В глазах Даны промелькнул блеск, но она тут же заметно осунулась.

— В чём дело? — уточнил я.

Она посмотрела вниз, на собственные руки в следах от трав и медицинских припарок, которые не отмывались до конца.

— Тебе легко это спрашивать, — тихо произнесла она. — Ты ушёл один, а вернулся с силой. Контракт с баронской печатью, отряд… А у меня только ступка и горсть снадобий, которым меня научила старая знахарка.

— Это не причина оставаться, — сказал я. — Это причина уйти.

— Тебе ведь не нужно их защищать? — ей не пришлось объяснять, про кого она спрашивала. — А если я пойду с тобой, ты не сможешь отойти от меня ни на шаг. Любое нападение и…

Я наклонился ближе к Дане.

— Старая знахарка ведь тоже научилась не сразу, — утвердительно произнёс я. — Да и ты уже умеешь многое.

— Знахарка училась в Аббатстве… — прошептала Дана.

Её щёки наливались румянцем, чем ближе я находился.

— Серый лес сейчас безопаснее, чем был раньше. Ушедшая семья этого не знала и всё равно решилась на путь в Озёрск. Как насчёт того, чтобы выбраться куда-нибудь поближе соседнего баронства?

— Например… — неуверенно протянула Дана.

— Например, в Аббатство, — предложил я и тут же добавил, — Конечно, если там безопасно.

— А если нет?

— То мы сделаем так, чтобы там было безопасно, — усмехнулся я. — Ты сможешь по-настоящему обучиться целительству. Вместо того чтобы оставаться… здесь.

Я оглядел уютную, но бедно обставленную хижину.

— Я всё равно не смогу пойти с тобой, — надула щёки Дана.

— Не сейчас, — кивнул я. — Но если будешь усердно учиться, сможешь получить достаточно силы, чтобы распоряжаться собственной судьбой.

Дана опустила глаза и ненадолго задумалась. Я её не торопил. Её рука слегка дрожала в моей. Затем она выдохнула, выпрямила спину и уверенно посмотрела на меня.

— Я хочу проложить свой собственный путь, — решила она. — Так же, как и ты.

— Как я не надо, — не смог сдержать улыбку я. — Иначе работы у тебя только прибавится.

Дана звонко рассмеялась и встала на ноги. Я поднялся вслед за ней.

— Как мы… Как это всё… — пыталась подобрать правильные слова она.

— Со Свеном я вопрос закрою, — ответил я. — И договорюсь со старым аббатом. Мне не впервой общаться со скрягами.

Дана улыбнулась и обняла меня.

— Спасибо, — проговорила она, крепко прижавшись головой к моему плечу. — Я буду молиться о твоём благополучном возвращении.

Она поднялась на мысочки и поцеловала меня. В голову ударил запах трав и леса, но уже через мгновение Дана резко отпрянула, отошла к столу и стала перекладывать и так аккуратно сложенные пучки трав.

— Я не прощаюсь, — ответил я и вышел из хижины.

Остальной отряд ждал чуть поодаль у колодца. А вот Векс выскользнула из-за угла дома и тут же пристроилась рядом.

— В этот раз ты справился быстрее, — хитро проворковала демоница.

— Это не то, что ты думаешь, — сказал я.

— Да я вообще ничего не думаю, — расплылась в довольной улыбке Векс.

Сейчас она чем-то напоминала мне наевшуюся валерьянки кошку. Уверен, будь у неё хвост, она мотала бы им из стороны в сторону без устали.

Я увидел, что Свен находился на небольшом отдалении от толпы и сидел на крылечке избы, где жила Марфа. Я показал демонице взглядом на отряд, а сам подошёл к нему.

— Вот как будет, — сказал ему достаточно тихо, чтобы это осталось между нами двумя. — Мы идём в Аббатство. Разбираемся с тем, что там пошло не так. Возвращаемся по той же самой дороге. Если за это время хоть волос на голове Даны пострадает… крови ты не оберёшься. Мы друг друга поняли?

Чем дольше я говорил, тем бледнее становилось лицо пожилого старосты. Даже сидя на крыльце, он налёг на трость сильнее, и мне показалось, что она вот-вот переломится.

— Ты демон, — хрипло сказал он, скорее потрясённо, чем гневно. — Демон, посланный в Хольц, чтобы преследовать меня до конца моих дней.

Для особого эффекта он осенил себя святым знаком. Я не смог сдержать сухой усмешки.

— Я раньше охотился на демонов, старик, — холодно произнёс я. — Так что не испытывай удачу, сравнивая меня с ними.

Я оставил его сидеть на крыльце и зашагал обратно к колодцу. Когда я был на полпути, то увидел знакомую фигуру, стоявшую чуть поодаль от Бертрана и Лазаря. Это был молодой охотник Бон.

Я на секунду подумал, стоит ли вообще к нему подходить. Хотя смотрел он на меня с опаской, держался он ровно и не выдавал страха.

— Твои земляки из Морвена идут к границе, — без приветствия начал я, когда поравнялся с ним. — И десяток твоих новых земляков с топорами наперевес шагают в Шторрен-форт, хотят они того или нет. А ты здесь.

Я дал несколько мгновений, чтобы мысль уселась в его голове.

— Это и есть тот выбор, который ты хочешь сделать? — продолжил я. — Отсидеться в Хольце, пока всё вокруг не стихнет? Так ведь оно никогда не стихнет. Так что спроси себя: сделал бы твой отец тот же выбор, что и ты?

Он открыл было рот, но так и не нашёл, что именно сказать. Вместо этого он выдохнул и опустил глаза в землю. Я повернулся к отряду.

— Выступаем! — скомандовал я.

Нужно было поскорее разобраться, какого чёрта происходит в Аббатстве.

Мы прибавили шагу, и вскоре за нами скрылся частокол Хольца. Бертран шёл рядом, а за спиной топал Лазарь. После того как мы прошли первую делянку, на которой сейчас вообще никто не работал, я предложил ему посмотреть на отметки на карте и вывести к той, что была ближе всего в округе. Он внимательно разглядывал пометки на карте, которую достал из сумки, и один раз чуть не споткнулся, зацепившись за корень.

— Отметки на коже немного стёрлись, — признал он. — Но если будем двигаться в этом направлении, то вскоре выйдем ко второй метке.

Мы шли по тропе, которая вела к дальней делянке. Она была единственным прямым путём до Аббатства, считавшимся безопасным.

— Карта оставляет желать лучшего, — остался недовольным Лазарь. — Масштаб не выдержан, стороны света не обозначены. Никогда бы такую карту не купил.

— Ну так ты её и не купил, — справедливо подметил Бертран.

Ответа на его замечание у бывшего клирика не нашлось. У нас ушло несколько часов ходьбы по тропе, прежде чем Лазарь нас остановил.

— Выглядит так, будто место где-то здесь, — сказал он и свернул карту.

— Выходит, гадаем? — спросил Берт и вгляделся по сторонам.

— Мы производим обоснованное допущение, — с достоинством ответил Лазарь.

Вокруг был лес: несколько потрескавшихся и расщеплённых непогодой пней, вокруг которых росли высокие и крепкие деревья, обступавшие тропу со всех сторон. Да кусты с правой стороны дороги.

Использован навык: Звериное чутьё.

— Ничего, — признал я. — Что насчёт вашей магии?

Я обратился к Айрис и Векс. Они шли в хвосте отряда и держались достаточно близко друг к другу.

— Я не следопыт, — пожала плечами Векс.

Демоница скинула капюшон, устроилась на одном из ближайших пенёчков и закинула ногу на ногу. Её пепельную кожу грели солнечные лучи, также отражавшиеся и от чёрной стали доспеха.

Остальная часть отряда разошлась вдоль линии деревьев. И я вместе с ними. Но вокруг был обычный лес.

— Здесь ничего нет, — сказала Айрис после того, как обошла обочину полукругом с вытянутой рукой ладонью вниз. — Я не ощущаю каких-то следов магии.

— Попробуем подальше, — предложил я.

Когда я обернулся, то увидел, что демоница скинула сапоги и плащ, закатала штаны и с большим удовольствием продолжала греться на солнце, прищурив глаза.

— Может, карта неверна, — позвал Бертран. — Уж больно близко место к Хольцу. Если культисты и ходили к Аббатству, то с другой стороны, через лес и реку.

— Может и так, — медленно произнёс я.

Вокруг был обычный спокойный лес. Если когда мы были здесь в первый раз, то опасались лесного монстра, утащившего Михея, то сейчас видимой угрозы не было.

— Ладно, возвращаемся на тропу, — сказал я, и никто не стал спорить. — Если здесь есть какие-то руины, лагеря или подземелья, лесорубы уже давно заметили бы их. Так что не будем терять время.

— Что насчёт третьей отметки? — нагнал меня ближе к тропе Лазарь. — Вторая — это лагерь культа, а вот третья…

— Сначала наведаемся в Аббатство, — произнёс я и обратился уже к нежившейся на солнце Векс. — Поднимайся. Мы выдвигаемся.

— А я только удобно устроилась… — лениво потянулась демоница, но собралась молниеносно.

Мы вернулись на тропу. Она вела нас на северо-восток до конца дня, и, когда начало вечереть, мы устроили привал. Я больше не стал лезть к Айрис с расспросами и решил подождать, пока она сама решится поговорить. Несмотря на то что моё дежурство было сразу после её, этой ночью говорить она не захотела.

На рассвете мы отправились дальше. Вскоре лес начал потихоньку редеть, а земля поднималась вверх под небольшим уклоном. В какой-то момент я понял, что что-то в окружающем пейзаже меня настораживает.

— Тихо, — сказал я, замедляя шаг и вглядываясь в пространство сквозь ветви. — Слишком тихо. Птиц нет.

Я вслушался внимательнее и понял, что лес вообще был могильно молчалив. Ни птиц, ни насекомых, ни мелких зверьков.

— Может, какой хищник прошёл? — предположил Бертран.

— Даже под навыком не вижу следов, — покачал головой я.

Мы заметно замедлились. И немного погодя взошли на невысокий склон. Деревья перед нами расступились настолько, чтобы я мог впервые увидеть Кримвальдское аббатство.

Оно стояло на возвышенности, полностью лишённой деревьев. И было обнесено каменной стеной. Даже отсюда виднелись массивные ворота из тёмного, почти чёрного дерева, выделяющиеся на фоне светлого камня.

Мы вышли к самой кромке леса, за которой уже не было деревьев. Отсюда было заметно, как за стеной над аббатством возвышалась каменная башенка с колоколом и шпилем. А вокруг неё — россыпь более низких крыш, где-то с черепицей, где-то с деревянной дранкой. Перед воротами, шагах в пятидесяти, стояло простое двухэтажное деревянное здание.

Тропа при подъёме на возвышенность была хорошо утоптана и широка. Но при этом на всём пространстве вокруг не было ни единой души. Из труб зданий не шёл дым. Да и звонаря на башне заметно не было.

Я остановил отряд.

— Толпой к воротам лучше не ходить, — сказал я. — По крайней мере, испытывать судьбу и вести Векс в руки клириков желания у меня нет.

Векс фыркнула, но воздержалась от ироничных комментариев.

— Я собиралась сделать то же самое, — тут же предложила Айрис и добавила торопливее, пока демоница не успела возразить, — Кому-то всё равно придётся остаться с ней. Я нахожу её общество менее докучным, чем ожидала.

Векс приподняла бровь, но не стала спорить с тем, что её оставляют на окраине леса в компании Айрис.

— Выходит, идём втроём? — поудобнее устроил лямку сумки на плече Бертран. Ему всё ещё было тяжело носить много вещей с подвязанной рукой.

— Идти в Аббатство с моей стороны сейчас будет нецелесообразно, — после небольшой паузы напомнил о себе Лазарь. — Возможно. И я говорю «возможно», потому что не факт, что я это сделал. Но возможно я перед уходом вынес несколько ценных реагентов из личного кабинета аббата.

Я с трудом удержался, чтобы не хлопнуть себя ладонью по лицу. В этот раз Лазарь считал настрой и быстро добавил:

— Не думаю, что у кого-то могут быть жалобы на качество моих медицинских препаратов.

— Ладно, ты тоже оставайся, — выдохнул я и повернулся к Бертрану. — Ты случаем ничего у аббата не воровал? Лучше признаться сразу.

— Обижаешь, — покачал головой Берт. — Я в этих краях даже не бывал.

Мы с Бертраном пошли одни, а оставшаяся троица вступила обратно в лес, где деревья были погуще. Когда мы подошли ближе, я смог разглядеть, что ворота были не из тёмного дерева, а из металла. Крепкая конструкция на массивных петлях, глубоко посаженная в камень.

— Самого-то клирики на вилы не подымут? — тихо спросил меня Берт.

— Да хрен его знает, — пожал плечами я. — Если узнают, то, может, и подымут. Только не видно что-то никаких клириков.

Мы поравнялись с деревянной постройкой. Дверь была открыта настежь, как и окна, а внутри было пусто.

— Надо будет устроить общий сбор, — едва слышно произнёс Берт. — Не как у Ефросиньи, а по душам перетереть. Про тебя-то все в курсе уже, кто больше, а кто меньше. А вот с дем… девчонкой новой и котелком поговорить надо по душам.

— Понимаю, — согласился я, заглянув внутрь через открытое окно. — Было бы ещё на это время.

Бертран не стал продолжать тему, да и мы уже подошли к воротам. Я взялся за круглый дверной молоточек и стукнул им два раза. Металл отдался гулом.

Дальше ничего не произошло.

Я постучал ещё раз, приложив больше силы. И по-прежнему нам никто не ответил. Я вытянул меч и с размаху несколько раз приложил о ворота рукоятью.

— Прекратите сейчас же, — раздался изнутри строгий голос. — Я прекрасно вас слышу. Незачем выбивать ворота.

Мужчина звучал в равной мере устало и раздражённо. Он что-то сдвинул, и в воротах отворилось маленькое оконце на уровне взгляда. Оно было шириной в несколько пальцев, и на нас оттуда уставился карий глаз с заметной краснотой по краям и почти фиолетового цвета мешками.

— Кто вы? — спросил голос ровно. — Зачем пытаетесь пробиться в Аббатство, объятое скверной?

— Мы не пытаемся пробиться, — ответил я. — Мы постучали. И первые два раза довольно вежливо.

— Ваше определение вежливости расходится с моим, — произнёс собеседник. — Излагайте своё дело. У меня не так много времени и ещё меньше сил.

— Моё имя Кир. Это Бертран. Мы здесь по контракту барона Шторрена, — обозначил наши намерения я. — Нас послали найти паладина по имени Истафан, который покинул границу несколько седмиц назад и направлялся в сторону Аббатства. Мы также здесь потому, что барон хочет знать, что происходит в Кримвальде и могут ли его люди чем-то помочь.

Глаза собеседника слегка прищурились.

— Паладин, говорите, — тяжело выдохнул он. — По имени Истафан.

— Всё так, — кивнул я.

— Он никогда сюда не приезжал, — тут же ответил собеседник. — Ни до того, как болезнь распространилась, ни после этого. По какой бы дороге он ни шёл, к этим воротам она его не привела.

— С кем мы имеем честь говорить? — не преминул уточнить я.

Изнутри раздался короткий глухой звук. Кажется, собеседник посмеялся. Но затем он тут же закашлялся и с трудом смог восстановить дыхание.

— Я держу эти ворота не первый день. Поверь мне, чести в Аббатстве сейчас немного, — собеседник прочистил горло и продолжил, — Меня зовут брат Франциск. Сейчас я один из, быть может, трёх или четырёх человек за стенами, способных стоять на ногах больше часа кряду. Покажи-ка мне документы своего барона.

Я вытянул из сумки сложенный свиток с печатью в виде скрещенных кирок и показал печать Франциску. Он прищурился ещё сильнее, пока изучал отпечаток на воске.

— Похоже на правду, — наконец сказал он. — Либо подделка, достаточно хорошая, чтобы не отличить её с моей стороны ворот.

— Документ подлинный, — ответил я. — Я должен передать его в руки аббату Джошуа.

Франциск ещё раз судорожно кашлянул, но быстро взял себя в руки.

— Это получится вряд ли, — тяжело выдохнул он. — На твоём месте я бы развернулся и отправился обратно к барону, пока скверна ограничена пределами Аббатства.

— Нам недавно довелось столкнуться со скверной, — решил всё же убедить его я. — Мы убили несколько заражённых зверей в Сером лесу и вышли на след отряда культистов во главе с волшебницей. Мы их прикончили и нашли алтарь.

— Откуда мне знать, что хоть что-то из этого правда? — спросил Франциск. — С тем же успехом вы можете быть культистами, что пришли закончить начатое.

— Остап, староста Бракмура, и сам барон могут за нас поручиться, — сказал я. — Если ты сам сталкивался со скверной, то знаешь, что у тварей есть метки в виде треугольника. Думаю, волшебница с синими глазами и ледяной магией ставила эти метки.

Франциск немного помолчал. Он опустил глаза вниз, а затем вновь поднял их на меня.

— Вы прикончили их вдвоём?

— В отряде нас пятеро, — специально выбрал обтекаемую формулировку я. — Не стали идти сюда толпой, чтобы лишний раз не распугивать монахов.

Франциск зашёлся в очередном судорожном приступе хохота. Он даже хлопнул по воротам с обратной стороны.

— Я вижу по свежим шрамам, что ты воин, — обратился он ко мне, когда отсмеялся. — Но поверь мне, страх — это последнее, что у нас сейчас есть.

Монах тяжело сглотнул и немного сдвинулся. Было похоже, что он сильнее опёрся о ворота.

— Я всё равно не могу впустить вас внутрь, — выдохнул он. — Всякую душу, которую я пропускаю за эти ворота, заберёт Корвус. Я не смогу помочь ещё двум людям, когда нам самим требуется помощь.

— О какой помощи идёт речь? — тут же спросил я. — Если это в наших силах, мы готовы помочь.

Франциск выдержал паузу дольше прежних, будто не ожидал от меня такого ответа.

— Да что я теряю… — сказал он себе под нос, а затем произнёс уже громче, — В записях Кримвальда говорится о роднике где-то выше по течению реки. Раньше эту воду использовали для специальных таинств, но, сколько бы мы ни искали её, найти источник не выходило. Ни я, ни аббат Джошуа не видели этого родника.

— Ты хочешь, чтобы мы его нашли, — понял я, — и принесли тебе оттуда воды.

— Верно. Мне пришлось сильно изловчиться, чтобы восполнить некоторые ценные компоненты. Но это одна из вещей, которую я не могу достать, пока заперт здесь.

— В записях есть какое-то описание, хотя бы примерное, где искать этот родник? — поинтересовался я. — Кроме «выше по течению».

— Никакого, — признал Франциск. — Я не понимаю часть записей, но очень похоже на то, что это место считалось священным задолго до возведения Аббатства. Это всё, что я знаю.

— Негусто, — протянул я и тут же принял решение. — И всё же это лучше, чем ничего. Мы отправимся в лес и принесём тебе твою воду.

— Я ещё не назвал цену, — удивился монах.

Я повертел свитком с печатью барона перед его глазами.

— Не думай, что я работаю бесплатно, — сказал я. — Да и за тобой будет должок.

Франциск тяжело вздохнул.

— Пусть так, — коротко бросил он. — Я засчитаю тебе долг на одну услугу. При условии, что ты как можно скорее достанешь мне воду.

— Ещё одна вещь, — уточнил я. — До того, как разошлась скверна, кто-то из аббатства пытался найти источник?

— Аббат никого никуда не посылал. — тут же ответил он. — Ворота заперли слишком быстро.

Он ещё раз прочистил горло и добавил:

— Я появляюсь у этих ворот трижды в день: на рассвете, в полдень и на закате. Вы можете остановиться в гостевом доме. Он пустовал, когда нас доконала болезнь, и Джошуа сразу запер врата, так что скверна там вам не грозит.

— Добро, — кивнул я.

Франциск на мгновение оторвался от оконца, а затем вновь повернулся к нам.

— Меня ожидают недужные, — в его голосе вместе с усталостью определенно проскакивала обреенность. — Да благословит вас Верея на вашем пути.

С этими словами он одним движением запер окошко.

Получено благословение Вереи. Эффект: [подробности недоступны]. Длительность: 72 часа.

Мы переглянулись с Бертраном и молча зашагали обратно к линии деревьев. Похоже, контракт барона только что стал в несколько раз сложнее.