Глава 16

Когда я проснулась, Рамира рядом не было. И кто этому удивился? Я точно нет. Хоть и досадно стало очень. Зато слышался его голос в коридоре, в ответ что-то с вялой пародией на попытку возмущаться отвечал целитель. Ну понятно. Рамир опять что-то от него требует.

Один плюс. Чувствовала я себя уже совершенно нормально. Ни слабости, ни головокружения. Так что каким бы вредным этот целитель ни был, он однозначно помог.

Не успела я толком сесть на кровати, как дверь комнаты отворилась и на пороге показалась довольная Ламина с саквояжем в руках.

— Сати! — воскликнула она с такой радостью, словно опасалась увидеть меня уже почившей. — Ты в порядке!

— В полном, — я улыбнулась сестре. И шепотом добавила: — Что там происходит?

— Да мы с Верноном только вернулись из поселения, Рамир тут с тобой был. Так целитель возьми и ляпни, что, мол, он сделал все, что мог, и если ты «помрешь по пути», то это уже наша вина, а не его. Ну Рамир и потащил его разбираться в коридор.

Фуф. Ну хоть ясно, что Рамир не сам по себе меня оставил, как обычно, а все же причина была.

— А я наши вещи с постоялого двора собрала, — Ламина взгромоздила саквояж посреди комнаты. — Правда, у тебя там в платье завалялся какой-то кристалл непонятный. Я не стала на всякий случай выкидывать, вдруг что-то нужное.

Кристалл?.. А, тот артефакт, что мне дал Нэйритан для телепортации… Хотя зачем он сейчас, если я в любой момент могу под землю провалиться. И не от стыда, а в храм Эдара. Ладно, пусть уж будет. Мало ли, как дело пойдет.

Ламина села на край моей кровати, уточнила обеспокоенно:

— Но ты точно в порядке? А то мы все так за тебя испугались! Рамир, я уж думала, точно прибьет кого! Хорошо, что хоть этого целителя не прибил, а то кто бы тебя вылечил… А утром мы снова в путь, — она порывисто вздохнула.

— Не хочешь к Ринду в Дагрен? — я внимательно смотрела на сестру.

— Не хочу, — в кои-то веки ответила она прямо, хотя сколько раньше увиливала на эту тему. — Как по мне, я бы так дальше и странствовала по миру в нашей чудесной компании. Ну только чтобы всякие такие летающие монстры больше не попадались… Кстати, куда они в итоге делись? Не могли же самоуничтожиться, когда Рамир восстановил купол?

А вот хороший вопрос. Сама-то я этого не видела. Но сильно сомневаюсь, что порождения тьмы массово улетели, едва меня ранили, сочтя на этом свой долг выполненным.

— А что Рамир говорит? — хотя я заранее понимала бессмысленность этого вопроса.

— А он пока ничего и не говорил. Только ругался. Мне кажется, он очень за тебя переживал, — Ламина снова вздохнула. — Прости, что ты подверглась такой опасности, а я опять оказалась совершенно бесполезной. Тебя ведь и убить могли, пока я отсиживалась в этом храме! Кстати, дерево так и сияет, жители в полном восторге, опять затеяли праздник в честь внезапного чуда. Но, как я понимаю, у нас нет ни малейших шансов этот праздник посетить. Дальше в любом случае надо в Дагрен. Оставаться там или нет — не в том дело. Вернон сказал, это ближайший крупный город, и куда бы дальше наш путь ни лежал, все равно придется идти через Дагрен с его порталами. Но мне так тревожно, Сати… Почему-то кажется, что ничего хорошего нас там не ждет.

Ирония, правда? Ламина приуныла и тревожится, а мне в кои-то веки наоборот хочется верить в хорошее. Или мне просто хочется верить Рамиру?..

Едва я успела переодеться в другое платье, как нагрянул мрачный целитель.

— Нужно поменять повязку, — буркнул он, перед этим опасливо глянув на Ламину. Похоже, моя сестра успела достать его расспросами как «коллега коллегу», и ее он теперь остерегался даже больше, чем Рамира.

Я села на единственный стул, Ламина скромно топталась у окна, явно порываясь что-то сказать, но все же молчала. Повязка с моего плеча исчезла сама собой, и целитель начал все тот же ритуал с созданием ткани из воздуха и начертанием на ней сверкающих рун.

И снова мы с сестрой поменялись местами. Теперь я не смогла смолчать, а не она:

— Почему вы отказываетесь помогать людям в поселении? У вас ведь такой потрясающий дар!

Не сомневаюсь, сейчас получу вагон грубости в ответ и тележку яда в довесок. Но целитель угрюмо ответил:

— Потому что это неправильно.

— Неправильно помогать другим? — вякнула Ламина.

— Неправильно, что они надеятся только на магию, — он даже не обернулся к ней. — Из-за своей глупой веры в чудо сгрудились толпой вокруг засохшей коряги вместо того, чтобы давно уже переселиться куда-нибудь в плодородные земли.

— Почему же тогда вы сами не уедете отсюда? — тут же спросила я.

— Потому что не могу бросить этих идиотов, — едва слышно ответил он сквозь зубы, уже плотно наматывая мне на плечо новую повязку.

— Вы все же им помогаете! — ахнула Ламина.

— Тайно, да? — мигом догадалась я.

— Если кому скажете, отравлю, — сердито предупредил он, — и даже вашего сурового спутника не побоюсь, — но тут же с тяжелым вздохом добавил: — Помогаю, конечно. Как отец мой помогал, как дед помогал… Только я не делаю этого открыто, пусть не надеются на меня. Пробираюсь тайком и лечу тех, кому без магического исцеления никак. Детишек в основном, конечно, они тяжелее переносят тяготы пустыни. И самое обидное, — он аж голос повысил, — они все верят, что это божественное вмешательство Эдара!

— То есть пытаясь всех убедить не ждать чудес, вы невольно сами эту веру и подпитываете, — подытожила я.

Он буркнул в ответ что-то нечленораздельное.

— И все равно вы чудесный человек, — моя восторженная сестра с умилением сложила руки на груди. — Вы приносите людям столько пользы!

— А толку? — он громко фыркнул. — Проклятое дерево таки ожило, и теперь эти идиоты ни за что с места не сдвинутся! И никто им не докажет, что нельзя надеяться только на чудо, нужно жить своим умом, своими силами. Эдариены не просто так ушли, не просто так оставили этот мир смертным. И верить в их возвращение вместо того, чтобы принять этот дар и беречь его… — он с шумным вздохом покачал головой.

И уже без прежней враждебности добавил:

— Повязка пропадет у вас завтра к вечеру, сами ее не трогайте. И постарайтесь…не привлекать к себе больше всяких монстров.

— Очень постараюсь, — клятвенно заверила я.

Больше ничего не сказав, целитель ушел. Мы с Ламиной переглянулись.

— И кто прав? — она смотрела на меня так, будто я точно знала ответ. — Он с его странной, но все же истиной? Или мы, способные вернуть в этот мир все чудеса Эдара?

Похоже, в своем воображении Ламина уже путешествовала по всему миру в поисках угасших реликвий, которые я буду, как аккумулятор, подзаряжать. В общем нести разумное-доброе-вечное, попутно уворачиваясь от темного-летающего-смертоносного.

Но я не успела ответить. Смутно знакомое чувство пронзило так резко, что я сдавленно ахнула. Ламину так и вовсе скрутило на месте, она осела на пол, мгновенно бледнее.

А ведь ровно так же, как тогда, на королевском балу…

Явственное ощущение разрыва и…

— Афнер… — сдавленно прошептала Ламина. — Наш брат…

А ведь вправду… Больше некому! Нет у нас с ней больше кровных родственников!

Выходит, Афнер мертв?.. Но как, почему? Не то, чтобы я стала лить слезы из-за этого мерзкого слизняка, но явно его смерть не просто так!

Проклятье! Можно хотя бы один день провести без потрясений⁈

— Как думаешь, кто его убил? — очевидно, даже Ламина прекрасно понимала, что наш милый братец не косточкой подавился, а сам был костью в горле у многих. Так что смерть его настигла явно от чьей-то руки, а вовсе не от переизбытка доброты в организме Афнера.

Я покачала головой.

— Не знаю даже… Мне казалось, он нужен Пасиру с сыночком, так что они пока его не тронут. Но то ли их планы изменились, то ли Афнер сам довел… Но нам нужно не об его участи думать, а о том, чем это чревато для нас с тобой.

Ламина не стала ужасаться моему жестокосердию, лишь кратко кивнула. Даже если ее и мучила совесть, что она обязана грустить о гибели брата, внешне это никак не проявилось.

— В любом случае нужно рассказать Рамиру, — добавила я. Мрачно усмехнулась: — Хоть какой-то прок от кровной связи. О смерти Афнера мы с тобой точно узнали первыми.

* * *

Дверь из комнаты вывела на винтовую лестницу. Рассудив, что вверху наверняка покои хозяина сей башни, я поспешила по ступенькам вниз. И пусть попадались ответвления в какие-то помещения, но я ориентировалась на то, что голосов не слышу. А ведь наверняка Рамир сейчас с Верноном, а Толмач точно долго молчать не может.

Так я добралась до распахнутых дверей на первом этаже. Наверняка они обычно были заперты. Да и тут же рядом прислоненный к стене массивный засов свидетельствовал, что угрюмый целитель готов хоть бревнами двери подпирать, лишь бы местные не прорвались к нему с просьбами.

Но сейчас ничего не мешало выйти наружу.

Я бы и вышла, но попросту замерла на пороге башни.

Погодите… А мы вообще где?..

Лишь по виднеющемуся невдалеке куполу можно было догадаться, что мы все же не переместились за тридевять земель. Но пустыня… Нет, на горизонте еще печально желтела цепочка барханов, но прямо от купола как ковром расползалась трава! Сочная зеленая трава! Змеились и журчали ручьи, прокладывая пути дальше. Стрекотали неведомые мне насекомые, мелькали пестрыми лепестками крыльев бабочки. И все это там, где царила пустыня! Сотни лет царила!

— Тебе не стоит пока вставать с постели, — голос Рамира позади заставил вздрогнуть.

Я мигом обернулась. Похоже, подвело меня мое сомнительное ориентирование на местности, и наши провожатые все же были наверху башни, что-то обсуждали с целителем.

Но сейчас меня занимало другое.

— Это же не галлюцинации, да? — я растерянно махнула рукой в сторону раскрывающейся перед нами зеленой равнины. — Это на самом деле?

Рамир почему-то не выглядел настолько уж впечатленным увиденным. Подошел ближе, встал рядом со мной, даже за талию взял, словно опасаясь, что я вот-вот могу упасть от слабости. Ну или от переизбытка эмоций.

— Ты была без сознания почти сутки. И да, за это время сила священного дерева успела настолько распространиться.

— Но ведь это чудо! Настоящее чудо! — мне аж слов не хватало от восторга. — Я все время воспринимала доставшуюся мне магию как проклятье, но если она способна сотворить такое, то…

Но Рамир перебил:

— Далеко не все творения эдариенов несут жизнь. Так что не спеши восторгаться, принцесса. Давай как-нибудь обойдемся без всех этих чудес.

— Потому что для поддержания равновесия в балансе мировых сил в комплекте с чудесами идут и те твари?

— Потому что это вопрос твоей безопасности. Я больше не допущу такого риска.

Мне хотелось отшутиться, мол, ладно-ладно, проживем как-нибудь пару дней и без развеселых сельских праздников. Но я спохватилась, вспомнив, зачем вообще Рамира искала.

— Афнер мертв, — я не старалась придать себе скорбное выражение, но голос сам собой дрогнул.

В ответ не прозвучало логичного «Уверена?» или еще более ожидаемого «Откуда ты это знаешь?». Рамир явно не сомневался в моей осведомленности. Резко нахмурился.

— Думаешь, это Геон? — тут же следом спросила я.

— Геон мог бы. Несмотря на зачатки разумности у его папаши, этот мерзавец может творить все, что вздумается. Но для нас это означает лишь одно. Надо спешить.

— Прямо сейчас в путь?

— Нет. Твое состояние важнее. В путь тронемся на рассвете, как и планировали. До Дагрена должны добраться быстро и без помех.

— А дальше? — вот не могла я в сотый раз не спросить!

Но Рамир и в сотый раз не ответил.

— Думать о будущем — это моя забота, принцесса, — улыбнулся, но взгляд оставался серьезным. — Твоя забота: не наступать на принцев, не пробуждать деревья, не привлекать созданий тьмы и не бесить меня бесконечными вопросами.

— Тебе не кажется, что у меня забот как-то несправедливо больше?

Он засмеялся, обнял меня. И даже демонстративно-суровое:

— Смирись, — прозвучало сквозь смех.

Так мы и стояли на пороге башни. Солнце садилось, и в закатных лучах поверхность обновленного магического купола игриво поблескивала всеми цветами радуги. И это торжество жизни и природы вокруг…

Может, я знаю далеко не все и многого вообще не понимаю. Но я верю своим глазам. Верю своим чувствам. Магия Эдара способна нести в мир хорошее. Так, может, и для меня она не проклятье вовсе?..

Ночь перед отъездом мы с Рамиром провели вместе.

Не в том, конечно, смысле, в котором бы хотелось. Хотя я даже не понимала почему. Ведь если вчера, на празднике, Рамира очень даже устраивали «глупости», то что-то с тех пор переменилось. И это неведомое мне нечто заставляло его держаться от меня подальше. Не посягать ни словом, ни делом, ни даже единым намеком. Словно это…бесчестно?

Мне оставалось лишь теряться в догадках, какая такая джентельменская муха укусила того, кто считал нормальным целовать первых встречных среди ночи в архивах девушек. Но факт оставался фактом, хоть я и спала в его объятиях, но и все на этом.

И что-то мне очень не нравилось, как за внешней расслабленностью и привычной иронией Рамира с каждым мгновением нарастает внешнее напряжение. Да и обнимает он меня так, будто в любой момент кто-то попробует утащить. Его или меня — не знаю. Но точно окончательно.

Ясно одно. Он что-то знал. Что-то знал о ждущем нас в Дагрене. И, естественно, не собирался об этом предупреждать. Словно это бремя лишь на его плечах, и он не позволит не то, что помочь, но даже и догадываться об этом.

Но несмотря на все нехорошие предчувствия, проспала я всю ночь как убитая. Хотя при этом готова поклясться, что сам Рамир глаз не сомкнул. И не разжал объятий ни на миг. Веская причина предвкушать какой-то подвох, не так ли?..

* * *

Но утро выдалось прекрасным! Особенно для хозяина башни, которого наша бравая компания наконец-то оставляла в покое. Целитель не то, что рукой на прощание не махнул, но и мигом запер двери на засов, едва мы покинули его обитель.

А перед нами в лучах восходящего солнца простиралась зеленая равнина, умиротворенная в своей недавно зародившейся жизни. И на фоне всего этого буйства природы наш довольно мрачного вида экипаж выглядел еще мрачнее. Видимо, это максимум, который удалось добыть в поселении. Ведь никто через пустыню раньше на лошадях не ездил.

— Что ж, Дагрен ждет, — озвучил Вернон всеобщую мысль, но даже он сейчас выглядел далеко не таким бодрым как обычно. Да что там бодрым — даже привычная болтливость его покинула.

Он все посматривал на Ламину, но моя сестра на удивление казалась воодушевленной. Словно она что-то себе за ночь успела такое гениальное придумать. Но пока она не спешила этим делиться.

Сказала лишь мне перед тем, как уже надо было садиться в экипаж:

— Жутко, но в то же время так волнительно, согласись.

— Смотря что ты имеешь в виду.

— Нас, — она обвела руками. — Мы вчетвером будто бы против целого мира. Одни против целого мира. Погони, преследования, древние тайны и монстры… Это с одной стороны. А с другой мы. Маг, воин, целительница и…ты.

— Проблемный сосуд с магией, — подсказала я с мрачной усмешкой.

— Прости, но я вправду не придумала тебе никакого звания, — виновато улыбнулась Ламина. — Может, после Дагрена придумаю. Что-то непременно эпическое и торжественное, не сомневайся!

Угу. Вот этих эпичности и торжественности я и боюсь. Ведь что ждет нас в Дагрене?

Неведомый жених Ламины с невесть какими планами и намерениями.

Вероятное появление Геона, который хоть и придурошный, но явно сообразит, куда именно мы можем направляться.

Очередной налет черной пакости, которая уж точно отвязалась лишь на время.

И вишенкой на торте окончание моей сделки с Рамиром… Мне, конечно, хочется узнать наконец-то, что за условие он закладывал в нашу магическую клятву. Но по его частому мрачному взгляду на меня, есть подозрения, что эти условия мне не понравятся…

В любом случае сегодня нас ждал Дагрен.

И уж в чем я точно не сомневалась, этот день все изменит.

Зеленая равнина простиралась все дальше, и уже с трудом верилось, что здесь только вчера была пустыня. Я пыталась мысленно прикинуть, на какую именно территорию распространилось действие реликвии Эдара, но все равно это никак в голове не укладывалось. Если моя магия способна на такое…это какой же мощью я обладаю? Так, может, неудивительно, что отец с «коллегами» на этой почве рехнулись?

Сидящая рядом со мной в экипаже Ламина явно никаким таким философским подсчитыванием не заморачивалась. Мечтательно рассуждала:

— Я всю жизнь думала, что быть принцессой — это лучшая участь, что только может быть! Но теперь я хочу от всего этого отказаться. Вот доберемся до Ринда, я так прямо ему скажу… Кхм, Сати, как думаешь, это будет чересчур невежливо, если я скажу ему прямо?..

— Смотря что ты хочешь сказать, — я все поглядывала на наших спутников. Рамир правил экипажем, сидящий рядом с ним Вернон что-то сосредоточенно записывал в маленькую книжицу. То ли путевые заметки, то ли не знаю.

— Как что? Я скажу ему, что передумала выходить замуж, — ответила Ламина как само собой разумевшееся. — И вообще, у меня начинается новая жизнь! И мне уже ужасно любопытно, куда мы отправимся после Дагрена! Как думаешь?

— Мой договор с Рамиром заканчивается в Дагрене, — возразила я. — Что будет дальше, я не знаю.

Точнее, свои собственные планы я знаю. Добраться до Лезара и вернуться на Землю. Какой бы чудесной ни была моя магия, но толку от этой чудесности, если я хожу фактически с мишенью на спине. Так что для меня один путь.

Но то я. А вот какие планы у Рамира? Что он потребует взамен? Явно же не прощальный поцелуй и пафосно-трагическое «Не забывай меня в другом мире до конца своих дней…».

Но тут я могла гадать бесконечно. И все равно бы не угадала. Оставалось дождаться этого часа «икс» и тогда уже думать, как быть дальше. На худой конец, у меня все равно есть план отступления.

* * *

Остаток пути мы все же проделали по каменистой дороге среди песков. Магия древа сюда не распространилась, но оно и к лучшему, а то у жителей Дагрена возникло бы немало вопросов, что же такое за чудо к ним подбирается.

Уже начало темнеть, и открывшийся в долине город поблескивал магическими огнями уличных фонарей. Мы остановились на холме, у небольшой рощицы. Вернон отправился разведать, все ли там спокойно на подходах и не ждет ли нас целая королевская конница и королевская же рать. И, боюсь, не с хлебом-солью.

Ламина запоздало принялась приводить себя в порядок, в который раз переплетая и без того идеальные волосы. А я подошла к стоящему в стороне от экипажа и мрачно смотрящему на мерцающий в сумерках город Рамиру.

— Думаешь, там засада? — спросила я исключительно затем, чтобы хоть как-то начать разговор. Воцарившееся между нами напряжение чувствовалось буквально разрядами в воздухе.

— Наверняка.

— Тогда зачем нам туда идти сейчас? Я уж точно не расстроюсь, если мы переждем в каком-нибудь безопасном месте.

— Безопасных мест больше не осталось, принцесса.

Я нервно сглотнула, уж очень пугающе прозвучало, хотя Рамир уж точно не пытался меня лишний раз напугать.

— Даже рядом с тобой больше не безопасно? — вырвалось у меня само собой.

— Со мной никогда и не было безопасно. Я же с самого начала говорил, что не стоит воспринимать меня благородным рыцарем в сверкающих доспехах.

— Если честно, я и не воспринимала.

Рамир только сейчас взглянул на меня. Улыбнулся, но, скорее, даже невольно, неосознанно. Словно его эмоции опередили все порывы разума.

— Не устаю тебе удивляться, — прозвучало даже приятно.

— Видимо, мы не так долго в пути, чтобы ты успел устать.

А ведь вправду, сколько? Пять дней? Шесть? Наверняка даже недели не прошло с того момента, как мы с Ламиной сбежали из дворца! А кажется, что это было в другой жизни…

— Ты мне веришь? — вопрос прозвучал так неожиданно, что я даже на миг растерялась.

— Я понимаю, почему ты спрашивал об этом раньше, но какой смысл в этом сейчас, в самом конце нашего пути?

— Ты не ответила.

— Если бы я сама знала ответ на этот вопрос, то ответила бы, — я отвела глаза, словно внезапно захотелось полюбоваться мерцающим внизу в долине городом. — Но как бы то ни было, я благодарна судьбе, что встретила тебя однажды. И вовсе не потому, что ты не раз меня спасал.

Рамир будто бы и без уточнений понял, о чем я. Но ничего в ответ не сказал. Не знаю, в какой именно момент наши пальцы переплелись, и мы так и стояли просто рядом, молча, держась за руки. Я чувствовала тепло его ладони и все гадала, не в последний ли это раз…

Но возращение Вернона, и тоже, кстати, не особо радостного, все равно прервало нашу молчаливую идиллию.

— Пойду прогуляюсь, — я первой отстранилась от Рамира. И полушутливо добавила: — Постараюсь не потеряться, чтобы тебе не пришлось меня искать.

— Я же все равно найду тебя, где бы ты ни была, — прозвучало в ответ, но что-то чересчур серьезно.

Вот все бы отдала, чтобы узнать, о чем Рамир думает!

Но, увы, он пока так и оставался для меня закрытой книгой.

— Скажи мне, Сати, я хорошо выгляжу? — спросила меня Ламина первым же делом, едва я вернулась к оставленному среди деревьев экипажу. — Ужасно сложно приводить себя в порядок без зеркала!

— Хочешь предстать перед бывшим женихом во всей красе?

— Да нет же, я хочу предстать максимально уверенной в себе, чтобы Ринд воспринял мои слова всерьез. А то у меня есть сомнения, что он вообще когда-либо воспринимал меня всерьез… Впрочем, как и все… — она даже головой тряхнула, отгоняя неприятные мысли.

Тут же с бодростью спросила:

— А ты, Сати? Что ты думаешь? Ты ведь разделяешь мои намерения путешествовать после Дагрена дальше? Ведь еще целый мир нами не открыт! Наверняка удивительный и очень интересный!

Да кто ж спорит. Точно удивительный и интересный.

Но я покачала головой:

— Ты же понимаешь, я так не смогу. В этом мире меня оставят все в покое только в том случае, если я умру.

— Ну зачем же сразу умирать, — спешно возразила Ламина. — Можно же просто изобразить твою смерть.

Она принялась в очередной раз разглаживать волосы, чтобы точно ни один не смел торчать несерьезно, а я просто смотрела на нее в полнейшем ступоре и хлопая глазами.

Сама того не заметив, Ламина подсказала просто гениальнейшую идею!

Ведь если Геон и иже с ним будут считать меня мертвой, то перестанут меня преследовать! Что же касается тех тварей, которые ориентируются на мою магию, то вроде бы Рамир говорил, что есть способ ее скрыть! Или не говорил?.. Или говорил, но не он?..

В любом случае, если уже хотя бы «минус Геон» это уже будет отлично!

— Нужно срочно Рамиру сказать, — я даже Ламину за руку схватила.

— О чем? — сестра успела позабыть о своей прекрасной идее.

— О том, что необходимо инсценировать мою гибель! И если в Дагрене нас ждет засада, то тем и удачнее! Сразу можно все там и разыграть на глазах у преследователей!

Точнее, сначала нужно от и до обдумать все детали, чтобы точно сработало. Но я буквально каждой клеточкой ощущаю, что это действительно выход из ситуации!

* * *

Нам помогло то, что обратно на опушку этого небольшого леска, где переговаривались Рамир с Верноном, мы с Ламиной двинулись молча. И только благодаря этому они нас не услышали заранее.

Зато услышала я.

Не зная, какое такое предчувствие заставило меня замереть на месте и еще сестру остановить. Ламина хоть и сделала мне страшные глаза, мол, Сати, как не стыдно, подслушивать нехорошо. Но все же, к счастью, не сказала это вслух. А через мгновение и сама прислушивалась к каждому слову. Только теперь еще и закрыв рот рукой, чтобы нечаянно не ахнуть.

Мне же закрывать себе рот не надо было. Я и так была не в состоянии издать ни единого звука. Да и не до звуков тогда, когда буквально падаешь в бездну. Бездну, раскрывающуюся подо мной все больше с каждым мгновением.

— Для передачи принцессы все готово, — говорил Вернон деловито, но в то же время нервно. — Я разведал обстановку и оставил в условном месте все добытые тобой ритуальные свитки, как раз закончил перевод последнего сегодня. На восточной окраине Дагрена в заброшенной таверне надо будет переждать до полуночи. А после Саттиву заберут. Ситуация осложняется тем, что город наводнили и дагренские сыскари, и амадорские, там целая магия. Так что либо Геон, либо самолично его папаша тоже здесь. Все ждут нас. Только переиграть уже никак не получится. Портал будет создан именно в той таверне. Как только ты передашь Сати ордену, они уйдут в портал, а нам уже покидать город своими силами. Ламину я, конечно, возьму на себя, придумаю ей какое-нибудь правдоподобное объяснение, но…

Впервые за всю его спешную речь голос Вернона дрогнул:

— Ты так ничего и не скажешь?

— А что я должен сказать? — вот если бы ледяная глыба умела разговаривать, ее голос прозвучал бы именно так!

И тут уже Вернон взорвался. Хотя даже ругался он, не повышая при этом голоса:

— Рамир, да ты издеваешься⁈ Я, что, не вправе знать, какой у нас план⁈

— Ты же сам его только что озвучил. Все складывается именно так, как и должно было изначально.

— Мне казалось, многое изменилось с этого «изначально»! — буквально огрызнулся Вернон. Но так и не дождавшись ответа, на нервах продолжил:

— Ни за что не поверю, что у тебя нет какого-то плана! Что мы просто отдадим им Сати на заклание просто потому, что так было задумано! Ладно ты молчал все это время, и я попросту решил, что ты, как и всегда, обдумываешь последние детали, а после выдашь мне все наши действия. Но это «после» наступило! Оно уже сейчас, Рамир! Мы уже сейчас должны вести принцесс в этот проклятый Дагрен в проклятую таверну, чтобы одну девушку погубить, а второй я буду вынужден лгать об участи сестры до конца жизни! Так где план⁈ Где обходные пути⁈

— Слушай, что ты от меня хочешь? — Рамир стал раздражаться. — Я не собираюсь нарушать своих клятв.

— Сати ты же тоже клялся, — глухо перебил Вернон.

— Я клялся, что доставлю живой и невредимой в Дагрен. Больше я ничего ей не обещал.

С замиранием сердца я ждала продолжения разговора. Только сейчас заметила, что откуда ни возьмись на щеках слезы. И почему-то нестерпимо больно… Но еще нестерпимее хочется услышать, что Рамир опровергнет все это!

Но заговорил Вернон, отрывисто, чуть ли не выплевывая слова:

— Да не могу я в это поверить! И с самого начала не верил! Да ты же тогда на этот бал в амадорском дворце исключительно из-за нее пошел! Еще даже не зная, кто она на самом деле! И Геона ты должен был убить, но не убил, чтобы не выглядеть подлецом в ее глазах! Я же не совсем дурак, Рамир, я прекрасно вижу, как ты на нее смотришь! С самого начала нашего путешествия смотришь! И теперь ты вот так запросто обречешь ее на смерть⁈ Только потому, что магия эдарианов должна быть уничтожена⁈ Только потому, что ты, тьма тебя подери, Дракон⁈ Неужели это все по-прежнему для тебя так важно⁈

Но Рамир ничего не ответил.

Уже теряя весь запал, Вернон угрюмо пробормотал:

— Мне казалось, наше пусть и короткое путешествие изменило нас всех.

— Ты правильно сказал: тебе показалось, — и снова бездна льда…

И как ни в чем ни бывало преспокойно Рамир добавил:

— Выступаем через пятнадцать минут. И давай больше без эмоций. Ты свое дело знаешь. Я свое. Оставь все эти сантименты для Ламины. И просто лишний раз радуйся, что ей сохранят жизнь, хотя гипотетически она тоже могла бы быть угрозой.

Вернон что-то ответил, но я уже не разобрала. Как ни парадоксально, но первой отмерла именно Ламина. Сжала мою руку до боли, но и то, скорее, неосознанно. Кивнула в сторону, мол, быстрее назад.

Я поспешила за сестрой по-прежнему как оглушенная. Нет, я, конечно, никогда не идеализировала Рамира, да и какой-то подвох подозревала, но все же…

Я торопливо вытерла слезы, но никак не удавалось их унять. Ламина и сама резко всхлипнула, но уже когда мы вернулись к экипажу. Я ждала от нее «Как же так⁈ Как они могли⁈», но сестра вдруг горько усмехнулась:

— Я была не права, Сати. Не мы вчетвером против целого мира. А мы вдвоем. Всего вдвоем, — и снова всхлипнула.

Но тут же дрожащим от решимости голосом добавила:

— Надо бежать. Вот прямо сейчас бежать. И…

— Нет, — перебила я. — Нам все равно не скрыться. И сейчас у нас преимущество только в том, что они не знают о нашей осведомленности.

— Но что тогда делать? — сестра смотрела на меня во все глаза, будто я уже точно знала ответ.

— То, что ты до этого и предложила, — я все-таки уняла слезы, распрямила плечи. — Это пусть у Рамира нет плана, но у меня есть. Сделаем все так, как ты и сказала.

— То есть? — она вообще не понимала куда я клоню.

— Инсценируем смерть. И мою, и твою. Прямо там на этой заброшенной окраине Дагрена. Твоя способность создавать иллюзии, плюс достоверные разрушения для незаметного нашего исчезнование…

— У Вернона есть взрывающийся порошок! — подхватила мою мысль сестра. — Прямо здесь, в экипаже в вещах, я могу утащить достаточно, Вернон объяснял мне, как этот порошок работает. Так что после создания иллюзии можно будет эту таверну подорвать для достоверности!.. Только вот… Мы-то с тобой куда денемся?

— Я знаю куда, не переживай, все с нами будет в порядке, — я ободряюще сестре улыбнулась.

Камень телепортации для Ламины и путь в храм Эдара для меня.

Сестра окажется под защитой Нейритана, а я отправлюсь к Лезару.

Можно было бы это сделать прямо сейчас, так ведь?..

Но мне нужны гарантии, что меня не перехватят. Ни Геон, ни уж тем более Рамир. А это возможно только в случае моей гибели. Их веры в мою гибель.

Что ж, это мы и организуем.

Главное успеть продумать все детали и ни в единой не проколоться! И ничем внешне не выдать, что что-то внутри меня будто бы разбилось вдребезги, на тысячи не склеиваемых осколков…

Все-таки я изначально я была права. Рамир оказался Драконом…

Вот только не спасением для меня в итоге, а все же проклятьем.