Военные лагеря вокруг Махен-Тира частично сворачивались. Инженеры и легионеры забирали самые ценные ресурсы, чтобы использовать их во время новых осад. Прежде всего речь шла о хорошо обработанной древесине. Не сомневаюсь, что шаддицы уже успели вырубить и сжечь леса вокруг своей столицы. Пускай Махен-Тир пал достаточно быстро, однако какое-то количество времени он сумел выиграть. Дал врагу возможности подготовиться к одному из решающих боёв Восточной кампании.

Закончив раздавать вечерние приказы и распределять посты, я решил глянуть чем одарила своего смертного служителя моя возлюбленная богиня. Хоть какая-то компенсация за дополнительную мороку в виде тысяч пленных.

Во-первых, количество доступных мне божественных воззваний увеличилось с 12 до 14. Уже хорошо.

Во-вторых, появилась новая способность:

Чудо пробуждения леса

Благостная сила нисходит на выбранную область, пробуждая к жизни растения и давая им возможность за считанные минуты пройти путь от ростка до взрослого дерева. Срабатывает при наличии хоть сколько-нибудь подходящей почвы. Чем лучше условия, тем быстрее и выше растет лес.

Расходуется 4 воззвания

Эффекты:

— радиус пробуждения леса 8–10 метров.

— время роста 4,2–12,8 секунд.

— вес биомассы живых деревьев 10–40 тонн.

Хааааа!

Только пожаловался на потенциальный дефицит древесины, как получил соответствующий навык. Впрочем, долго потешаться над подарком Нэл я не стал. В голове сразу же начали перебираться различные варианты использования подобной способности.

Казалось бы, быстрое выращивание деревьев. Это не взрыв, не метеорит и не призыв какого-нибудь чудовища. Чем эта штука может помочь в бою?

Во-первых, такая способность позволяет менять ландшафт за считанные секунды. Например, можно прикрыть уязвимые отряды от натиска кавалерии или обстрела.

Во-вторых, дополнительная древесина во время осад. Иногда это, действительно, может помочь. Особенно если приходится долго и мучительно проламывать оборону врага.

В-третьих… а можно ли, например, кастануть этот буйный рост прямо под крепостную стену? Все знают приколы про одуванчики ломающие бетон и асфальт. Если эта штука работает как стенолом, то её полезность сложно переоценить.

В-четвёртых, подобным чудом убить тоже можно. Допустим, вражеская пехота набьётся в какой-нибудь узкий коридор типа улицы осаждаемого города. Или же их возьмут в окружение несколько наших отрядов, заставляя противников теснить друг друга. Кинуть пробуждение леса в центр подобной толпы и косточки затрещат.

Добрейшей души я человек, конечно. Избранный богиней милосердия.

Впрочем, с другой стороны, все познается в сравнении. Легко быть милосердным, когда тебе это почти ничего не стоит. Подать нищим на улице или, если говорить о моём прошлом мире, отправить какой-нибудь донат на приют для животных. Мне же здесь приходится выбирать между массовыми казнями и дополнительной нагрузкой на своих воинов, которым и так сейчас приходится очень тяжело.

Прежде, чем отправиться спать, я надиктовал несколько писем. Они были обращены к Фальвусу, магам Багрового Круга и сенаторам Рега. В этих письмах я как бы невзначай интересовался не хотят ли уважаемые господа приобрести у меня тысячу-другую пленных с самовывозом. Готов сделать скидку, если народ купят не для перепродажи в рабы, а чтобы просто расстелить на пустующих землях. Следовало проявить ещё немного милосердия. А то вдруг Нэл лишит меня части бонусов за слишком активную работорговлю.

Темнота быстро опустилась на захваченный город. Но в этот раз мрак не сотрясали жуткие вопли лярв и других монстров. Сандис посадил своих чудовищ обратно на цепь до следующего раза.

В нескольких местах города ещё тлели пожары, однако очаги возгораний удалось локализовать.

Несколько десятков крупных отрядов легионеров с фонарями патрулировали улицы, особенно заваленные трупами. Подавители не давали монстрам добраться до мертвечины, а нежити подняться из гор растерзанных тел. Венаторы проводили простейшие обряды очищения. Также я направил туда шаддинского жреца-перебежчика Ицибала. Он тоже мог совершать погребальные ритуалы, защищающие мёртвых от опасности.

Слышал я среди уроженцев Лимеса Север поговороку: чем спокойнее мёртвым, тем спокойнее живым. Полностью согласен.

У меня даже возникла мысль самому ходить и отпускать тени умерших. Однако их было очень много, а у меня найдутся другие дела. Поэтому мы действовали более традиционными способами.

Группы шаддинцев, отобранных из сдавшихся, горожан собирали мёртвые тела в нескольких десятках деревянных домов. Мы расчистим место вокруг них, а затем превратим эти задания погребальные костры.

Наконец оставив координацию этих процессов на центурионах, я мог оказаться в кровати. Пару минут мы с Ориной молча лежали в объятиях друг друга. Я держал девушку за руку, чувствуя нежную прохладу её пальцев.

— Мерзнешь?

— Устала. Не телом, а скорее душой. Закрываю глаза и вижу городскую застройку в прицеле онагра или баллисты.

— Слишком долго стреляла. Образ отпечатался. Ничего. Время постепенно сотрёт его. Давай спать.

И мы потихоньку погрузились блаженное небытие. Всё время забываю какой из имперских богов отвечает за сон. Кажется его зовут на букву Л или М. На самом деле в Империи сотни основных и тысячи малых богов. Ума не приложу как местные держат всех имена в голове, чтобы призывать на помощь в нужный момент.

На этот раз мне снилось нечто сумбурное. Пылающие города, смерчи пыли и пепла, резня в узких коридорах улиц. Сложно сказать какую природу имел этот сон. Возможно, мне были открытые образы будущего. Или же мозг просто обрабатывал события последних дней.

Куда более интересные вещи рассказала мне Орина, как мы проснулись.

— Мне снился Канртег, — сообщила девушка. — Уже даже не первый раз.

— Как считаешь, это был просто сон или скорее видение?

Орина задумалась. Предыдущий опыт научил меня, что в этом мире к снам стоит относится внимательно. Они редко дают четкую картину будущего или настоящего, но какие-то отдельные моменты уловить можно.

— Давай я расскажу и ты решишь, — предложила северянка. — Мне снилось, что я вижу город сверху. Огромные зиккураты, башни, статуи. Канртег заключён в кольцо мрака. Вокруг него не вода, а темнота. И там во мраке тысячи теней. Будто бы армия, построившаяся для боя.

Хм…

Это похоже скорее на видение, чем на обычный сон. Я не рассказывал Орине подробности про свое путешествие в прошлое Канртега. Однако она интуитивно уловила наличие армии призраков, которые стали проклятием древнего города.

— Это всё или ещё что-то?

— Город был пуст… Мне сначала так показалось. Затем я увидела в стенах и статуях какие-то фигуры. Образы древних существ. Они двигались, будто танцевали. А после над городом зажглось… не солнце. Это было что-то другое. Как огненный шар или огромный глаз из пламени.

Око Эагиса? Думаю, это было именно оно.

— На город начал литься поток света. Тьма вокруг отступала. Те фигуры в стенах будто стали живыми. Всё. Больше ничего не помню.

— Спасибо, что поделилась. Если будет ещё подобный сон, обязательно рассказывай.

— Думаешь, это важно?

— Да.

Только что это всё может значить? Неужели, Ксигон попытается с помощью Ока Эагиса уничтожить проклятие Канртега? Возродить древний город кровавых алтарей во всём его мрачном великолепии. Не удивлюсь если так.

Временно задвинув тревожные мысли куда подальше, следующие несколько часов мы предавались любовным ласкам. Это ощущалось мной не как роскошь. Скорее воспринималось необходимостью для поддержания ментального здоровья.

Эмоциональная разрядка после нескольких дней напряженной работы.

Хотя на стратегов часто ложилось меньше физической нагрузки чем на обычных воинов, чтобы армия функционировала эффективно нам приходилось вникать во множество самых различных вопросов.

Налаживай снабжение, введи переговоры с коллегами, занимайся политикой, распределяй дозоры, планируй марши, отправляй разведку на поиски засад, контролируй установку артиллерийских позиций, а когда придёт время вынимай меч из ножен. При такой нагрузке даже помощь системы не защищает мозги от закипания.

Закончив с любовными утехами, мы отправились в поверженный город. Надо было испытать мои новые способности. Тем более, что имелась хорошая цель для этого. Храм-цитадель, где всё ещё продолжали держать оборону остатки гарнизона Махен-Тира.

По дороге я выслушал отчёт Клестуса о трофеях. К сожалению гарнизон Махен-Тира успел избавиться от многих серьёзных орудий. Артиллерийский парк города был по большей части уничтожен. Однако нам досталось 12 скорпионов и 56 стационарных арбалетов. Часть пойдёт на укрепление легионов, а некоторые мы оставим для отряда, который будет держать блокаду храма-цитадели.

В плане оружия и доспехов добыча была небогатой. Основную часть вражеских потерь составляли ополченцы. Лучше воины заперлись в храме-цитадели.

Когда-то давным-давно на Севере я радовался каждой задрипанной кольчужке для Двадцать Первого. Теперь же мы воротили нос от сотен комплектов простенького снаряжения. Большую часть подобных трофеев передали легионерам Петрия. А он внезапно отблагодарил нас несколькими килограммами чистого золота.

Его люди таки нашли какой-то клад в подземельях под городом. Я думал, что слух про сокровища распустил Сандис, желая поиздеваться над Петрием. Но, видимо, раз в год и палка стреляет.

В сопровождении телохранителей, Ноция и Милен, мы добрались до одной из центральных улиц города. Над Махен-Тиром уже поднимался густой дым. Некоторые дома, ставшие погребальными кострами, вовсю пылали.

— На каком расстоянии ты можешь применять эти божественные дары? — спросила меня Орина.

— Чудо исцеления только вблизи. Благословенный туман создаётся вокруг меня. А вот две другие почти не имеют ограничений на дистанцию применения. Любое место, которое я ясно вижу через своих воинов. Поэтому вплотную к цитадели нам подходить не обязательно. Обзор есть и я начинаю.

Тестовое применение чуда пробуждения леса — эксперимент номер один.

Оказалось, что я могу сам выбирать форму области действия способности. Главное, что она должна быть непрерывна. Кроме этого, не получалось стягивать её уже полуметра. А так хоть спиралью деревья поднимай.

Храм-цитадель представлял собой старинную шаддинскую монументальную архитектуру времён древнего царства. Исполинских булыжников здесь не пожалели. Подобное здание вряд ли легко сломается даже с помощью волшебного леса. Ладно. Мне сейчас главное провести испытание новой способности.

Раз, два, три… елочка гори! А точнее… Расти!

Нацелив способность на угол одной из стен, я отдал мысленный приказ. Несколько секунд ничего не происходило. Лишь можно было наблюдать изумрудно-зеленоватое свечение, охватившее зону действия способности. Затем мостовая перед стеной начала бурлить. Между плит поднимались ростки. Стебли, которые тянулись вверх. Удивительное зрелище. Их нежная зеленая структура быстро наливалась соком, а затем грубела и деревенела. То, что секунду назад было тонкими ростками, стремительно превращалось в стволы молодых деревьев.

Зелёные насаждения вскрыли мостовую и начали тянуться вверх. Затем я заметил трещины на самой стене храм. Сквозь неё тоже пытались пробиться растения. Древние камни боролись с новой жизнью. Последняя потихоньку побеждала, но до полного триумфа было далеко.

В итоге за почти тринадцать секунд применения способности результаты были такими:

Около тридцати плотно стоящих деревьев местных пород проросли из-под мостовой, вымахав до пятнадцати-двадцати метров. Стена храма покрылась сетью трещин. Из неё выпало несколько крупных обломков. Внутри трещин можно было заметить извилистые и кривые побеги, которым так и не удалось пробиться к солнцу.

Хм…

Неплохо. Если бы это была обычная крепостная стена, то растения вполне справились бы с её демонтажом. Впрочем, открытого пролома тоже бы не получилось. Сами деревья плюс обломки стены загораживали бы проход. Однако это всё равно лучше чем монолитная стена. Интересно, а что если повторить способность по тому же месту? Начнут расти новые деревья или текущие получат дополнительный импульс?

Тестовое применение чуда пробуждения леса — эксперимент номер два.

Я постарался максимально повторить зону действия первого закаста. Вроде как получилось. И снова зеленоватое свечение. Теперь оно охватило не только землю, мостовую и стены, но и уже выросшие растения.

«Они снова шевелятся!» — произнесла Орина, наблюдавшая за действом через режим стратега.

Результат эксперимента номер два: повторное применение способности не создаёт новые растения, а стимулирует рост уже призванных.

Приблизив обзор я услышал треск ломающейся коры. Деревья сбрасывали ставшие тесными одежды. Стволы становились шире, могучие ветви поднимались все выше. Также всё выше лезли трещины по стене храма-цитадели. Растения внутри каменной кладки снова начали ломать её, пытаясь пробиться к солнцу. На этот раз у многих получалось. Из трещин полезли ветви. На них раскрывались свежие зелёные листья и даже цветы. Затем ветви крепли, становились шире, продолжая ломать древние камни.

Обломки весом должно быть сотни килограмм отваливались от стены. Второе применение способности оказалось куда успешнее первого. Пускай здание было слишком большим, чтобы рухнуть целиком, но часть его конструкции заметно ослабла.

Обычные деревья на первом плане вымыхали метров до двадцати пяти или даже тридцати. Их толстенные стволы теперь были достойны столетних дубов. Вау. Если после увольнения из армии будет срочно нужен источник дохода, то смогу для имперского флота быстро выращивать мачтовые сосны и прочие важные древесные ресурсы.

Кастануть третий раз? А почему бы и нет.

Тестовое применение чуда пробуждения леса — эксперимент номер три.

Теперь я постараюсь половиной зоны эффекта способности накрыть уже выросший лес, а другой половиной повлиять на ещё нетронутую часть стены.

Раз, два, три… ёлочка расти.

Зеленоватое свечение, треск камней, опадающая с деревьев кора. На этот раз уже вымахавшие «вековые» здоровяки почти не подросли. Прибавили максимум метр-другой. Однако их кроны ветвились, смыкались, переплетались между собой. В промежутках больших деревьев появился густой кустарник.

Фрагмент улицы, куда я трижды кастовал способность напоминал чудом телепортированный сюда кусочек густой лесной чащи.

За творящимся перформансом уже наблюдала значительная часть города. Легионеры, сдавшиеся шаддинцы, ауксилия и наемники. Многие для этого специально забирались на крыше домов, стены или башни. В глаза людей читалось восхищение. Исключением были защитники храма-цитадели. Они за моими ботаническими экспериментами наблюдали с нескрываемой тревогой. Занимали места на самых высоких и неприступных башнях. Мораль у них неплохо так просела.

Трещин на стене стало ещё больше. Раздался протяжный стон терзаемого растениями камнем. Огромный фрагмент колоссальной стены рассыпался на обломки. Сквозь силуэты деревьев и сплетённые ветви можно было заметить уходящий внутрь пролом. Сложно пока оценить его размеры. Рваться туда пехотой тоже нет смысла. Слишком рискованно. Для противника не составит труда изолировать те помещения или даже устроить ловушку.

Радовал сам факт. Тремя использованиями новой способности я сумел сокрушить толстенную каменную кладку. Метро шесть или семь мощных блоков. Растения без триумфа, но справились. А уж стенку потоньше им разобрать будет легко.

После шоу с озеленением, собрался очередной совет стратегов. Мы обсуждали дальнейшие перспективы кампании.

Завоевание Востока продолжалось. После падения Махен-Тира для нас открылся путь на столицу Шаддинского царства. И мы пройдем по этой дороге, даже если придётся устилать её трупами врагов…