Всегда любил эффектные появления.

Я знал, что рано или поздно меня призовут. Обманув Кента, послав его на хрен и растворившись в эфире, я понимал, что скоро меня позовет какой-нибудь неосторожный смертный. Из Абелума не уйти так просто. Мой гримуар все еще ходит по рукам – новый владелец наверняка захочет попробовать себя в роли мага.

Мне нужна эта чертова книжка! Я должен уничтожить свой знак. Я не единственный, чье имя там записано, но с моей удачей выберут именно меня.

Такой уж я везунчик.

Люди вечно хотят знать, за какие подвиги меня прозвали Убийцей.

Я нагнал побольше дыму. Вызвал ветер, усилил дождь, наполнил воздух запахом тлеющих углей. Тот, кто осмелился меня призвать, должен сразу понять свою ошибку. Если повезет, этот глупец совершит оплошность: попытается сбежать и выйдет за пределы защитного круга – и тогда… О да, я заставлю его кричать. Мало у кого из смертных есть магический амулет, как у Кента. Если бы не дурацкая безделушка, я давно расправился бы с этим гадом и не сидел столько лет в плену.

Комната обрела четкость: высокий шпилеобразный потолок, старые доски. Запах пыли, плесени, плоти и крови… а еще мяты и шалфея? Я пронзил тьму взглядом, разогнал дым и уставился на человека, застывшего в оцепенении. На меня сквозь очки оторопело смотрели карие глаза.

Нет, черт… Только не это!

Девчонка при моем появлении заметалась, но, когда я полностью проявился, вскинула что-то над головой. В приступе ярости я одним выдохом развеял дым, оставив его клубиться возле ног – просто так, для эффекта. Передо мной стояла Рэйлин Лоусон. Она сжимала в руках палку.

– Не подходи! – закричала девчонка. Голос дрожал от ужаса, но звучал решительно. – Прочь! Уйди!

При каждом слове она размахивала палкой.

Из всех жителей проклятого городка меня умудрилась призвать именно она.

Не сдержавшись, я расхохотался – до того нелепо все сложилось. Мой мрачный смех заполнил помещение, отражаясь раскатами грома. Но девчонка не отступила: вместо того чтобы бежать, она лишь крепче перехватила палку. Когда смех утих, ее лицо дрогнуло и в глазах мелькнуло узнавание.

– Какого хр…

Она опустила палку, судорожно нашаривая телефон. Включила фонарик и направила свет мне в лицо. Я быстро принял облик простого смертного: золотые глаза стали зелеными, когти втянулись. Это происходило само собой, как реакция на человеческий взгляд, но сейчас уберегло девчонку от лишней паники.

Не знаю, где она нашла мой гримуар.

Но она отдаст его мне: так или иначе!

– Леон? – изумленно выдохнула девчонка.

Я перестал смеяться, и нас окутала густая тишина. Я усилил ее, сделав гнетущей, чтобы Рэйлин давило на плечи. Пусть поймет: зря она это затеяла. Пусть испугается, проникнется, но без лишних истерик.

Не хватало еще утирать ей сопли.

Я чувствовал текущий по ее венам адреналин: терпкий запах крови, пота и соли. И все же девчонка не отступала: она снова замахнулась палкой, в другой руке сжимая телефон. Что, черт возьми, она пытается сделать?

– Какого хрена? – завопила она. – Что за пранк ты тут устроил, придурок?

Пранк? Она решила, это розыгрыш?

Я хмыкнул, но совсем не весело.

– Да, смешно вышло, согласись? – Я огляделся: знакомые скамьи, алтарь, запах старой травы и где-то глубоко внизу тревожное шевеление морской воды. Мы в церкви святого Фаддея.

Девчонка притащилась сюда, несмотря на все предупреждения. И призвала меня.

Упрямая, непослушная идиотка.

Я снова встретился с ней взглядом, и палка у нее в руках дрогнула.

– Что ты здесь делаешь, Рэйлин? Зачем пришла?

– Не твое дело, – огрызнулась она, оскалившись.

– Теперь мое, – прошипел я, шагнув вперед.

Она яростно замахнулась, готовая врезать мне по макушке, если подойду слишком близко. Смелая девочка, надо признать. Глупая, бестолковая, но отважная.

Черт, как же хотелось перегнуть ее через колено и хорошенько отшлепать. Она не позаботилась о защите: ни трав, ни символов вокруг – ни-че-го! Ни один человек с крупицей разума не полез бы в такую авантюру. И ради чего? Она даже не понимает, что натворила, считая это нелепым розыгрышем.

Однако тут я заметил камеру на штативе.

Девчонка все записывала.

Решила снять видео?

– Маленькая идиотка, – тихо произнес я. – Упрямая, наглая, безрассудная дура.

– Заткнись! – крикнула она. – Что тебе от меня нужно, маньяк? Ты что, следишь за мной?

Надо же, она и правда ничего не понимает. Решила, что я разыграл спектакль. От этой мысли я даже опешил. За все века моего существования меня ни разу не вызывали случайно.

Эта девчонка – ходячая катастрофа. Скоро шею себе свернет, сама того не заметив.

Она отшвырнула палку и, громко топая, обошла меня по широкой дуге, встала на колени и подняла с пола открытую книгу. У меня перехватило дыхание: это был мой гримуар. Захотелось схватить его, даже пальцы свело. Эта книга – ключ к моей свободе! Нужно забрать ее любой ценой.

Но добровольно. Проклятые защитные чары не позволят отнять гримуар силой.

– Идиот психованный, – бормотала девчонка, снимая камеру со штатива и злобно косясь на меня через плечо. – Кто вообще так делает? Скажи спасибо, что я не вызвала полицию.

О, как же хотелось увидеть ее лицо, предстань я перед ней в истинной форме. Готов поспорить, она мигом позабыла бы про праведный гнев и рухнула на колени.

– Так вызывай, – насмешливо предложил я. – Звони в полицию, Рэйлин. Если поймаешь сигнал. И заодно объясни им, как оказалась на частной территории в закрытом здании, а я послушаю.

Я усмехнулся, выйдя из остатков коряво начерченного круга. Девчонка попятилась, запихивая камеру в рюкзак, и направила на меня телефон. Кажется, опять включила запись. В других обстоятельствах это было бы разумно.

Будь я человеком, например.

– Значит, так ты добиваешься женского внимания, да? – Она сверлила меня взглядом, ослепляя вспышкой телефона. – Теперь у меня есть видео, где ты, придурок, преследуешь студенток. Отдам твоему начальству – пусть вышвырнут тебя с работы.

Ее сердце бешено колотилось, я чувствовал запах пота. Она посмотрела в сторону выхода, прикидывая, успеет ли сбежать. Затем опустила взгляд на пол, где прежде были начертаны знаки, а теперь темнело большое пятно. В замешательстве девчонка заморгала: ее уверенность, что это розыгрыш, плохо вязалась с реальностью.

– Так… Какого черта?..

Она не успела сделать и шагу, как я схватил ее за запястье и рывком заставил опустить телефон, чтобы свет не бил в глаза. Толкнул ее, прижав спиной к каменной плите, заваленной свечами и мерзкими поделками Либири, предназначенными в дар Повелителю Глубин.

Люди очень хрупкие и легко ломаются. Нужно помнить об этом и контролировать себя каждый миг, особенно в минуты раздражения. Но как же это бывает сложно. На мгновение я потерял маскировку, но Рэйлин уже опустила фонарик и вряд ли успела заметить, как вспыхнули золотом мои зрачки.

Глаза у нее расширились до размеров блюдец, дыхание стало рваным. Я наклонился ближе, к самому ее лицу, замерев в считаных сантиметрах, и почуял знакомый сладкий запах. Надо же, как остро человеческое тело реагирует на раздражители. Сердце забилось быстрее, во рту пересохло, затем выступила слюна, и член в штанах дернулся, когда манящий аромат окутал меня густым облаком.

– Тебя предупреждали, куколка, – рыкнул я.

Девчонке нужно преподать урок. Если страх – единственный способ достучаться до нее… Что ж, сама виновата.

– Разве я не велел быть паинькой? Не запретил приходить сюда? Не сказал сидеть дома? Теперь ты вляпалась по-настоящему.

Одной рукой удерживая ее запястье, я схватил девчонку за подбородок. Пальцы накрыли челюсть, слегка сжав горло – и сердце у нее застучало как у маленького испуганного зверька.

– Ты… ты не имеешь права мне указывать, – пробормотала она, но вся ее дерзость испарилась.

Я едва сдержал довольную улыбку, видя, как девчонка ежится от страха. Это уже не игра на камеру ради лайков.

Это вопрос жизни и смерти. И моей свободы.

– Ты играешь с вещами, в которых ничего не смыслишь, – сказал я, дернув ее за подбородок, чтобы не смела отводить глаза. Взгляд у нее горел упрямством. – Любопытство, Рэйлин, до добра не доводит. То, что ты затеяла, может обернуться немалыми неприятностями.

Она уставилась на меня в изумлении.

– Ты мне угрожаешь?!

– Я тебя предупреждаю, Рэй.

Она невольно прижималась ко мне всем телом, ноги оказались между моих – опасно соблазнительная поза. Во мне всколыхнулось первобытное желание завладеть ею – полностью, и телом, и душой. Захотелось увидеть, как она падает на колени и молит о прощении. Почувствовать, как она отдает мне душу. Ощутить, как кончает под моим языком.

Она, должно быть, уловила что-то в моем лице, потому что снова начала вырываться. Я стиснул ее крепче и недовольно рыкнул. Девчонка вытаращила глаза.

Не от страха – от возбуждения.

Ого. Вот оно как, да?

Я схватил ее за оба запястья, ужасно хрупкие, того гляди – переломишь, и прижал их к резному деревянному кресту. Провел пальцем вдоль упрямо стиснутой челюсти, задержавшись на тонкой венке, где бился пульс: тук-тук, тук-тук.

– Тебе повезло, Рэйлин, – мягко произнес я, удерживая ее взгляд, – что я до сих пор не перегнул тебя через алтарь и на практике не объяснил, почему не стоит связываться с вещами, в которых ты ничего не смыслишь.

Из ее горла вырвался тихий всхлип. Разрываясь между страхом и желанием, она стиснула зубы и огрызнулась:

– А ты попробуй, ублюдок.

Она с силой наступила каблуком мне на ногу. Я лишь усмехнулся, не почувствовав боли, и снова схватил ее за подбородок, нащупав ямочку. Рэйлин замерла: я провел пальцем по ее губам, очерчивая их контур. Ее нервное дыхание щекотало мне кожу.

– Не искушай меня, – рыкнул я. – Будь умницей. Отдай книгу и уходи.

Гримуар она засунула в рюкзак, висевший на плече, и теперь его было не достать. Рэйлин перестала сопротивляться, и я медленно ослабил хватку. На миг она застыла, двигались только глаза, словно оценивая степень риска.

Потом она резко вывернулась из моих рук.

Поймать ее было бы проще простого, но я позволил ей медленно отойти к выходу, сжимая в дрожащих руках телефон. Если хочет поиграть, разве можно ей отказывать?

– Рэйлин, – улыбнулся я, с нарочитым спокойствием делая шаг вперед, – отдай мне книгу. Так будет лучше, поверь.

Она замотала головой.

– Нет. Книга моя.

В ее голосе звучала такая детская упрямая жадность, что я разозлился.

– Этой книги вообще быть не должно!

– Не подходи!

Она торопливо пятилась. Неужели глупая девчонка решила удрать? Хочет поиграть в догонялки? Желает почувствовать себя добычей?

Что ж, будет ей охота.

Я остановился, расплывшись в широкой улыбке.

– Отдай мне книгу, – произнес я тихо, но с явной угрозой. – Иначе пожалеешь.

Рэйлин стиснула зубы.

– И что ты сделаешь? – бросила она с вызовом, осмелев на расстоянии. – Опять пообещаешь наказать меня?

– Я не шучу. Если выбежишь отсюда… – А я знал, что она выбежит. – Я начну охоту. Поймаю тебя. И когда это случится… – О, я знаю много способов довести ее до исступления. – Я заставлю тебя кричать.

Она нагло усмехнулась.

– Ну да, конечно. Так я и поверила.

Девчонка прижала рюкзак к груди. До двери ей оставалось совсем немного.

– Не смей идти за мной. Держись подальше.

Рэйлин развернулась и бросилась бежать. Я не стал ее преследовать. Не торопясь вышел следом и остановился возле дверей. Снаружи выл ветер и барабанил дождь, солнце скрылось за пеленой туч.

В воздухе витал аромат крови и магии – головокружительная смесь, настоящая приманка для Эльдов. Я не единственный, кто учует этот запах. Девчонка, подстегнутая собственными страхами, мчалась сквозь лес сломя голову.

Я говорил серьезно – никогда не бросаю слов на ветер. Но выслеживать ее не придется.

Она сама придет ко мне. Не устоит перед соблазном. А пока нужно проследить, чтобы ее не сожрали лесные твари.