— Жень, посмотри на себя, — Ирка передала мне своё зеркальце. Хм, чего я там не видел. Однако посмотреть было на что. В принципе мне ещё не полагалась седина, но она была. Причём так интересно расположилась. С левой стороны появилась полоса проседи толщиной в три сантиметра. Начиналась над левым ухом и шла дальше до затылка.

— Охренеть, — только и смог я сказать. Волосы у меня не такие тёмные, но седина видна издалека. У одного знакомого было нечто подобное, но там пуля пролетела впритирку с черепом. — Кого благодарить?

— Великого и ужасного, — не поворачивая головы и не отрываясь от руля кинула через плечо Лиана.

— А чего я? Это Мерлин всё! Я ему говорил, что артерия не стыкуется, сухожилие подгуляло, а он своё гнёт. Мол, так и должно быть, ещё посмеялся надо мной, что я бездарь и ничего не шарю в анатомии. Потом оказалось, что он и не заметил, как смотрел сверху на ногу, а не снизу как положено. Я в этой истории вообще не виноват, но избили почему-то меня. Всё, господа хорошие! Кац увольняется! Горец меня давно звал обзавестись частной практикой. Берите себе Мерлина, он вам всё пришьёт как надо! — Кац плевался и размахивал руками. Он нарочно не стал убирать себе синяк и, по-моему, даже прибавил его в объёме.

— Ну и вали, — сквозь зубы сказала Лиана. — Незаменимых у нас нет!

— Да? Таких, как я уж точно нет. Мазая зря добили, он бы вам пошёл, — засмеялся Изя.

— Изя, так не хорошо! — укоризненно сказала Маша. — Ты рядом был и такой же косой, как и твой собутыльник. Неужели нельзя было понять? А Женя больше всех пострадал, но молчит же. Знаешь что? Я с тобой в Вавилоне не останусь!

— Ах так? — взвился папаша Кац. — Лесник, ну ты хоть скажи что-нибудь!

— Налейте ему уже. Видите трубы горят у человека. Изя, мне было больно, если хочешь знать. Но не тогда, а сейчас. Ты уже разок порывался соскочить, потом сам решил не оставаться в Вавилоне. Что, опять накатило? Да, такого как ты мы не найдём, но что-нибудь придумаем. Приятно было познакомиться! — я закрыл глаза и откинулся в кресле. Лайт-спек отошёл, нога ныла жутко.

— На, — услышал я как Ирка, наложившая руку на спиртные запасы, налила знахарю. — Отвальную. Ведёшь себя как баба.

— А вы как мужики, набросились втроём на пожилого человека. Не стыдно?

— Слышь, пожилой человек, ты на свои выходки глянь. Где-нибудь в другом месте тебя там же и оставили. Сам знаешь какой у нас народ, пристрелят и не заметят. Многие в Улье чувство юмора давно растеряли. Шлёпнули бы и не посмотрели на заслуги. Ты на Женю молиться должен, а ты как сука себя ведёшь. Буду, не буду, — Лиана уже рычала.

— А чего вы не разобрались и напали? — взвизгнул папаша Кац.

— Мы? Да мы тебя просто гладили, — засмеялась Ирка. — Ты бы видела, что Жанна с Мерлиным сделала. Он признался ей, что с ногой его вина.

— И что же? — тихо спросил знахарь.

— Она ему обе руки сломала, — спокойно ответила Лиана. — За Женю. Лежит сейчас, кайфует.

— Не гони! — не поверил Изя Кац.

— Через десять минут КПП Вавилона, сходи к нему, поинтересуйся. Не хочу по общей связи вызывать, сам потом со стыда сгоришь. Подумаешь синяк от женской руки получил. Раненый на Колчаковских фронтах нашёлся. Да ты же Шариков! — злобно процедила Лиана.

— Так прямо и сломала? — Изя пропустил сравнение с Шариковым, его больше беспокоило как Жанна разделалась с коллегой.

— Сказала Тузу, он ему и сломал руки. Несмотря на то, что они втроем живут, между прочим. Сначала правую, потом левую. Мерлин ни звука не произнёс, потому как понимал, что сделал неправильно.

— Ничего не понимаю, — вздохнул папаша Кац и автоматически протянул стакан за добавкой в ответ он увидел Иркин кукиш.

— Что тебе непонятно? Что Женя родственник Жанны? Ты вообще понял, что произошло? Какая частная практика, Изя? — подскочила Лиана на своём месте. — Тебя не в одном большом стабе не примут, не говоря уж о «частных практиках». Жанна так и сказала. Она поставит перед тобой шлагбаум за такой фокус. Или мы всё решаем между собой или Изя поедет с ней назад, и она тебе засунет в Бетонный. Её слова. Будешь жить в Бетонном, на краю, так сказать освоенной Вселенной, дружок.

— Охуеть! — Изя потёр лысину. — Всё так серьёзно?

— Слышь, шутник. А если тебе, вместо носа член пришить? — спокойно спросила Ирка. — За такие шутки в приличном обществе канделябром бьют. Мы же так, приласкали по-дружески.

— Не доглядел, но это же не я…

— Поэтому у тебя руки не сломаны.

— Жень, прости. Ктулху попутал, — я приоткрыл глаз и увидел растрёпанного Изю в поту.

— Ктулху не трожь! — сказал я.

— Здец! — сквозь зубы проговорил Фельдшер.

— Ну вот… — папаша Кац опечалился.

— Ирка налей ему ещё, но смотри, Изя, не балуй, — я показал ему кулак.

— Всё, всё. Молчу. Болит нога? — знахарь стал шёлковым. Хотите, верьте, хотите нет, но если человек такого калибра как Жанна скажет, то всё, кранты. Ей на кол посадить перед завтраком как в зубах поковыряться, а уж кому-нибудь жизнь сломать вообще легко. И ведь не уехать никуда. В Америку самолёты не летают.

— Прикинь, да, — горько усмехнулся я.

— Ну точно сухожилие задел. Сейчас гляну, — Изя Кац начал камлать и боль ушла. Я тоже махнул стаканчик. Больше нельзя, к нам уже Горец выехал на встречу. С него ещё дворец надо стрясти.

— Это ж сколько мы получим! — пробормотала Лиана. — подняв глаза к потолку, что-то считая.

— За что? — одновременно спросили Ирка и Маша.

— Как за что? За проводку каравана. Платят все, даже Жанна. Ну, то есть Центр. По пять процентов со всех продаж. Вот продал торгаш патрон в Вавилоне из нашего каравана, нам с него причитается пять процентов, — объяснила Лиана. — Но обычно караванщики заранее собирают деньги со всех. Если бы караван адекватный был, рыл в тысячу или меньше, дали бы вперёд. Но таких, как мы сегодня подняли, не проводил ещё никто. Остальные же зассали идти даже своим отдельным караваном. Поэтому глупо было давать нам деньги вперёд, благополучный исход практически стремился к нулю. Но всё же доехали, значит пять процентов давай. Обычно три, но за такое пять.

— По медиане высчитывают. За последние полгода, — отозвался папаша Кац. — Так что в течение трёх дней обязаны внести платёж в банк на наше имя.

— Во-во, Изя. Ты же отчаливать собирался? — спросила Маша. — Мы как раз твою долю поделим.

— Я шутил, — побледнел Изя, кстати его синяк под глазом чудесным образом исчез.

— Смотрю тебе весело очень. У тебя не дня без шуток. Как приехали ты чудил с жезлом. И дальше продолжил. Выговор тебе с занесением в личное дело, — не удержался я и заржал.

— В чём это выражается? — спросила испуганно Маша. — Проценты срежете?

— Надо бы, да Женя не такой. Мы себе первые хоромы будем выбирать, а вам что останется, — сказала Лиана. — Приехали. КПП! Иди, Изя глянь на своего дружбана. Ему Жанна мозг уже выпрямила.

Я выбрался из броневика и немного прихрамывая пошёл к КПП. Вспомнил как нас однажды здесь встречал молодой солдатик и улыбнулся. Сейчас на воротах стоял усиленный наряд. Четыре капонира с сумасшедшим калибром смотрели на нас достаточно серьёзно. Надеюсь, сейчас Изя не будет откалывать свои шуточки. Помимо них Горец наконец-то перекрыл северную дорогу тройной стеной десятиметровой высоты со множеством бойниц. Бетонная змейка, смотровые ямы, вышки с КПВТ и. т.д. Одно я понял точно, что застряли мы здесь надолго. У нас одной техники почти восемь сотен единиц. Многие грузовики управлялись одним водилой и пулемётчиком в гнезде наверху. Это касается обычных грузов, если скоропортящиеся, то в кунге ещё сидел «холодильник». Рефрижератор могли себе позволить только зажиточные стронги.

— Лесник? — ко мне подошёл начальник КПП. — Горец на подъезде, велел вас без досмотра пропускать. Надеюсь, проблем не будет?

— Каких? Мы мирные люди! — улыбнулся я как дурак, вы же помните, у меня это особенно хорошо получается.

— Ну там запрещёнку не везёте? — пошевелил многозначительно усами вояка. Бред какой-то? Мзду хочет или просто за державу обидно?

— В Улье появилась запрещёнка? — к нам подошла Жанна, поигрывая скальпом жреца-ворона.

— Мадам Жанна! — расплылся усач. — Как ваше ничего себе?

— Привет, Петрович. Всё коптишь небо? И стоило валить сюда, сказал бы что любишь дежурить, не вылезал у меня с КПП, — она рассмеялась. — Нормально всё у нас. Вот знакомых встретили. На дороге голосовали. — Жанна сунула ему под нос скальп. Он ещё вонял, но уже начал сжиматься.

— Здесь море рядом, Жанна. У вас климат мне не нравился. А знакомых этих мы уже встречали, — позеленел Петрович.

— Тогда да. Так что там с запрещёнкой?

— Пошутил я. Ну если у вас нет ручной суперэлиты, то остальное всё можно.

— Здец? Мыргл? — Фельдшер обладал уникальным слухом и телепортировался сюда прямо из броневика. Положив лапу на плечо караульного, он улыбнулся во все клыки. Усач схватился за сердце и упал.

— Бля! Изя! — заревел я. — Фельдшер, посиди пока в броневике. — Знахарь видел, что произошло и уже бежал с саквояжем. — Изя по твоей части. Фельдшер тоже научился шутить, какой пример подаёшь?

Папаша Кац довольно быстро привёл в себя начальника караула, но здесь, как назло, над КПП зависли два нолдовских челнока управляемые девушками-пилотами. Стоило ему увидеть челноки, как он снова потерял сознание.

— Ну что же ты, служивый? Нельзя таким впечатлительным в карауле стоять, — посетовал папаша Кац и принялся дальше приводить в чувства усатого. Вдалеке послышалась сирена и с той стороны КПП остановились три бронированных «Тигра». Машины неплохие, но в сравнении с нашим броневиком ничто. Я даже почувствовал неудобство, что хозяин стаба на таком говне передвигается. Жанна поняла моё состояние.

— Мы ему в подарок десять броневиков командирских привезли. Не комплексуй. Как он вообще? — быстро спросила она.

— Да обычный, везучий только. Везёт как утопленнику.

— Как ты? Не много ли везунчиков на квадратный километр?

— Примерно. Их рейд в Старом городе под элиту попал крупную. Здесь такие часто бегают, она всех порезала, а он в куче трупов зарылся и притворился мёртвым. Один выжил, отсюда и кличка Горец, ну помнишь фильм такой был.

— А… я думала он с гор спустился за солью. Тогда ладно, — хохотнула Жанна. — Пусть живёт. Тебе Туз уже рассказал, что мы задумали?

— В общих чертах. Хочешь его под себя прогнуть? — спросил я.

— Хочу и прогну. А ты поможешь. Лиана мне всё рассказала. Он же вам обязан своим местом. И жену вы ему подогнали. И спали сколько раз. Да вот хотя бы от Фельдшера. Будет мычать, другого поставим. Так, полковник? — она крутила на пальце скальп жреца.

— Как скажешь, ты главная, — кивнул я. — Только я майором дембельнулся в Улей.

— Не скромничай, за сегодня заслужил. Проси что хочешь. Впрочем, я и так знаю, что вам ничего не нужно, а что нужно сами возьмёте. Значит нормальный пацан, этот Горец?

— Да, обычный. В Рязани лабал в кабаках на гитаре. Неформал.

— Понятно, споёмся.

— Ой, глазам своим не верю. Лесник! Я уже думал вторжение! — в воротах стаба показался Горец и широко раскинул руки в приветствии.

— Так оно и есть, — улыбнулась Жанна. Вторжение, но мягкое.

— Великолепная Жанна! — он конечно же много слышал о ней и тем более видел фото. — Сегодня самый лучший день в моей жизни. Лиана и Изя с вами?

— С нами, куда они денутся, — кивнул я. — Ты Изе много не наливай. А то он в последнее время чудит.

— Нервишки? Подлечим! Мы неделю назад одолели Кайдзю, правда всего второй категории, но от него железы остались. Наши не могут воспроизвести рецепт Изи, а тут он сам пожаловал.

— Мы вам ещё Мерлина привезли, — еле сдерживаясь от смеха поведала Жанна. — Они теперь частушки поют дуэтом.

— Ну всё, симпозиум на неделю. Не меньше! Вы проезжайте без досмотра. Товары всё равно в карантин пока. Ускоренный, двое суток всего. Пусть ваши люди не расстраиваются. Документы сверим и выпустим сразу.

— По-царски, — кивнул я Жанне. — Бывает карантин, может на пару недель затянуться.

— Жень, — замялся Горец с видом мелкого пакостника. — Я вашу виллу того, продал. Но я же не знал, что вы появитесь.

— Мы и не сомневались, — из-за моей спины отделилась Лиана. — Привет, кстати. И это после того, сколько мы для тебя сделали. Эх, ты. А как же почётные граждане Вавилона? Скидка в двадцать процентов? Пожизненная рента и всё такое прочее? Раскрошил как печенье.

— Я всё помню Лианочка. Посыпаю голову пеплом, но вы исчезли на пять лет. Я думал вы того…

— Сейчас я тебя того… — рассвирепела Лиана и замахнулась на него. Горец шутливо прикрылся руками и отпрянул. — Всё, всё! Какой же я Горец, если у меня нет для вас ничего!

— Ну, давай колись.

— Президентский люкс в «Пирамиде Хеопса». Там джакузи из чистого золота! — выпалил Горец.

— Два! Нет, даже три. Ещё маме, — кивнула на Жанну рыжая.

— Мама? Ёпто! — Горец прикрыл ладонью рот. — Пардон мадам!

— Так бывает, — кивнула Жанна, смеясь одними глазами.

— Три, что же с вами поделать.

— Пожизненно!

— Само собой.

— И…?

— И?

— Что-нибудь на первой линии в «Зелёной миле». Нам, девочкам, полезен морской бриз. Мне врачи советовали дышать йодом.

— Не жирно? — вырвалось у Горца.

— Штраф, — сказал я. — Ты уже второй раз нас продаёшь.

— Это да. У нас недавно один тоже проштрафился. Нерукопожатным стал. От него дворец в заливе остался, — припомнил Горец.

— А сам, где он? — спросила Ирка.

— Утонул, — виновато пожал плечами Горец.

— Пфф… за что же вы его так?

— Вам обязательно знать? Девок продажных он убивал у себя на вилле. Если вас это не беспокоит, то она ваша. Там все по последнему слову науки и техники! — поспешил добавить Горец. — Я даже клининг-менеджера вызывал!

— Лаборатория от него осталась? — проскрипел папаша Кац.

— Да, Изя. Большая. Просторная. Как ты любишь, он там девок препарировал. Мы с ног сбились, в Вавилоне маньяк завёлся! А он от нолдов заразился, секрет вечной жизни искал! Богатый человек был. Двадцать гектаров леса, озеро. Подводная лодка даже есть.

— Нам подойдёт. У нас собой питомцы. Они ручные, опять же в стаб ни один заражённый не зайдёт, — закинул я удочку.

— Питомцы? Была одна здесь девушка недавно. Так у неё тоже стая была, но мы их в стаб не пустили. В старом городе паслись.

— Горец, но мы то давно друг друга знаем, — сказал я. — Питомцы мирные, в стабе гадить не будут.

— Да, да. Хрен с вами, но чур человеками их не кормить! Дальше по побережью Атомиты есть. Километрах в двадцати. Пусть туда бегают.

— Жень, помнишь базу нолдов? — Лиана рассмеялась.

— Вы о чём? — спросил Горец.

— Да мы можно сказать очистили твой стаб от всякого говна ещё сто лет назад. Атомиты те раньше нолдами были, платформу строили. Там мы им пять мегатонн подарили. С тех пор они масть сменили, — заржала в своей манере рыжая.

— Сто лет назад? Вы просто обязаны мне всё рассказать! Вы как пропали в портале извергов, так мы вас оплакивать начали. С вами два брата уходили, как они?

— Погибли все. Гном и Наташа тоже.

— Печалька, ну поедем сразу в отель. Чего я вас здесь держу. Говорят, вы по дороге что-то со жрецами не поделили, — он пристально смотрел на скальп в руках Жанны.

— Ага, мою ногу, — ухмыльнулся я.

— Вроде на месте, — горец скосил взгляд вниз.

— Спасибо нашим знахарям. Дивная работа, даже шрама не осталось, — закашлялся я.

— Не сомневался в их мастерстве. Поехали, поехали. Бэрримор заждался уже.

— В магазине? — удивилась Лиана. — Нам бы переодеться.

— Он теперь управляющий «Пирамиды Хеопса». А магазин как хобби. Он его при отеле открыл. Поближе. Цены взвинтил до небес, но у вас же скидка. На моей поедем? — Горец плотоядно взглянул на наш броневик.

— На твоей, но другой. Выбирай любую тачку. Все прокачены. Все десять твоих, — широким жестом Жанна указала на броневики нолдов.

— Жанна, я ваш навеки, — Горец галантно поцеловал ручку. — Вы мои самые верные друзья.

В прошлый раз, когда мы гостили в Вавилоне, «Пирамида Хеопса» как раз достроилась. Горец сразу сказал, что в отеле не побрезгуют остановиться даже боги. Каких именно он имел в виду я не знаю, но вроде с Олимпа, значит древнегреческих. Почему бы и нет, раз в четыре месяца они вытаскивали из хранилища банка прилетавшего в район Старого города около десяти тонн золота. Отлить джакузи им никто не мешал. В отеле все отделочные материалы были или позолоченные, или просто из благородного металла. Кавалькада машин, увеличившаяся на двадцать штук, где десять из них уже принадлежали Горцу, подкатила к позолоченным ступеням отеля. Вроде бы на них Иштар отправила вниз головой жену Горца. И потом благополучно заняла её место. Девушка летела с самой вершины, насколько я помню. Потом сюда кто только не падал. Но никто не смог подняться, так что отель этот был с историей.

На самом верху, куда не было доступа даже местным богачам, Бэрримор накрыл огромный стол. О том что на нём было всё, говорить думаю не нужно. Фельдшера мы с собой не взяли, он наслаждался тушёнкой в одном из номеров. Пантеру и Паука под маскировкой провели вдоль стены отделяющий стаб от Старого города и в итоге доставили в усадьбу. Там их также ждал ужин из замороженных туш. На наше трио Горец никак не отреагировал. Ему по большому счёту было всё равно кто с кем и зачем. Он сам после Иштар официально не с кем не связал свою жизнь, зато обзавёлся негласным гаремом на пять персон. Все пятеро сейчас мило улыбались гостям. Бэрримор носил густую чёрную бороду, как и прежде. Намётанный глаз Ирки сразу разглядел то, что он её регулярно подкрашивает, потому как она у него была рыжая! Он сразу увёл папашу Каца на кухню готовить фирменное зелье. С их оборудованием оно было готово через пятнадцать минут.

Гуляли три дня с перерывами на сон. Лиане с Иркой очень понравилась джакузи в президентском люксе. Его вполне можно было назвать бассейном, где мы и зависли через некоторые время. Сославшись на полученную травму, мы смогли улизнуть через три часа. Когда все тосты пошли по третьему кругу. Папаша Кац уснул раньше, и Маша отбуксировала его с помощью служителей отеля в президентский люкс.

— Это просто фантастика какая-то! — Ирка видела такую роскошь впервые.

— Это мы Горцу помогли стать хозяином Вавилона, — обмолвилась Лиана.

— Ага, а потом жену ему нашли, — кивнул я.

— Красивую? — спросила Ирка.

— Здесь все красивые, — хохотнула Лиана. — Иштар одна из самых…

— Самая из самых, — уточнил я.

— Да. Самая сильная нимфа, которых знал Улей. Однажды она убила сорок тысяч человек за один день.

— Охренеть! И как же он?

— Да там произошла размолвка. Она всю Женю мечтала убить, из-за того, что он отказался с ней жить, — мимоходом сообщила Лиана. — И от нечего делать она родила Горцу мальчика. Папаша Кац лишил её дара в обмен на гарантию защиты и полной смены личности. Сама понимаешь, ей бы не поздоровилось. И стала наша Иштар обычной девушкой. После того как мы ушли в портал, она через год попалась элите на обед.

— Судьба, — покачала Ирка головой и потёрла ладони. — Помидорчиков бы сейчас, а?

— Не сейчас, это точно. Я нырять сегодня не буду. Обойдёмся лайт-спеком! — Лиана убрала полотенце, лежавшее на золотом бортике, и мы увидели три тюбика.