Тома устроилась на заднем сиденье, и такси покатило по старой ночной дороге.

– Чудна́я какая-то у вас машина, – отметила Изи, осматривая салон. – Никогда таких не видела.

– От отца осталась, – добродушно отозвался водитель. Прямо как в прошлый раз, когда он подвозил Тамару и Рому, только тогда мужчина звучал куда мрачнее.

С правой стороны бесконечно тянулась высокая кирпичная стена, заросшая у основания кустами и невысокими деревьями. С другой стороны виднелись сплошные раскидистые деревья и непролазные кусты. Никакого другого света, кроме почти полной луны и фар, поблизости видно не было.

Зато появились звуки. Пьяные голоса – мужские и женский. Водитель притормозил, и Тома в левое окно увидела, как три парня заталкивали в машину верещавшую, извивающуюся девчонку в джинсах и топе, который открывал живот. Такси остановилось, водитель пару секунд наблюдал за разворачивающейся сценой, потом открыл дверь.

– Эй, вы куда это? – резко спросила Изи.

– Надо помочь, – неуверенно произнес таксист.

– Э нет! – решительно заявила Изи. – Сначала нас отвезите, потом помогайте кому хотите!

Мужчина, кажется, передумал вмешиваться, но девица заголосила на всю округу, будто от сильной боли, потом надрывно заплакала.

– Да что ты выделываешься, – возмутился один из парней, продолжая заталкивать ее в машину.

Таксист решительно вылез из машины и направился к нападавшим.

– Во дура-ак, – протянула Изи, сползая в кресле с невысокой спинкой.

С одной стороны, хотелось ее осадить, ведь это Томин отец, да и дело вроде благородное. С другой стороны, это благородное дело – явно неблагодарное, а то и вовсе опасное.

Таксист перешел дорогу и оказался в нескольких метрах от компании. Он сказал что-то вроде того, что девушка, кажется, не хочет садиться в машину, а потом предложил подбросить ее до города.

Парни что-то грубо ответили, слов было не разобрать. Более того, те двое, что держали девицу, ее отпустили, и, странное дело, она даже не попыталась убежать. Так и топталась рядом, рассматривая ногти, а потом вообще капризно уперла руки в бока.

– Тебе не кажется, что эта девушка похожа на Ярославу? – тихо спросила Изи, поворачиваясь.

Тамара присмотрелась. Точно, как будто Яра, только одета совсем по другой моде – штаны висят, так что видно всю поясницу до копчика, топ без бретелек, босоножки на толстой платформе. Но волосы такие же – высветленная грива до пояса. Впрочем, если они все же в прошлом, то… То что? Кто это вообще?

Пьяные парни тем временем окружили отца Тамары, оттесняя его к такси, а девица просто молча наблюдала за всем этим со стороны.

– Ой-ой, – напряженно пробормотала Изи, глядя, как водитель пятился к машине, выставляя ладони.

– Ты нас оскорбил, – выговаривал главарь компании, потряхивая ключами от машины.

Как же этот парень похож на предводителя банды с Божедомки, который теперь, к слову, коротает дни закопанным в палисаднике Вальпургии Карловны.

– И даму нашу оскорбил. Такое не прощают, понимаешь? – намеренно спокойно произнес парень, ударяя в ладонь кулаком.

– Бежим! – крикнула Изи за секунду до того, как пьяная троица набросилась с кулаками на Томиного отца.

Изи открыла дверь и вынырнула из салона. Тамара будто оцепенела, не в силах последовать за подругой, потому что водителя прижали к машине, а потом повалили на землю. Из окна было видно, как нападавшие с искаженными лицами размахивают руками, пиная лежащего на земле.

Дверь открылась, и Тому за рукав выволокли из такси.

– Пошли отсюда! – шипела Изи, потащив подругу через рельсы к кустам.

– Отстань, – попыталась высвободиться Тома и рвануть в сторону драки, но Изи ее удержала.

– Еще одна сумасшедшая на мою голову, – бубнила Изи, перебирая ногами по шпалам. – Сунешься к ним – они и тебя отметелят. Спасибо скажешь, если живая останешься!

Тома даже кричать не могла, потому что горло сдавил спазм.

И тут девушка, из-за которой все началось, что-то прокричала парням и указала на подруг. Ее друзья тут же даже перестали пинать таксиста и обернулись.

Изи выругалась и упала плашмя на шпалы, утягивая за собой Тому.

– Вот мерзкая тварь, – выплюнула Изи, глядя, как девица продолжает показывать в их сторону, что-то надменно выговаривая парням.

А Тома, больно ударившись локтями, глотала слезы бессилия из-за того, что не может помочь отцу и хоть что-нибудь изменить. Этих уродов самих пустить бы на фарш. Правильно он тогда сказал про казан. В котел их засунуть!

Из-за облаков вышла почти полная луна.

– Только тебя не хватало, – злобно прошипела Тома бледному ночному светилу.

И вдруг луны стало две. Вторая, полупрозрачная, проплыла по небу и растворилась за верхушками деревьев. И в этот же момент Тамар тоже стало две. Одна лежала на заброшенных рельсах в пыли, грязи, слезах и соплях, а вторая со спины подбиралась к девице, похожей на Яру.

Девушка оказалась такой худой, что можно было пересчитать все кости. Зато волосы длинные, густые, прямые. И красивые. Ничего, это легко исправить.

– Все, капец, – насмешливо произнес один из парней, носком ботинка пиная лежавшего на земле таксиста. Тот никак не отреагировал, застыв, как брошенный сломанный манекен.

– И что теперь делать? – равнодушно спросил второй.

– Спалимся, – почесал затылок третий. – В багажнике глянь. Там канистра должна быть. Таксисты всегда одну про запас возят.

– Зачем?

– Быстро! – приказал задира.

Один из парней полез в багажник, а двое других подхватили водителя, у которого теперь вместо лица было кровавое месиво, и затолкали в такси, запихнули в салон негнущиеся ноги и торчащие руки, с пальцев капала кровь.

Главный среди парней откупорил канистру, которую приволок один из его прихвостней, и принялся поливать машину бензином. В воздухе разлился едкий запах.

– Пошли отсюда, – прошептала Изи и стала отползать прочь по шпалам.

Тома пожалела, что упустила момент и хотя бы не оттаскала тощую девицу за волосы. Она снова вернулась в себя и попятилась вслед за подругой. Перебирая руками и ногами по старым, заросшим шпалам, подруги все дальше уползали от пожара.

Обернувшись, Тамара увидела в огне черный остов «Волги», которая ее отцу досталась от его отца. И рядом в лунном свете темные силуэты, прикладывающиеся к бутылке.

Тома остановилась. Хотя бы один раз в жизни нужно попробовать использовать свои раздвоения. Сосредоточившись на луне, девушка вызвала ощущения, что появлялись при путешествиях по отражениям.

Тамара поняла, что у нее почти получилось, и направила свой фантом к пьяной компании. Сработало – Тома оказалась прямо рядом с ними, так что даже смогла рассмотреть сверкающий маникюр девицы, которая сейчас делала большой глоток из бутылки.

– Чтоб вы сами сгорели, – четко произнесла Тома.

Девушка поперхнулась и закашлялась, брызгая слюной во все стороны.

– Что ты сказала?! – ощерился на Тамару капитан команды убийц. – А ну повтори!

– Гори в аду! – гаркнула Тома в пьяную мутную рожу бандита, который направился прямо к ней.

– Да я тебя… – парень махнул рукой, целясь Томе в лицо, но фантом рассыпался серебряной пылью.

Сама Тома, стоя на четвереньках на рельсах, вздрогнула и вернулась в свое тело. Потом улыбнулась пьяной компании, члены которой теперь недоуменно крутили головами, пытаясь ее найти. Красиво вышло! Хотя бесполезно и даже как-то глупо. Только бы эти подонки не надумали искать ее дальше, а то ведь они на машине, и убежать от них на своих двоих будет трудно.

Изольда тем временем подтянула ноги и в прыжке выпрямилась. Потом снова пригнулась и трусцой побежала по старым путям. Тома сделала то же. И странное дело – ей вдруг стало как-то легко и совсем не страшно. Откуда-то взялись силы и энергия. Раньше она распустила бы нюни и упала на землю унылым булыжником, а теперь все внутри нее бурлило, хотелось бежать и что-то делать. Настроение снова упало, когда Тома вновь обернулась, чтобы увидеть, как в лунном свете догорает машина ее отца.

Ну ничего. Найдется и на этих выродков своя Вальпургия Карловна, которая закопает их в какой-нибудь вонючей компостной куче. А может, это даже будет Тамара Дмитриевна, почему бы и нет.

Тома бежала по заросшей железной дороге следом за Изи, стараясь больше не оборачиваться. Зато к ней обернулась подруга.

– Слушай, нам, наверное, лучше перейти на ту сторону, – Изи кивнула на заросли на противоположной обочине. – Они же поедут отсюда на машине, а дорога-то одна. Могут нас заметить.

– Да, ты права, – согласилась Тома, и они гуськом перебежали дорогу.

Но дальше пришлось продираться сквозь разросшиеся кусты. Нижние ветки царапали ноги и рвали подол платья, верхние норовили рассечь лицо. На ходу приходилось ломать прутья, так что кругом стоял громкий треск. Хорошо, что пьяная компания была далеко, а то бы они точно увидели Тому и Изи.

Наконец подруги выбрались из зарослей и оказались на довольно большом пустыре с высокой травой. Она колыхалась волнами, переливаясь в лунном свете цветами от лавандового до изумрудного.

Тома уставилась на мерцающую на сапфировом небе луну, окруженную светящимся кольцом, и мысленно ее поблагодарила за помощь с фантомом.

Изи шагала рядом, будто шла в глубокой воде, руками касаясь кончиков высокой травы.

– Даже не предложишь вызвать полицию? – слегка наигранно поинтересовалась Изи.

– Только если полицию кармы или времени, – отозвалась Тома. – Но не знаю как. И есть ли вообще такая полиция.

– В смысле? – Брови Изольды поползли вверх.

– В смысле все это случилось много лет назад, – просто ответила Тома. Когда подруга приготовилась возразить, отрезала: – И не надо что-то говорить про шизофрению. Ты сама прекрасно понимаешь, что происходит, так что заканчивай валять дурака. Сейчас не время.

Изи, которая явно настроилась на очередной спор, только тихо выдохнула. Потом глухо произнесла:

– Просто все это какой-то сюр. Ну не бывает такого.

– Я тоже долго так думала, – признала Тома. – Но отрицание не помогает.

– Н-да, – задумчиво протянула Изи. – Засунешь голову в песок, так тебя пнут под зад. Или даже хуже.

Тамара молча согласилась. Она шла с опаской, ведь в высокой траве могут водиться змеи. Да и неплохо было бы выяснить, где именно они находятся. Тома достала смартфон в полной уверенности, что он ничего путного не покажет. Однако она ошиблась, и это в кои-то веки было приятно.

Телефон функционировал, связь была, дата стояла верная. Тома загрузила карту. Оказалось, они двигались от заброшенной промзоны по пустырю в сторону старого кладбища и садового товарищества.

– Клево, – сухо проговорила Изи, заглядывая в телефон Томы. – Из передряги с убийством – прямиком на кладбище. Ночью.

– Ты что, боишься кладбища? – улыбнулась Тамара. – Серьезно? И это после того, как ты видела гуляющих покойников?

– Ну да, – протянула Изи. – Но на кладбище мертвецов больше.

– И ты думаешь, они все повылезали и разгуливают, как по парку? – хихикнула Тома.

– Ну, если судить по нашему парку, то кругом одни упыри, – рассмеялась Изи. – И потом, может, у них там вечеринка. Скучно же постоянно только лежать. Вот они выбираются, чтобы размяться. Побегать там, попрыгать, булками потрясти. Хотя скорее костями погреметь.

– Или песни какие-нибудь исполнить, – пробормотала Тома, замедляясь и прислушиваясь.

Откуда-то доносилось разноголосое женское пение.

– Почему бы и нет, – согласилась Изи. Потом тоже притормозила и обернулась: – Ты чего?

– Ты что, не слышишь? – тихо спросила Тома. – Голоса.

– У-у, теперь у тебя еще и голоса в голове. Приехали.

Томе в очередной раз захотелось ударить подругу. Но не драться же здесь. И сейчас. Но когда-нибудь – обязательно.

А теперь где-то совсем рядом несколько женщин выводили на разные лады какую-то мелодичную песню, кажется посвященную ночи и луне. Знать бы, где именно они собрались. А то в прошлый раз колыбельная на Божедомке исполнялась при странных похоронах под окнами.

– Хм, и правда, – усмехнулась Изи, склонив голову к плечу. – Тут кто-то поет.

Теперь подруги застыли и прислушались вместе, стараясь не шуметь. Поблизости женщины распевали:

Ой ты, матушка-луна, Плывешь по небу одна. Светишь страннику в пути. Нас, родная, защити! Скрой нас, милая, в ночи, Где мы спрятались, молчи. Не дай птице прилететь И за нами подглядеть. Ветры злые утиши, Звери пусть поспят в глуши. Речка пусть не видит нас, Не коснется нас злой глаз. Люты ветры пролетят, Духи темны просвистят. Ой ты, милая луна! Будь к нам, милая, добра!

Дальше доносились только напевные переливы.

– Кто это вообще? И где? – Изи вытягивала шею, осматриваясь.

– Наверное, вон там, – Тома указала на небольшую возвышенность.

– И нам как раз туда. Конечно же! Ну не обратно же идти, – пробормотала Изи. – Ладно, давай попробуем как-нибудь сбоку просочиться. Может, получится.

Подруги направились к роще на краю пустыря. Добрались до раскидистых ив и пошли по кромке, задевая ногами высоченные травы и цветы пижмы и тысячелистника. Хорошо, что здесь хотя бы крапивы не было.

Слева равнина стала понемногу уходить вверх, превращаясь в невысокий пологий холм. На вершине перемещались тени. Кажется, женские, в длинных платьях. Они сменяли друг друга, мерцая в лунном свете и размахивая руками.

– Девки в сарафанах водят хоровод, – констатировала Изи, глядя на танец. – Там уроды таксиста убили, тут хоровод. Мне иногда кажется, что у меня поехала крыша и меня закрыли в психушке. И все это просто глюки.

– И я тоже глюк? – спросила Тома, наблюдая за плавным поющим хороводом.

– И ты тоже, – вздохнула Изи.

– Ну, спасибо. – Честно говоря, Тома часто думала то же самое про себя.

– Тс-с! – прошипела Изи и резко опустилась на корточки.

Тома сделала то же самое и увидела, что совсем недалеко от них бродят две девушки в сарафанах и с распущенными волосами. Они собирали августовские цветы и вплетали их в венки.

– Когда барыня-то вертается? – спросила одна из них, скручивая травы.

– Не знаю, – ответила другая. – Как возвернется, так уж узнаем. Не преминет кого-то уволочь. Чтоб ей подавиться.

– Обряд же, – возразила ее подруга, срывая тысячелистник.

– Да что эти обряды, – отмахнулась первая. – Эта ведьма давно уж душу-то себе что каленым железом выжгла. Одна зола и осталась. Ее уж ничего не возьмет.

– Смертушка всех заберет, – покачала головой вторая девушка.

– Ее даже безносая побрезгует забрать, – сквозь зубы процедила ее подруга, глядя на луну и бессильно опуская руки. – Ее и могила не возьмет, сама земля выплюнет. Так и будет до самого второго пришествия из людей жилы тянуть.

И тут кто-то истошно завопил. Девицы в сарафанах замерли, а хоровод бросился врассыпную. Девушки голосили на все лады и разбегались кто куда, размахивая руками и перебирая босыми ногами. Одна из тех, которые были поблизости от Тамары и Изи, взвизгнула, бросила свой незаконченный венок в траву, нагнулась и нырнула в кусты. Ее подруга тоже отшвырнула цветы и помчалась вдоль рощи.

– Что такое? – удивленно спросила Изольда, глядя ей вслед.

И тут Тома увидела, что распугало хоровод, который просил заступничества у луны. Черный всадник невероятных размеров выскочил на холм и принялся осматриваться. Огромный конь перебирал копытами и громко фыркал, а наездник щелкал длинным кнутом. Кажется, Тома его уже встречала, только в качестве кучера. Какой разносторонний упырь.

Тома быстро опустилась на корточки и дернула Изи за руку. Подруга обернулась и громко спросила:

– Ты чего?

Тома оторопела. Потому что всадник, похоже, услышал голос Изольды, натянул вожжи и направил коня прямо к ним. Огромный скакун в три прыжка преодолел поле и оказался рядом с подругами.

Изи даже обернуться не успела, как Тома рванула ее за руку. Всадник пролетел мимо, но снова натянул вожжи. Конь заржал и встал на дыбы.

– Нам конец, – заключила Изи, прижавшись к земле.

Срочно создать фантом! Тома попыталась сосредоточиться и представить, что смотрит на всадника с другой стороны. Раздвоиться удалось быстро, теперь она стояла за лошадью и могла разглядеть лоснящуюся короткую шерсть, густую гриву и самого всадника, у которого вместо лица была маска вроде чумного доктора, только светлая, как кость.

Всадник взмахнул кнутом так, что он полетел в сторону Томы и обвил бы ее за плечи, если бы это был не фантом. Отражение рассыпалось, всадник яростно зарычал.

Тома часто заморгала от внутреннего хлопка. Когда фантом рассыпался, у нее перед глазами все задергалось и поплыло. Девушка потеряла равновесие и рухнула в траву.

Земля вибрировала от мощных ударов копыт. Стук приближался, послышалось громкое лошадиное ржание, потом завопила Изи:

– Отвали, урод!

Дальше подруга сдавленно вскрикнула. Тома потрясла головой, пытаясь прийти в себя. Но мир вокруг продолжал расплываться и раскачиваться. В ночной ряби Тома смогла увидеть, как всадник удаляется и сбоку от него торчат ноги в штанах. Похоже, он уволок куда-то Изи.