Сканеры к предложению Алекса отнеслись с еще большей настороженностью, чем Мирам.

— Ты хочешь проверить наши врата? — с опаской уточнил Юрд.

— Проверить и при необходимости подправить, — охотно кивнул Алекс.

— А ты уверен, что это разумно в текущих условиях?

— У меня хорошее предчувствие.

— Гм… тогда ладно, — облегченно выдохнул Юрд.

Было видно, что он доверяет и лидеру, и его предчувствиям. Но в этом не было ничего странного — как и многие сканеры, Юрд часто полагался на чутье. Тем более он и сканером-то был условным, в отличие от Лойда. Его сильной стороной было скорее чутье, чем навыки.

К тому же бывший букмекер путешествовал вместе с Алексом по серой зоне, когда рядом не было ни легиона, ни других адептов. И своими глазами видел такие вещи, которые другие не видели. Например, как Разрушитель в одиночку перемалывал стаи мелких монстров. Или как однажды прогнал титана под кодовым названием Змей. Кстати, тот случай был единственным, когда титаны заглядывали в сектор после появления серой зоны.

Но после изгнания Змея новые гости пока не появлялись…

В общем, у Юрда имелся обширный опыт взаимодействия с Алексом. Это не считая Большой Гонки.

С другой стороны, Лойд выглядел куда более настороженным. Очевидно, сказывалось привычное недоверие старших адептов к жителям Первого Радиуса. Мол, а что те могут? И тут даже репутация Разрушителя не помогала. А возможно, она даже мешала…

— М-м-м… мы же только-только открыли врата, — замялся Лойд. — Не хотелось бы их терять.

— Я никого не заставляю рисковать, — улыбнулся Алекс.

— То есть можно отказаться?

— Разумеется. Но подумай вот о чем: я ищу способ помочь адептам с вратами Бесформенного. И думаю, нашел. Но если способ сработает, ко мне выстроится очередь желающих. А я занят другими проектами. Плюс неизвестно, получится ли у меня передать эти знания Феликсу и остальным энергетическим хирургам. С другой стороны, ты можешь стать первопроходцем прямо сейчас. Так что решай, — Алекс снова улыбнулся и испытующе посмотрел на Лойда.

— Я согласен! — мгновенно среагировал тот.

— Прекрасно. Тогда начинаем…

— Прямо здесь?

— Мы уже достаточно отлетели от серой зоны, поэтому монстры нам точно не помешают. Нужно только выбрать самое экранированное помещение, чтобы мы не помешали вашим коллегам.

— Гм… я знаю такое, — быстро закивал Лойд. — Это зал для встреч. Там самый сильный экран.

— Веди…

Оба неожиданных пациента и их «доктор» отправились в помещение, где еще вчера они обсуждали Дыхание Тьмы. По пути Алекс поинтересовался у Мирам, что произошло за последние сутки.

— Тебя многие искали, — доложила та. — Но это — обычное дело. Я уже все решила. Срочных вопросов не было. В общем, можешь пока ни о чем не волноваться.

— По Фесту есть новости?

— Этот гад молчит. Наверное, извести меня хочет. Но если бы Фест или титаны сюда заявились, я бы разбудила тебя.

— Разумно, — кивнул Алекс. — Однако сейчас я буду сильно занят. Так что не отвлекай.

— Надеюсь, операция не займет еще сутки? Два дня отсутствия — это слишком много для главного мастера великой гильдии.

— Я планирую освободиться через пару часов максимум, — уверенно заявил Алекс.

Он хотел провести операцию по горячим следам. Пока в памяти был жив образ вращающегося столба. Тем более у Алекса уже имелось одно предположение, почему столб вообще появился. Но без проверки он не мог ничего утверждать наверняка…

Пациенты легли в кресла. Два жала сформировались точно во вратах Бесформенного — это было стандартное начало операции. А вот дальше нужно было импровизировать…

— Нам придется восстановить капсулу, — пробормотал Алекс, оценив состояние пациентов.

— Зачем? — с подозрением спросила Мирам. — Ты же все, что нужно, уже исследовал.

— Я — да, но капсула пригодится другим энергетическим хирургам, чтобы познакомиться с Дыханием. Не все можно понять, разглядывая работу других.

— Капсулы — это крайне дорогостоящий проект. Особенно если они будут быстро испаряться.

— Это было случайностью. Считай, что капсула разрушилась из-за моей медитации. Остальные же ею пользовались без проблем, — спокойно произнес Алекс, вызывая из памяти вибрацию Дыхания Тьмы.

Вибрация требовалась для настройки на врата пациентов. Точнее, на то, что лежало за ними. Конечно, было бы лучше, если бы у него самого имелись врата Бесформенного, но энергетические хирурги обычно умели работать с любыми адептами, а не только с теми, с кем разделяли одну Силу.

Тем более сейчас речь шла не о родных Силах Юрда и Лойда, а о Бесформенности, которая заполняла весь сектор…

Врата считались проходом к источнику. Правда, односторонним — энергия текла с той стороны к адепту. Иногда это была не энергия, а менее уловимое «присутствие» — данный прием назывался «давлением Силой» и часто использовался в бою. Хотя против легионов и адептов с большим количеством врат он редко срабатывал.

Но сейчас Алексу требовалось достучаться именно до источника. Поэтому он и вызвал в памяти Дыхание Тьмы. Он не собирался смотреть или резонировать с Бесформенным, но нужно было отправить «послание».

Можно сказать, его усилия были направлены за пределы мира адептов…

Параллельно с этим он включил Алхимика пустоты. Навык произошел от Пространства, но сейчас от него требовалась самая малость — немного «подправить» Реальность, чтобы дать понять Силе на той стороне, что от нее требуется. Разумеется, прием мог сработать, только если с той стороны согласятся помочь.

В общем, это была даже не энергетическая операция на адептах, а чистая алхимия, и речь шла не о навыке.

К сожалению, в таких обстоятельствах слишком многое могло пойти не так…

Хотя у Алекса имелась теория, на которой все и строилось… расчет был простым — концепции, кроме Бесформенности, делились на великие и второстепенные. Великие включали в себя все направления Силы, а второстепенные — только часть.

Иногда это выражалось явно. Например — Холод и Пламя. Несмотря на разные названия, обе концепции считались ответвлениями от Энергии. Эта Сила вообще была чемпионом по количеству направлений.

Само деление частично было условным и, в принципе, ничего не мешало последователям какого-нибудь Огня воспользоваться некоторыми навыками из школы Холода. Ведь и то, и другое было работой с энергией. Просто навык получился бы слабее, работал бы немного по-другому и требовал больше энергии. А на его развитие уходило бы больше времени.

Но это можно было осуществить.

Поэтому Желтокрылый Феникс и другие школы часто работали с несколькими близкими ответвлениями одной Силы. Какими именно — требовалось разбираться отдельно. Название же было просто названием.

С боевыми и живыми концепциями дело обстояло еще более запутанно. Там вообще сложно было понять, чем одно отличается от другого. Вот чем, например, школа Тардан, приемам которой Фиск обучал землян, отличается от боевой концепции Корвус? Разве что техниками.

Однако если освоить все приемы стиля Тардан, то можно получить ранг — Фиск именно так и сделал. А простые земляне по мере освоения Тардана касались Силы, что для адептов стадии Синтез было обязательным шагом к переходу на десятый уровень.

Но если про боевые концепции еще можно было что-то сказать, то живые сводили с ума. Речь шла не о Жизни как Силе, а о тех случаях, когда адепт соединялся с общей концепцией своего мира, кластера или даже Галактики — такие случаи также встречались. В особенности в Радиусах.

При этом живые концепции имели одно важное отличие от остальных — они мутировали. То есть менялись по мере роста адепта, и тот переходил от Силы мира к концепции кластера и так далее.

Более того, у последователей этого пути даже имелась конечная цель — они могли добраться до великой концепции. Как ни странно, она не была связана с Галактикой, а называлась Разумным Эфиром.

К сожалению, Алекс мало что знал об этом пути, хотя у него имелись друзья, коснувшиеся живых концепций. Например, Рауль, который стал голосом Земли. Или Юрд, но тому было еще очень далеко до Разумного Эфира.

Такие адепты встречались в секторе Корвус. Просто возможности с ними пообщаться пока не представилось, потому что Алекса постоянно отвлекали. То Фест, то Совет, то Гоен, то монстры. Либо исследования, как сейчас…

Так или иначе, деление великой концепции на второстепенные было запутанным и часто условным. Но именно поэтому новички, прибывшие в Радиусы, могли выбирать себе школу — они подстраивались. Главное, чтобы общее направление сохранялось.

При этом чем больше новички осваивали навыки конкретной школы, тем больше укреплялись в своем пути и тем легче им давались последующие навыки. Так и появлялись Желтокрылые Фениксы, бойцы Корвуса и многие другие школы. Каждая со своим стилем и возможностями.

В результате происходила удивительная вещь — последователи концепции определяли ее содержание. И что тут было первично? Направление или наличие достаточного количества последователей?

Если бы не особо редкие или великие концепции, Алекс затруднялся бы ответить. Тем более великие школы не особо распространялись на этот счет — тема перехода между школами по понятным причинам была табу. Иначе перспективные чемпионы постоянно перебегали бы от школы к школе в поисках лучших условий. А так они сидели на одном месте.

Разумеется, постепенно адепты разбирались, что да как, но к этому времени они осваивали слишком много навыков. А на новом месте эту работу потребовалось бы провести заново. Ведь навыки великих школ не просто так были подобраны — это был путь развития, отточенный тысячелетиями. Выдумывать их на ходу или смешивать было чревато замедлением развития. А с развитием и в «сытые» времена было много хлопот.

Лишь последователи великих концепций стояли особняком. Но таких было меньшинство.

Так что если уходить, то всем филиалом, как это сделал Лист. Да, он присоединился к Табере, но мог основать потом новую школу. Которая на первом этапе будет отличаться от Корвуса лишь названием…

Но Алекса сейчас интересовал вопрос выделения второстепенных концепций из великой. Действительно ли это зависит от количества последователей? А сколько именно их нужно для формирования направления?

«А может, нужен фанатик. Такой, как Фиск», — размышлял он.

Пока Алекс склонялся к тому, что истина лежала где-то посредине. Исследователи мира адептов с ним соглашались. Они сравнивали концепцию с цветовым спектром. Изначально в нем имелись все цвета, но когда число последователей увеличивалось, конкретный оттенок становился заметнее.

Это правило работало и наоборот — если помочь адептам, им проще будет склониться к нужной Силе. Именно так Земля и пошла по пути Пространства — когда Алекс установил артефакт в пятом слое Другой Стороны.

«Концепции и последователи — это взаимозависимые параметры. Они части одной системы», — решил Алекс.

Так или иначе, в секторе Корвус накопилось большое количество адептов с вратами Бесформенного. Тут и Табера подсобила, и Хемет постарался. Но все это была одна великая концепция.

Без разделения.

Это не могло не вызвать реакцию Силы. Возможно, Бесформенный сам хотел разделиться на отдельные формы. По крайней мере, именно так Алекс трактовал свое видение во время созерцания: вращающийся столб был общим путем, сердцевина — великой концепцией, а возникающие круги — второстепенными направлениями.

А значит, Бесформенного можно было разделить! И тогда возникнут десятки, сотни, а может, и тысячи специализированных направлений…

«Как только появятся первые лидеры, дальше дело пойдет проще, — подумал Алекс. — Они потянут за собой остальных».

Это была еще одна причина, почему он начал с Юрда и Лойда, а не с рядовых свободных. Оба имели неплохие таланты. Да, они не были самыми сильными бойцами, но считались признанными специалистами в своей области. Причем каждый по-своему.

К тому же их окружали другие сканеры, которые могли быстро перенять направление. И тогда могла запуститься цепная реакция!

Почему разделения не происходит у монстров, Алекс не знал. Но у истинных монстров Бесформенного не было других Сил. Этим могли похвастаться лишь бывшие обитатели Квазара. Впрочем, у тех не имелось разума.

Так или иначе, он собирался разделить Бесформенного!

Идея казалась настолько странной, что он не стал ею делиться ни с Мирам, ни с пациентами. Вдруг у тех возникнет сильное отторжение и на этом все закончится. А так они просто должны были пройти «небольшую» операцию.

«Вот пусть так и считают», — усмехнулся он.

Вообще, идея отказаться от великой концепции в пользу второстепенной могла показаться глупой, но это только на первый взгляд — сейчас Бесформенность перетягивала на себя слишком много внимания. Как вожак в стае. Поэтому и подавляла разум. Ведь как Сила Бесформенный обычно превосходил родной источник адепта.

Но если «понизить» его статус до второстепенной концепции, то из помехи он превратится в помощника. Потому что станет ведомой Силой. Кроме того, специализация часто давала лучший результат. И навыки осваивались быстрее. А скорость — это именно то, что сейчас требовалось сектору Корвус…

Алекс не считал себя настолько выдающимся хирургом, чтобы препарировать саму Силу. Просто здесь и сейчас сошлось много факторов: закрытый сектор, его навыки энергетического хирурга, Алхимик, Дыхание Бездны и — это было главное условие! — потенциальное желание Бесформенного разделиться.

То есть Алексу нужно было просто подтолкнуть качающийся камень. Не появись он, пришел бы кто-нибудь другой. Или все произошло бы спонтанно.

«Хм… а вдруг Бесформенный поэтому и позволил Фесту сделать эту авантюру с сектором? Чтобы трансформироваться. Интересно, Фест вообще об этом догадывается?» — задумался он.

В любом случае намерения Бесформенного и адептов сектора совпадали. Возможно, поэтому врата обоих пациентов сразу начали меняться, стоило Алхимику их коснуться…

При этом Алекс был достаточно аккуратен, чтобы ничего не добавить от себя — трансформация должна была пройти по лучшему сценарию для пациентов. То есть Юрд с Лойдом должны были сами выбрать наиболее подходящее для себя направление в общем потоке Бесформенности.

То, что больше всего соответствовало именно их талантам…

* * *

Юрд медленно приоткрыл один глаз. Затем другой.

— Все закончилось? — прохрипел он.

— Да, — ответил сидящий рядом Алекс.

— И как прошло?

— Ты мне скажи.

— Гм… чувствую себя так, словно проспал несколько лет, — пробормотал Юрд, проверяя энергетику. — Тело как будто не мое. И энергия плохо слушается.

— Попробуй еще разок. Не торопись, — посоветовал Алекс.

— Хорошо…

Тело действительно ощущалось довольно странно. Точнее, потоки текли как хотели. Это напоминало недавнюю ситуацию, когда Юрд создал врата Бесформенного и ему пришлось оперативно к ним привыкать.

Хотя, по правде говоря, он не привыкал, а просто подавил новые врата. Впрочем, так поступали многие их обладатели. В секторе даже специальные инструкторы появились, которые объясняли, как лучше всего использовать Бесформенного, но при этом не зависеть от него.

И не потерять разум…

«А ведь у Алекса тоже недолго были врата, — вдруг вспомнил Юрд. — Гм… он бы наверняка быстро ими овладел. Хотя чего еще ждать от победителя Большой Гонки. Знал бы он, как сложно мне подчинить Бесформенность. Впрочем, о чем это я? Ничего я пока не подчинил. Скорее адаптировался».

Алекс продолжал вопросительно смотреть, поэтому Юрд сосредоточился на себе. Лойд занимался тем же самым — это было видно по его напряженному лицу. Надо сказать, Юрд иногда завидовал коллеге, потому что у того помимо таланта имелась еще и личная сила! Да, конечно, талант также уважался в мире адептов и мог помочь заработать, но хотелось-то большего!

Главным различием между двумя адептами были врата: три у Юрда и восемь у Лойда. Дополнительные врата Бесформенного довели соотношение до четырех против девяти, но это несильно меняло общую картину — Лойд был гораздо сильнее, даже с поправкой на уровень, боевую концепцию и более низкий грейд Тела Потенциала.

Собственно, он легко добрался до шестой стадии, а Юрд мог об этом лишь мечтать. И даже со всеми заработанными на Большой Гонке деньгами не знал, получит ли когда-нибудь девятнадцатый уровень.

«И нужен ли он мне сейчас?» — мысленно усмехнулся Юрд.

Смешно, но когда-то он планировал скрыться во Втором Радиусе от проблем Первого. Мол, там будет безопаснее. Но потом угодил в изолированный сектор и даже столкнулся с титанами.

Впрочем, сейчас Юрд ни о чем не жалел.

«Зато у меня есть Тело Потенциала!» — напомнил он себе.

Наконец, энергия начала медленно подчиняться его усилиям. Что странно, при этом не потребовалось подавлять врата Бесформенного! Более того — они даже начали встраиваться в общий поток, словно бы между энергиями из разных врат имелось нечто общее.

Это вызвало восторг и надежду…

К четвертым вратам Юрд относился с большим трепетом. Недавно он сказал Алексу, что открыл их, чтобы усилить свои навыки как сканера, но на деле он просто хотел компенсировать врата, потерянные при переходе через Барьер родного кластера.

Впрочем, эта боль была знакома многим адептам. В этом Юрд был похож на Клариссу. Они познакомились недавно и с удивлением узнали, что их истории похожи — оба имели немного личной силы, но заняли высокие посты в гильдии.

Это напрягало. Неудивительно, что Юрд вырастил врата Бесформенного. Однако до сегодняшнего дня они казались ему чужими, и его поддерживала слабая надежда, что со временем они приживутся и все это не зря. Но с каждым днем надежда становилась все слабее.

Однако энергия Бесформенного вдруг начала подчиняться после недолгой операции! По крайней мере, с ней не надо было больше бороться.

— Я чувствую врата! — с удивлением воскликнул он. — Гораздо лучше, чем раньше!

— Я тоже! — заметил сбоку Лойд.

— Отлично, — кивнул Алекс. — Тогда пора проверить, на что вы теперь способны…