Объединённая армия Империи снова отправлялась в поход. Более ста двадцати тысяч воинов выступали в сторону столицы Шадда.

За время осады Махен-Тира мы смогли возместить значительную часть прошлых потерь. Из Рега нам присылали не только усиленное снабжение. Приходили рекрутские пополнения с территории Империи. В основном это были новобранцы, прошедшие минимальную подготовку. Однако свежая кровь отлично вольется в уже хорошо сложенные подразделения.

Кроме того, оправились и окончательно восстановили силы многие раненые. Лагерь у моста Гигеса практически опустел. Значительная часть находившихся там легионеров вернулась в свои когорты. Те, кто лишился конечностей отправились на территорию Империи. Сам же лагерь перешёл под охрану вексилляция из легиона Аланиуса Церта. Для мастера над шпионами было важно контролировать мост как одну из ключевых переправ через реку Айрат.

Каждый из Имперских стратегов оставлял в Махен-Тире небольшой контингент для осады храма-цитадели и контроля над городом.

Лично из своих сил я выделил:

3 Когорты копейщиков ауксилии

1 Когорта защищённых велитов ауксилии

1 Центурия вольнонаемных пращников

3 Центурии наемных пеших сагиттариев

1 Центурия арбалетчиков ти-шадайского образца

1 Ала конной ауксилии Венелов

Наемные подавители 5

Отборные подавители 4

6 скорпионов

26 стационарных арбалетов

Всё это были вполне боеспособные войска, пускай и далеко не элита. Без них мощь моей армии не особенно снизится, однако в обороне они способны дать бой даже вполне серьёзному врагу.

Сандис и Октан Мерцин оставили где-то по полторы тысячи воинов. Тоже в основном ауксилии. Две сотни выделил Петрий, контингент которого уступал остальным по численности.

Я оставил в городе побольше войск, чтобы переложить на них заботу о значительной части пленников. Некоторых шаддинцев разместили в бывшем осадном лагере, других привлекли к разборам завалов на улицах Махен-Тира.

Благодаря щедрости Сената в вопросах снабжения, можно было позволить выделить часть ресурсов на поддержание жизни пленных, не ставя под угрозу пайки легионеров.

Ещё одной важной причиной оставить в Махен-Тире хороший гарнизон являлась его стратегическая важность в нашем походе, а также наличие рядом войск противника. Ниже по течению Айрата находилась крепость Сидаста. Она была возведена чтобы защищать шаддинский анклав на в западном берегу реки. Там оседлые шаддинцы возделывали плодородные земли под носом у родственных кочевых племён.

По нашей информации в крепости сейчас находился гарнизон численностью около двух тысяч пехотинцев. Получив подкрепление от кочевников, они могли попытаться подняться по течению Айрата и оспорить наш контроль над Махен-Тиром. Подобный удар с серьёзным образом угрожал нашему снабжению. Именно поэтому мы не скупились на воинов, формируя свой гарнизон Махен-Тира.

Когорте велитов ауксилии, которую я оставлял в городе, передали остатки трофеев, захваченных во время осады. Благодаря броне и шлемам подразделение можно было перевести в новый статус. Теперь это была когорта защищённых велитов. Легионерами они, конечно, не стали. Не хватало подготовки. Но как гарнизон укреплённого города должны быть вполне эффективны.

В итоге Махен-Тир будет удерживать контингент более чем в 6.000 воинов. Ощущение, что гарнизон у нас получился даже более боеспособным, чем тот который мы выбили из города.

Был соблазн опять поручить оборону изолированного анклава Таркусу Дарену. В конце концов он на этом собаку съел. Однако сейчас Таркус играл слишком важную роль в походе, чтобы отделять его от основной армии.

Для управления гарнизоном был выбран ветеран из числа превенторов Двадцать Первого легиона. Плюс я использовал на городе способность Святая Земля. Смогу управлять гарнизоном на расстоянии.

— Поскорее бы увидеть столицу козолупов и первый раз долбануть по ней из онагра! — вслух мечтал Петрий.

Его замыслы уже не казались наивной фантазией, учитывая насколько крепко мы вцепились в Шаддинское царство. Держава Ксериона внезапно восстала из праха словно феникс и казалось, что никто не способен её сокрушить. Однако история много раз доказывала свою непредсказуемость. Поднявшись на практически недосягаемую высоту шаддинское солнце рухнуло. Теперь оставалось понять разобьётся ли оно вдребезги или песок смягчит падение.

На последнем совещании стратегов перед маршем был выработан новый маршрут нашего продвижения. Следующим пунктом должен был стать город Ри-Нагат. Это поселение заметно меньше Махен-Тира. Ри-Нагат располагался ближе к Айту чем к Айрату. Это был не торговый хаб, а обычный сельскохозяйственный центр. Уже от Ри-Нагата мы направимся прямиком к текущей столице Шадда — Садестану.

Ри-Гоменер, бывшую столицу Восточного царства, сейчас осаждать не будем. Храмовые кварталы города — огромная крепость. Сам же Ри-Гоменер долгие годы стоял полузаброшенным. Ирригационные каналы вокруг него иссохли. Сельское хозяйство пришло в упадок. Ввести осаду в подобных условиях неразумно. Плюс гарнизон города, объявленного священным, состоял из зилотов. Обычных горожан внутри не осталось. Измором или запугиванием такой гарнизон не взять. Нафиг подобное осаждать, когда имеет альтернативный маршрут.

Пока мы заканчивали последние дела у Махен-Тира, пришли ответы на мои письма, обращённые к Багровому Кругу, Фальвусу Нементилу и сенаторам. Практически все они ответили согласием на предложение забрать у меня часть шаддинских пленных.

Маги предлагали оплату золотом, серебром и провизией. Последняя, вероятно, будет доставляться из супер-плодородных земель Севера, расположенных около Древа Жизни.

Фальвус прислал очень длинное и эмоциональное письмо, в котором описывал все тяготы своего бедственного положения. Денег нет, корабли ломаются, долгоносик пожрал хмель. Как же! Верим! В итоге он предлагал своего рода бартер. Менять шаддинцев на наемников, бывших гладиаторов и рекрутов, имевших перед ним просроченные долговые обязательства. Пленных на войска. Меня такой вариант бартера более чем устраивал.

Вероятно, Фальвус после окончания сулимского Большого Турнира присвоил себе слишком много наемников, а сейчас они простаивали и флотоводец решил их перепродать. Куплю с удовольствием.

От сенаторов тоже поступило несколько предложений по бартеру. Пленных предлагалось менять на скот, вино, пиво, а также безлюдные или малолюдные поместья, примыкающие к Лимесу Север. Последнее звучало как крутая инвестиция в будущее. Уверен, с наступлением мира, территории, примыкающие к Северу начнут процветать. Только вот есть ли смысл инвестировать в будущее, когда лично для меня оно столь туманно?

Ладно. Парочку поместий можно взять, а остальных пленных поменяю на ценности, провизию и подкрепления.

Как только легионы начали продвижение вглубь Шадда, в дальние рейды отправилась воздушная и конная разведки. Первая выискивала потенциальные серьезные угрозы. Вторая проверяла маршрут на предмет мелких пакостей.

От реки Айрат мы вступали на более засушливые внутренние регионы Долины Двух Рассветов. Так шаддинцы называли колыбель своей цивилизации.

Сандису в качестве подкрепления прислали ещё парочку грифонов. Интересно, почему ему, а не мне? Надо будет написать своим союзникам в Сенате насчёт этого.

После всех потерь и пополнений, включая присоединение нового легиона покойного Нималексиса, численность моих войск превысила 47 тысяч. Это даже больше, чем было изначально. Сандис и Октан Мерцин тоже от недостатка воинов больше не страдали. Разве что вместо Нималексиса Царона четвертым имперским стратегом при нас был Петрий, у которого сейчас насчитывалось чуть больше двенадцати тысяч. Общая же численность армии, не учитывая гарнизона Махен-Тира, достигла значения в более чем сто тридцать шесть тысяч!

По-настоящему огромное войско. Особенно, учитывая высокое качество личного состава. Мы вели в бой отнюдь не толпу перепуганных крестьян. Лучше сыны Рега шагали на решающую битву.

Первый день марша прошел ожидаемо спокойно и без контактов с противником. По сути мы двигались через уже многократно разведанные земли. Центурии эксплораторов и конница легионов хорошо здесь постарались пока основная армия осаждала Махен-Тир.

Колонны легионов шли параллельно по нескольким дорогам. Кавалерия топтала высохшие без заботы крестьян поля. Обозы растянулись на десятки километров.

Я наблюдал за походом войск уже, кажется, в тысячный раз. От первых моих маневров на Севере до текущего момента. Впрочем, масштаб наблюдаемых мной передвижений войск рос из раза в раз. Больше когорт и отдельных центурий, кавалерийских ал и турм. Выше столбы пыли, пытающиеся дотянуться до самых небес.

— Махен-Тир пощадил нас, а мы пощадили его. Так вот вышло, — задумчиво произнес Поций, когда мы с ним ехали рядом параллельно шагающим центуриям Двадцать Первого.

— Не очень-то он пытался нас щадить, — усмехнулся я, кивнув Орине, которая вместе с Ноцием и Милен уехала чуть вперёд. — Шаддинцы дрались упорно. Особенно учитывая, что это были простые копейщики и ополченцы.

— Я не про людей, Михаир, — возразил военный трибун. — А про город… как там говорят философы… О! Абстрактно! Когда я увидел стены Махен-Тира, то думал, этот городок попьёт нам кровушки. Обошлось. Всегда приятно так ошибаться. Я это ощущение ещё мальчишкой помню. Выходишь с постоялого двора или лупанария после скандала, смотришь на ночное небо и улыбаешься. Думал, отмудохают, но обошлось! Вот сейчас похожее ощущение.

— Думаю, Садестан нас так не пожалеет.

— Столица она на то столица. Понятно, что мятежники бросят на её защиту все силы. Всё что осталось. Ещё битва до осады будет?

— Полагаю, этого пока не знает даже сам Ксерион.

— Чтобы ему пусто было! — добавил Поций.

— Судя по донесениям агентов Церта и других наших мастеров шпионажа, враг собирает у столицы новую армию.

— Третью подряд… — с досадой сплюнул Поций. — Расплодилось же этих козолюбов на нашу голову. Воюем, воюем, а они никак не заканчиваются.

— Заканчиваются, — возразил я. — Не так быстро, как нам хотелось бы, но заканчиваются. В степях против нас были лучшие из лучших. Пришлось тяжко, но мы победили. Нанесли им серьёзные потери. Потом недалеко от Махен-Тира была армия, наскоро собранная из местных гарнизонов и ополчения. Они просто пытались выиграть время. Теперь Ксерион, пользуясь этим самым временем, собирает армию последней надежды.

Судя по донесениям шаддинцы пытались поставить под копьё всех, кого только могли. Конечно, прежде всего, Ксерион собирал уже обученных воинов. Подкрепления приходили из степных племён и Сейда. Последние были особенно ценны. Сейд среди регионов Шадда пострадал от войны меньше всего. Теперь же Ксерион и его жрецы выгребали оттуда практически всю доступную пехоту.

В древней столице Шадда Ри-Гоменере Ксерион лично посвящал зилотов и особенно отличившихся воинов в новые фидаины. А мы только-только перебили старых…

Экономика Шадда, насколько это позволял уровень развития общества, перешла на военные рельсы. Отряды вооружённых зилотов разгуливали по городам и крупным селениям. Они врывались в дома торговцев, ремесленников и просто богатых людей. Проводили проверки на «преданность». Иначе говоря занимались конфискациями ресурсов, которые были остро необходимы Шадду. Либо идёшь воевать сам, либо сдавай почти все железо, золото, серебро, а также излишки провизии. Дошло даже до того, что некоторые шаддинцы якобы с теплотой вспоминали времена правления имперцев.

Жесткие меры? Да. Впрочем, ничего удивительного. Крайне редко власти добровольно сдаются, уступая свои территории врагу. Пока остаются верные люди и хоть какие-то ресурсы, правитель будет бороться за власть. Собирать армии предпоследней, последней, самой последней и так далее надежд. Потом партизанить или создавать правительство в изгнании, ожидая шанса вернуться на престол.

— Он либо встретит нас в поле сразу, либо подождёт пока осадим столицу и ударит тогда, — рассуждал Поций, стараясь предугадать стратегию Ксериона.

— Эти варианты наиболее вероятны, — согласился я. — Раньше поставил бы на первый. Ксерион отличается храбростью и стремлением перехватить инициативу. Однако прошлый раз именно эти качества его подвели. Царь царей мог сделать выводы.

— Царь царей, — хмыкнул трибун. — Ох уж это варварское тщеславие. Интересно, а царь царей царей у них уже был или все впереди?

— Не ко мне вопрос.

День похода, несколько отдыхов в тени переносных навесов, подготовка лагеря, отбой, побудка. Замкнутый круг перемещения легионов в пространстве. Пока что нагрузки даже не снижали боевого духа воинов. Большинство из них были матёрыми ветеранами, которым приходилось маршировать в куда более тяжёлых условиях.

К третьему дню марша на расстоянии 20–30 км от имперской армии появились малочисленные конные отряды шаддинцев. В основном легкие саваран, кочевники и зилоты, передвигающиеся верхом. Атаковать они практически не пытались. Занимались разведкой, иногда преследуя эксплораторов.

Грифоны и наша кавалерия, управляемая Октаном Мерцином быстро объяснили им, что наглеть не надо. После почти полусотни убитых, вражеское присутствие сошло на нет.

Вообще, по ощущениям, последние действия шаддинцев уже заметно так пованивали отчаянием. К примеру, по пути до Ри-Нагата нам начали часто попадаться уцелевшие поля, рощи и даже амбары с зерном. Если раньше врагу удавалось последовательно проводить политику выжженной земли, то сейчас будто бы у некоторых людей Востока просто опустились руки. Словно многие из них задали себе вопрос: «А какой смысл рисковать жизнью ради мелких гадостей, если снабжение врага через степь налажено, а ключевые крепости захвачены?»

Это ещё была не капитуляция, но тенденция прослеживалась.

Впрочем, я не питал надежды, что весь Шадд нам легко покориться, стоит только ещё раз одержать грандиозную победу над Ксерионом. Останутся фанатики, кочевники, просто разбойники, которые станут грабить под знамёнами освободительной борьбы. Однако многие уже устали от горестей войны.

До Ри-Нагата мы добрались на удивление быстро, просто и практически без потерь. Шаддинцы устраивали мелкие гадости, но те практически не замедляли марша. Военная машина Империи в лице нашей армии разогналась на полную мощность.

Уничтожен мост? На быстрых, отдохнувших после ночи лошадях приедут специальные повозки с инженерами и разборными конструкциями. Ещё до подхода легионов будет возведён временный мост.

Проблемы с водой? Нет рек поблизости? Другие бригады пойдут на опережение, очистят засыпанные колодцы или выкопают новые.

Рельеф местности и климат тоже играли нам на руку. Суховато, жарковато, но в остальном просто идеально. Ни густых лесов, ни болот, ни высоких гор.

В итоге, не сбавляя темпа ни на день, военная машина Империи проложила себе путь до Ри-Нагата.

Город оказался заметно меньше Махен-Тира, но к осаде подготовился лучше. Судя по всему мирных жителей внутри не осталось. Только гарнизон. Половина его состояла из хорошо подготовленных воинов, а другая из местных ополченцев. Разумный подход. Первые обладают выучкой и боевой подготовкой, а вторые отлично знают свой город.

Ри-Нагат был окружён сложной системой ирригационных сооружений. Сейчас часть из каналов специально перекрыли, создав вокруг города даже не просто ров, а целое болото. Притопленная долина. Впрочем, инструменты и руки наших мастеров быстро исправят подобную проблему, а жаркое солнце уберёт лишнюю воду.

Что касается самого города…

У меня возникла интересная идея. Благодаря новому дару Нэл я мог повреждать стены, выращивая деревья. Однако сами лесные насаждения тоже были своего рода препятствием. Быстро через пролом в город не зайдёшь.

Но…

Ар-Арамиа, как чародейка, долго сотрудничавшая с Хрустальной Гробницей, была обучена одному их интересному заклинанию.

Методы победоносной войны: сожжение крепости и корабля.

Пожары всегда были могущественным инструментом в руках полководца, однако сырость древесины и меры против поджогов часто мешают замыслам диверсантов. Данное заклинание создано для просушки древа на расстоянии, а также усугубления пожара.

Объем расхода: до 1971.

Эффекты:

— на расстоянии до 45 м вызывает иссушение дерева или соломы в кубе с ребром в 5 м или эквивалентном объеме иной формы. Ускоряет горение на 78% в течение 54 минут. Живые существа, попавшие под эффект заклинания, могут получить незначительные ранения и испытывать ужас с потерей морали около 324 единиц.

Подобное умел ещё давно покойный Те-Увэй. Я, вроде бы, использовал эту его способность в нескольких диверсиях на Севере. Теперь же возникает новая идея для применения огнеопасного заклинания.

Вырастить лес под стенами, разрушить каменную кладку, высушить лес и поджечь…

Если все сработает так, как рисует мне фантазия, этот город мы сможем взять ещё быстрее чем Махен-Тир.