– Дам задание проследить за ним и собрать сведения, откуда и зачем прибыл в Россию.

Она с благодарностью положила руку на широкую грудь защитника.

– И про его спутницу. Из вредности не узнала её имя.

– Всё сделаю, – он с нежностью поцеловал тонкие пальчики. – Не мешай мне работать. В последнее время только и занимаюсь тем, что решаю твои фантазии. Давай найдём чиновника, купим пару дурацких картин, перечислим деньги в один из фондов и свалим отсюда! Я обещал Алюше прочесть пред сном любимую сказку.

Мира мило улыбалась знакомым толстосумам, их чопорным жёнам, ещё не успевшим набраться шампанским.

Любовницы и любовники, осматривая всех жадными взглядами, тусовались в сторонке. Сборище амбициозных беспринципных людей.

В душе пустота. Слишком много энергии сегодня потрачено.

– Ты прав. Ни минуты дольше не хочу оставаться в серпентарии «друзей».

Они столкнулись на выходе с Лопуховым. Тот был изрядно навеселе.

Сальный взгляд по голым плечам и глубокому декольте «бывшей».

– Как всегда ослепительна!

Из-за спины финансового директора выглянуло чудо на худых длинных ножках:

– Милый, пойдём, ты обеща…

– Заткнись! – он оттолкнул молоденькую блондинку модельной внешности. – И пошла вон!

Мира усмехнулась. Изо рта пьяного Лопухова пёрло хорошо спрятанное гнильцо.

– Грубо, Денис! Раньше ты был добрее к своим курочкам.

– Зато ты сама любезность с очередным инвестором папочки! – Он наклонился, окутав стойким запахом алкоголя: – Видел, ты познакомилась с главным инвестором нового предприятия Николая Ивановича? Хочешь долю в африканских золотых приисках?

Пашин смартфон разрывал непрекращающийся вызов.

Мира приложила ладони к ушам.

– Прими ты уже! Невозможно слушать!

Она не успела послать липучку Дениса, как Ладыгин вернулся.

Он повёл Миру к выходу. По лестнице спустились очень быстро. Она обернулась к мужу на последней ступеньке.

– Не тяни, что случилось? – шум вечернего города не давал возможности говорить шёпотом.

– Звонили из офиса. Кто-то настойчиво пытается взломать систему безопасности нашего банка.

Мира не знала смеяться или плакать.

– Решили ограбить айти-компанию, разрабатывающую защиты? Дилетанты или специалисты высшего уровня? Я тебе говорила…

Они не заметили, что из-за припаркованного неподалёку автомобиля на сумасшедшей скорости вылетел мотоцикл.

– Ложись! – Паша швырнул жену на асфальт и бросился сверху одновременно с автоматной очередью…

Глава 15

Мира очнулась на больничной кровати. Услышала пиканье приборов жизненного обеспечения. Игла капельницы в руке. Трубки в носу. Ощущение дежавю. Так же очнулась два года назад, после родов. Тогда её пытались убить, похитив и закрыв прикованную к батарее в заброшенном доме. Кто спас и как попала в больницу, не вспомнила до сих пор.

Она закрыла глаза, пытаясь понять, как сегодня здесь оказалась.

Сердце сжалось. Друг погиб, прикрыв её своим телом? На душе тошно и страшно.

Понадобилось усилие, чтоб поднять руку вверх и освободится от трубок в носу.

– Паша… – получилось слабо, вряд ли кто-то услышит. Она закричала громче: – Паша! – и закашлялась, не сдержав стон от боли, пронзившей лёгкие.

В палату влетела медсестра лет тридцати.

– Лежите спокойно, вам нельзя двигаться!

Какое «спокойно», когда сердце бьётся набатом. Мира с трудом проговорила.

– Где мой муж?

Ужасно болело в груди.

Медсестра вызвала врача и только потом ответила:

– Его оперируют. Вы находитесь в хирургии. Как только операция закончится, я сообщу.

– Что с ним? – кровь молотом била в виски.

– Пулевые ранения. Одно навылет. Вторая пуля пробила лёгкое и застряла в мягких тканях, – ответил мужской голос.

Мира обернулась к двери. Седой мужчина с доброй улыбкой на лице зашёл в палату.

– Состояние тяжелое, но стабильное. Оперирует сам Амосов. Лучший хирург Москвы.

– Я отблагодарю! – не знала, какому богу молиться, что так повезло.

– Не нужно. Всё уже оплачено. Владимира Эдуардовича вовремя доставили вертолётом. Поражаюсь, как вашим друзьям удалось сделать это?

Она удивлённо протянула:

– Друзьям? – среди близких Павла богатых людей нет. Слёзы текли из глаз. – Я состоятельная женщина. Умоляю, сделайте всё, что в ваших силах! Спасите Павла!

– Успокойтесь! Ваш муж в надёжных руках. Теперь всё зависит от его желания жить. Не думайте о плохом! – Он подал пачку бумажных салфеток. – Вам нельзя волноваться и много разговаривать. У вас контузия правого лёгкого средней тяжести и сотрясение мозга.

Мира не помнила взрыва.

– Контузия?

Её удивление вызвало у врача улыбку.

– Ушиб лёгкого. Вы упали правым боком на бордюр. Ваш муж рухнул сверху. Сильный удар. Но серьёзных осложнений нет. У вас крепкие рёбра, Мира Николаевна. Полежите в клинике пару недель, поставим вас на ноги. Отдохнёте как следует, а после выписки займётесь лечебной физкультурой.

– Некогда мне отдыхать. Я крепкая. Только на вид хрупкой кажусь. – Она внимательно оглядела комнату в бежевых тёплых тонах. В блестящее чистотой окно билась бабочка, потерявшая ориентир, совсем как сама в последнее время. Мира тяжело вздохнула. Жизнь – боль. – Не люблю больничные стены!

– Это я помню. Как здоровье у вашей девочки? – он улыбался.

Мира смотрела в открытое умное лицо, возвращая в памяти события двухлетней давности. Почему сегодня весь день прошёл под девизом – «Без прошлого нет будущего!». Врача не помнила, как многое из того дня.

Высокий лоб прорезали морщинки. Могло быть лишь одно обстоятельство их знакомства. Стыдно, но пришлось признаваться:

– Доктор, это вы меня оперировали?

– Да, я! И очень горжусь своей работой. Вы не только выжили, но и сохранили невероятную привлекательность. За вторым малышом приходите к нам сразу, минуя подвал с наручниками.

– Хотелось бы, – вырвалось само собой.

Он озвучил один из страхов, что всегда рядом. Пытался отвлечь от произошедшего ужаса, но сделал только хуже.

Того, кто заказал похищение, так и не нашли. Мира отлично помнила, что в дом, где её насильно удерживали, приходила женщина. Запах сладких цветочных духов проникал вниз через щели.

С кем делать второго ребёнка? Без любви лечь в постель не сможет. Она растянула губы, преодолевая боль:

– Спасибо! Если бы не вы… – Мира вздохнула. – Я тогда была не в состоянии думать ни о чём кроме здоровья Али. Досталась ей мама с проблемами. Не отблагодарила вас.

Врач мягко улыбнулся:

– За что? Это моя работа. Тем более, что подарок для клиники от вашего спасителя был царским. Мы два года не могли приобрести нужное оборудование. Заказы расписаны на пять лет вперёд. А он договорился и выступил спонсором. Через два месяца мы смогли конкурировать с лучшими клиниками Европы.

Мира попыталась приподняться, но со стоном рухнула назад. Почему раньше не знала эту историю?

Он тут же оказался рядом. Поправил одеяло и взялся за подушку.

– Вам нельзя вставать!

Она выставила вперёд ладонь. Пытливый взгляд сверлил чёрные глаза.

– Постойте! Вы знаете того, кто освободил меня тогда из подвала и привёз к вам?

Врач выпрямился, пожал плечами и нехотя ответил:

– Конечно. Тот же, кто сейчас договорился с хирургом, оплатил операцию и две недели вашего пребывания в клинике.

Мира перебила. Всё это уже слышала. Интересовала конкретика.

– У этого человека есть имя? – она замерла, почти уверенная в том, что сейчас услышит.

– Да! Но он просил его не называть… – Врач с сожалением развёл руками. – Я не могу нарушить данное слово.

Мира поняла, что он не расколется. Увидеть бы документы, что за медицинское оборудование? Из какой страны? Мысли скакали с одного на другое. Какое значение имеют все имена, если Паша лежит на операционном столе? Она изменилась в лице. Вопрос задала жалобным голосом:

– С ним будет всё хорошо?

Он кивнул.

– Насколько возможно.

Мира закрыла глаза. Анализировать произошедшее пока не в состоянии.

Звук работающего аппарата больше не пугал, Темнота засасывала в спасительный сон. Устала даже говорить. Врач понял и тихо вышел.

Оставалось ждать и надеяться, что организм Паши не подведёт. Мысли об Але гнала прочь. Няня сумеет уложить дочку спать, хоть папа и не прочёл на ночь сказку.

Сон оказался коротким кошмаром. Пике в прошлое, что отказывалось отпускать.

Её снова похищали. Прямо из туалета кафе, куда заехала перекусить после осмотра у гинеколога. До родов оставалось две календарных недели.

Не успела отреагировать на человека, подкравшегося сзади. Тряпка у рта и носа, и больше ничего не помнила. Очнулась в тёмном подвале на грязном матрасе и пробыла там долгих четыре дня. Почти не кормили, воду и ту ограничивали. Постоянно хотелось есть и пить.

Мужчина, подолгу сидевший напротив, никогда не снимал маску.

Мольбы, чтоб отпустил за большие деньги, не действовали.

Надежда, что похитили ради выкупа, таяла с каждым днём.

Молилась, чтобы Паша нашёл и вернул домой.

Силы таяли.

Спасение пришло, когда уже не надеялась остаться в живых. Возня наверху, выстрелы, крики, звук падающего тела, но никто ни разу не произнёс её имени. Тяжёлые шаги прихрамывающего человека на скрипучей лестнице, что вела в подвал. Сердце билось так быстро, что казалось, выскочит из груди. Липкий страх побежал ручейком пота вдоль позвоночника. Могильный холод в груди.

Кричать, звать на помощь не было сил. Металлический скрежет прокрученного в замке ключа. Щелчок как выстрел. Скрип тяжёлой двери. Парализующий страх.

Она потеряла сознание в полной уверенности, что следующей жертвой станет сама…

Глава 16

Мира вздрогнула, словно ударилась, закончив падение. Из чёрной пустоты мозг перенёс в светлую комнату со сверчками. Страх с бешеным биением сердца отступал.

Стойкий аромат любимых роз выдернул из прошлого в настоящее. Счастье от осознания, что это всего лишь сон. Мира улыбалась, позабыв, где находится.

– Кто-то успел меня опередить? – голос Прилежина разбудил окончательно.

Радостное состояние улетучилось. Никакого желания прибрать растрёпанные волосы, посмотреть в зеркало, привести себя в порядок. Мира досадливо поморщилась. Совсем не его хотела видеть сейчас.

Нотариус по-хозяйски осмотрел просторную комнату с высокими окнами, телевизором, столиком на круглом белом ковре, напольной вазой с цветами.

Уголки губ на секунду брезгливо приподнялись вверх. Обстановка совершенно не сочеталось с аппаратом жизненного обеспечения, а пациентка специально старалась выглядеть растрёпой.

– Только узнал и сразу рванул к тебе.

Он втиснул розы в широкую вазу, смешав с теми, что кто-то принёс раньше. Но запах совсем не тот, что у любимого сорта, о котором знают отец, Паша и… Сердце кольнуло. Опять пыталась втиснуть прошлое в настоящее?

Эдуард изобразил на лице скорбь, верилось, что ещё чуть и заплачет. Мира скривилась. Юрист «Большого» и «Малого» что-то задумал?

– Жалко Пашу. Хороший мужик… был.

Взгляд Миры метнулся с букета роз на нотариуса. Сердце ухнуло вниз.

– Как это был? – изящные брови сошлись у переносицы.

– Сказали по новостям. Вы сейчас на всех каналах мелькаете.

Он говорил, не скрывая радости, будто журналисты освещают их с Пашей свадьбу, которой не было.

Миру трясло от страха и злости. Прибежал пометить освободившееся место?

Она не слушала, что произносили шевелящиеся сластолюбивые губы.

Врач обещал, что Павел будет жить! Кровь ударила в голову. Боль в висках. Шум в ушах. Ещё немного и свалится в обморок. Дрожащие пальцы с трудом дотянулись до кнопки вызова.

Медсестра примчалась через пару секунд.

– Что случилось? Мира Николаевна, вы очень бледная. Обезболить?

Мира сверлила гневным взглядом рыжеволосую красотку.

– Что с моим мужем? – вопрос прозвучал угрозой.

– Вы спали. Приходил хирург.

Пока медсестра добралась до сути, Мира успела передумать самое страшное.

– Операция прошла успешно. С вашим мужем всё хорошо! Перевели в реанимацию. Состояние стабильно тяжёлое. Жить будет!

Камень упал с груди. Появилась возможность свободно дышать. Она почувствовала, как отливает от головы кровь. Можно успокоиться, но разве дадут?

– Мира, ты как?! – в дверях появился Лопухов. Ещё один букет роз и улыбка кота, взирающего на сметану. – Прими соболезнования! – он бесцеремонно отодвинул медсестру и встал рядом с Прилежиным. – Николай Иванович поехал к тебе в особняк, будет чуть позже.

– Зачем?

– Забрать Алю на время, пока ты лечишься. Похоронами займётся…

Миру взорвало. Заботливый папа обеспокоен сохранением генофонда? Дочь товар порченый, а малышку можно вырастить послушной овечкой? Она протянула руку к смартфону. Печатать не получилось, плохо слушались пальцы. Пришлось, наплевав на лишние уши, звонить начальнику охраны особняка.

– Стас, не впускайте моего отца ни под каким предлогом! – она изменилась в лице. – Что? Уже у ворот? Посмотри на окна спальни Али, горит свет? Нет? Тогда выпроводите его за пределы территории особняка! Скажите, что выполняете мой приказ! – Старыгин решил открыто бороться за внучку? Обломится! – Пока меня нет – никаких посетителей в доме! Прислугу не выпускать. Я на тебя надеюсь. Приставь к Але с няней пару ребят. Двадцать четыре часа под охрану!

Она тяжело дышала. Медсестра выставила на время друзей-соперников из палаты. Пришлось делать укол. Трубки дыхательного аппарата вернулись в нос.

Хватит истерить. Никто не посмеет забрать ребёнка у живых родителей, тем более у неё!

Мира решила не прятаться за временным запретом, а поставить кандидатов в мужья от отца на место раз и навсегда.

Слишком многим в его окружении хотелось сделать её вдовой, но этим особенно. Любой из этой парочки мог оказаться заказчиком покушения. Главное не поддаться эмоциям. Нужен анализ и холодный расчёт.