Бронированные силуэты отступали.

Я стоял на перекрёстке, измазанный в зеленоватой жиже, и смотрел, как пять тяжёлых экзоскелетов уходят по разбитой улице. Борис грохотал, как локомотив. Его «Крушитель» покачивался в руке, с бойка стекала слизь. Медведь отступал, прикрывая левый фланг. Секиру держал перед собой, готовясь к любому рывку из переулков. Ершов убрал бензопилу в инвентарь и сбивал с наголенников цепкие усики побегов. Варягин контролировал тыл, но меч в руке уже не пылал.

А ещё Искра.

Рыжая притормозила и обернулась. Левый наруч повреждён. Деформированная пластина висела на одном магнитном замке, обнажая сплетение миомерных жгутов. Она смотрела на меня. Через забрало, через стекло, через три слоя защитного полимера — и всё равно я чувствовал её взгляд. Тяжёлый, упрямый, непреклонный.

Я кивнул ей. Дескать, всё в порядке, иди.

Не сразу, но она кивнула в ответ.

Развернулась и побежала, догоняя остальных. Титановая машина двигалась с грацией пантеры. Через несколько секунд она скрылась за углом дома.

Всё. Теперь работаем.

Я повернулся к стене зелени. Она пёрла на меня, как прибой. Только не водный, а состоящий из живой биомассы. Побеги толщиной с мою ногу ворочались на асфальте, оплетали фонарные столбы, стискивали, ломали. Где-то слева рухнул балкон жилого дома — лианы залезли под плиту и выдрали её, как гнилой зуб. Бетонные обломки посыпались вниз, поднимая облака серой пыли.

А из-за этого живого фронта, из складок и расщелин зелёного месива, вылезали Химеры.

Зеленоватая кожа. Лица с провалами чёрных глаз. Голубые узлы на грудинах, плечах, предплечьях. Каждая тварь — идеальная машина для убийства, выращенная из украденной человеческой ДНК и переделанная по чертежам безумного недобога.

Система услужливо подсветила маркеры:

Химера Морвейга — Уровень 18

Химера Морвейга — Уровень 19

Химера Морвейга — Уровень 17

Шесть штук. Девять. Пока.

— Прометей, — сказал я вслух, — статус группы?

— Группа перехвата вышла за радиус прямого контакта. Движутся к точке эвакуации. Угрозы нет.

— Хорошо. Начинаем.

Я выдохнул и рванул вперёд. Асфальт под ногами треснул и разлетелся фонтаном.

Мир замедлился.

Не буквально, конечно. Просто я ускорился. Ветер бил в лицо, выдавливая слёзы из глаз. Периферийное зрение расширилось. Я одновременно видел Химеру в десяти метрах впереди и побег лианы, ползущий справа по бордюру.

Химера увидела меня. Лазурные узлы вспыхнули — плотнее, ярче. Ладони вскинулись. Но для меня это движение было медленным. Нечеловечески, тягуче медленным. Энергия копилась в биолюминесцентных каналах предплечий, перетекая к пальцам… как в замедленной съёмке.

Я нырнул влево. Луч прошёл мимо. Обжигающий неоновый штырь прожёг воздух в двадцати сантиметрах от уха. Запах кварцевания ударил в ноздри. Один шаг, два, и я оказался перед тварью.

Правый кулак пошёл снизу вверх. Апперкот. Простой и грязный. Только вот кулак весил столько же, сколько раньше, а сила за ним стояла такая, будто в предплечье встроили гидравлический пресс.

Удар пришёлся в нижнюю челюсть Химеры. Голова дёрнулась назад с мокрым хрустом, шейные позвонки лопнули, как пузырчатая плёнка. Тело оторвалось от земли, пролетело три метра и рухнуло.

Получено опыта: 180 × 3 = 540

Не останавливаясь, я развернулся, нашёл следующую цель. Химера бежала ко мне, широко расставив руки — хотела обхватить. Я перехватил её правую кисть в полёте, вывернул, используя собственный вес твари, и швырнул через бедро. Тело впечаталось в асфальт, я наступил ногой на грудину. Фосфоресцирующий узел лопнул под подошвой, как лампочка. Затрещали рёбра. Затем пришлось всё же оторвать голову, потому что просто сдохнуть монстр не захотел.

Получено опыта: 170 × 3 = 510

Новое ускорение. Удар далёкой гигантской лианы… осколки подскочили с бетона и зависли в воздухе.

Третья тварь… но вышло уже не так резво. Всего на долю секунды, но я почувствовал разницу. Ноги стали чуть тяжелее, рефлексы чуть менее острыми. И ещё голод. Отчётливый, как укол иглой. Он возник где-то под рёбрами и начал расползаться.

Я стряхнул с рук зелёную пакость и взглянул на параметры.

Энергия: 391/620

Мана: 615/615

Мана не тратится, а вот стамина… Триста девяносто один! Я потратил почти треть за полминуты боя. Это плохо.

Суперсила работает не на магии, а на биохимии. Каждый рывок, каждый удар, каждое мгновение ускоренного восприятия — всё это жрёт энергию организма с чудовищной скоростью. Калории. Глюкоза. АТФ. Кайрос дал мне тело, способное сокращать мышечные волокна с двадцатикратной силой и скоростью, но забыл приложить к нему ядерный реактор.

Твою мать! Всё для нападения, ничего для логистики!

Мне что, прямо во время боя бутеры точить?

— Создатель, — голос Прометея зазвучал в левом ухе через наушник, — фиксирую аномальное падение энергетического баланса. Рекомендую снизить интенсивность.

— Позже. Сколько целей?

— В радиусе двухсот метров: четырнадцать Химер. Семь в активном сближении. Плюс фронт побегов: двести тридцать четыре метра до периметра отеля.

— Дроны?

— «Пессимист-2», тринадцать единиц, «Пессимист-3», восемь единиц, — перенаправлены на восточный сектор. Открываю огонь.

Над крышами мелькнули чёрные угловатые силуэты. Октокоптеры выстроились клином и развернули стволы. Пулемёты калибра 7,62 загрохотали скупыми очередями. Следом заработали гранатомёты. Огненные росчерки пронзили вечерний воздух. Две Химеры, обходившие меня справа, получили по куче пуль каждая. Одна рухнула, когда очередь прошила ей все шесть узлов. Вторая, прикрывшись рукой, потеряла конечность, локтевой сустав разнесло в клочья, но продолжала бежать.

Я перехватил её. Левый прямой в висок. Бледная голова разлетелась.

Получено опыта: 190 × 3 = 570

Следующие три секунды я двигался очень быстро. Время снова замедлилось, и я работал, как машина. Удар. Уворот от луча. Ещё удар. Химера тянулась ко мне руками, светящиеся ладони почти коснулись груди — но я проскочил под вытянутой рукой, перехватил тварь за талию и переломил позвоночник через колено. Треск. Зелёная жижа хлестнула на брюки. Пробить голову.

Получено опыта: 180 × 3 = 540

— «Пессимист-3» ID: 40 и 51 — перенаправлены на квадрат эхо-семь, — докладывал Прометей. — Гранатомётный огонь по скоплению побегов на юго-западе.

Глухая барабанная дробь разрывов. Далеко, за два микрорайона. Я видел краем глаза, как над крышами взметнулись облачка серой пыли, разбавленные зелёными ошмётками. ВОГ-25 работали исправно. Молодые лианы рвались и корчились. Но новые тут же лезли вместо старых.

Я остановился перевести дух. Ноги гудели. Мышцы бёдер ныли так, будто я только что пробежал марафон. И голод… вот же блин… голод уже не намекал, он орал. Желудок скручивало узлом. Привкус металла во рту. Тело требовало топлива, отчаянно и немедленно. Хоть жри этих зелёных ублюдков!

Энергия: 247/620

Меньше сорока процентов. И я потратил всё за минуту боя!

Рванул к следующей Химере. Та стояла у покорёженной «Газели», узлы полыхали неровно. Тварь металась, пытаясь определить направление угрозы. Я разогнался. Двадцать метров за два шага. Время снова начало густеть…

…но рывок дался тяжелее. Заметно тяжелее. Ноги будто прилипали к асфальту. И замедление мира было уже не таким полным — Химера двигалась не в киселе, а просто медленно. Разница огромная, когда счёт идёт на миллисекунды.

Я ударил. Проломил грудину. Тварь полетела в стену полуразрушенного дома. На неё сверху рухнул кусок бетонной плиты.

Получено опыта: 180 × 3 = 540

И в ту же секунду — вспышка.

Раскалённый луч ударил мне в левое плечо. Я не увидел тварь заранее, не услышал за пульсом собственного сердца. Просто пришла боль. Чудовищная, ослепляющая, прожигающая мышцу насквозь. Запах палёного мяса ударил в ноздри — собственного мяса.

Меня развернуло. Ноги подломились, и я рухнул на колено, рефлекторно схватившись за плечо. Пальцы нащупали под выгоревшей курткой обожжённую плоть. Мокрую, расползающуюся. Дельтовидная мышца сгорела на треть. Кость цела. Новая, усиленная кость.

Химера в десяти метрах от меня опустила руки и снова подняла их, заряжая следующий выстрел. Чёрные глаза смотрели на меня.

Голубая вспышка.

Мысль. Одна, чёткая: гранатомёт.

РПГ-26 материализовался в моих руках из инвентаря. Труба цвета хаки, длиной чуть больше метра. Однозарядный. Реактивная противотанковая граната. Кумулятивная боеголовка, поражение — почти полметра гомогенной брони.

Я вскинул трубу на правое плечо. Левая рука, обожжённая, слушалась ещё плохо. Прицел совместил. Химера заканчивала зарядку. Энергетические узлы сияли, как маленькие солнца.

Выстрел.

Труба сухо рявкнула. Двигатель гранаты выгорел ещё внутри ствола, выплюнув снаряд. Расстояние десять метров. Граната преодолела его за доли секунды.

Взрыв!

Химеру разнесло. Кумулятивная струя прошила тело насквозь, а чудовищный гидроудар от попадания разорвал плоть изнутри. Зелёная слизь и куски разорванных органов осели на стену ближайшего дома неровным веером.

Получено опыта: 170 × 3 = 510

Я убрал пустую трубу в инвентарь.

— Создатель, — раздался голос Прометея, — диагностика раны: ожог третьей степени, повреждение дельтовидной мышцы на двадцать два процента. Регенерация уже запущена. Расчётное время восстановления: четыре минуты. Однако категорически рекомендую прекратить пренебрегать защитой.

— Знаю! — огрызнулся я.

Не хотел надевать броню. Думал, что новые физические параметры могут повредить работу сервоприводов. А оно вон как вышло… за большую силу полагается большая плата, мать её.

Сияние объяло моё тело целиком.

Доспех материализовался не мгновенно. Процесс занял две секунды. Сначала поддоспешник: чёрная «вторая кожа» облепила меня. Я почувствовал, как тысячи микродатчиков прижались к коже, считывая импульсы. Миомерные волокна дрогнули, адаптируясь к моим изменившимся мышцам.

Ощущение, как если бы тебя завернули в тёплое мокрое полотенце, которое тут же застыло. Потом поддоспешник плотно обхватил левое плечо. То самое, обожжённое. Я стиснул зубы, когда полимерный гель прижался к регенерирующей ткани.

Далее секция за секцией. Щелчки магнитно-механических замков. Наголенники. Набедренники. Тазовый блок, тяжёлый и стабилизирующий. Грудная пластина с вмонтированным энергоблоком «Триада». Спина. Наплечники. Наручи. Пальцы каждой руки скользнули в бронированные перчатки.

Мысленная команда на подстройку к ранению. Обожжённое плечо нагружаем осторожно. Сервоприводы перехватили на себя часть веса секции, минимизируя давление на повреждённую зону.

Последним возник шлем. Мир преобразился.

Темнота на долю секунды. Потом визор вспыхнул, и я увидел всё заново. Только теперь с наложенной тактической сеткой. Кондиционированный воздух вошёл в лёгкие, и я облегчённо выдохнул.

Суперменом быть хорошо, а Железным человеком привычнее.

Энергия: 112/620

Да блин же… Экзоскелет снял нагрузку с мышц, но энку теперь отъедает регенерация. Если бы не сервоприводы костюма, я бы уже рухнул от истощения. Ещё чуть-чуть, и броня превратится в систему поддержания жизнедеятельности. Буду косплеить Вейдера.

— Все узлы в штатном режиме, — подтвердил Прометей. — Регенерация плеча: семьдесят один процент. Рекомендация: свести маневрирование к разумному минимуму.

— Рекомендация отклонена, — я стиснул бронированные кулаки. Сервоприводы тихо взвизгнули. Миомерные жгуты в предплечьях натянулись, как стальные тросы. Сила. Настоящая, управляемая, не зависящая от расхода калорий.

В этот момент лианы добрались до меня.

Они подкрались, пока я облачался. Тонкие, цепкие усики вылезли из трещин в асфальте и метнулись вверх. Один обвил правую голень. Второй стрельнул к наручу. Третий, толстый стебель, выполз из-под перевёрнутой машины и ударил, как хлыст, целясь в шею.

Я рванулся.

Сервоприводы коленного шарнира выдали максимальный импульс. Лиана на голени лопнула. Ту, что тянулась к наручу, перехватил бронированной перчаткой и раздавил. Зелёная жижа потекла по пальцам. А стебель, бивший в шею, ткнулся в активированный энергетический щит. Выставил его с разворота. Росток ударился и отскочил, но уже метнулся для новой атаки.

— Спектр, — сказал я.

Меч материализовался в правой руке. Рукоять легла в ладонь как влитая. Удар наискосок. Лиана пополам, фонтан из зелёных брызг.

Активирована матрица: «Раскалённое свечение».

Клинок вспыхнул. Воздух вокруг лезвия задрожал от жара. Раскалённый «Спектр» гудел низким, басовитым гулом, как высоковольтная линия.

Я рубанул.

Лиана, подбиравшаяся к левой ноге, распалась. Срез вспыхнул. Ткань обуглилась мгновенно, прижжённая до чёрного хруста. Никакой регенерации. Не из чего. Я крутанулся на месте и описал мечом широкую дугу. Три побега, подползавших сзади, лопнули и обвисли дымящимися обрубками. Зелёный сок, не долетев до меня, испарялся в миллиметре от лезвия.

Четыре Химеры выбежали из-за угла дома одновременно. Скоординированно. Узлы на грудинах синхронно замерцали, они готовили залп.

Я не стал ждать.

Первый шаг. Сервоприводы ног выдали максимум. Асфальт треснул. Второй шаг. Я уже в воздухе.

Меч вошёл первой Химере в ключицу и вышел у бедра. Я разрубил её по диагонали, не останавливаясь. Раскалённый клинок прошёл через бледную плоть, как через бумагу. Две половины тела разлетелись, обугленные по срезам.

Вторая тварь успела выстрелить. Луч ударил мне в грудную пластину. На визоре заплясал жёлтый индикатор: «Целостность нагрудника: 93%».

Больно. Демпфирующий поддоспешник мгновенно затвердел, приняв остаточную энергию. Я устоял. Шагнул вперёд. Горизонтальный удар «Спектра». Голова Химеры отлетела, как мяч, объятый пламенем.

Третья Химера метнулась вбок. Быстро, с «Адаптивным Уклонением». Но на визоре её силуэт горел красным контуром, и баллистический калькулятор предсказывал вектор движения тонкой линией. Я развернулся, шагнул наперерез и снёс голову.

Четвёртая…

— Огонь! — скомандовал я.

За спиной щёлкнуло. Два двухзвенных рычага с электроприводом развернулись за 1,8 секунды. Заплечные пулемётные установки поднялись над моими плечами, как лапы богомола. Двенадцать и семь миллиметров — тяжёлый оружейный калибр, способный остановить бронетранспортёр. На визоре четвёртая Химера горела красным маркером.

Сдвоенная очередь.

Грохот ударил по ушам даже сквозь звукоизоляцию шлема. Гильзы посыпались по бронеспине. Каждая пуля несла кинетическую энергию, достаточную, чтобы разорвать бетонный блок. Тварь разлетелась.

Получено опыта: 180 × 3 = 540

Получено опыта: 190 × 3 = 570

Получено опыта: 180 × 3 = 540

Получено опыта: 170 × 3 = 510

Я стоял посреди перекрёстка, окружённый мёртвыми Химерами и дымящимися обрубками лиан. Меч «Спектр» гудел в правой руке. Заплечные пулемёты медленно поворачивались, сканируя сектора.

— Шесть целей на юго-западе, — доложил Прометей, — двигаются к вашей позиции. Подкрепление из стручков продолжает поступать. Частота выхода: одна единица каждые семь секунд. Тенденция нарастающая.

Я поднял левый наруч. Цилиндрический эмиттер на тыльной стороне кисти мерцал готовностью. Криогенная Матрица установлена, энергетический кристалл заряжен. Направил его на растёкшуюся по земле зелёную жижу.

Импульс.

Дзынь! Дзынь! Ледяная корка сковала лужи, создавая неровный каток. Молодые побеги тоже пострадали, покрылись инеем, затрещали и начали крошиться. Я шагнул вперёд и ударил бронированным ботинком — замёрзшая лиана рассыпалась хрустящим крошевом.

Ещё импульс. И ещё. Криоэмиттер работал отлично. Химеры подбежали. Шесть штук. Две стреляли на ходу — плазменные лучи прочертили воздух. Но твари не смотрели под ноги. Первая поскользнулась и покатилась вперёд. Следующая споткнулась об неё. Я с лёгкостью увернулся от лучей.

Заплечные пулемёты выдали длинную очередь. Тяжёлые пули рвали бледно-зелёные тела на куски. Слабое защитное поле никак не спасало уродцев от расправы.

Оставшихся тварей я добил «Спектром». Два горизонтальных удара и один вертикальный. Раскалённый клинок оставлял обугленные, невосстановимые раны. Больше никаких регенераций. Особенно, когда нет головы.

Последняя Химера рухнула.

И в наступившей паузе я вдруг ощутил, как тело содрогнулось… от голода. Он не позволил игнорировать себя и усилился. Желудок стянулся в болезненный комок. В глазах на мгновение потемнело. Я моргнул. Визор выдал предупреждение:

Состояние оператора: КРИТИЧЕСКОЕ

— Создатель, — голос Прометея стал резче, — медицинские показатели выходят за пределы допустимого. Уровень глюкозы в крови упал до трёх целых одной десятой миллимоля на литр. Дегидратация — семь процентов. Регенерация плечевой раны завершена, но процесс израсходовал последние доступные резервы организма. Настоятельно рекомендую приём пищи и жидкости.

Энергия: 14/620

— Времени нет, — я сглотнул. Во рту — Сахара. — Сколько до контакта фронта с периметром отеля?

— Сто пятьдесят семь метров. Две минуты сорок секунд при текущей скорости роста.

— Протокол «Страйк». Готов?

— Полная готовность, Создатель. Системы прогреты. Боекомплект загружен. Маршрут выдвижения рассчитан.

Я позволил себе одну секунду, чтобы закрыть глаза. Темнота внутри шлема. Гул кондиционера. Тихое жужжание сервоприводов. Далёкий скрежет ломающегося бетона.

— Хорошо. Выводи «Вулкан» на позицию. Координаты цели — массированное скопление побегов ближе к озеру. Траектория навесная, рассчитай угол возвышения.

— Принято, Создатель. Протокол «Страйк» в активной фазе. Цель зафиксирована. Время выхода на боевую позицию — сто семь секунд.

Я открыл глаза и переключил визор на канал «Стрекозы», висевшей над отелем «Кром».

Камера дрона показала внутренний двор. Новый гараж — бетонный ангар с раскрывающимися воротами. И оттуда выкатилось новое оружие, которое уже давно следовало создать.

ТТОС «Вулкан».

Массивный, приземистый четырёхосный тягач. Бронированная кабина, скошенная под углом для рикошетирования, усиленная рама и четыре гидравлических аутригера, прижатых к бортам, как лапы спящего паука.

На его спине, покоясь в горизонтальном походном положении, лежал тяжелый прямоугольный пакет из двенадцати направляющих труб калибра 220 миллиметров.

Пусковая установка ПУ-220 «Жерло». Она выглядела именно так, как мы её задумывали — грубо, надежно и смертоносно.

* * *

Пару дней назад. Мастерская. Три часа ночи.

Голограмма «Разработки Чертежей» висела над рабочим столом, отбрасывая синеватые блики на стены. Прометей стоял рядом.

— Нет, — сказал я, разворачивая чертёж пусковой установки «Града». — Сто двадцать два миллиметра — слишком мало.

— Подтверждаю, — кивнул Прометей. — Анализ физиологии высокоуровневых особей ранга «Босс» выявляет критическую массу тела и аномально высокую скорость клеточной регенерации. Фугасного воздействия калибра сто двадцать два миллиметра статистически недостаточно для гарантированного подавления их восстановительных процессов. Требуется полное структурное разрушение.

Я свернул чертёж. Рядом висели ещё три: БМП-2, Т-80У, «Мста-С».

Стопятидесятидвухмиллиметровая «Мста» могла бы дать нам необходимую мощь, но это ствольная артиллерия. Да, гаубица бьёт навесом, но для городских руин её гусеничная база слишком неповоротлива, а ствол слишком длинный. К тому же, нам нужен мгновенный шквал огня, а не одиночные выстрелы.

Нам нужна крутая мортирная парабола, чтобы перебрасывать пакеты снарядов через шестнадцатиэтажные дома и накрывать цели на расстоянии двух-трёх километров.

БМП и Т-80 — и вовсе не в тему. Прямая наводка. В городской застройке бесполезно.

«Град» — правильная концепция: ракеты, залповый огонь. Но калибр маленький, а площадной разброс опасен для наших людей.

— Нужна ракетная система с большой боевой частью и крутой траекторией, — сказал я, потирая висок. — И мощная платформа, чтобы выдержать отдачу залпа. Не танковое шасси, а колёсное. Нам нужна скорость по асфальту, а не проходимость по болоту. В идеале бы создать первую «Арахну», но к этому мы ещё не готовы. Мало ресурсов.

— Предлагаю масштабировать решение, — Прометей развернул в голограмме трёхмерную модель шасси.

Я узнал контуры — четырёхосный армейский тягач класса МЗКТ-7930. На таких возят комплексы «Искандер». Стрекозы отсканировали один на подступах к Москве. Брошенный. Нужно его забрать себе, но пока соваться в тот район слишком опасно.

— Колёсная формула восемь на восемь, — продолжил андроид. — Грузоподъёмность двадцать тонн. Двигатель ЯМЗ-846, мощность пятьсот лошадиных сил, но при добавлении питания от Энергетических Кристаллов можно увеличить крутящий момент втрое.

— А откат при залпе? Реактивная система — это не пушка, но динамический удар от одновременного схода двенадцати ракет массой под двести восемьдесят килограммов каждая…

— Четыре гидравлических аутригера, — Прометей добавил в модель опоры. — Вот здесь, здесь, здесь и здесь. Стабилизация платформы за семь секунд. Домкраты упираются в грунт, принимая осевую нагрузку. По расчётам, суммарный динамический удар при полном залпе создаст давление около восьмидесяти тонн. Аутригеры рассчитаны на сто двадцать.

Я молча смотрел на модель и чувствовал гордость за своё творение. За Прометея. Он существенно продвинулся с момента своего рождения. Самообучился и теперь не уступает мне в инженерии. Потому я кивнул:

— Пусковую — калибр двести двадцать. Двенадцать направляющих. Наведение электромеханическое, через гиростабилизированную платформу. На неё установить лазерный дальномер и систему расчёта баллистики. Ты будешь рассчитывать траекторию.

— С учётом вашего предыдущего требования о мортирной параболе, — отозвался андроид, — угол возвышения составит от шестидесяти до восьмидесяти пяти градусов. Ракеты будут подниматься почти вертикально и падать на цель сверху.

Прометей на секунду замер, обрабатывая вычисления.

— Однако аэродинамическая устойчивость на нисходящей ветви при таких углах будет снижена, — добавил он. — Точность в пределах двадцати метров при дальности в два километра. Для площадной цели размером с Небесного Левиафана — приемлемо.

— Более чем. Рассчитай конструкцию направляющих труб. Данные по твердотопливному двигателю ракеты возьми из чертежа «Града», но масштабируй пропорционально массе и урежь маршевый заряд на восемьдесят процентов — нам нужна короткая миномётная баллистика, а не полёт за горизонт. Стабилизация — оперённая, четыре складных стабилизатора из жаропрочного сплава.

— Принято.

Андроид работал всю ночь, а на утро строительная бригада получила задание на возведение ангара. Шасси тягача собиралось на «Верстаке» блок за блоком, узел за узлом. Рама. Мосты. Колёса. Двигатель. Коробка передач. Мы создавали свой тягач, опираясь на принципы отсканированной машины и собственные инженерные знания. Инженеру не обязателен готовый проект, чтобы построить раму — нужны знания о нагрузках, сопромат, распределение масс. Это основы.

А на следующий день у нас с Прометеем появилось кое-что получше основ: навык «Проектирование Энергосистем» для интеграции кристаллического двигателя и «Конвейерная Сборка» для массового производства однотипных деталей. Плюс щепотка упрямства.

Пусковая установка далась сложнее. Двенадцать труб калибра 220 миллиметров, каждая длиной три метра, объединённые в единый пакет на поворотной платформе. Казалось бы, просто трубы, но каждая должна быть идеально прямой, с жаропрочным покрытием внутренней поверхности, с электрическим запалом в казённой части и направляющими рельсами для стабилизаторов ракеты. А платформа — это два мощных электродвигателя для горизонтальной и вертикальной наводки, червячные редукторы, датчик углового положения и контроллер, подключённый к «Техно-Оку».

— Жерло, — сказал я, когда пусковая установка была скомпонована в виртуальном пространстве «Верстака».

— Простите? — Прометей повернул голову.

— Назовём пусковую «Жерло». А всю систему — «Вулкан». ТТОС — Тяжёлая Техномагическая Огневая Система.

— Учитывая тип боеприпаса, обозначение «огневая» технически корректно, — согласился Прометей.

Так родился «Вулкан».

* * *

Камера «Стрекозы» показывала, как машина выехала из ворот и повернула на улицу. Сорок тонн стали, кристальной энергии и инженерной ярости.

Прометей управлял тягачом дистанционно. Широкие колёса с хрустом перемалывали битый кирпич, не снижая скорости.

Я сменил «Стрекозу», наскоро оценивая расклад. Вокруг — Красногорск. Руины и неуправляемая зелень. Лианы продолжали расти.

«Боеприпасы не стандартные, — думал я, поднимая „Спектр“ для очередного удара по подбирающемуся побегу. — Обычная взрывчатка против твари пятьдесят третьего уровня — что мёртвому припарка. Тем более при высокой устойчивости к температурным перепадам и регенерации».

Но мы это учли. Все боссы — живучие ребята и требуют особого подхода. Как сказал персонаж моей любимой книги: «Не бывает несгораемых противников, бывает недостаточно градусов».

— «Вулкан» на позиции, — доложил Прометей. — Аутригеры в грунте. Стабилизация платформы завершена. Перевод в боевое положение… Выполнено. Защитные створки направляющих открыты. Расчёт баллистической траектории: угол возвышения — восемьдесят два градуса. Дальность — тысяча пятьсот метров. Точка падения — приозёрная часть объекта «Семя Морвейга». Погрешность плюс-минус пятнадцать метров. Ветровая поправка внесена.

Перед глазами развернулась тактическая сетка. Я видел город — сверху, как на ладони. Красная шевелящаяся зона: массивное скопление лиан, самое плотное, самое живое. Узловая точка, через которую «Семя» качало ресурсы. И красная нить, баллистическая дуга, перекинутая через крыши многоэтажек, как радуга из огня.

Конечная точка дуги легла точно в багровый центр.

Снова переключился на дрона. Двенадцатиствольный пакет, управляемый мощными электродвигателями, плавно поднялся почти в зенит. Червячные редукторы с глухим щелчком остановились, намертво зафиксировав заданный угол.

Вспыхнули зелёным индикаторы электрозапалов. Система замерла в звенящем предпусковом напряжении. Ещё миг — и ракеты полетят.

— Залп, — скомандовал я.