Холодное Северное море встретило нас небольшим волнением. Дул хороший попутный ветер, так что полуостров Ютландия мы обогнули достаточно быстро, приближаясь к намеченной цели.

Когда до Фризских островов, по моим расчетам, оставалось совсем немного, на море опустился густой туман. Я приказал кораблям сблизиться, чтобы не растерять друг друга — видимость практически совсем упала. Мы зажгли факелы, пропитанные китовым жиром, и установили их на корме. На всякий случай я велел посадить на мачты наблюдателей, может быть сверху они хоть что-то увидят в сплошной стене тумана, окутавшей все вокруг.

Неожиданно это дало результат. С мачты «Морского Орла», драккара ярла Стейна, наблюдатель негромко сообщил, что видит движущийся в нашем направлении огонек. Негромко — это потому, что звук в тумане передается очень хорошо. Мой наблюдатель тоже увидел этот огонек. Через некоторое время мы услышали плеск, издаваемый веслами корабля, шедшего прямо на нас. Я шепотом отдал команду надеть брони и вооружиться. Погасили огни. Мы сюда, как-никак за добычей пришли, а тут она сама плывет в наши руки.

Наши драккары слегка раздвинулись, встали как бы полукольцом, охватывая приближающееся встречное судно. Вскоре из тумана стали слышны голоса. Похоже, что это фризы шли к нам навстречу.

— Фризы! — прошептал мне на ухо Харальд, подтверждая мою догадку. — Я немного понимаю их язык.

Я поднял руку, подавая хирдманам знак быть в полной боевой готовности.

Из тумана показался нос снекки, медленно двигавшейся на веслах. А вот и вся она, плывущая в наши объятия.

Фризы тоже увидели нас, но деваться им было уже некуда, они были окружены. Снекка Гуди отрезала им путь к отступлению, стремительным броском зайдя с кормы. На их борт с двух сторон полетели кошки и наши драккары намертво сцепились с фризской снеккой. Мои хирдманы посыпались на палубу попавшего в капкан корабля.

Сопротивления никто не оказал, настолько неожиданной для фризов оказалась встреча с нами. Они даже оружия похватать не успели. И без броней были. Хотя это были не купцы, а именно воины — доспехи и оружие имелись на борту в достатке. Команда захваченной снекки состояла из двадцати двух человек. Возглавлял их длинный костлявый командир, который был единственным, успевшим выхватить меч. Правда, ему это не помогло — его тут же оглушил обухом топора норег Гуннар.

Обыскав захваченную снекку, мы убедились, что из всех ценностей на ней были только плохонькие доспехи — куртки из толстой кожи, с нашитыми на них железными полосами и бляхами, а также некачественное оружие. В кошельках нашлась горстка мелких серебряных монет, в общей сложности на пару марок весом. И то, половина этой суммы была командирская. Нищие какие-то воины.

Зато снекка была приличная, на шесть румов, в хорошем состоянии, с парусом, украшенным каким-то незнакомым мне гербом, видимо принадлежавшем местному барончику.

Язык фризов представлял собой дикую для меня смесь английского с немецким, с добавлением голландских ноток, но был, все же, ближе к древнеанглийскому.

Быстро проведя допрос обалдевших от произошедшего воев, мы выяснили, что они идут с длинного острова под названием Юйст, находящегося неподалеку, где у них стоит крепость, на остров Вангероге. И вообще, они тут патрулируют прибрежные воды. Защищают острова от набегов нурманнов. Ну-ну, защитнички, попались, как кур в ощип.

Со слов пленников стало известно, что остров Юйст является основной базой дружины, поставленной бароном из Эмдена для охраны близлежащих Фризских островов и патрулирования окрестных вод. Местный хевдинг и его дружина в количестве сорока трех человек, с семьями, слугами и рабами живет там же, в небольшой крепости, окруженной земляным валом и деревянным частоколом, построенной на берегу у причалов. На острове стоит деревня примерно на полторы сотни рыбаков и крестьян, обеспечивающих воинов продовольствием и всем необходимым. Главной достопримечательностью Юйста является небольшое озеро с пресной водой, ценным ресурсом на островах.

Отлично, значит их дружину мы уже ополовинили, в крепости остался двадцать один воин.

У меня появился план, который я тут же обсудил со своими офицерами, созвав их к себе на драккар, и мы приступили к его реализации.

Для начала раздели пленников до исподнего, связали и оставили пока на драккаре ярла Стейна, потом решим, что с ними делать. Их доспехи нацепили мои хирдманы. Иво внешне был немного похож на фризского командира — такой же длинный и костлявый. Ему предстояла главная роль в придуманном мной спектакле.

Двадцать переодетых хирдманов уселись за весла трофейной снекки. Канатом к ней мы прицепили снекку Гуди, как будто бы фризы захватили ее и ведут домой на буксире. В ней на палубе улеглись три десятка бойцов, так, чтобы их не было видно с берега. Иво встал на носу захваченного корабля и изображал фризского офицера, нацепив его шлем, плащ и обмотав половину лица его же шарфом, чтобы встречающие сразу не заметили подмены.

Остальные хирдманы на драккарах должны были скрываться в тумане до того времени, пока не услышат звук рога, который я подам в нужный момент. После сигнала они быстро подойдут к берегу и совершат высадку для зачистки территории. Никто не должен покинуть остров, поэтому нужно блокировать все плавательные средства и собрать всех жителей в одном месте. Я отдал приказ никого не убивать просто так, для развлечения, потому что на этом острове мы должны были создать временную базу, а местные будут нас кормить и прислуживать нам.

К рулевому веслу поставили фризского кормчего. Рядом с ним сидел Харальд, незаметно прижимая кинжал к его брюху, чтобы тот не подал сигнал об опасности. Сам я уселся за первое весло, рядом с Иво.

Не торопясь мы двинулись в сторону берега. Через некоторое время из тумана выступили очертания низкого песчаного берега. Потом показался деревянный причал и крепостица с башенкой на берегу.

С берега нас увидели. На причал вышел толстый низенький человек в красном шерстяном плаще и открытом шлеме, видимо сам хевдинг, и несколько воинов с копьями и щитами.

Мы осторожно притерлись бортом и сразу же, молча, понеслись в атаку, спрыгивая с борта и устремляясь вперед к распахнутым воротам крепости. Укрывавшиеся до поры хирдманы со второй снекки тоже посыпались на причал. Харальд ткнул кинжалом подмышку кормчего и, опережая наших бойцов, кинулся за мной.

По пути я приголубил рукоятью меча по шлему низенького толстячка, стоявшего с распахнутой пастью и не понимавшего, что происходит. Он рухнул, как подкошенный. Пригодится нам живым. А вот сопровождавших его воинов зарубили в одно мгновение.

Охрана на воротах прошляпила атаку и тоже поплатилась жизнью. Мы подлетели к ним одновременно с Харальдом и, зарубив стражников, заняли позицию в воротах. Дальше я не побежал, остался здесь. Мои хирдманы ворвались в крепость, рубя направо и налево тех, кто пытался оказать сопротивление. Безоружных не трогали, сгоняя их к большому сараю.

Захват крепости занял несколько минут.

Убедившись, что никто больше не сопротивляется, я изо всех сил три раза дунул в рог. Откуда-то издалека, из тумана, мне ответили. Через некоторое время в песчаный берег мягко ткнулись носом наши драккары. Викинги спрыгивали на песок и разбегались малыми группами по острову. Началась зачистка деревни.

Все лодки перегнали и привязали к причалу у крепости, выставили у них охрану. Пленных воинов заперли в одном сарае, их семьи закрыли в другом. Отдельно от всех поместили жену и детей толстого хевдинга. Перепуганным деревенским жителям приказали накрывать на столы, контролируя, чтобы они не подсыпали нам в пищу ничего лишнего.

Начался грабеж. Мои викинги обыскивали деревенские дома, стаскивая все сколько-нибудь ценное в одну кучу в крепости. Правда, ценного почти ничего и не было — так, посуда кое-какая бронзовая и медная, разная утварь, кузнечные инструменты, совсем немного серебра. Небогатая деревня.

Другое дело — дома хевдинга и его приспешников. Там даже ковры были, и посуда серебряная, и хорошие доспехи с оружием нашлись. Толстяк на допросе долго не упирался. Стоило Гуннару отрезать ему один палец, и он тут же выдал все свои тайники. Нашелся и сундучок с хорошими монетами, и маленький ларец с золотыми и серебряными украшениями.

Особенно меня порадовала броня, найденная в большой потайной нише в спальне хевдинга. Она была сделана из кованой меди, очень прочной, и состояла из двух частей, спины и нагрудника, соединенных по бокам специальными застежками и кольчужными вставками. Поручи крепились на кольцах, скрепленных с плечевыми накладками, ладони и пальцы закрывались кольчужными перчатками. Все суставы защищались дополнительными пластинками из такой же крепкой меди, не мешая свободно сгибаться и разгибаться. Нагрудник был искусно украшен золотыми и серебряными насечками, изображавшими диковинных птиц и разные узоры. Снизу к броне была прикреплена многосоставная подвижная латная юбка, защищавшая пах спереди и сзади, доходившая до середины бедра. Шею закрывал жесткий пристегивающийся воротник, обитый изнутри мягким бархатом. Доспех был особо прочным, но необычайно легким и не сковывающим движения. Стоимость такого доспеха я даже не решился представить. Интересно, откуда в этом захолустье такое произведение искусства? Надо у толстяка поинтересоваться.

Толстяк, заикаясь, сообщил, что купил эту броню у проплывавшего мимо торговца, но я ему совсем не поверил. Ага, как же, купил он. Да все имущество на этом острове, вместе с крестьянами, живностью и трэлями стоит, наверное, меньше. Похоже, что они тут пиратством в полный рост занимались. Вот нисколько их теперь не жалко.

Тем не менее, при подсчете добычи, мои хускарлы-знатоки оценили эту броню в триста золотых монет. А это, ни много ни мало, больше килограмма золота, или десять с половиной килограмм серебра, или пятьдесят две с половиной марки, или тридцать пять трэлей-мужчин, или стадо из ста пяти коров. И так до бесконечности. Неплохая такая броня. И размерчик как раз мой…

Вся остальная добыча, без учета рабов, потянула еще примерно на сто пятьдесят марок. В целом, с одного захудалого острова совсем неплохо. Но это смотря с какой стороны оценивать. Мне, например, с этой добычи причитался куш в пять долей, как ярлу, да плюс по две доли на каждый рум принадлежавших мне драккаров. А это еще пятьдесят две доли. Ярлу Стейну тоже за каждый рум его драккара насчитать нужно, помимо его четырех долей, как ярла-союзника. Да Гуди за свою снекку с пятью румами получит десять долей и три своих, как кормчий. И остальным кормчим по три доли, а хольдам по две. Очень сложная математика. Вот и выходит, что рядовой дренг заработал от силы полмарки серебром. А товары из добычи еще продать надо, причем сделать это я должен выгодно, чтобы оправдать надежды на прибыль каждого хирдмана. Тяжела ты, работа ярла!

Право первым выбирать из добычи принадлежало мне. Я, в качестве причитающейся мне доли, решил взять тот уникальный доспех из дома толстого хевдинга. Никто не возражал, так как практичные викинги понимали, что такую дорогую вещь будет очень трудно продать. Так что все довольны остались.

Теперь следовало основательно подкрепиться, тем более, что столы были уже накрыты, и решить, что будем делать дальше. Точнее, что дальше — это мы знаем, надо придумать, как осуществить захват Эмдена.

Сначала следовало провести разведку. Мы решили снарядить снекку Гуди и отправить на ней группу наших шпионов под видом купцов. Для этого мы погрузили на борт некоторые товары для продажи в Эмдене, которые захватили здесь, на острове. Это была сушеная рыба, выделанные овечьи шкуры и трофейная бронзовая посуда, которую мы заставили натереть до блеска местных жителей, чтобы выглядела как новенькая. Я решил пойти с отрядом, хотел лично увидеть город и прикинуть план набега.

Остальные, под командованием Стейна, оставались здесь и ждали нашего возвращения. На случай прихода чужаков, всех приказано было на остров впускать и никого не выпускать. По периметру расставили скрытые посты наблюдения за возможными приближающимися по морю кораблями.

Следующим утром мы отплыли в сторону залива, на берегу которого стоял Эмден. Плавание не заняло много времени, мы зашли в большую бухту и вдоль берега почти дошли до широкого устья реки Эмс, перед которым раскинулось поселение. Каменная стена, окружавшая центральную часть города вместе с крепостью, была метра три высотой и выглядела внушительно. Вокруг нее были разбросаны пригородные кварталы, занимаемые ремесленниками и торговцами. По окраинам ютились лачуги крестьян и рыбаков. На берегу и у причалов стояло множество лодок разных размеров, с десяток торговых кнорров и один боевой корабль, похожий на драккар.

Мы отыскали свободное место у причала и пришвартовали свою снекку.

— Ведем себя непринужденно, мы простые торговцы, — напомнил я Гуди и его людям. — Ни с кем не задираемся, идем на рынок, ищем, кому продать наши товары. Потом расходимся небольшими группами и смотрим по сторонам, запоминая все вокруг.

— Ярл, мы все помним, не беспокойся! — ответил за всех Гуди. — Тем более, мы и есть настоящие купцы.

— Это хорошо. Не называйте меня ярлом на людях, зовите просто Скогатт. Гуди, еще нужно осторожно выяснить, где живут купцы из славян.

Мы сошли на деревянный настил причала. Нам навстречу, с мерзкой ухмылкой на лице, вразвалочку, направился неопрятный тип в ржавом шлеме и кожаной куртке, с пришитыми к ней железками, изображающей доспех. За ним топали еще двое вояк с копьями и такими же надменными рожами.

— Новенькие приплыли! — худощавая треугольная харя растянулась в подобии улыбки, жидкие усишки топорщились над верхней губой в разные стороны. Он сильно напомнил мне крысу. Так и буду его звать. — С вас двадцать денье за стоянку и десятина пошлины с продажи товаров! И поторапливайтесь, некогда мне тут с вами стоять, дел полно!

За такое наглое заявление, да еще и на ломаном датском, очень захотелось вмазать ему сапогом так, чтобы летел дальше своего визга. Но я сдержался. Тем более, что у нас за старшего выступал Гуди. Он ругаться не стал, отсчитал монеты за стоянку и сказал:

— Пошлину заплатим, когда товар продадим! Нету больше серебра!

— А если проверю? — оскалился Крыс. — Что в поясе несешь?

Ну, это уже совсем борзота. Наши ребята обступили мытарей со всех сторон, грозно взявшись за рукояти кинжалов и тесаков. Крыс понял, что перегнул палку.

— Ладно, ладно! — он потряс руками. — Перед отплытием заплатите. Меня зовут Рьёт26, я здесь главный! Найдете меня и заплатите!

Ну надо же, его и вправду зовут Крыса! Найдем тебя обязательно. Первым тебя прирежу.

— Договорились, Рьёт. А сейчас покажи нам, где рынок в вашем славном городе!

— Маас тебя проводит, — Крыс указал рукой на одного из своих вояк, развернулся и зашагал прочь.

Рынок раскинулся неподалеку от каменной стены и был достаточно большим и многолюдным для того, чтобы мы, разделившись на группы по три-четыре человека, не привлекали лишнего внимания. Чужестранцев здесь тоже хватало, так что на нас не пялились. Гуди остался на рынке искать подходящих торговцев для продажи наших товаров, а я со своей группой отправился ко входу в город.

Остановившись в городских воротах, я сделал вид, что мне в сапог что-то попало, снял его и принялся вытряхивать несуществующий камешек. Сам я в это время активно смотрел по сторонам, размышляя, как нам эти ворота взять. Они были толстыми, дубовыми, обитыми железом и охранялись четырьмя стражниками. Еще несколько часовых выглядывало из узких окошек надвратной башни. И это только те, кого я смог увидеть. Наверняка внутри башни еще кто-то есть. И в караулке, стоящей прямо за воротами.

Я надел сапог обратно, и мы прошли в город. Он представлял собой скопление каменных и деревянных домов, в основном двухэтажных, и был разделен узкими улочками. От ворот к донжону, в котором, вероятно, обитал барон с дружиной, вела улица пошире. Перед воротами донжона (еще одни, блин!) располагалась большая площадь, сейчас почти пустая.

Сам донжон, или замок, представлял собой квадратное каменное сооружение с плоской крышей, имел четыре этажа и возвышался над остальными городскими строениями. Первый этаж окон не имел совсем. Выше вместо окон зияли бойницы, удобные для метания стрел, но не для проникновения внутрь здания. Если с ходу не возьмем, то дальше трудно придется. Барон там окопается — и тогда долго его выковыривать будем. А если там внутри колодец есть и запасы пищи, что наверняка, то осада будет вечной.

На всякий случай мы обошли донжон по боковым улочкам. Везде та же картина, непреступная крепость. Интересно, а подземный ход тут имеется?

За донжоном мы увидели еще одну площадь, поменьше, на которой стояла церковь. Тоже, естественно, каменная. Снаружи выглядела она не бедно, а внутрь мы не пошли, нечего там язычникам делать, не поймут нас местные христиане. Вокруг донжона стояли дома побогаче, а к городским стенам — уже попроще жались, но тоже не бедные. И вообще, как я понял, внутри городской стены могли себе позволить жить только местные богатеи. Вся остальная чернь жила в пригороде за стеной.

Где-то в городе должны жить и родичи Доброжира. И он сам, я надеюсь, тоже здесь скрывается.

Выпив по кружке пива в таверне, мы пошли обратно на рынок, где встретились с нашими товарищами. Гуди сообщил, что ему удалось узнать, что из купцов-славян в Эмдене живет ровно один род, что существенно упрощает мою задачу. Их дом стоит в городе за церковью. Люди они небедные, барон им благоволит. Их большие склады с товарами расположены и у причалов, и на рынке. Большего он выяснять не стал, это было бы подозрительным.

Еще Гуди успел договориться о продаже товаров, так что мы, наняв возниц, отправились разгружать снекку. Управились быстро, товаров было не много. Крыс дожидался нас у причала и пришлось отсыпать ему десятину пошлины. Прощаясь, он сказал, что всегда ждет нас в гости в этом гостеприимном городе. Мы ответили, что непременно в скором времени придем еще раз.

С наступлением сумерек мы отчалили обратно на нашу временную островную базу.

Вернемся сюда завтра, на рассвете. Встречайте.

Примерно в полночь мы, предварительно подав световые сигналы, чтобы лишний раз не напрягать наших соратников, подошли к острову.

— Как сходили? — нас встречали Харальд и Стейн.

— Успешно, — я сошел на пирс. — Завтра на рассвете выдвигаемся. Соберите хольдов, поговорим и все обдумаем.

Разработав план нападения, мы отужинали и улеглись спать.