— Когда это произошло? — мы немедля прямо с пирса поехали в центр города. Была бы возможность и полетели, только Лиана не знала куда посадить челнок, не сломав ничего при этом. От Зелёной мили и конкретно от нашего поместья нарушая все правила Лиана добралась за двенадцать минут. Само расстояние не такое уж и больше, мешали узкие улочки. Пару сараев пришлось снести, так как броневик заехал в какое-то гетто и застрял. Лиана жутко нервничала и поддала газу раздавив пару построек из говна и палок.

— Ли, а чего ты сюда поехала? — осторожно спросила Ирка раскрасневшуюся Лиану.

— Потому что я прекрасно помню, как срезать дорогу напрямик к Пикадилли. Откуда взялись все эти гондоны тупые? Горец, козлина, ты чего развёл в городе? Сжечь всё здесь!

— Сколько времени прошло? — поперхнулся на очередной кочке папаша Кац облившись живчиком. — Всё по-другому стало. Надо было по окружной вдоль стены, давно бы уже приехали.

— Изя, захлопнись, ты когда последний раз за рулём сидел? — оберегая сестру проворчала Ирка.

— Давно, а что? Кац всегда прекрасно водил автомобили! И не надо мне здесь ля-ля! Кац управлял даже синхрофазотроном в Дубне, о котором вы и понятия не имеете! Вы плебеи и не мечтайте даже приблизиться ко мне! — папаша Кац размахивал руками давая понять нам размеры того устройства, которым он «управлял».

— Изя, успокойся, все свои, что ты так нервничаешь. Хочешь бутерброд? — Маша погладила его по руке, и Изя немного остыл.

— То, что, ты постоянно не в «форме» мы знаем. И посади тебя сейчас за штурвал, ты вообще здесь просеку оставишь, — заржала в своей манере Лиана.

— Намекаешь, что я пью? Так это вынужденная мера сберечь свою психику от общения с вами! Мне приходится выпивать, потому как я не могу смотреть на весь этот колхоз! Как знал, не хотел ехать сюда.

— Почему не сказал в Гранитном? — спросил я его. — Устроился бы там знахарем в домике?

— Опять за своё? Лучше бы меня тогда Атомиты сожрали, ой, вэй! Старого больного человека заставляют страдать. Вон там правее! — воскликнул знахарь. — Снеси им халупу!

— Ты жесток, котик, люди представляют себя в Калифорнии под фентанилом и живут в палатках, — погладила Изю по руке Маша. — Они видят разноцветные сны и даже не подозревают, что мимо них перемещается фигура мирового масштаба.

— Крестьяне, — брезгливо бросил папаша Кац и задумчиво уставился в потолок.

— Какая потеря, — кивнула Ирка. — Такого учёного проглядели. Ты Келдыша видел, Изя?

— Маша! Огради меня от них или сойду с ума. Келдыша ты каждый день в зеркале видишь! — Изя показал Ирке язык.

— Лето. Океан. Калифорния. Фентанил, — пробормотала Жанна и засмеялась. — Бывала я в тех краях.

— Так-так! А это мысль! — сказал папаша Кац.

— Изя, не смей! — строго сказала Лиана. — Наркобароном решил стать?

— Я выявил одну способность у шкурок, оставшихся от помидоров. Именно их жуют раки, они потом впадают в транс. Можно добавлять в живчик мелко перемолотые шкурки по капельке и это не наркотик. Можно пользоваться этим настоем в медицине. Вы думаете, откуда всё пошло?

— О, профессор. Расскажите, если вас не затруднит, — улыбнулась Ирка.

— Ничего смешного в этом не вижу. Я на самом деле профессор! — задрал нос папаша Кац. — Мне со дня на день должны были произвести в профессора! Без дураков! Кац давно заслужил быть профессором, если бы не пошёл в то утро за кефиром!

— Изя! — гаркнул я. — Что, ты там за медицину чесал?

— Ах, это. Пустяки, вы никогда не задумывались почему есть незаконный оборот наркотиков, о котором все знают, а про законный молчок? Потому, что изначально все наркотики были созданы людьми в белых халатах! В этом нет никакой тайны, просто это не афишируют. За исключением самых грязных производных на основе основных. Незаконные средства химически грязны и опасны, потому как их не контролируют. Так вот шкурки от помидоров будут законным оборотом, а то, что эти торчки принимают тайком в коробках из-под телевизоров грязное дерьмо!

— Так бы и сказал. И почистить здесь надо, — согласилась Жанна. — Развёл ты, Горец бомжей почти в центре города. Не проехать.

Лиана усмехнулась и прибавила скорости давя строения первобытных людей. Почему-то эти пролезут в любую дырку, а нормальные люди вынуждены зарабатывать гражданство своим горбом, когда другие изгибаются как хотят на берегу моря и всё им до одного места. Местные торчки нехотя освобождали дорогу перед орущим сиреной броневиком. Двое уже никогда не встанут. Лиана не стала их объезжать и наметила новую трассу прямо по стоянке этих облезлых макак. Наконец-то мы вылетели на нормальную дорогу, и уже через четыре минуты лицезрели последствия вечернего променада по Пикадилли. К нам подбежал человек с тремя нашивками и начал было докладывать Горцу. Тот отмахнулся от него и показал на Жанну.

— Она главная, — и сел на каменную площадь обхватив голову руками. — Какой позор!

— Давай боец, коротенько, — Жанна пощёлкала перед его лицом пальцами.

— Мадам Жанна, порядка пятидесяти жрецов… — набрав полные лёгкие сообщил «полковник».

— Какие потери? — прервала его Жанна, наслушавшись уже о ночном происшествии.

— Пока ещё не всех опросили, но по предварительным… свыше двухсот человек пропало. Ещё около тридцати и два бронеавтомобиля погибли!

— Так, так, погибли бронеавтомобили, — папаша Кац важно прошёлся и заглянул вниз в яму, огороженную желтой с чёрным лентой. — Туда?

— Ага, — кивнул докладчик.

— Женя, надо пустит по следу Фельдшера. Я подгоню ближе броневик, — прошептала мне на ухо Лиана, я кивнул соглашаясь. Из нашей машины что-то мелькнуло, и Фельдшер телепортировался прямо в туннель.

— Он и так может.

— Здец! — донеслось из туннеля.

— Сейчас всё узнаем, — засёк я время.

— Карта ходов под землёй есть? — Жанна спросила Факира.

— Откуда, желающих поиграться в прятки мало. Те, кто спускались в них частенько возвращались по частям. Карты только в общих чертах, детальных нет, — пожал плечами советник по щекотливым вопросам.

— Жень, что скажешь? — Жанна повернулась ко мне.

— Тех людей скорее всего уже нет в живых. Достать мы их вряд ли достанем. Фельдшер вернётся ни с чем. Мне другое непонятно. Почему жрецы, появившиеся относительно недавно в Улье и в двухстах километрах севернее Вавилона, узнали о подземных ходах, а местные этого до сих пор не знают?

— Мам, учти ещё то, что всю подземную часть строили Инженеры, — напомнила Лиана.

— Отсюда вывод, они Инженеры или знавшие их, — резюмировал папаша Кац.

— Нет, Изя. Они одна из ветвей развития. Как мы или нолды, — уверенно сказала Маша.

— Жуткая какая-то веточка, — проскрипел папаша Кац.

— Можно подумать нолды лучше, этих хоть кустарно мутят что-то, — высказалась Ирка. — Не те масштабы. Не сравнить с внешниками, они опять за своё взялись. Сейчас отстроят Орбиту и примутся за старое.

— Жрецы может только разминаются, — предположила Ирка. — Женя, ты обещал нас сводить в магазин!

— Сейчас, сейчас. Фельдшера дождёмся.

— Куда они их тащат? — задумчиво произнесла Лиана. — В реакторный зал?

— Точно нет. Там никто не выживет. Под землёй хватает пещер. В одной такой размещался целый город, а в соседней мы нашли звездолёт Астры. Места хватает.

— Как ловить будем?

— Будем ждать, когда они снова появятся. Или надо искать печать от той камеры. Изя ты зарисовал её?

— Лучше, — он покопался во внутреннем кармане и достал сложенный вчетверо лист кальки. Она хранила отпечаток узора печати, и я внимательно вгляделся в него. Такое вряд ли зарисуешь, плавные линии перетекали одна в другую создавая нечто похожее на раскрывшийся бутон розы. На каждом лепестке имелся свой неповторимый символ. Изя похоже просто натёр кальку грифелем перенеся изображения. Получилось очень чётко.

— Так это же… — Факир также внимательно рассмотрел лист. — Изображения на слитках золота такие же.

— Каких слитках? — не поняла Жанна.

— Те, что мы извлекаем из соседнего кластера. Из хранилища банка. Каждый слиток на килограмм и имеет такую печать.

— Ты ничего не путаешь? — переспросила его Жанна. — Посмотри внимательнее.

— Нет, он. Всё на месте. Ориентирован также, вот эта загогулина вверху, а эта внизу. Я здесь пять лет, мы их уже столько перетаскали из хранилища, что ошибиться трудно. Считай четыре тонны по три раза в год. Двенадцать тонн в года, итого шестьдесят, а слиток килограммовый. Сразу переплавляли в заранее подготовленные формы.

— И чем ставили печать? Там ничего похоже не осталось в хранилище? — уточнила Жанна.

— Печать? Нет. А зачем она нам, на каждом слитке она имеется. Сейчас, — он что-то прошептал «полковнику» и тот быстро исчез. — Сейчас привезут, сами увидите, они уже такие сюда попадают. Её все знают, только вы где её видели?

— За северным КПП есть лаз, мы шли за Ансунамун и в конце пути нас ждала плита с таким вот значком. Я считаю, что это замок. Никак иначе мы её открыть не смогли. Теперь можно попробовать приложить слиток, — обрадованно сообщил папаша Кац.

— Отлично, а мы пока в магазин сходим. А то у меня одеть нечего, — поставила меня в известность Ирка. Схватив под руку Лиану и Машу, они все втроем пошли вниз по улице.

— Тебе разве не надо? — спросил Мерлин Жанну. — Ты вроде тоже хотела.

— Дочки купят, Лиана знает мои вкусы и размер. Это кто к нам приехал? Горец, аллё, знаешь их?

— Всё, ничего я не знаю. Вот ключи и моя личная печать. Дальше сами разбирайтесь! — расстроенный Горец оставил всё своё барахло на брусчатке и медленно побрёл к отелю «Пирамида Хеопса».

— Оставь его, — махнул рукой Факир. — Я всё знаю. Сегодня же введём во все структуры своих людей…

— Моих людей, — поправила его Жанна.

— Я так и сказал. Мы же заодно? — Факир быстро принял новые правила игры. Впрочем, ничего другого ему не оставалось. Это даже не рассматривали как предательство. Было бы кого предавать.

— Само собой. Бери Мерлина, Туз со мной останется и начинайте, пока все не разбежались.

— Да, мадам, — коротко кивнул Факир и поманил Мерлина к бронемашине «Тигр».

К нам же подкатил БТР, с брони спрыгнул поджарый мужчина средних лет. Из люка показался бородач. Из-за его плеча выглядывала девушка в комбинезоне цвета хаки.

— Корнет! — лихо отрекомендовался он. — С кем имею честь?

— Жанна, — просто ответила тёща.

— Туз, — прогудел гигант поигрывая огромным ножом. Таким можно рубера без причиндалов оставить легко.

— Лесник, — обозначил я себя.

— Ого! Наслышан. Вы к нам проездом? — Корнет сразу подобрался и поубавил спеси.

— Нет, навсегда, что хотел? — спросила Жанна.

— У нас своя рейдовая группа. Один из наших в ресторане вчера девушку выгуливал и не вернулся, могу ли я осмотреть трупы? — спросил Корнет.

— Выгуливал, — усмехнулась Жанна. — Эх, ты. Это мы вас выгуливаем, смотрим на что вы способны. Смотри, не жалко.

Корнет дал сигнал бородатому и тот вылез из БТРа. Он с девушкой направился к ряду тел, накрытых с головой, и стал по очереди приоткрывать ткань. Все тела лежали рядком, и он быстро пробежался, но не нашёл своего.

— Корнет, Принца здесь нет, — развёл он руками.

— Сочувствую, значит его увели жрецы. Знаешь таких? — спросил Туз.

— Наслышаны. Мы даже видели, как вы их на колы закрепили. Вместе с вами шли в колонне из Гранитного. Жалко, хороший парень был. По дороге с девушкой познакомился. Вот с ней вчера пошёл в ресторан. Мы все парами уже давно, а он нашёл вроде…

— Чем занимаетесь? Давно в Улье? — спросила Жанна. Сейчас она просто собирала информацию без всякого прицела на будущее. Знакомилась.

— Давно. Мы сами из Острова прибыли сюда. Года четыре назад и вот вместе и живём. Принц, тот парень, где-то год назад свалился к нам. Посмотрели на него, да и взяли к себе. Дары боевые по большей части. Принц ментатом был, но своеобразным. Метки не мог запомнить, но человека насквозь видел. Мог гипнотизировать, однажды его топтун зажал с заклинившим автоматом. Так он его своим ментальным приказом отбросил и остановил на три минуты. За это время мы подоспели, добили.

— Принца? — обрадовался Туз.

— Топтуна, — поморщился Корнет. — Может выберется с даром таким, как думаете?

— Без вариантов, — покачал я головой. — Ты не сказал, чем вы занимаетесь такой маленькой группой.

— Ничего особенно. Муров щипаем, иногда объединяемся на элиту с такими же, — скомкано ответил Корнет.

— Здесь всем этим занимаются, — не приняла его ответ Жанна. — Слышала я, что такие мелкие группы работают по заказам. Работорговля. Колись, Корнет по-хорошему.

— От кого слыхала? — удивился Корнет. — Ничего такого мы не делали.

— Ты вообще понимаешь, кто перед тобой? — спокойно спросила она мужчину. Туз прекратил играть ножом и теперь держал его острием вниз, но готовый в любую секунду применить его. Некоторые сильно заблуждались думая, что такая громадина необычайно медлительна. Гигант успевал наносить три удара в секунду ножом не включай дар и каждый из них мог стать смертельным.

— Кто-то из администрации Горца? — предположил Корнет. — В первый раз тебя вижу.

— Хорошо, подскажу. Центр, Жанна. А теперь и Остров, Гранитный, Топи, Вавилон. Новый глава объединённых стабов. Горец низложен. Что касается таких мелких групп, сваливших из Острова четыре года назад, то я прекрасно знаю, чем вы там занимались, пока Удмурт не прижал вас, — Жанна не сводила пронизывающего взгляда с Корнета и ждала.

— Ладно, но мы ничего такого не делали, — сдался побледневший Корнет. — Всё, я знаю кто ты.

— Ну как же, — сказал Туз. — А то, что мур должен умереть. Любой, это как? Закон обязателен для всех, если он есть.

— Вы тоже поймите, девчонка совсем свежая попала в Улей. Эти уроды добрались до неё первыми и тут же вечером заклеймили. Затем они популярно объясняют ей, что в стабы ей путь заказан с такой наколкой. Там её ждёт только смерть. И на первом же выходе вяжут её кровью. Да они так со всеми, сами прекрасно знаете. Мальчишки, девчонки, какая разница. Нашли бы они тебя, Туз и тебе накололи ворона. Что делать? — спросил Корнет. Я вспомнил Иштар, она прошла точно такой же путь, только её ещё насиловали три месяца, пока у неё не открылся дар нимфы. И тогда насиловать начала она. Но это единичный случай. Один на миллион, а может и больше.

— Хорошо, вы крадёте свежую девочку, а дальше что? А дальше вы её тупо продаёте в рабство! Знаешь, что с ними происходит? На днях одного такого прикончили, мы заняли его поместье. Этот маньяк оборудовал себе пыточную в подвале и снимал на камеру всё, что с ними делал, — Жанна с трудом удерживала руки сжав ремень. — Вот что мне не нравится, а не то что вы выдёргивали нормальных людей у этих мясников.

— Здесь, да, — виновато понурил голову Корнет. — Они же муры.

— Вот мы и пришли откуда начинали, — заключила Жанна. — С этим надо что-то решать. Понятия, конечно, хорошо, но должны быть разумные пределы.

— Ты о чём? — спросил я.

— Вот ты, Лесник, — она не стала меня называть по имени перед Корнетом, что само по себе верно. — Сможешь отличить кровожадного конченого мура от свежака, попавшего к ним две недели назад?

— Конечно. Если возникнут сомнения, то позову папашу Каца. Ментат опять же сразу разберётся без сканирования мозга.

— Меня одного хватит, я и без физического контакта всё скажу о человеке, — важно сообщил папаша Кац.

— Принц этим как раз и занимался, — вставил Корнет. — Из десяти последних заказов, только одна успела поучаствовать в убийстве людей и то просто грузила контейнеры в грузовик, даже не резала.

— Вам только девок заказывают? — уточнила Жанна.

— Нет. Соотношение один к пяти. В пользу женского пола. А что? — наивно спросил Корнет.

— А то. Я пока думаю, что с вами делать. На кол отправить или… — Корнет побледнел понимая, что убежать не удастся.

— Или? — он даже слегка охрип, проклиная себя наверное, что нарвался на Жанну.

— Слушай и запоминай. Первое, ты приводишь ко мне всех командиров подобных групп каких знаешь. Куда и зачем не говори. Просто общий сбор, большой заказ и прочее. Главное, чтобы они все были у меня завтра вечером.

— Я получается сдам их? — нехотя пробормотал Корнет.

— Нет, не сдашь. Будете заниматься тем же. Но новых рельсах. Отсюда второе. Там вы сдаёте своих заказчиков. Они, как правило, все маньяки. Нормальный человек не будет набирать себе рабов. Тем более все мы знаем, чем это кончается. Нам такие в стабе не нужны. Вот их я отправлю на кол. А третье всех вас удивит. Отныне я пересмотрю некоторые правила. То, как гражданство, оно отменяется в Вавилоне, но ты, Корнет пока помалкивай. Это станет известно позже. Людей, попавших к мурам, но не запятнавших себя и прошедших ментата и знахаря мы реабилитируем. Нечего им там делать, людей и так мало. Оставлять их мурам слишком жирно, они и рады, пользуется нашими застарелыми понятиями. Думаю, таким образом мы оттянем от них процентов десять.

— Там все двадцать будут, — сказал Корнет. — Мы под заказ людей ищем, а так к ним свежаков много попадает. Они бы и рады сбежать и не заниматься такой грязной работой. Но их специально заставляют резать.

— Вот, вот. А мы всех под корень в случае чего, — прогудел Туз. — Жанна, ты правильно мыслишь.

— Так что, Корнет жду тебя завтра у отеля, — она кивнула за спину на позолоченную пирамиду.

— А как же пропавшие наши. Искать будете? — спросил с надеждой Корнет.

— Уже, — «полковник» вернулся и тащил в руках свёрток. Папаша Кац первый перехватил его и развернул. На боку небольшого бруска виднелась печать. Быстро приложив кальку, мы увидели, что та часть, торчавшая из ворот, идеально подойдёт в углубление на золотом слитке.

— Как доктор прописал! — расплылся в улыбке папаша Кац. — Когда выдвигаемся?