Я бесцельно бродила по улицам до самого вечера. Просто шла и шла вперед, не разбирая дороги. Один раз я чуть не попала под машину. Хорошо, что какой-то молодой человек успел вытащить меня из-под колес. Он увидел мое зареванное лицо, хотел помочь, но я отмахнулась. Мне сейчас никто не поможет. Все, что мне было нужно, чтобы меня оставили в покое.

Мне хотелось побыть одной. Обдумать все и решить, как жить дальше. Я вдруг осознала страшную истину — мне было совершенно некуда пойти. Мама и брат на далеком Сахалине, муж меня предал с моей единственной подругой. У меня в этом городе больше никого не осталось. Никого, кто мог бы помочь мне пережить эту боль.

Я дошла до реки. Ноги настолько устали, что отказывались слушаться, но теперь у меня была цель, и я собиралась добраться до места, где смогу отгородиться от людей и побыть наедине с собой, даже если придется ползти.

Я нашла это место еще когда училась в школе. Отвесный утес на берегу реки, вдали от городского шума и суеты, а на самой вершине площадка — небольшой пятачок, заросший мягкой травой и луговыми цветами. Я всегда сбегала туда, когда мне было плохо и хотелось побыть наедине со своими мыслями. Садилась на край, свешивала ноги и смотрела на воду. Там думалось лучше, там я быстро успокаивалась. Это было только мое убежище, место силы, о котором никто не знал, даже Лелька.

Я не была уверена, что мой утес никто не облюбовал и там осталось все так, как в детстве. Отдыхающие обходили его всегда стороной. Слишком высоко карабкаться, и до воды далеко, не искупаешься. Вот оно и пустовало. Но прошло много лет. Линия набережной активно застраивалась, каждый клочок земли шел в дело. Мой утес тоже мог кому-то приглянуться, но я все же решила проверить.

Когда я добралась до места, обнаружила, что у подножья вырос забор, вокруг стояла брошенная техника, валялись обломки строительного мусора. Я подняла голову, на самом утесе пока ничего не построили. Ветер перебирал высокую траву, никем не примятую. Я пошла вдоль забора и обнаружила лаз. Кто-то разрезал кусачками жестяной лист и отогнул его так, чтобы мог пролезть человек. Я без малейших раздумий нырнула в дыру и поднялась на холм.

С утеса открывался потрясающий вид. С одной стороны на город, с другой на реку. Я, как в детстве, уселась на самый край, свесила ноги, откинулась назад, подставляя лицо ветру и солнцу, и на миг поймала ощущение безмятежности и покоя. Я уже так устала плакать!

Но миг быстро прошел. В голову снова полезли образы, заставившие поморщиться. Как они могли так со мной поступить? Зачем он ей понадобился? Ей стоило только свистнуть, набежала бы толпа мужиков — выбирай кого хочешь! Но нет… Она забрала моего. Разве друзья так поступают?

Уверена, мне было бы легче, если бы Жека нашел себе девушку где-то на стороне. Пусть она была бы моложе, красивее, умнее меня. Плевать! Да с кем угодно он мог мне изменить, только не с Лелей. Мы ведь были, как сестры. Дружили с самого детства. Я даже вспомнить не могла время, когда ее не было в моей жизни. И тут такое… В голове не укладывалось.

Неужели вся моя жизнь была всего лишь лицемерным фарсом? Как это вообще? Как давно они меня обманывали? Месяц? Год? Два? Всю жизнь? А если бы я сегодня не пришла в офис? Так и оставалась бы в неведении? Интересно, насколько далеко бы они зашли в своем вранье?

А ведь я подозревала… Женя, после учиненного мною скандала у Левашова, убедил меня, что я себе все придумала, но ведь мне не показалось! И вот они доказательства. И помада на воротнике была ее! Ни с каким главным бухгалтером он не танцевал. Пока сотрудники веселились на корпоративе, они предавались страсти где-то в укромном уголке.

Запонка… Так вот как она попала за бочок унитаза! Пока я валялась дома, притворяясь больной, мой муж трахал в туалете Лелю. А они ведь не знали, что я претворялась! Боже… На той вечеринке были все наши одноклассники. А если бы их кто-то застукал?

Мне вдруг стали понятны многозначительные взгляды Самохиной и ее едкие комментарии. Она все знала! Ну или, по крайней мере, оказалась не так слепа, как я. И Макс намекал мне на что-то подобное. Что он тогда сказал про Лелиного принца? Он давно предпочел другую… Ты был не прав, Макс. Принц всех перехитрил и работал на два фронта.

Принц! То же мне… Да если бы не его отец, Жека был бы самым обычным парнем, ничем не примечательным! Весь вот этот мажорский лоск — дорогие шмотки, новенький крутой мотоцикл — вот что выделяло его из толпы сверстников. А я, как сорока, кинулась на блестящее! Неужели я настолько меркантильна?

Взять хотя бы Левашова. Оказывается, в школе, он везде, как тень, за мной ходил, но я вообще не замечала его. А сейчас, когда он стал успешным и богатым, то вдруг в нем появилась привлекательность. Так это что ли работает? Но я же не разлюбила мужа, когда он потерял все! Было тяжело, но я всегда его поддерживала, во всем помогала, пока он упивался своим горем, страдал и непрестанно ныл.

Интересно, если бы Леля тогда не помогла ему, смог бы он сам чего-нибудь добиться? На этот вопрос у меня не было ответа. Я подозревала, что Жека был слабаком, привыкшим выезжать за счет чужого успеха, приспособленцем. Может он спал с Лелей из-за денег? Был ей так благодарен, что не смог отказать? Почему-то я решила, что инициатором этого гнусного предательства была именно Леля.

А она-то что в нем нашла? Я помнила, когда он появился в нашем классе, на него одновременно все девчонки запали. Но столько лет прошло! Почему сейчас?

В голове было так много вопросов, и так мало ответов… Но самый главный очень меня мучил — что мне делать дальше? Я откинулась на траву, закрыла глаза, которые нестерпимо горели и задремала. Когда я проснулась, солнце уже медленно опускалось за горизонт. Я повернула голову и увидела, что рядом со мной на траве сидит Макс.

— Что ты здесь делаешь? — я резко поднялась, отчего в ушах зашумело, а перед глазами поплыли темные круги.

— Охраняю твой сон, — ухмыльнулся он, не отводя взгляда от ярко-красного солнечного диска, повисшего низко над рекой.

— Как ты нашел меня? — я села поудобнее, сорвала травинку и отправила ее в рот.

— Позвонил Жеке, узнать, как ты… — я поморщилась от упоминания имени мужа-изменщика. — Он сообщил, что ты пропала…

— Откуда ты узнал про это место? — удивилась я.

Я была уверена, что о нем никому не известно.

— Я сюда тоже бегал в детстве, — улыбнулся он. — А однажды пришел на утес, а тут ты сидишь…

— Ты подглядывал за мной?! — возмутилась я.

— Совсем чуть-чуть, — пожал плечами Левашов. — Классное место, правда?

— Хорошо здесь… Спокойно, — кивнула я головой. — И что? Ты больше сюда не приходил?

— Почему? Приходил… Когда тебя не было.

— Я даже не знала…

— Как ты вообще? — во взгляде Максима читалось сочувствие, а у меня тут же снова защипало глаза.

— Ты уже знаешь? Про них…

— Да. Жека мне сказал.

— Что думаешь?

Левашов удивленно на меня посмотрел.

— А что я должен думать? Мудак он последний! — выругался Макс, и в глазах я прочитала искренность его негодования. — Да он мизинца твоего не стоит! Ты сама-то что думаешь?

— Не прощу…

Мы долго сидели молча и смотрели на закат. Наши плечи едва соприкасались, но я чувствовала, как через этот маленький контакт в меня перетекало его тепло. Он не задавал больше вопросов, ничего не советовал. Просто был рядом. Столько, сколько было нужно.