Дальнейшее путешествие до столицы Нортумбрии города Йорк прошло без каких-либо значимых приключений. Вечером мы остановились на ночевку в каком-то городишке или деревне. В сумерках я не оценил размеров этого селения. Однако, постоялый двор у пристани имелся, причем вполне сносный. Для меня выделили отдельную комнату на втором этаже, но Асмунд настоял, чтобы со мной постоянно был кто-то из хирдманов.

— Мне не нравятся эти рожи вокруг, хевдинг, — шепнул хольд мне на ухо. — Я буду с тобой ночевать, а ребята в соседней комнате.

— Не возражаю, пусть так и будет, — согласился я.

Новоиспеченный кормчий Бьерн с Роаром и Гуннульфом остались охранять наш новый драккар и имущество. Тем более, что тир мы вообще решили не показывать здесь, и приказали сидеть им тихо в трюме. Мало ли, кто позарится на симпатичных девок. Не хватает еще с какими-нибудь местными схватиться из-за них. Баз и Монти тоже остались на борту, я взял с собой только Кендрика, чтобы прислуживал нам в гостинице.

После незамысловатого, но плотного и вкусного ужина, состоявшего из жареного поросенка с кашей, свежайшего хлеба и кувшина эля, я улегся спать. Сегодняшний день был насыщенным, поэтому вырубился я сразу.

А утром мы двинулись дальше и уже после обеда достигли конечной точки нашего путешествия — города Йорк.

Колдер вызвался доложить королю о нашем прибытии, тем более, что у него было рекомендательное письмо от рива Патси. Письмо это купец выторговал себе в качестве одной из составляющих оплаты за мой проезд. Рив не отказал, и любезно попросил в этом письме короля отнестись к торговцу с некоторым вниманием. Колдер очень рассчитывал получить налоговую скидку.

Ага, блажен, кто верует. Хотя, может быть король и прислушается к просьбе родственника.

Буквально через час купец вернулся в сопровождении представительного товарища воинской наружности. За ним топал десяток хорошо экипированных дружинников — не чета тем, что я уже видел за время моего нахождения здесь у тэнов и рива. Они были похожи на вояк епископа Эгберта, что не удивительно, ведь тех в монастырь король и прислал.

— Элдормен39 Бентон! — представился громила. — Его милость король Энред приглашает твою милость к себе во дворец!

Ничего себе, целого элдормена прислал король! Хотя, что тут удивительного, ведь я — легат самого Папы Римского, вот он и старается.

— Я — прелат Лука, легат Его Святейшества Папы Пасхалия, — назвался я. — С радостью встречусь с королем! Веди нас, элдормен.

Ожидая приглашения, я подготовился и переоделся в парадную темно-фиолетовую сутану, доставшуюся мне от настоящего Луки, нацепил его же пилеолус, золотую цепь с крестом и перстень легата. На моем запястье красовались дорогущие янтарные четки, найденные в вещах покойного прелата, упокой Господь его душу.

Себе в сопровождающие я выбрал самых представительных норманнов — здоровяков Асмунда Два Топора, Бьерна Корабела, Орма Длинного и Сигвальда Безухого. Им я тоже приказал надеть лучшие одежды и доспехи, а также все украшения — все же на прием к королю идем. Остальным велел сидеть на корабле, вести себя тихо и не отсвечивать, мало ли что.

— Мы возьмем все оружие, хевдинг, и щиты тоже! — поставил меня перед фактом Асмунд.

— Ты чего-то опасаешься, хольд?

— Не нравятся мне все эти мерзкие английские рожи. Да ты и сам говорил, что местная главная ворона нам рада не будет!

Мне, конечно, англичане, в целом, тоже не импонируют, тут я Асмунда понимаю. Но ведь и среди них есть приличные люди. Наш Редферн, например, или тот же тэн Годвин.

Вслух же я ответил другое:

— Служитель Господа не прикажет убить нас, это не по-христиански, — с укором произнес я. — Вот интриги плести — это запросто, но не более!

Я, по крайней мере, на это надеюсь. Но сказать об этом хирдманам я так и не решился. Парни и без того на взводе, еще начудят ненароком.

— Хотелось бы в это поверить, — пробормотал хольд, как будто уловив мои мысли. — Но щиты мы возьмем.

Вооруженные до зубов и богато разодетые норманны выглядели очень внушительно и опасно. Они обступили меня со всех сторон, обеспечивая безопасность, и подозрительно крутили головами, осматривая округу. Такой серьезной процессией мы и двинулись за Бентоном. В авангарде и арьергарде топали королевские дружинники, разгоняя зевак.

Неожиданно, шедший прямо передо мной Асмунд резким движением перехватил из-за спины щит и выставил его перед моим лицом. В этот же миг раздался звук удара и из основания щита, слева от умбона, вылез узкий граненый наконечник стрелы. Насквозь стрела щит пробила!

Бьерн и Орм, топавшие слева и справа от меня, тоже похватали щиты и приблизились вплотную ко мне, прикрывая с боков. Сзади послышался такой же, как и предыдущий, шлепок от удара, и зашипел Сигвальд. Я обернулся. Из предплечья его руки, сжимавшей рукоять щита, торчала стрела. В этом случае, наконечник пробил насквозь и щит, и длань норманна, пригвоздив ее к дереву основания. С нескольких направлений обстрел ведется!

Норманны сжались вокруг меня, стиснув своими мощными фигурами и прикрывая со всех сторон щитами. Асмунд отцепил от пояса запасной шлем и сунул мне в руки.

— Надень, твоя милость! Стрелки слишком хороши, как бы не подранили!

Я напялил железный колпак с полумаской прямо на пилеолус, быстро расправил бармицу на шее. Потом нащупал рукоять арабской сабли под сутаной. К бою готов!

Не понадобилось. Больше стрелы в нас не летели. Дружинники элдормена уже рванули в двух направлениях, чтобы перехватить стрелков. Кажется, один только я не заметил, откуда именно стреляли.

Вот мне и торжественная встреча! Нужно было всей толпой идти к королю, мои викинги вмиг бы отыскали террористов, что на меня засаду устроили. А дружинники, небось сейчас вернутся ни с чем, скажут, что упустили супостатов. Станут они своих сограждан выдавать какому-то заезжему прелату, как же…

Но я ошибся. Через пару минут две группы королевских бойцов приволокли откуда-то из городской застройки парочку побитых, но вполне живых, мужчин. Одеты они были весьма прилично — в узкие шерстяные штаны, крепкие туники и плащи. Такую одежду здесь носили все свободные люди. Впрочем, сейчас эти двое выглядели не очень презентабельно. По всей видимости, дружинники их изрядно поваляли по земле при задержании. Тогда же и носы им расквасили.

Орудия покушения дружинники также нашли — длинные тисовые луки, какими пользуются тут многие. Но, одно дело ими пользоваться на охоте, а другое — метко стрелять с дальнего расстояния. Да еще и с такой силой, чтобы норманнские щиты навылет пробивать. Но и для этого просто силы мало, нужны еще ловкость, умение, меткость и сноровка. Не простые, получается, убийцы.

— Тащите их к королю! — приказал Бентон. — Там их допросят и выяснят, кто приказал стрелять в нас.

Элдормен был очень зол. Он чуть не провалил задание Энреда доставить посланника Папы во дворец и чувствовал себя прескверно. Это явственно читалось на его лице.

Я, пока что, ничего говорить вслух не стал. Лишь приказал перевязать Сигвальда, которому как раз выдернули из руки стрелу. Не дай Бог, рана загниет. Без антибиотиков и загнуться можно! Но Асмунд успокоил меня, сообщив, что рана чистая, ничего в нее постороннего, типа кусочка ткани от одежды, не попало. И вообще, повезло Безухому — кости не задеты.

Я не был так уверен, что все хорошо. Надо будет хотя бы антисептик какой-нибудь поискать и залить рану. Что-то типа крепкого алкоголя подойдет.

Во дворец, до которого оставалось идти совсем недолго, добрались без новых приключений. Элдормен проводил меня в большой зал с каменным полом, в дальнем конце которого стоял трон, похожий на большое кресло. На этом кресле и восседал правитель Нортумбрии — король Энред.

Моих викингов дальше дверей в зал не пустили, Бентон сразу сказал, что там им делать нечего. Я спорить не стал и приказал хирдманам ждать здесь.

Достав из поясной сумки письмо от Папы, я торжественно прошагал до трона и вручил послание с легким поклоном.

— Я — прелат Лука, легат Его Святейшества Папы Пасхалия, первого этого имени, передаю твоей милости королю Энреду благословение Святого престола, — с пафосом произнес я.

Не знаю точно, эти ли слова должен говорить легат Папы Римского, но другого мне в голову все равно не пришло. Но вроде ничего неправильного я не сказал. Король покивал благосклонно и принял свиток, скрепленный свинцовой печатью, которую я после прочтения аккуратно вернул на место.

Энред сорвал пломбу, развернул послание и принялся читать. Суть письма он уже знал со слов своего дяди рива Патси, так что какой-то ответ я рассчитывал получить прямо сейчас.

Так и произошло. Закончив читать, Энред поднялся с трона, подошел ко мне, обнял и сообщил:

— Я рад приветствовать на своей земле представителя Святого престола! Будь моим гостем, преподобный, пока мы занимаемся выполнением поручения Его Святейшества! Тебя и твоих людей обеспечат всем необходимым. Если тебе, прелат Лука, что-нибудь будет нужно, смело обращайся в элдормену Бентону — он все сделает.

— Благодарю, твоя милость! Большая честь познакомиться с тобой! — покивал я. — В первую очередь я хотел бы посетить собор, чтобы возблагодарить Господа за то, что помог мне добраться до славной столицы королевства Нортумбрия! Но есть еще одно дело, требующее немедленного решения.

— Слушаю тебя, преподобный, — король уселся обратно на свой трон.

— Пока мы шли от пристаней к твоему дворцу, на меня было совершено покушение, — сообщил я. — Но, благодаря храбрости элдормена Бентона, королевских дружинников и моей норманнской охраны, трагедии удалось избежать. Однако, двоих убийц поймали. Хотелось бы допросить их, чтобы выяснить, кто посмел покуситься на легата самого Папы!

Король при моих словах изменился в лице. Взгляд его упал на Бентона, который как-то сразу уменьшился в размерах и побледнел. Что бы было, если бы я сказал правду о том, кто в действительности предотвратил покушение? Дружинники-то с Бентоном проморгали убийц, прикрыли ведь меня викинги.

— Элдормен мужественно прикрыл меня от стрел и бросился ловить убийц первым! — тут же вставил я, стараясь унять гнев правителя.

Это помогло. Энред немного расслабился. Отпустило и Бентона, который украдкой посмотрел на меня с благодарностью.

— Я сожалею о случившемся, преподобный! — наконец произнес король. — Конечно же, мы проведем расследование и установим, кто стоит за этим ужасным преступлением. Убийцы будут наказаны!

— Твоя милость, — произнес я проникновенным голосом. — Мне хотелось бы лично поприсутствовать на допросе. Я должен понимать, кто замышляет недоброе против Церкви!

Король скривил губы, но отказать не решился.

— Я не возражаю. Бентон, займись этим! Что касается поручения Его Святейшества о сборе налога, то мои люди уже занимаются этим.

И сделал ручкой, показывая, что прием окончен.

Что ж, меня это устраивает. Больше ничего и не требовалось.

Мы с Бентоном поклонились и вышли из зала.