Итак, чародеи собирались создать собственное государство. Помешать им в этом никто не мог. Надо сказать, момент они выбрали просто идеальный. Племена Севера находятся в упадке после кровопролитной войны и вторжения чудовищ Немертвого Бога. Отчаявшиеся люди готовы принять любую более-менее организованную власть, обладающую достаточной ресурсной базой.

Империя вгрызлась в Шадд железными зубами легионов. Сейчас ситуация на фронтах была скорее в нашу пользу, но о скорой победе не могли грезить даже самые смелые умы. Империи не до северных дрязг.

— Мы благодарим вас за честность, — кивнул мне Гилам. — Не могу быть уверенным насчет того, каким запомнит вас Империя, но в записях Багрового Круга мы высоко оценим ваш вклад в общее дело всех практикующих искусство Великого Пламени.

«Не могу быть уверенным насчет того, каким запомнит вас Империя…»

Интересное высказывание. А самое неприятное, что оно весьма точно отражало мои перспективы. Сейчас в глазах жителей Империи я скорее герой чем злодей. Рег рукоплескал мне во время триумфа. Однако, если гражданская война сложится не в мою пользу, то исторические труды, написанные под диктовку победителей, хорошенько окунут меня в грязь. Причём даже много врать не придётся. Достаточно в правильном свете подать некоторые мои особенно экстремальные подвиги.

— Сильно доканывать тебя не будем, — обратился ко мне Азард, указывая на поднявшуюся к трибуне лифт-платформу. — Можешь дослушать наши бредни до конца или сразу иди отдыхай. Больше мы тебя не побеспокоим.

— Пожалуй, дослушаю, — ответил я, направляясь к лифту. — Интересные вещи у вас тут сегодня творятся.

Я вернулся на трибуну в смешанных чувствах. Мне ведь придётся всё это потом пересказывать кому-то из сенаторов. Заранее предвкушаю охи, ахи и возмущения. Имперская аристократия привыкла считать себя центром мира. С одной стороны, у них для этого есть основания. С другой стороны, они часто склонны недооценивать насколько сложным и многогранным является мир, на господство в котором они претендуют.

Заседание продолжилось. Ещё несколько выступлений было посвящено Северу и перспективам его освоения. После меня на трибуну вышел адепт, бывший уроженцем Лесного Края. Он кратко пересказал собравшимся некоторые легенды, которые слышал ещё ребёнком. Затем уже с высоты своего магического образования дал им более конкретную оценку. В том числе упомянул хорошо известных мне дев битвы, способных после смерти обращаться на какое-то время в мстительных духов. Именно эти самобытные заклинательницы стали для Сердца Порчи материалом для создания темных валькирий.

Следующей спикер — магистр из Хрустальной Гробницы начал рассуждать о Велвеграх. Чародея явно очень интересовала их способности не будучи магами Великого Пламени перенаправлять потоки подобной энергии. Такое мне тоже довелось понаблюдать. Воспитательница Орины сумела отразить поток огня, созданный призванным мной демоном.

— Мне известно, что здесь присутствует дева, проходившая обучение у племени Велвегров, — произнес гробничник в маске. — Может ли она выйти сюда и продемонстрировать нам образчик своего искусства?

«Нормально, если я выйду?» — спросила меня Орина.

«Да. Только никакого риска».

Впрочем, вокруг дофига чародеев, способных излечивать даже тяжелейшие ранения. Риск мог быть допустим.

Орина поднялась на трибуну и продемонстрировала собравшимся умение:

Щит замкнутого контура

Техника магии замкнутого кольца. Заклинатель особым образом складывает руки, занимая защитную стойку. Перед ним возникает барьер, способный отражать и рассеивать воздействия высоких и низких температур, а также останавливать распространение электрического тока и снижающие скорость ветра.

Объем расхода: за активацию 271 и 2,6 каждую секунду удержания.

Эффекты:

— создает барьер с центром в руках заклинателя и радиусом 1,7 м, нейтрализующий температурные и электрические воздействия, а также скорость ветра на 4–8 метров в секунду.

Гробничник не пытался её всерьёз атаковать. Лишь демонстративно создал несколько тонких струек извивающегося пламени, напоминающих щупальца медузы. Огонь не мог преодолеть барьер. Собравшаяся аудитория с интересом обсуждала перспективы создания новых защитных чар. После Орину поблагодарили и подарили ей какую-то золотую безделушку. Надеюсь, не зачарованную. Однако я был удивлён. Думал, что девушку сюда пригласили ради обсуждения политических вопросов, а всё свелось к тестированию особой магии Велвегров.

Чем дальше, тем сложнее мне было вникнуть в суть выступлений. Новые спикеры вещали в основном по чисто магическим вопросам. Кто-то хвастался новыми техниками создания умертвий, другие демонстрировали какие-то аномальные реакции на зачарования у редких материалов типа метеоритного железа.

Витенагемот представлял собой странную смесь политической организации, научного сообщества и сумасшедшего дома. Всех чародеев здесь объединяло использование Великого Пламени, но зачастую только оно их и объединяло. Образ жизни магистры вели очень разный. Одни исследовали феномен гравитации, наблюдая за звездным небом, а другие грабили корабли и трахались с сиренами. Некоторые, как я понимаю, даже говорили буквально на разных языках. Пока лектор громко вещал с трибуны о шансах получения плодовитого потомства у людей и великанов, несколько десятков рабов-переводчиков нашептывали слова своим хозяевам.

Ещё несколько часов продолжались выступления магистров. Под конец лекции шли уже вперемешку, не придерживаясь какой-либо конкретной тематики. Так предпоследнее выступление тоже касалось благоустройства Севера. Ранее незнакомый мне магистр Багрового Круга предлагал избрать для управления новыми землями особый орган — Совет Пятерых. Туда по задумке должны были входить три представителя Витенагемота, избираемых на 50 лет, Азард и кто-нибудь из местных жителей.

Голосование по этому вопросу провалилось.

Чародеи снова запускали в небеса огненные звёздочки, но абсолютного большинства не получилось.

— Мы ещё вернёмся к этому вопросу, — прокомментировал неудачное голосование Азард. — Каждого выслушаем, со всеми поговорим. Но сразу скажу вам, я не хочу, чтобы земли Севера дробились на личные домены. Здесь живут обычные люди. Это их дом и он должен таковым оставаться. Мы не станем слишком искажать земли Севера или порабощать живущих здесь людей. Они не ваше имущество, за исключением тех кто будет куплен как невольник. Я не позволю построить ещё один один Канртег.

В голосе Азарда зазвучала сталь, когда он упомянул древний город кровавых алтарей и тёмный жрецов. Похоже, архимагистр искренне желал создать общество взаимного сосуществования чародеев и обычных людей. Понятно, что вторые будут в подчиненном положении, однако даже это подчиненное положение бывает очень разным.

Заседание Азард закрыл словами:

— Смотрите в будущее. Оно ближе, чем мы могли мечтать.

После трибуны амфитеатра разом загалдели. Почти все магистры кроме особенно дисциплинированных гробничников начали активно обсуждать грядущие перемены. Мне же как можно скорее хотелось тишины. Покинуть эту шумную пёструю толпу диковинных волшебников и хотя бы на пару часов не думать о предстоящих скандалах в Сенате.

— Мосты сожжены, — с этой фразой недалеко от меня приземлился Азард, перелетевший сюда прямо с центральной трибуны. — Витенагемот наконец-то единогласно высказался за что-то важное.

— Зачем вообще тебе это шумное сборище? — нахмурился я. — Ты сильнейший из живущих магов. Особенно теперь, когда Нэл недоступна. Почему бы просто не продавливать свои решения?

— Угрозы хуже алкоголя, — ответил волшебник. — Они тоже вызывают зависимость. Начни кому-либо угрожать и мирно договориться уже будет почти невозможно. Я не хочу слишком много власти, Михаир. Она утомляет и озлобляет.

Иронично, что подобная сила досталась тому, кто не пытается выжать из неё максимум сомнительных удовольствий и основать свою версию Канртега.

— Отдохни, Михаир, развейся, — улыбнулся мне чародей. — Здесь тебе не грозят ни покушения, ни назойливые политики.

Сначала хотел съязвить, что теперь чародеи тоже стали политиками, но решил не развивать эту тему. Всё же магистры новички и любители в сравнении с сенатским сословием Империи. Заседание Витенагемота прошло практически без криков и обошлось совсем без коррупционных скандалов. Ну какая же это политика?

— Отдохну денек-другой, — согласился я. — Кто меня подкинет в гостевой дворец? Гилам?

— Я довезу тебя сам. Гилам хотел пообщаться с твоей подругой?

— С Ориной? Про магию Велвегров или потенциальные переговоры с ними?

— Это их дела. Она сама тебе расскажет, если захочет.

— Захочет, — уверенно ответил я.

Азард доставил меня в гостевой дворец, а Орина прибыла туда спустя примерно час. Она сразу же обратилась ко мне и пересказала свою беседу с чародеем.

— Они хотят видеть меня во главе Оугторна, — с блеском в глазах сообщила мне девушка. — Во главе всех земель, которые маги возьмут под свой контроль. Азард не хочет управлять простыми людьми напрямую. Ему нужен посредник. Желательно стратег.

— Ну да, — кивнул я, откинувшись в резном кресле на фоне ти-шадайских шёлковых гобеленов. — Как ни крути, но ты идеальный кандидат. Уроженка Севера, дочь верховного вождя, стратег, да ещё и связана с Велвеграми, чья магия так заинтересовала чародеев.

Вот значит как…

Все же Орина рассматривается Витенагемотом на роль потенциального правителя обычных людей Севера. Они не стали озвучивать это публично, чтобы избежать утечки информации. Разумный ход.

Ну что ж… Я хотел найти для Орины запасной аэродром на случай моей гибели и это получилось даже легче, чем можно было рассчитывать.

— Но что мне им ответить? — слегка растерянно спросила девушка.

— Соглашайся, конечно. После окончания войны в Шадде и… других потенциальных кампаний, не стану ограничивать твою свободу.

Под «другими потенциальными кампаниями» я, конечно, имел в виду гражданскую войну.

— Но как же… — девушка сначала слегка замялась и нахмурилась, а потом вдруг просияла. — Ну конечно! После того, как стихнут громы битв, триумвир Михаир наверняка вернётся на Лимес Север. Займётся его восстановлением и укреплением.

Она, похоже, уже нарисовала в своих фантазиях картину как мы вместе рука об руку будем править Севером. Я проимперской частью, она независимыми территориями и обычными людьми нового государства чародеев. А, действительно, могло бы сложится хорошо. Лет этак тридцать или больше без серьезных конфликтов. Дары богини, рекордные урожаи, ветераны легионов получают земли без противодействия со стороны столичных богатеев, развиваются науки и ремесла. Новый Золотой Век. Задумка хорошая, только вот доживу ли я до ее реализации?

Распрощавшись с бывшей принцессой Севера, которая получила новый шанс претендовать на трон, мне захотелось вздремнуть. Однако стоило только погрузиться в блаженную темноту как передо мной возник круг, разделенный на четыре части. Звук гонга и стрелка рулетки попала в сектор «Чужие сны».

В качестве донора сновидений я выбрал Поция. Чужие сны показали мне образ масштабной осады. За время, проведенное мной среди чародеев, вокруг города начали возводить кольцо из валов, укреплений и наблюдательных вышек. Всю древесину в округе шаддинцы извести не успели. Они нас за реку Айрат пускать не собирались и к осаде Махен-Тира начали готовиться слишком поздно. Поэтому руки и топоры имперских легионеров превратили рощи, окружавшие город, в сотни различных инженерных сооружений.

— Видишь вон те три зубца? — спрашивал покрытый пылью и по пояс голый инженер, стоявший около крупной баллисты. — Попаду между ними.

Поций, насмешливо наблюдавший за ним, ответил:

— Ты хоть в стену попади, а не как в прошлый раз.

— Прошлый раз был пристрелочный, — терпеливо пояснил инженер. — А сейчас… Дерьмо!

Со стороны города прилетело тяжелое каменное ядро, с треском врезавшись в деревянные укрепления справа от баллисты. Несколько досок и бревен надломились. Во все стороны полетели щепки. Облако пыли поднялось над местом попадания снаряда.

— Это тоже был пристрелочный? — спросил Поций.

— Может быть, — пожал плечами инженер. — А может быть они просто криворукие ублюдки. Лучше переместите свою командную задницу шагов на сто в сторону, глубокоуважаемый трибун. Думаю, это фигачили по вам.

— Возможно, ты прав… — нахмурился Поций, напустив на себя важный вид. — Наш враг чрезвычайно коварен. Мои тактическая подготовка и военный опыт оценивают его хитрость на семь баллов по шкале Сандиса.

Поций совершил тактический маневр заблаговременного ухода из зоны обстрела. Благо тяжёлые орудия в этом мире перезаряжались долго. Ему никто не помешал.

Под прикрытием самых высоких частей наших новых укреплений можно было наблюдать как инженерные части начинают копать подземные ходы в сторону стены города. Метод не быстрый, сложный в реализации, но всё лучше, чем биться в лоб об стену города. За неделю-две тоннели уже приблизятся к Махен-Тиру. Можно будет попытаться обрушить одну из стен или просто вылезти из-под земли в тылу у защитников.

— Что нового говорят Петрий и Октан Мерцин? — спросил у Поция центурион девастаторов, охранявших один из тоннелей.

Его отряд занимал оборону на валу и около него, приготовив к стрельбе тяжёлые гаковницы.

— Наши достопочтенные стратеги смотрели на город глазами гарпий и прочей летающей шелупони. Там за стенами осталось много жителей. Они сейчас пытаются сделать из города одну большую ловушку. Ставят баррикады на улицах, разбирают часть зданий в центре на камни для снарядов.

— Рано или поздно город падет, — ответил центурион девастаторов. — Почему бы этим сукиным детям просто не сдаться?

— А почему мы не сдались в Кринторне? — резонно заметил Поций. — Рано или поздно падёт, но они надеются, что поздно.

— Умри ты нынче, а я завтра… — мрачно произнес центурион, глядя в сторону осажденного города. — Уж лучше бы ещё одно полевое сражение. Мне понравилось смотреть как ряженая кавалерия шаддинцев ловит тушами наши залпы.

Крааакс!

Другой каменный снаряд угодил в стену наблюдательной башни, сломав бревно и заставив строение накрениться. Стоявший на верхушке велит чуть было не выпал оттуда. Впрочем, учитывая высоту в три метра, ему вряд ли грозили бы серьёзные травмы.

— Да… Это они точно меня выцеливают, — рассудил Поций. — И больно метко хреначат. Их из-за реки стратег что ли направляет?

— Наверняка. Ксерион получил по своей конской морде, но не сбежал с концами. Где-то рядом, паршивец. Разбойным своим чутьём ищет момент для удара.

— Пускай ищет. Получит по морде ещё раз.

На этом чужой сон закончился и я погрузился в лазурное марево благостного спокойствия. Свет древа пронизывал мою истерзанную душу. В таком состоянии я пробыл, кажется, долгие часы. Спокойствие, наконец-то спокойствие. Здесь не было шумных обсуждений проклятой политики, громогласных сражений и манящего блеска амбиций. Только спокойствие, только бесконечная любовь.

— Не давай пророчеству сковать свои силы… — раздался ласковый шёпот богини. — Борись, сражайся, живи, люби и ненавидь. Не оставляй душу здесь. Сколько бы тебе не осталось среди людей, проживи это время.

Проснулся я с наудивление бодрым самочувствием. Неужели весь остаток дня провалялся в кровати? Да нет. Солнце было ещё высоко.

Услышав, что я поднимаюсь, в дверь комнаты постучала Арамиа. Мысленно разрешил ей войти.

— Мой господин, архимагистр Азард приглашает вас и ваших спутников разделить с ними торжественный пир в честь успешного заседания Витенагемота

Ну да. Им было что праздновать. Оттяпали себе лакомый кусочек мира и помешать им некому.

Я сперва хотел отказаться. Отмечать чужие успехи — удов

ольствие не для всех. Кроме того, хотелось тишины и спокойствия. Однако, вспомнив внушения Нэл из недавнего сна, я ответил Арамии:

— Передай им мое согласие.