Обычно фейерверки устраивают после наступления темноты. Так их лучше видно. Однако около Древа Жизни всегда было светло и волшебники решили запускать свои салюты каждые полчаса.

Зеленые, золотые и фиолетовые фонтаны искр раскрывались над Оугторном. Широкие мощеные светло-серым камнем проспекты города заполнили люди. Сегодня праздновали не только чародеи. Обычный люд радостной гурьбой высыпал на улицы. Учитывая, насколько просторно был застроен город, народ не образовывал слишком плотных толп. Люди бродили по улицам тематическими процессиями.

Зелеными ручьями струились по проспектам колонны северян-паломников. Каждый из них нес несколько свежих ветвей или венок из полевых цветов. Процессии верующих в новую богиню то объединялись, то снова расходились, следуя от одного перекрестка к другому.

Отдельно от северян держались выходцы из других стран. Здесь были сулимцы, канртегцы и какие-то представители восточных народов. Бывшие рабы, которых чародеи выкупили для заселения своих новых территорий. По их лицам и показателем морали я мог понять, что эти люди сейчас были по-настоящему счастливы.

Кроме них и северян здесь ещё присутствовали гости, приплывшие по морю для торговли. Выходцы с Терионы, имперцы, ти-шадайцы. Они с удивлением наблюдали за всем происходящим. Уверен, каждый из них привезёт в свои родные страны множество историй про это необычное место.

На перекрестках широких проспектов, в скверах и около зданий магических коллегий были размещены длинные столы, ломящиеся от угощений. Фрукты, ягоды, мясные и рыбные закуски, десерты и деликатесы. Всего здесь было необычайно много, что подчеркивало изобилие волшебного города.

Мы с Ноцием, Ориной, Арамией и Милен шли по центральной улице Оугторна в сопровождении нескольких адептов Багрового Круга. Магов-новичков, которых я помнил ещё с Сулимского Турнира.

— Мы пока даже не можем подсчитать сколько в городе сейчас людей, — произнес молодой, высокий адепт. — О Великое Пламя, я хотел посвятить свою жизнь поиску знаний и разгадкам внеземных тайн, а уже который месяц приходится трудиться словно ти-шадайский или имперский бюрократ. Я был вынужден делить и размечать земельные участки!

А то ли ещё будет, брат! Не хотелось его огорчать, но Оугторн сейчас явно переживает самое начало своего расцвета. Пока никакой особой перенаселенности нет. А вот что здесь будет лет этак через двадцать… Людей больше, жалоб кратно больше, территориальные споры жестче.

— Азард же собирается дать обычным людям самоуправление, — ответила на нытье волшебника Орина. — Это снимет с вас подобные обязанности.

— Очень надеюсь! Я думал, что турнир станет исключением, а меня опять заставляют быть чиновником.

— Это место… такое… другое! — в голосе Милен звучало неподдельное восхищение.

Медуза оглядывалась по сторонам, а глаза ее блестели от радости и восторга. Ну ещё бы! До этого она, так скажем, наблюдала не самые приятные моменты из жизни людей. Сражения, марши, казни пленных. А теперь Милен из всего этого ужаса попала в полную противоположность суровых условий войны. Вокруг нас беззаботные радостные люди, никакого кровопролития, все живы-здоровы.

Может быть, оставить её здесь? Под властью чародеев люди будут спокойно относиться ко всяким проявлениям магии. Даже медуза сможет найти здесь своё место. Тут среди обычных смертных может разгуливать даже гораздо более опасное и кровожадное существо чем медуза — триумвир Михаир Лиардиан. Уже даже не помню когда ходил по городам с таким небольшим сопровождением. Все последние годы я перемещаюсь минимум с десятком легионеров, а чаще с половиной центурии.

— Нэлла, Нэлла, Нэлла! — скандировала идущая мимо нас колонна жителей Лесного Края.

Похоже, у местных появилась своя версия имени благой богини. Возможно, дело в разнице между языками или же самоназначенным пророкам просто показалось, что короткое имя Нэл звучит слишком несолидно для подательницы жизни. Ладно. Нэлла так Нэлла. Пояснять за канон я северянам не собираюсь. Хотя есть некоторый соблазн написать краткую брошюру на тему кризиса Порчи. Выдать свою точку зрения на приключившийся здец.

— Слався Нэлла, спасительница Мира и утешительница предков! Вечно голосу твоему звучать в наших снах, Златовласая! — доносилось со стороны другой процессии.

— А кто такая эта Нэлла? — спросила Милен. — Кажется, её здесь очень любят.

— Твоя тетя по материнской линии, — ответил я, а затем указал на Ноция. — И мама вот этого молодого человека. Мы тебе разве не рассказывали?

Рассказывали мельком, но одно дело слова, а другое — созерцать толпы благодарных людей, скандирующих имя богини, и огромное светящееся дерево, закрывающее половину неба.

Пешком мы добрались до главной резиденции Багрового Круга в Оугторне. Это было грандиозное здание, архитектурой слегка похожее на Дворец Дэвов. Светлый камень, острые башни, тянущиеся в небо. Чуть ли не на высоту башен били вверх струи великолепного многоэтажного фонтана, расположенного перед резиденцией. Судя по всему этот шедевр гидроинженеоного искусства изображал войну титанов.

Стражу здесь несли древние разумные демоны, принявшие облик людей в тяжелых черных доспехах и огромных златогривых львов с рубиновыми глазами. Пафосно однако. Стражи резиденции вежливо, но непреклонно разворачивали слишком наглых туристов, пытавшихся пройти на частную территорию волшебников.

— Эй! Почему им можно, а нас вы не пропустили! — возмутился какой-то молодой человек имперской наружности, находящийся в состоянии алкогольного опьянения. — Я вхож в высшее общество Рега, а здесь какие-то колдуны и их приспешники…

— Меня узнаешь? — развернувшись к юнцу, спросил я. — Из какой ты фамилии?

Парень растерянно нахмурился, слегка пошатываясь на месте в окружении таких же пьяных друзей.

— А ты… А вы… — начал он.

— Не узнаешь, — констатировал я. — Значит ни в какие высшие круги Рега не вхож. Не надо портить Империи репутацию. Знай разницу между гордостью и наглостью.

Не дожидаясь ответа юнца, я отправился в резиденцию Багрового Круга. Там нас встречали огромные золоченые ворота, покрытые затейливыми узорами на сулимский манер. Створки распахнулись перед нами, приводимые в движение магической силой. Внутри звучала музыка. Смесь птичьего пения и чего-то напоминающего скрипку. Оформлено здесь всё было необычайно ярко. Статуи, картины, украшения, перья экзотических птиц — все пестрело яркими красками.

Просторный холл резиденции был пуст, если не считать служанок и почётных стражников, указывающих нам путь по ковровой дорожке вглубь здания.

Мы поднялись на второй этаж, в там…

Я ожидал увидеть огромный банкетный зал с длинным столом, ломящимся от угощений и выпивки. Вместо этого нас встретило помещение больше напоминающее роскошные рестораны моего прошлого мира. Здесь было много столиков разного размера. Побольше, для двоих или вообще для одиночек. Условным центром помещения служила сцена. Почему условным? Кроме основного зала по бокам можно было заметить уходящие вглубь резиденции коридоры, ведущие в отдельные комнаты, где можно было пообщаться без свидетелей.

Здесь царил приятный полумрак. Относительно освещена была только сцена, на которой сейчас пела привлекательная женщина с волосами и глазами темно-рубинового цвета. Гибрид сирены. Она пела так, как обычный человек физически не способен. Стилион мне как-то объяснял, что причина в наличии жабер. Благодаря им гибриды могут петь не прерываясь. Они дышат через жабры и воздух от них идет сразу к горлу.

— А вот и человек благодаря которому мы здесь сегодня собрались! — перекрыв божественное пение раздался усиленный магией голос Азарда. — Заходи скорее! Обеспечьте место великому шатетелю основ мироздания!

Несколько служанок указали нам на овальный столик недалеко от сцены. Считай VIP-место. Стоило нам только сесть за стол как к нему тут же потянулся целый караван слуг с подносами. Не экономят здесь провизию от слова совсем.

Следующие полтора часа прошли ожидаемо. На сцене попеременно кто-нибудь активничал. Чередовались музыкально-танцевальные номера и шутливые выступления некоторых магистров. Как я понимаю это была пародия на лекции, которые читались во время заседания Витенагемота.

Так, к примеру, Утред рассказывал о влиянии алкоголя на разных животных и мифических созданий. Другой магистр презентовал колдовскую сушилку для одежды и обуви, которая могла за считанные секунды убирать не только влагу, но и любые неприятные запахи. Правда, иногда вещи сгорали в процессе. Магистр заявил, что это побочный эффект, с которым еще предстоит побороться.

Ещё один чародей показывал картины, нарисованные обезьянами, слонами и свиньями, которым он пытался увеличить интеллект.

В целом все шло в рамках моих представлений о капустниках. Этаком шоу для своих. Никакой политики. Только глупые шутки от очень умных людей.

Я спокойно пил сначала вино, затем какой-то более крепкий напиток на основе трав. Отключив вид от третьего лица на какие-то мгновения забыл кем являюсь. Временно отрешился от дара и долга, чтобы дать нервам успокоиться. Разговаривать со спутниками не было возможности из-за постоянного громкого движа на сцене, а использовать «Командный голос» не хотелось по выше обозначенным причинам.

— Внимание, внимание, внимание… — очевидно нетрезвым голосом произнес поднявшийся на сцене Утред. — Что-то мы засиделись! А⁈ Скоро пустим здесь корни и превратимся в целую рощу светящихся деревьев. Не допустим такого! Наши великие знания ещё нужны этому дурному миру! Поэтому предлагаю новую забаву. Зеркальный сад. Выходим на прогулку в лабиринт и там у нас случайные встречи лицом к лицу. Можно выпить, поговорить по душам, дать в морду или что-нибудь ещё учудить… Ну⁉ Все идут⁉

— Идемте! — радостно поддержала идею Милен.

— Да! Да! — разделял её энтузиазм Ноций.

У меня возникло желание отсидеться в стороне.

— Вы идите, а у меня тут есть почти полный кубок, с которым мы ещё не закончили общение.

— Ну отец! — слегка нахмурился Ноций. — Это может быть весело.

— Может быть, — согласился я и снова вспомнил наставление Нэл касательно «жить полной жизнью». — А ладно! Идемте!

— Ого какие люди собираются заглянуть в наш тайный сад! — усмехнулся Утред со сцены. — Там есть несколько невинных розыгрышей, Михаир. Не хватайся за меч при первом громком шорохе и, во имя Пламени, не убей никого!

На данное замечание я не оскорбился. Собственно, оно было по делу. Учитывая, чем я занимался последние годы, на резкий звук или ещё какой-нибудь сюрприз могу среагировать чисто на рефлексах.

— И вы, мои уважаемые коллеги, если видите, что к вам приближается этот красавец, покрытый шрамами с головы до пят, не спешите прыгать на него из темноты с радостным криком «Бу!». Такая шутка может стать для вас последней. Не надейтесь на способность сращивать плоть. Наш дорогой гость умеет крайней гадко влиять на магию вокруг себя. Всех предупредил! Идемте! Поднимайте свои мудрые зады с бархатных кресел и вперёд к хмельным приключениям!

Чародеи зашумели, вставая со своих мест. Ещё раньше их всех вскочил Ноций. Взгляд янтарного оттенка глаз полубога метался по залу в поисках загадочного сада.

Бледная вспышка и на потолке зажглись стрелки-указатели, похожие на изящные шелковые ленты. Следуя за чародеями мы оказались у мерцающей драгоценными камнями арки.

«Тайный сад. Лабиринт, где ты познаешь себя». — гласила надпись на воротах.

Звучит как название инфоциганского курса из моего прошлого мира.

— Заходим по одному! — раздался сзади голос Утреда. — Не толпимся. Мест здесь хватит на всех. Впечатлений тоже.

— А ты не идёшь? — нахмурился я, обращаясь к улыбающейся Арамии, которая вместо того, чтобы направиться к арке, встала в сторонке.

— Не думаю, что достойна такой чести, господин.

«Там же нет никаких опасностей?» — на всякий случай уточнил я.

— Нет. Прошу вас не беспокоиться, глубокоуважаемый Михаир, — с поклоном ответила ти-шадайская чародейка. — Просто столько малозначительная фигура как Арамия не станет отнимать время у великих.

Ясно. Опять этот её комплекс неполноценности. Ладно. Пора идти. Ноций уже смело шагнул под арку. Ворота за ним закрылись и через несколько секунд снова открылись. За ними было пусто. Кажется, начинаю понимать как работает эта система.

— Иди, иди, Михаир, — подбадривал меня Азард. — Только чур не ломать наш чудесный сад своим подавлением. Там нет ничего опаснее скользкого пола.

Похоже, все тут считают меня ушибленным ПТСРником, готовым броситься на первого встречного. Ха! А я вот всех удивлю и никого не сегодня даже не покалечу! Наверное…

Я подошёл к воротам и они распахнулись сами собой. За ними находился перекресток. Небольшая комната с шестью дверьми, подсвеченными тусклым сиянием разных цветов. Двери за мной закрылись, полностью отрезав все звуки снаружи. Теперь я слышал только негромкую музыку, похожую на перезвон колокольчиков. Затем одна из дверей открылась. Я шагнул туда, оказавшись на новом перекрестке. Тут направление уже можно было выбирать самостоятельно.

Автоматизированный лабиринт, где гостей сначала разводят подальше друг от друга, а потом в случайном порядке сталкивают между собой. Вот значит как работает это место.

Я прошел ещё несколько комнат-перекрестков и оказался в более просторном помещении, которое уже напоминало сад. Здесь к высокому потолку тянулись тропические пальмы. Место представляло собой аллею-коридор. Я пошел вперёд и, резко дернувшись, положил руку на меч. Над головой пролетела птица. Затем дверь впереди открылась. Из пятна света медленно выступила худощавая фигура. Некто шел в мою сторону, заметно пошатываясь.

— Слова… Слова…

Между смертными вовек

Нет великого счастья крепкого:

Демон тот, что рвет паруса ладьи,

В бездне горестей топит счастье,

Как в волнах ненасытно злых…

Напел знакомый, но непривычно звучащий голос. В мою сторону шагал Годрак Рег Ксанд и, похоже, он был чертовски пьян. В правой руке экспериментатор с человеческими телами нес увесистую бутыль из толстого стекла.

Мы с чародеем встретились где-то посредине коридора. Алхимик плоти посмотрел вроде как на меня, но скорее куда-то мимо.

— Они все меня на самом деле презирают, — с отвращением произнес он. — Но есть вещи которые надо делать.

— Надо или хочется? — спросил я.

— А военачальникам надо или хочется сражаться? — в ответ усмехнулся чародей, затем взяв откуда-то сбоку хрустальный кубок и наполнил почти до краёв. — За Империю! За моих лучших клиентов!

Чародей почти до дна осушил кубок, а после протянул мне бутыль.

— Возьми. Тебе нужнее, — заявил он и побрел дальше.

— Ладно, — хмыкнул я, тоже продолжая свое путешествие.

Следующая комната оказалась куда просторнее предыдущих. Потолок представлял собой огромное зеркало. Окружающий меня полумрак пах цветами и фруктами. В небольшом фонтанчике журнала вода. Вокруг царил полумрак. Единственное пятно яркого света падало на небольшой столик посередине помещения. На нем я заметил несколько хрустальных кубков и подошел ближе. Надо было попробовать угощение Ксанда.

Через несколько секунд мое горло обожгло чем-то по-настоящему ядреным. На глазах выступили слёзы. Во имя всех богов, да сколько здесь градусов⁉ Семьдесят? Восемьдесят? Закашлявшись, я уже хотел добраться до фонтана и выпить воды, но стоило только повернуться туда, как передо мной возникла темная фигура.

Я снова потянулся к мечу, теперь уже рванув его из ножен. Меня же встретила знакомая ухмылка. В протянутой ко мне руке был стакан с каким-то травяным напитком. Я с удовольствием отпил его, чувствуя как утихает огонь в горле.

— Очень хочешь получить удар клинком, изгоняющим таких как ты? — спросил я у Лавертии когда отдышался.

— Всю меня это не убьет, а части себя теряла уже неоднократно, — ответила древняя ведьма. — Как тебе созерцать деяния рук своих, стратег?

— Ты про Оугторн?

— Да. Прекрасный цветок, проросший сквозь пепел и трупы. А если бы ты не стал уничтожать Сердце сам, то таким бы стал весь мир.

Возможно. Но ценой этого была бы гибель большей части человечества. Ещё один метод, которым можно было уничтожить Сердце Севера, как я понимаю, вызвал бы глобальный катаклизм. Азард очень не хотел к нему прибегать.

— Есть вещи, которые надо делать, — ответил я словами Ксанда.

— Как знаешь, — усмехнулась ведьма. — Страдать прежде всего тебе. Наслаждайся спокойствием напоследок. Ты решил не использовать здесь свой дар. Какое благородство! Тогда давай я дам тебе подсказку. Вон та дверь, — указала ведьма. — Оттуда направо, затем прямо и нажми на левый глаз статуи бронзового льва. Это откроет следующую дверь.

— И что там будет? — хмыкнул я.

— Увидишь и улыбнёшься. Только поспеши.

— Ладно. Один раз я уже пошёл у тебя на поводу здесь на Севере. Надеюсь, теперь таких катастрофических последствий не будет.

Прихватив бутылку с ядреным пойлом Ксанда, я последовал по указанному ведьмой пути. Все совпало верно, включая глаз на статуи льва. Передо мной распахнулась дверь. Как я понимаю, мои действия открыли её вопреки стандартным алгоритмам лабиринта. Лав подсказала мне чит и моему взору открылось то, что от него должно быть скрыто.

Посреди другой комнаты в полумраке пара слилась в долгом, страстном поцелуе. Одного из участников я сразу же узнал. Слишком уж его выдавали габариты и стать. Ноций. А его избранница? Неужели, Орина? Неужели мои наставления таки дали свои плоды и…

От любопытства я таки переключился на режим от третьего лица, приблизил камеру и… Милен? Ясно. Вместо того, чтобы приударить за принцессой Севера мой сыночка выбрал кузину.