Я качала на руках беспокойного Мира и едва не плакала, не представляя, как его успокоить. Ханна ушла за продуктами на рынок, а я осталась в доме одна.

Запись к магичке Лиане, которую мне порекомендовал лекарь Рюффет, была назначена лишь на завтра, и я с нетерпением ждала этой процедуры.

Декан Бейрут, казалось, забыл обо мне, и я была этому безумно рада. Чувствовала, что от его помощи мне стоит отказаться. Жалела, что пошла на поводу у своих рваных эмоций и провела рекомендованный обряд разрыва связи между Арденом и Миром. Не покидало нехорошее предчувствие, и всё, на что я сейчас была способна – это винить себя, что поступила весьма опрометчиво, доверившись не тем людям.

Я бы рада списать это на тяжелые роды и предательство мужа, ведь это любого подкосило бы, и то состояние, в котором я тогда была, позволило незнакомцам втереться мне в доверие и облапошить меня. Вот только и с себя вины я не снимала. Не маленькая ведь девочка, никогда ко мне никто хорошо не относился, ничего не делал бескорыстно и без задней мысли. С какой стати я вдруг поверила, что удача повернулась ко мне лицом? Глупая, глупая Дарина.

– Тише, мой маленький, тише, скоро всё будет хорошо, обещаю тебе. Только потерпи чуть-чуть, пожалуйста, потерпи, – приговаривала я чуть ли не плачущим голосом и одновременно корила себя за это, ведь знала, что ребенок чувствует мой настрой и перенимает его, из-за этого и не успокаивается.

– Тш, тш, – прошептала я снова и зажмурилась, пытаясь взять себя в руки.

Это было довольно сложно, ведь всё, что мне хотелось – это бить себя по щекам за глупость. Но я не могла себе такого позволить. Не тогда, когда на моих руках – беспокойный сын, который страдает по моему недосмотру и желанию насолить бывшему мужа. Идиотка.

– Леди Дарина, что ж вы так, давайте мне Мира, – всполошилась появившаяся в доме Ханна, и я с облегчением вручила ей сына. Сейчас я не лучшая ему компания, ведь даже успокоить его не могу.

Вскоре он затих и уснул, укачанный Ханной, и я, успокоенная этим, ушла в гостиную, поближе к камину, в котором еще дотлевали поленья.

В город пришли холода. Благо, Академия снабжала нас всем необходимым. Еще недостаточно холодно, чтобы топить печь, и в таких случаях весьма спасал камин, в котором я с горем-пополам научилась поддерживать высокую температуру. Добавила еще поленьев и разворошила угли, сама же привалилась спиной к дивану и обхватила себя за живот, пытаясь хоть как-то успокоить себя.

Вот только сердце по-прежнему бешено колотилось, а в ушах звучал звон. Кажется, давление поднялось.

– Моя леди, – спустя время сзади раздался осторожный голос Ханны. Она мялась неподалеку и что-то комкала в руках, и я нахмурилась, чувствуя, что увиденное мне не понравится. В последнее время мало что меня радовало.

– Что случилось? – спросила я и протянула руку, видя герб рода Ардена на печати.

– Сегодня днем курьер доставил, леди Дарина, – протянула она мне письмо, и я сразу же разорвала его, без интереса вытаскивая плотный лист.

А затем, когда начала скользить взглядом по тексту, затаила дыхание, чувствуя, что теперь к моему беспокойству добавилось и головокружение.

Это было приглашение на свадьбу Ардена и его невесты Марии.

– Всё хорошо, моя леди?

– Что? – переспросила я и подняла на Ханну взгляд, и она сразу изменилась в лице, будто увидела что-то, что всё ей сказало и без моего ответа.

– Вы знаете, я принесу вам горячий глинтвейн. Вам сейчас он как нельзя кстати.

Ханна быстро ушла, оставив меня одну, и я была ей за это благодарна. Конечно, я знала, что Арден повторно женится, но не думала, что так поспешно и именно в тот момент, когда Аишу судят за приворот. Мне казалось, что для приготовлений нужно время, а он, как оказалось, хотел настолько побыстрее избавиться от прошлого, что решил кинуться в омут с головой.

Единственное, чего я от него не ожидала, так это официального приглашения. Будто плевок мне в лицо. Сам во всем виноват, а боль продолжал причинять мне. В груди колыхнулась ненависть, и я перевела взгляд на камин. В полной тишине молча разорвала приглашение с конвертом и кинула в огонь. Никуда идти я не собиралась.

В этот момент прозвучал стук в дверь. Поскольку я никого не ждала, то насторожилась и поспешила к глазку, знаками показывая Ханне, чтобы присмотрела в это время за Миром. Она понятливо удалилась, а я, увидев по ту сторону двери отца, хоть и насторожилась, но дверь всё же открыла.

– Что тебе нужно? – спросила сходу, не собираясь тратить на него свое время.

– Где твои манеры, дочь? Неужто даже в дом не пригласишь? – улыбнулся он, но без злобы и претензий.

– Ну проходи, – буркнула я и пропустила его внутрь. – Но на радушный прием с плюшками и чаем не надейся. Говори, что тебе нужно, и уходи.

Конечно, я была с ним излишне груба, но считала, что поступаю верно. Он предал меня и выбрал Аишу, поэтому пусть не ожидает от меня не то что гостеприимства, но и почтения.

– Я и не надеялся, дочь, – пожал он плечами и остановился в коридоре, не делая попыток пройти вглубь. Видимо, понимал, что я не одобрю этого и стану злиться.

– И правильно, – кивнула я и сложила на груди руки. – Если ты пришел снова говорить о моем браке, то ни за Калеба, ни за кого другого выходить замуж я не собираюсь. Я всё сказала в прошлый раз, и мне очень жаль, что ты меня не слышишь.

– Не собираюсь.

– И уже тем более, за лорда Эрнста я тоже… Что?

Я осеклась на полуслове, услышав слова отца, ведь совершенно не ожидала от него подобного. Была готова к чему угодно – что она за шкирку потащит меня в столичный особняк и запрет там, пока я не пойду навстречу, что прикажет своим стражникам тащить меня насилу, но никак не к тому, что он просто откажется от этой идеи.

– У меня изменились планы, дочь, так что ни о каком твоем замужестве не может идти и речи. Можешь даже остаться жить здесь, раз уж Академия выделила тебе домик, но будь добра принять от меня помощь.

В этот момент он достал из внутреннего кармана пиджака кошель со звенящим золотом, и всучил его мне.

– Нам всего хватает, – процедила я и попыталась отдать всё обратно. Приняла-то я кошель лишь из-за удивления, не ожидая от него подобного порыва.

– Не говори глупостей, Дарина. Ты – дочь лорда, была женой лорда и привыкла в совершенно другим условиям. Раз ты больше не замужем, и Арден не обеспечивает вам с сыном прежний уровень комфортной жизни, то я снова возьму тебя под свое крыло.

Я прищурилась, глядя на отца с подозрением. Он никогда ничего не делал просто так, вот и сейчас явно преследовал какие-то свои цели.

– Что тебе нужно, отец? – задала я свой вопрос вслух.

Конечно, среди аристократов не было принято говорить напрямую, без интриг и долгих прелюдий, но у меня не было на это времени и желания. Вот только отвечать лорд Дагон не пожелал. Задал мне встречный вопрос, от которого я сначала впала в оцепенение.

– Ты хочешь узнать, кто твоя мать?

– Я много раз спрашивала у тебя, а ты всегда кричал, что она была обычной простолюдинкой в таверне. Подавальщицей, у которой на большее не хватило мозгов, – хмыкнула я, но в моем голосе отчетливо звучала горечь. – Что же изменилось, отец?

Я обратила внимание, что на этот раз он пришел один, и насторожилась. Обычно мы никогда не разговаривали с ним наедине, рядом всегда присутствовала моя мачеха. Но не в этот раз. Отец явно хотел что-то от нее скрыть.

– Если хочешь узнать, то и тебе придется пойти мне навстречу, дочь. Встретимся завтра, приходи к нам на ужин, соберемся всей семьей, а после поговорим об условиях.

– Всей семьей? – вздернула я бровь, намекая на Аишу.

– Если ты про свою сестру, то ввиду того, что она беременна, причем чистокровным драконом, что подтвердили и лекари, ей назначили домашний арест. Пока ребенку не исполнится три года, приговор суда не вступит в силу…

– А там ты хочешь что-то придумать, чтобы и вовсе его отменить, – прищурилась я, зная, какие мысли бродят в его голове.

– Что ж я был бы за отец, который не думает на несколько ходов вперед, – холодно улыбнулся он и поправил перчатки. – К тому же, ты и сама знаешь, что Аиша хоть и безголовая девочка, но не подлая. За это время следствие найдет настоящих зачинщиков распространения этого приворота среди знати, а пока нам нужно держаться все вместе. В конце концов, мы единая семья.

Я промолчала, не собираясь никак комментировать его последние слова. Семьей мы никогда не были, и он это прекрасно знал, так что его попытки сейчас что-то исправить никак не сыграют роли. Я не собиралась смягчаться и поддерживать с ними общение, и сейчас от того, чтобы его выгнать, меня сдерживало лишь любопытство.

Знать о своей матери что-то большее, чем просто клеймо “подавальщица” я всегда хотела, а уж когда узнала, что она была метаморфом, мое желание достигло апогея. И единственный, кто знал о ней явно больше, чем хотел это показать, мой отец.

– Почему мы не можем встретиться утром?

– К сожалению, никак. Лорд Захран выслал нам приглашение на свадьбу своего сына, лорда Ардена, и мы с Риммой должны появиться на торжестве, – холодно произнес отец, и по его лицу невозможно было понять, как он относится к этой свадьбе. Ему явно претило появляться там после того, как Арден бросил меня, свою истинную, и отказался жениться на беременной Аише, но лорд Дагон всегда умел сохранять хладнокровие в те моменты, когда ему это было выгодно. И раз они с Риммой приняли это приглашение, значит, цель, к которой стремился отец, явно оправдывала средства.

– Что тебе нужно? – задала я вопрос, чувствуя, что он хочет что-то сделать, но без моей помощи ему не обойтись.

– Приходи завтра, дочь. Ты ведь хочешь знать, какая на самом деле в тебе течет кровь. Ты и сама знаешь, что особенная. Вот только без моей помощи до правды тебе никогда не добраться.

На этой ноте он развернулся и вышел из дома, так и не прикрыв за собой дверь. А я осталась стоять на пороге и смотреть ему вслед. Получается, он всю жизнь знал, что моя мать была метаморфом, но позволял остальным думать, что я ничтожество. Почему? Это не давало мне покоя, но я подавила в себе желание кинуться за ним вслед и просто стояла, раздумывая, что же ему нужно от меня. Казалось, интриги лишь закручивались в спираль, в центре которой оказывалась всегда я.

Одни вопросы.

И ни одного ответа.