Выход обнаружился в виде стеклянной двери, ведущей на открытую веранду. Леон осторожно спустил меня, затем спрыгнул сам. После этого он потащил меня сквозь окружавшие дом деревья так быстро, что перехватило дыхание, а сердце торопливо запрыгало в груди. Не выдержав, я взмолилась о передышке.

– Нужно уходить, – сказал он, нервно расхаживая по полянке, пока я стояла, согнувшись пополам и не зная, вырвет меня сейчас или я просто потеряю сознание. – Рэйлин, нужно уехать из Абелума. Куда-нибудь, где тебя не найдут. Где тебя не достанут.

Он продолжал мерить полянку шагами, сжимая кулаки и злобно скрипя зубами.

– Кент думает, что может тебя забрать. Да я ему руки оторву, пусть только попробует…

– Леон… – Я медленно выпрямилась. Сердце заходилось от страха. – Не уходи… пожалуйста… не уходи… я… я одна не справлюсь…

– Я не уйду. Ни за что. – Он схватил меня не слишком-то нежно – будто хотел встряхнуть, чтобы я наконец поняла. Глаза у него потемнели, зрачки вспыхнули как два угля, даже вены стали черными. – Они тебя не получат! Слышишь? Никому не отдам.

– Но… но моя душа… ты же говорил… ты сказал…

Он прикрыл мне рот ладонью.

– Тихо. Хватит. Заткнись. – Руки у него дрожали. Когти царапали кожу: не больно, но ощутимо. – Не смей даже думать, будто я тебя отпущу. Ты моя. И если кто-то решит иначе – я разнесу к чертям весь этот долбаный мир, но тебя никому не отдам. – Он с силой сжал меня, обволакивая жаром своего тела. – …Никто… Слышишь? Никто, малыш, не посмеет тебя забрать.

Он и прежде называл меня своей, но всегда ставил условие – моя душа. А сейчас казалось, что сама мысль о том, чтобы расстаться со мной, бесит его до невозможности. Наверное, стоило бы испугаться, но почему-то сердце в груди перестало нервно екать, пусть и билось как сумасшедшее. Мы замерли, тяжело дыша и забыв, где находимся.

Воздуха не хватало: слишком много вокруг было страхов и желаний, не знающих границ.

Леон аккуратно убрал ладонь с моих губ, но продолжал держать за подбородок, вжимая пальцы в щеки. Он вдруг вскинул голову и стиснул зубы.

– Никто не посмеет тебя забрать. Ни человек, ни этот Глубинный. Я всех убью.

Хрясь.

Меня резко, будто тряпичную куклу, отбросило в сторону. Леон выпрямился, заслонив собой от неведомого монстра, который бродит во тьме. Только сейчас я заметила, что вокруг стоит тишина: такая, что в ушах звенит. Замолкли сверчки, ни малейшего шороха в кустах. Даже ветер утих.

Остался лишь запах. Сырой и тяжелый, как в старом подвале, полном плесени.

В сотне метров от нас стояло странное существо – высокое, изможденное и с кожей как у мертвеца. Сначала я приняла его за обломанный ствол, но потом оно шевельнулось, и я разглядела рога – белые, с налипшими водорослями, а еще – острые копыта на слишком длинных, узловатых, выгнутых назад конечностях.

И глаза…

Белые, мутные, без зрачков. Они смотрели прямо на меня.

– Леон… – Голос предательски дрогнул. Я вцепилась в куртку демона.

Он медленно, без лишних движений, снял балаклаву и бросил на землю.

Как только она коснулась травы, существо ожило. Оно резко двинулось к нам – дергано, рывками, будто на кадрах старой кинопленки. Каждое движение сопровождалось щелчком и хрустом костей.

Мгновение – и оно уже совсем рядом. Метрах в пятидесяти, не больше.

– Что за хрень?.. – прошептала я. Горло сжалось от паники.

– Голлум, – ответил Леон. Его рука так и зависла в воздухе над маской, будто малейшее движение могло спугнуть чудовище. – Тварь из гниющей земли. Слуга Обитателя Глубин. Оно исполняет его волю. А теперь слушай меня внимательно.

Он повернул голову в мою сторону – и существо повторило его движение, но потом замерло, чуть заметно дергая длинными костлявыми пальцами.

– Как только я двинусь – доставай нож. Будь готова.

Руки у меня тряслись словно от холода. Я не была уверена, что смогу удержать оружие.

– Ты сумеешь его убить?..

Леон скосил на меня взгляд, приподнял бровь и дернул уголком рта в усмешке.

– Для тебя, малышка, я кого угодно на лоскуты порву.

Голлум рванул вперед. Леон встретил его в прыжке.

Подробностей схватки я не разглядела – в темноте то тут, то там мелькала белесая плоть. Ужасно громыхнуло: будто два дерева со всего маха врезались друг в друга. Тварь взвыла: пронзительно, на весь лес. Она явно не уступала Леону ни в силе, ни в ловкости.

Я выдернула из-под свитера нож и сжала его обеими руками. Попятилась, уперевшись спиной в дерево. Сердце колотилось, в голове звенело: «Беги!» – но я твердила себе: «Стой. Нельзя терять его из виду».

Я уже видела этих тварей и знала: поодиночке они не ходят.

Если здесь только одна…

…то где же остальные?

И вдруг – оглушительный треск. Леон отломил от дерева длинную ветвь и ударил ею Голлума. Тот смялся, будто дохлый паук, но лишь на секунду. Щелкая суставами, он тут же выпрямился и повернул ко мне голову. Открыл рот, издал мерзкий звук, словно захлебывался гнилью, и внезапно прыжком метнулся ко мне.

Леон схватил его за лапу и отшвырнул, но тварь не сдавалась. Она полоснула его когтями, запрыгнула на спину и обвила длинными конечностями. Леон вскрикнул и завертелся волчком, пытаясь ее скинуть. Разодрал твари лапу, и на меня брызнуло черным.

Я вздрогнула – неужели кровь? Но потекшая по коже липкая жижа оказалась грязью: густой и вязкой.

Тварь вцепилась в Леона мертвой хваткой. Ее лапы, исполосованные до костей, только сильнее сжимали ему плечи. Леон взревел, схватил ее за пальцы и резко дернул.

Хрясь. Кости переломились. Монстр взвыл и рухнул наземь.

Но не успел коснуться земли, как вновь бросился на меня.

За спиной стояло дерево – бежать было некуда. Тварь навалилась на меня и обхватила череп переломанными пальцами. В тот же миг стало темно.

Темно… но под ладонями чувствовалась твердая сырая земля.

Темно… но в носу стоял запах пыли и плесени.

Темно… но где-то рядом капала вода.

Я медленно поднялась, ощупывая пространство вокруг. Слева земляная стена. Справа – тоже. Впереди и позади – пустота.

Что это за место? Где я? Точно не в лесу.

Сердце колотилось о ребра, дыхание сбилось. Где же Леон?

И где тварь? Куда она делась?

– Рэйлин…

Судорожно вскочив, я прижалась к стене, стараясь не издавать лишних звуков.

Меня позвал голос. Тот самый, из снов. Из кошмаров.

Голос Глубинного.

Кинжал тоже исчез. Сколько бы я ни моргала, куда бы ни смотрела – вокруг была лишь темнота.

От паники меня затрясло. Громко капала вода. Уже не просто капала – лилась сплошным потоком.

Я сделала шаг. Ботинок хлюпнул.

На долю секунды перед глазами вспыхнуло видение, будто помехи.

Я снова увидела паукообразную тварь, которая висела на мне, уставившись в глаза, а Леон держал ее за горло, силясь оторвать…

Миг – и снова темнота.

Теперь вода доходила до щиколоток. Плеск усиливался, будто река прорвала плотину.

Тоннель вот-вот затопит доверху.

– Рэйлин… Иди сюда. Я помогу.

Я двинулась вперед. Знала, что не стоит слушать голос, но стоять на месте и ждать, когда меня смоет, тоже не выход.

Вода щекотала голени. Еще пару секунд – и поднимется до колен. Нужно идти. Нужно найти источник голоса. Вдруг он и правда поможет?..

Миг – и перед глазами распахнулось ночное небо. Я жадно вдохнула, будто только что вынырнула из воды. Оказалось, я лежу на спине. Голова трещала от боли, тело не слушалось. Даже пальцем пошевелить не было сил – оставалось лишь смотреть сквозь разлапистые сосновые ветви, вспоровшие звездное небо, на облака, медленно плывущие по луне.

Рядом послышались шаги. Все ближе… ближе… и ближе…

Это был Леон. Весь перемазанный в какой-то жиже: в крови, грязи… и в черт знает чем еще. Шел он странно – дергано, с напряжением. Он медленно опустился на колено, подхватил меня на руки и прижал к себе. Рубашка у него тоже была мокрой и грязной.

Я хотела что-то сказать: спросить, где мы и что произошло. Но язык будто одеревенел и не слушался. Только тогда я заметила, что по-прежнему сжимаю в руке нож. Пальцы затекли и не разжимались.

– Спи, малышка, – прошептал Леон.

Сопротивляться я не стала. Усталость навалилась бетонной плитой. Веки сами собой сомкнулись.

– Я же сказал, что убью его. Все хорошо. Тебя никто не тронет.