Они провели в мастерской три дня.

Лира перерыла все книги, какие смогла найти. Элиан восстанавливал старые инструменты и варил зелья, которые могли пригодиться.

На второй день Лира наткнулась на свиток, скрытый в тайнике под верстаком. Бумага была тонкой, почти прозрачной от времени. Внутри было написано: «Тот, у кого спит дар, может пробудить его не через зелье, а через боль. Не физическую. Эмоциональную. Или через единение с другим даром. Слияние — лишь ключ. А замок — сердце».

— Элиан, — позвала она. — Взгляни.

Он подошёл, прочитал и замер.

— Значит, Слияние не только защита, — сказал он медленно. — Оно ещё и катализатор. Чем сильнее наша связь, тем сильнее твой дар.

— Что это значит?

— Это значит, что твой дар проснётся по-настоящему только тогда, когда ты перестанешь его бояться. И когда мы станем единым целым. — Он посмотрел на неё. — Не просто связанными. Настоящими.

Лира поняла, о чём он говорит. Без слов. Через связь она чувствовала его страх и надежду одновременно.

— Как нам это сделать? — спросила она.

— Не знаю. Но я чувствую, что это произойдёт не по плану. — Он взял её за руки. — Нам нужно просто доверять друг другу. Полностью.

Они стояли в полумраке мастерской, и где-то далеко, за стенами, лес шумел. Барсон сидел на верстаке и смотрел на них своими янтарными глазами.

Внезапно Лира почувствовала холод. Резкий, режущий, как нож.

— Он здесь, — сказала она.

Элиан одновременно кивнул. Через связь пришла волна тревоги.

— Выход завален, — сказал он. — Мы в ловушке.

Из расщелины, ведущей в пещеру, доносился звук шагов. Много шагов. Артан пришёл со своей армией.

Лира сжала флакон с гравировкой в кармане. «Для той, кто осмелится».

— Сегодня, — сказала она Элиану. — Сейчас. Если мы должны быть настоящими — давай.

— Ты готова? — спросил он.

— Я осмелилась, — ответила она.

Он протянул руку. Она взяла. Он сжал ее в своих объятиях так крепко, что она ощутила, как стучит ее сердце.

И когда земля задрожала от ударов, ломающих каменный вход в мастерскую, Лира закрыла глаза и нырнула вглубь себя — туда, где золото горело ярче солнца.

Она не знала, что произошло и как долго это длилось.

Но когда она открыла глаза, вход в пещеру был завален камнями. Артан и его армия исчезли. Вместо них перед Лирой и Элианом лежало поле боя — но без крови. Только следы от ботинок указывали на большое количество людей.

Они стояли в центре светящегося круга.

— Что… — прошептал Элиан.

— Я не знаю, — сказала Лира. — Но я чувствую, что это было не я одна.

Через связь она ощутила его изумление и радость.

— Твой дар, — сказал он. — Он соединился с моей алхимией. Мы создали барьер. Временный, но он сдержал их.

— Надолго?

— Не больше часа. — Элиан посмотрел на неё. — Но мы теперь знаем: вместе мы сильнее.

Лира улыбнулась. Впервые она не боялась.

— Тогда идём, — сказала она. — Мы вернёмся в храм и добьём его. По-настоящему.

Элиан кивнул. Барсон спрыгнул с верстака, потёрся о их ноги и пошёл к выходу из мастерской — через чёрный ход, о котором знал только кот.

Они последовали за ним.