Я проснулся в тишине и некоторое время пытался понять, где нахожусь. Хотя голова была немного тяжёлой, горн в ней стучать перестал, а что-то тёплое тихо сопело под боком. Я глянул вниз и увидел свернувшуюся в калачик Айрис. Учитывая, насколько здесь было жарко, во всех смыслах этого слова, до одеяла дело не дошло. Поэтому я позволил себе несколько мгновений полюбоваться её обнажённой красотой. А затем начал аккуратно выбираться из-под перекинутой через меня ножки волшебницы.

У меня ушло какое-то время, чтобы высвободиться, и ещё какое-то, чтобы перебороть желание остаться рядом с ней ещё ненадолго. Я поборол себя, надел штаны и рубаху, по возможности не слишком сильно шумя. Когда ткань легла на спину, я явственно ощутил уколы от оставшихся на моей спине царапин. Такие боевые ранения я был готов получать регулярно. И словно в отместку за мои спокойные мысли, о себе напомнило колено, повязка с которого где-то потерялась в ночи.

Я подхватил клинок, аккуратно выскользнул за дверь и притворил её. В коридоре никого не было. Только из мастерской на удивление пышало жаром. Похоже, что Ефросинья работала даже в такой ранний час. Когда я зашёл внутрь, хозяйка мастерской сидела на перевёрнутом ящике за горном. Рукава её рубахи были закатаны выше локтей, а по рукам и лицу размазана сажа. При этом Ефросинья хлебала что-то остро пахнущее из пузатого кувшинчика, подозрительно напоминавшего мне тот, из которого мы вчера пили хреновуху.

— О, ранняя пташка! — воскликнула она и протянула мне кувшин. — Похмеляться будешь?

Всё моё естество подало мне знак о том, что делать этого не стоит. Поэтому я покачал головой и подошёл ближе к её рабочему верстаку.

— Нет, спасибо, — сказал я, разглядывая лежащий на нем доспех. — Нам нужно пораньше выйти в Хольц, а оттуда сразу до Аббатства.

На столе перед ней лежал составной доспех: нижний слой состоял из кольчуги, а поверх него крепилась бригантина из толстой вываренной кожи, подбитой стальными пластинами. Полосы стали закрывали грудь и бока и цеплялись к внутреннему слою заклёпками, почти незаметными снаружи.

— Забирай, примеряй, — хлопнула в ладоши Ефросинья и тяжело поднялась на ноги. — И отпущу я вас только после завтрака.

Похоже, что она проработала всю ночь. Хозяйка мастерской бегло взглянула на меня и тут же ответила на немой вопрос.

— Да не переживай ты. Я всегда дурно сплю перед полной луной, — она отхлебнула из кувшина ещё. — Да и твой обормот учёный всё путался под ногами. Одного конца молота от другого не отличает, а так и лезет под руку. Но про закалку — это он знатно помог, случай не совсем неизлечимый…

Ефросинья вышла из мастерской, а я для начала умылся и привёл себя в порядок, а уже затем вышел во двор и надел доспех. Он сидел на мне как влитой, и если бы я не помнил события прошлой ночи, то мог бы подумать, что кто-то ненароком снял с меня мерки, пока я спал. Я немного подвигался, имитируя удары и выпады.

— Твой меч не знает устали, — раздался ехидный голос одной демоницы, когда я нанёс очередной удар синим клинком по воображаемому врагу.

Я остановился и обернулся. Векс стояла во дворе с накинутым на голову капюшоном, а под застёжками плаща угадывался блеск чёрной брони. Но даже под капюшоном я различал демоническую улыбку и хитрый прищур алых глаз.

— Нечего глазеть, пока другие работают, — бросил ей я.

Быстрого ответа у Векс не нашлось. Впрочем, тут же из дома показался Бертран. Выглядел он слегка помятым, но уже гораздо лучше, чем когда ходил к Ефросинье в первый раз без нас.

— Там это, завтрак, — произнёс хриплым голосом и не стал дожидаться нашего ответа.

Я вопросительно глянул на Векс.

— Я уже достаточно подкрепилась ночью, — певуче протянула демоница.

И скрылась внутри кузни прежде, чем я успел ответить.

— Вот ведь зараза, — покачал головой я.

Я вошёл внутрь, заглянул в столовую. Быстро кивнул сидевшему на лавке Лазарю и хотел было идти будить Айрис, как она сама показалась из коридора.

— Доброе утро, — произнёс я.

И был полностью проигнорирован. Айрис прошла мимо и заняла то же место за столом, что и вчера. Я решил к ней не лезть с самого раннего утра и поэтому вернулся уже в свою, командирскую, комнату и пока скинул доспех. В кузне всё ещё было слишком жарко.

Когда я вышел, из комнаты напротив показалась Ефросинья с корзинкой хлеба и тут же усадила меня на лавку напротив Айрис. Та прятала глаза за волосами и всячески избегала моего взгляда. Её стеснение выдавали только слегка покрасневшие уши.

Кормила хозяйка так, будто готовила на долгую зиму. Хотя в Пределе были последние деньки уходящего тепла, и холод наступающей осени ещё не успел вступить в свои права. По большей части мы ели молча, перебиваясь лишь на короткие, ничего не значащие разговоры. Но я быстро объяснил, что наш маршрут дальше лежит через Хольц. Возражений не последовало.

Когда мы заканчивали есть, Ефросинья вдруг вспомнила о чём-то, подорвалась с места и исчезла где-то в глубине кузни. Вернулась она, держа в руках гамбезон. Бертран и Лазарь уже закончили есть и пошли собирать вещи, а Айрис медленно ковыряла кашу с мясными шкварками.

— Негоже такой доспех на рубаху таскать, — покачала головой она. — В переходе долгом раны все в кровь сотрёшь. На вот, примерь…

Я принял гамбезон и примерил его на рубаху. Подбивка слегка источнилась у ворота, а в районе рёбер была небольшая заштопанная заплатка. От ткани пахло деревом, будто она долгое время пролежала где-то в ящике или в сундуке.

— Даже не думай, — пригрозила мне Ефросинья, едва я подумал об оплате. — Носи на здоровье и возвращайтесь живыми.

— Вернёмся, куда ж мы денемся, — ответил я.

И вслед за остальными членами отряда отправился собираться. Впрочем, вещей у меня было не особо много. Какое-то время только заняла перевязка, которую потрясывающимися руками мне устроил Лазарь. Так что в скором времени я вместе с остальными оказался во дворе кузни.

Ефросинья попрощалась с каждым по-своему: Бертрана она обняла и наказала возвращаться. Лазарю кивнула. Айрис она взяла за плечи и что-то прошептала ей на ухо, отчего покраснели уже и щёки волшебницы. Когда дело дошло до Векс, Ефросинья взяла её руку и наказала ей побольше есть, потому что на вид она совсем худая. Мне же досталось крепкое рукопожатие.

— Храни вас Верея, — напутствовала она.

Я посчитал неуместным озвучивать, что гораздо больше рассчитывал на свои силы и силы своего отряда, чем на милость богов. В конце концов, говорила Ефросинья от сердца.

Пока мы отходили от кузни, Векс нагнала меня.

— Она меня видела, — взволнованно произнесла демоница.

— Учитывая, сколько Ефросинья пьёт, это вообще не факт, — по-доброму усмехнулся я.

— Мне сейчас не до смеха, человек, — серьезно сказала Векс.

— Ну и что, что видела? — пожал плечами я. — А вот то, что придётся давать тебе второй паёк на время вылазки, придётся учитывать.

Векс непонимающе хлопнула глазами и явно ожидала разъяснений. А я позволил себе их неприлично долго задержать.

— Почему? — не выдержала демоница.

— Потому что если ты не поправишься к тому моменту, как мы вернёмся в Бракмур, — охотно объяснил я, — спрашивать за это будут с меня.

У Векс второй раз за утро не нашлось ответа, а я теперь был гораздо лучше настроен на переход до Бракмура. Поэтому мы спокойно миновали рынок, избу Остапа и вышли к воротам.

Контракт барона на Кримвальдское Аббатство.

Осталось времени: 12 дней: 22 часа: 32 минуты.

Нас выпустили спокойно, без предъявления каких-либо бумаг. Видимо, Остап распорядился. А затем мы взяли курс на Хольц.

Большую часть пути тропа пустовала. Когда мы прошли мимо участка леса, где на нас выскочили люди Германа с самострелами наперевес, я мельком посмотрел на Айрис. Она всё так же избегала моего взгляда и старалась держаться с другого края боевого построения.

Я взял бодрый темп, чтобы совершить переход с одним привалом. В отличие от прошлого раза, сейчас ночью волк на нас не выскочил. Похоже, что сначала наша маленькая компания, а затем люди Остапа и Марьи, которые успели изрядно пошастать по лесу, неплохо распугали зверей вокруг. Поэтому, когда вокруг стемнело, мы разбили лагерь и распределили дежурства.

— У нас всё в порядке? — тихо спросил я у Айрис в тот редкий момент, когда всё-таки смог её выловить.

От моего вопроса её лицо раскраснелось ещё сильнее, чем прошлой ночью в кузне.

— Нельзя такое спрашивать… — едва слышно прошептала она.

И тут же вновь упорхнула от меня. В текущем состоянии гоняться за ней я не мог. Да и в здоровом состоянии она давала мне фору: в конце концов, именно в этом лесу она водила охотников за нос не один и не два дня.

— Чего такого спросил-то? — удивился я и занял место в дозоре.

Ночью нас так никто и не потревожил.

Мы поднялись с первыми лучами солнца и начали второй дневной переход. Судя по тому, что шли мы после отдыха быстро, достичь Хольца должны были ещё днём.

Когда я в очередной раз использовал «Звериное Чутьё», то поймал на периферии восприятия отряд больше полудюжины человек. Шли они значительно медленнее нас, сгрудившись в кучу.

— Внимание, — подал команду я.

Несмотря на боевую готовность, совсем скоро мы смогли разглядеть, как из-за горизонта появляется чуть меньше десятка лесорубов в сопровождении четырёх стражей с копьями. Все лесорубы шагали с заплечными мешками и топорами, а у некоторых за поясом были приткнуты ножи. Несколько лиц я узнал по совместной работе на делянке, после того как только прибыл в Хольц.

Солдаты остановили колонну и нервно переглянулись. Ещё до того, как они начали предпринимать необдуманные действия, я вытащил из сумки грамоту и громко произнёс:

— Мы действуем по контракту с бароном Шторреном. У нас есть все полагающиеся документы!

Заслышав имя своего барона, солдаты заметно успокоились. Но всё же один из них, особенно молодой, перепроверил печать.

В это же время от понурых лесорубов отделилась одна фигура.

— Кир, неужто тебя к нам занесло? — раздался знакомый голос Фрола. — Дык это Берт с тобой, стало быть!

Голос лесоруба заметно повеселел. Но его тут же оборвал второй юный страж.

— С наёмниками говорить не велено! — рявкнул он. — А ты проходи, мил человек. Мы тоже тут по воле барона и останавливаться нам не положено.

Он кивнул мне и махнул рукой, подавая сигнал другим стражам продолжить движение. Фрол успел только пожать мне руку, как его тут же направили дальше по дороге с другими лесорубами.

— Похоже, совсем дела плохи, — отметил Бертран. — Уже и нашего брата с земли стянули и погнали в форт как рекрутов.

— Выбор у барона невелик, — сказал я.

И вновь повёл отряд вперёд. Через несколько десятков шагов со мной поравнялась Векс.

— Откуда ты его знаешь? — спросила она.

Я проигнорировал вопрос и продолжал внимательно мониторить округу.

— Вы с Бертраном где-то здесь повстречались? — не унималась она.

Я никак не мог понять, чего она добивается.

— А далеко от этого вашего Хольца Стена?

Моё терпение закончилось ровно тогда, когда я понял, почему она задавала все эти странные вопросы.

— Могла бы и сразу сказать, что тебе любопытно узнать про Стену, — произнёс я. — Или у демонов всегда принято начинать настолько издалека?

— Да, — просто ответила Векс.

Её ответ слегка выбил меня из колеи.

— Этого человека зовут Фрол. Он помог мне в Хольце, — проговорил я. — Да. Да.

— Что «да-да»? — не поняла демоница.

— Ты иногда бываешь на удивление медленной, — тяжело выдохнул я. — Да, я впервые встретил Берта…

Когда я повернул голову, то увидел под капюшоном хитрую улыбку Векс. И невольно выругался.

— Кто из нас ещё медленный, — довольно произнесла Векс и отстала от авангарда отряда.

Она прекрасно поняла все мои короткие ответы. А ещё заметила, что совсем близко от нас показался невысокий частокол.

— Айрис, обнови, пожалуйста, чары, — попросил я волшебницу. — А ты держись за нами.

— Самым логичным решением было бы оставить её снаружи, — высказал мнение Лазарь.

— Мы не очень хорошо расстались с местным старостой, — пояснил я, и из-за частокола Хольца о нашем приближении оповестил собачий лай. — Так что чем больше в нашем отряде людей, тем лучше.

— Я не человек, — подметила Векс, пока Айрис обновляла чары.

В этот самый момент мы подошли к воротам.

— Открывай! — громко позвал я.

Ответом была лишь тишина. Я подошёл ближе и несколько раз стукнул по створке ворот.

— Открывай! — ещё раз позвал я. — Мы здесь по воле барона Шторрена!

Последние слова сработали лучше магии: из-за ворот сначала сняли засов, а затем створка совсем чуть-чуть приоткрылась.

— Сказано же, больше людей мы вам не отда… — из створки выглянула косматая светловолосая макушка. — О, Кир.

— И я тебя приветствую, Кнуд, — ответил я лесорубу и показал грамоту с печатью. — Свена позови.

— Дык я уже. Но ты ведь сам знаешь, как вы с ним разошлись, — бесхитростно кивнул Кнуд и с опаской смотрел на членов моего отряда.

Чем больше людей, и не только, он видел, тем больше его глаза начинали бегать, а руки заметно подрагивать. Хотя разглядеть Векс под чарами Айрис он был не должен, нам хватало боевитого вида и количества, чтобы заставить его нервничать.

— Я не пришёл чинить бесчинства, — холодно произнёс я. — Я пришёл забрать, что моё.

Кнуд нервно закивал. Тут из-за его спины послышались шаркающие шаги и хриплый голос.

— Эти, что ли, вернулись? — спросил Свен у Кнуда. — Чай уж всех забрали, до кого руки дотянулись…

Тот покачал головой, но не смог вымолвить ответ.

— Да чего ты мычишь, как корова, — начал было местный староста, пока не глянул в приоткрытую створку. — Святая Верея…

Свен невольно выдохнул и крепче сжал в руке трость, на которую заметно опирался.

— Моё терпение на исходе, староста, — произнёс я. — Если не пустишь нас внутрь, буду считать, что ты препятствуешь воле своего барона.

Свен заметно поморщился и тут же нашёлся:

— Баронская воля уже стоила мне половины годных мужиков, — практически выплюнул эти слова Свен. — Не позволю тебе утянуть остальных в ту могилу, что вы роете на Западе.

— Что мы роем, тебя волновать не должно, — я помахал в воздухе перед его глазами бумагой с печатью. — Ворота открой. Больше по-хорошему просить не буду.

Я видел, как шестерёнки в голове у Свена забегали. Но он не нашёл другого выхода, кроме как кивнуть Кнуду и отступить немного назад. Каким бы важным он ни был в богом забытой деревне на краю Предела, сила и власть здесь решали всё.

— Легко говорить человеку, который сам не бывал на границе, — едва слышно пробормотал Свен.

Но я услышал. И от души рассмеялся.

— Мой отряд прикончил шестерых демонов на границе. Шестерых. Так что придержи язык о том, где я был, а где не был.

Свен закряхтел и не нашёлся, что ответить. Когда мы вошли в деревню, Кнуд тут же закрыл ворота за нашими спинами. Свен несколько мгновений хмуро разглядывал меня. Я же смотрел на Хольц.

Было ощущение, будто он стал меньше. А может, дело в том, что людей здесь поубавилось. В прошлый раз, когда произошёл балаган с поиском Михея, к воротам выскочила чуть ли не половина деревни. Сейчас из ближайших домов выглядывали редкие лица. И лишь Волчок радостно ткнулся мне в руку, один раз гавкнул и, получив от меня порцию поглаживаний по голове, медленно вернулся на теплое место у ворот.

Векс как-то странно посмотрела на меня и на собаку. Но вмешиваться не стала и держалась чуть позади, чтобы на нее не бросали лишних взглядов.

— Если хотите остаться на ночлег, у нас есть пустая хижина, — развернулся Свен и не стал дожидаться, последуем ли мы за ним. — Одна семья ушла в Озёрск.

— В баронство Харроу? — удивлённо спросил Берт, которого староста полностью игнорировал. — Это ведь ещё дальше, чем Аббатство.

— Ну, делянки сейчас поспокойнее, — напряжённо заметил Свен. — Бон нам славно помогает.

— Мы не останемся на ночь, — сказал я и пошёл в сторону единственной интересовавшей меня хижины. — Мы двинемся дальше по контракту, как только сможем.

— Постой, постой, — хотел остановить меня Свен, но даже с раненым коленом я был значительно быстрее его.

У кого-либо другого смелости остановить меня не нашлось.

— Можете остаться пока у колодца, — предложил я отряду. — У меня что-то очень сильно разболелось колено, и ему срочно нужен осмотр.

— Да постой ты… — бросил запыхавшийся от быстрой ходьбы Свен.

Но Бертран остановил его, просто положив руку на плечо.

— Дай молодым самим разобраться, — сказал он.

А я уже подошёл к двери небольшой хижины недалеко от колодца. И дверь отворилась прежде, чем я смог взяться за ручку.

Из дверного проёма на меня смотрела молодая девушка с зелёными глазами и веснушчатым лицом. У неё ушло едва ли два удара сердца, чтобы узнать меня.

— Кир! — выпалила Дана.

Прежде чем я успел что-нибудь ответить, она бросилась на меня. Мне пришлось поймать её, чтобы не завалиться на землю. Руки Даны обвились вокруг моей шеи. А её рыжие локоны защекотали мне лицо.

— Людские знахари так лечат раны колена? — заметила остановившаяся неподалёку Векс.

На этих словах Дана громко ойкнула и отпрянула. На её щеках выступил румянец. И только сейчас она заметила весь наш отряд, нагруженный сумками и клинками, и недовольное лицо Свена.

— Так много оружия, — произнесла она. — Выглядите так, будто у нас творится что-то недоброе.

— Как раз наоборот, — сказал я. — Мы здесь, чтобы исправить пару недобрых вещей. Начать можем с моего колена, если у тебя осталось ещё терпение на упрямых пациентов.

Дана робко улыбнулась, и на её щеках выступили ямочки. И пригласила меня внутрь.

Внутри стоял всё тот же запах сушёных трав, в углу находилась небольшая койка. Я по привычке сел на неё, вытянул ноги и закатал штанину. Дана помыла руки и начала работать так же уверенно, как я помнил: размотала старую повязку, прощупала сустав, а затем нанесла какую-то новую мазь и крепко перемотала. Когда она подняла глаза, они остановились на новых царапинах на моём лице.

— Ты много сражался, — тихо сказала она, слегка поджав губы.

— Да, довелось, — ответил я.

— Что теперь будет? — спросила она. — С тобой. Со всеми вами.

— У нас контракт от барона. Ты наверняка слышала о том, что творится сейчас на границе.

Дана утвердительно кивнула.

— Нам нужно дойти до Аббатства и выяснить, почему оттуда нет новостей, — продолжил я. — Это одно из недобрых дел, что нам нужно исправить

Я взял ладонь Даны и крепко сжал.

— Что касается второго… ты хочешь остаться в Хольце? — задал вопрос я. — Или хочешь уйти?

Дана слегка вздрогнула. От её ответа зависело, что я мог и должен был сделать дальше.