю, что бы я делала, если бы не Максим! Куда бы пошла, ума не приложу! Видя мое состояние, он, как истинный мужчина, взял мою разбитую вдребезги жизнь, собрал кусочки и взял ее под свой полный контроль.

Когда я сказала, что мне некуда идти, Левашов сразу заявил, что я могу остановиться у него, и жить там столько, сколько нужно. Дом большой, места хватит, чтобы друг другу не мешать. Я попыталась сопротивляться, но он все мои отговорки пресек на корню. К тому же сопротивлялась я довольно вяло — выбор у меня был невелик.

Мы заехали ко мне домой. Макс остался ждать в машине, а я поднялась в квартиру, чтобы собрать необходимые на первое время вещи. Жека был дома.

— Надь, — кинулся он ко мне едва я переступила порог.

— Не трогай меня! — я отстранилась, выставила вперед обе руки.

Не хотела, чтобы он прикасался ко мне. Противно… Он поднял ладони вверх и отступил.

— Хорошо, хорошо… Не буду… Прости…

Вид у него был какой-то нервозный. Волосы взъерошены, лицо осунулось, под глазами налились темные мешки.

— Я за вещами. Сейчас соберу кое-что и уеду, — заявила я, просачиваясь мимо него в узком коридоре к спальне.

— Куда ты пойдешь? — Жека подпер плечом шкаф, сложил руки на груди и наблюдал, как моя одежда исчезала в большой спортивной сумке.

— Не твое дело! — огрызнулась я.

— Вообще-то мое! Ты моя жена!

— Правда? — внутри меня все закипело. — А что же ты обо мне не вспомнил, когда причиндалы свои в мою подругу засовывал?!

Меня передернуло от отвращения.

— Ну не начинай, а? Если бы ты не пришла в офис без предупреждения, ты никогда бы даже об этом не узнала…

Я сжала кулаки и развернулась к нему.

— То есть, я правильно тебя поняла, ты мне изменил, а я еще и виновата осталась? — Жека отступил, видя мое разгневанное лицо.

— Я не это имел в виду… — промямлил он.

— А что ты имел в виду?

— То, что ты видела… — он сглотнул ком в горле. — Это для меня ничего не значит… Правда…

— Какого же хрена ты тогда это делаешь? — заорала я.

— Ну… Леля… — я поморщилась от звука ее имени. — Ей очень одиноко… что ли…

— А-а-а… — шлепнула я себя по лбу, изобразив внезапное озарение. — А ты у нас такой филантроп! Благотворительностью занялся? Спасаешь людей от одиночества! Браво!

Я театрально захлопала в ладоши.

— И многих уже спас?

— Не передергивай! — он нервно поежился. — Она наша подруга!

— Ах, подруга! Точно! Я уже и забыла! — закатила я глаза. — Только что-то я не помню, что в наших с тобой супружеских клятвах было разрешение на дружеский секс с кем бы то ни было!

— Этого больше не повториться! Обещаю! — Жека схватил меня за руки и попытался заглянуть в глаза, но я выдернула свои ладони и отпихнула его.

— Не смей ко мне прикасаться. Больше никогда!

— Надь…

Я жестом заставила его замолчать. Мне захотелось поскорее покончить с вещами и убраться отсюда. Я металась по квартире с бешеной скоростью, закидывала в сумку все, что могло пригодиться, а муж ходил за мной по пятам с видом побитого щенка.

— Знаешь, что самое поганое во всей этой ситуации? — я резко развернулась и ткнула его пальцем в грудь. — Что ты даже не осознаешь, какую боль мне причинил всем этим! Ты не чувствуешь своей вины.

— Чувствую! — он даже обрадовался, что я заговорила с ним. — Чувствую, Надь! Я заигрался, натворил дел… Но я очень хочу все исправить!

Жека рухнул передо мной на колени, обнял мои бедра, уткнулся носом в живот.

— Прости меня… — всхлипнул он. — Прости, прошу… Я люблю тебя… Только тебя… Всегда любил… Я не могу тебя потерять…

— Уже потерял, Жень, — я выбралась из его объятий, застегнула сумку и закинула ее на плечо. — Я не смогу вас простить.

Жека вскочил на ноги, перегородил своим телом входную дверь и выставил руки вперед.

— Нет! — в его глазах читались какие-то безумные нотки. — Ты не можешь уйти! Я не отпущу тебя!

Я устало вздохнула.

— Жень, дай мне пройти. Ты сейчас ведешь себя, как избалованный ребенок! Пора уже превращаться в мужчину. Научись, в конце концов, отвечать за свои поступки.

Я попыталась отодвинуть его и выйти, но он не позволил. Он сгреб меня в охапку, прижал к себе и попытался поцеловать.

— Это все забудется… — шептал он, нащупывая губами мой рот. — Нужно время…

Я старалась вырваться из его хватки, отворачивалась от него, но он был гораздо сильнее меня, поэтому все мои попытки отбиться закончились неудачей. Он так грубо сжал меня, словно удав в кольце, что мне уже стало нечем дышать. В какой-то момент мне показалось, что у меня сейчас треснут ребра, а он уже тащил меня в сторону спальни.

— Ты не можешь уйти от меня… — бормотал он. — Мы ведь со школы вместе.

— Отпусти меня, Жень, пожалуйста! Ты делаешь мне больно… — попыталась я его уговорить, но понимала, что мне вряд ли это удастся сделать. Он явно слетел с катушек.

— Мы ведь созданы друг для друга, — шептал он, бросив меня на кровать и наваливаясь сверху. — Только ты и я… Больше никого никогда… Клянусь…

— Не надо, Женя… Прошу тебя! — по моим щекам катились слезы. — Не трогай меня…

— Ты сейчас сама поймешь, как нам хорошо вместе…

Когда он рванул на мне блузку, я закричала. Громко, пронзительно, оглушающе. Муж на мгновение опешил, посмотрел удивленными глазами сначала на меня, потом на кусок шелковой ткани, зажатый в его кулаке, и покраснел. Он быстро слез с меня и отскочил в сторону.

— Прости… — пробормотал он. — Мне просто очень плохо…

— Сволочь! — выплюнула я, вставая с кровати.

Я выбежала в коридор, схватила сумку и пулей вылетела из квартиры. Мне хотелось поскорее убраться отсюда. Из этого места, которое много лет было моим домом, от этого мужчины, которого я всю жизнь любила, а теперь совсем не узнавала.