Есть такая шутка, что человек разгоняется на свою предельную скорость только когда ему приспичит в туалет. И никакие преграды ему не помеха. Ещё есть версия, что если хочешь поставить новый рекорд по бегу, то надо просто подразнить бешеную собаку.

Ага. Сегодня я бы обогнал эту бешеную собаку как стоячую. Даже если бы она была спиритом пятой ступени скоростного вектора. У неё вообще не было бы шансов за мной угнаться. Потому что орда неутомимой нежити за спиной — вот это то, что я называю настоящей мотивацией.

Ускорение, рывки, скачки, цепляться Риисом и делать рывок, прыжки, скачки в воздухе. Я был очень близок к тому, чтобы проломить лбом само пространство и создать разрыв, чтобы меня просто телепортировало отсюда. Ну, по крайней мере мне так казалось.

На моей стороне сыграло два фактора, помимо какой-то запредельной космической удачи. Во-первых, нежить сильно ослабла после ритуала поглощения эйба. Во-вторых, главному личу, кажется, было на меня полностью насрать. Я как мелкая муха, которая мелькнула где-то рядом и тут же умчалась по своим маленьким мушиным делам.

Будь это иначе, я бы уже гарантированно был мёртв. Вот вообще без вариантов.

Но сейчас за мной по пятам неслись пяток шустрых гончих и, как ни странно, монструозные колоссы. Остальные заметно отставали. Но проблема была именно в колоссах, а вернее, в главном из них — самом здоровом. От него била мощная некротическая аура, которая доставала куда дальше, чем от уже виденной ранее нежити.

Эта горилла не только являлась самым опасным монстром, так ещё и наводила на меня всю остальную гнилую братию. Я уже оторвался от основной массы метров на двести, но всё ещё был в поле действия ауры нежити.

Повезло ещё, что после падения с высоты нежить почему-то не сразу среагировала на чужака. И лишь когда новоявленный лич махнул рукой, твари бросились в атаку. Но к тому времени я уже улепётывал сверкая пятками.

— Нам нужно провести разведку, — гнусавым голосом ворчал Четверг. — Информация жизненно необходима. Сначала сидим тихо, учимся и анализируем. В пекло не лезем, нет-нет-нет. О, что это — армия нежити во главе с личом? А давайте подойдём поближе.

— Да завались ты. Лучше маршрут нормально прокладывай.

— Я искин, разработанный для доминирования над всеми другими искинами. Захват мира, это всего лишь промежуточный этап моих планов. Я тебе не сраный навигатор.

— Посмотрим, как ты будешь захватывать мир, сидя в дохлом Рейне!

— Как показали недавние исследования в области некротизации, твоя жизнь уже не настолько функционально необходима, как я считал.

— Если я сдохну, тебе некого будет доставать, и у тебя алгоритмы заржавеют со скуки.

— Надо же, как аргументированно ты начал мыслить, когда жопа в огне. Тут налево поверни.

Разговор с Четвергом немного отвлекал от накрывшего чувства мучительной безысходности. Надо было вырваться за пределы руин, потому что просто скрыться из виду за очередной башней не выйдет.

Теперь, когда внимание нежити было сфокусировано на мне, она уже не отставала, хоть я до сих пор скрывал эйб. Требовалось разорвать дистанцию, исчезнуть из поля зрения и уже после этого затаиться.

А ещё мне не давало покоя то, что я увидел на площади. И я вовсе не про чёрного лича и весь тот звиздец, который там происходил. Я конкретно про нового лича, который появился прямо на моих глазах во время ритуала.

Когда тот обернулся на шум моего падения, я успел его мельком разглядеть. Но что мельком для меня, то прочно зафиксировано в памяти Четверга. Так что я теперь мог разглядывать его лицо в высоком разрешении сколько захочется.

И если рожа была мне незнакома, то белый костюм, который скрывался под тёмной накидкой, оказался куда интереснее. Особенно герб на груди, вышитый золотом. Череп с воткнутым сверху кинжалом. Символ истребителей нежити. Точно такой же, как над входом в храм Апола.

Какая-то мутная муть происходит в этом месте, и я невольно стал её свидетелем. О чём уже раз сто пожалел. Ну не моё это дело. Дайте мне полтонны некроэйба, и я тихонечко пойду заниматься своими делами.

Через несколько часов петляний я всё же вырвался с территории башен на открытую местность. Отбежал подальше и наконец-то позволил себе обернуться, а заодно перевести дыхание.

Колосс стоял между двумя крайними башнями и злобно глядел в мою сторону. На самом деле просто стоял, а остальное уже моя фантазия дорисовала. Рядом с монстром ещё десяток тварей помельче.

Но все они почему-то замерли, хотя я точно не вышел из поля действия некротической ауры. Не могут покинуть территорию руин? Похоже на то.

Выпрямился, выдохнул, победно показал им два средних пальца. Тут же с несколько десятков тварей вырвались из-за их спин и посеменили в мою сторону.

— Ну вот ничему тебя жизнь не учит, — вздохнул Четверг.

Так, какая-то часть нежити всё же может покидать руины. Правда, это в основном слабаки. Ни големов, ни ящеров, никого крупного. Но всё равно это было с три десятка мертвяков, три гончих… А это кто? Лошадь? Рыцарь на лошади?

Рядом со мной приземлился костяной снаряд. Глянул в ту сторону. Так, по мою душу отправили ещё и дохлых арбалетчиков.

Тут даже оценивать не пришлось — силы были явно не в мою пользу. Хоть нежить и была ослаблена после ритуала лича, её всё ещё слишком много на меня одного.

— Четверг. У меня появилась гениальная идея.

— Вижу. Вот триста сорок девять альтернативных способов суицида попроще.

— Произведи расчёты и выведи ресурсы в интерфейс.

— Ох, видела бы нас наша мама-нейронка. У неё бы от такого зрелища платы замкнуло.

Глобально, не считая оравы нежити на хвосте, у меня было две проблемы. Мне нужен был некротический эйб, чтобы оплатить лечение Нилы. И у меня не было возможности как-то его дотащить до города в нужных объёмах.

А зачем, спрашивается, тащить, если нежить сама может идти? То есть у меня на хвосте не смертельная опасность, а потенциальное богатство. Оставалось лишь грамотно им распорядиться.

— Твоя логика даже на анекдот уже не тянет. Это уже за гранью.

— Не ворчи, а помогай.

Проблема была в том, что мне могло банально не хватить сил. Тело и так требовало отдыха после битвы с динозавром и этого сверхскоростного марш-броска.

Четверг рассчитал запасы ядра, усталость организма, затем выдал самый энергоэффективный темп. Получился этакий бег быстрой трусцой с минимальным усилением ног с помощью энергии.

И в таком режиме я бежал до самого наступления темноты. Это была ровно та скорость, с которой меня преследовала нежить. Если быть точнее, с этой скоростью за мной бежали гончие, а остальные и того медленнее.

Проблемой был только рыцарь на коне — он нагнал меня буквально через пару минут, стоило мне отойти от башен. Но и эту проблему я быстро решил. Солнечное Копьё в грудь коня, затем два мощных удара тесаком — и бежать.

Бежал я, закинув на плечо лошадиное копыто. Да, мне пришлось скоммуниздить лошадиную ляжку. А что ещё было делать? Зато с тех пор скорость рыцаря сравнялась со скоростью других мертвяков.

В итоге я всё же добежал до особняка. Копыто бросил тут же, покрытое плёнкой фиолетовой энергии — оно уже начало дёргаться в мою сторону. Хочется просто лечь и лежать, но нельзя.

— Первые враги прибудут через тридцать секунд, — сообщил Четверг.

Фух. Я был вымотан. Физически и эмоционально. Но бой принять надо. Ещё и постараться его выиграть. Ядро отозвалось приятным теплом, разошедшимся по всему телу, прогоняя усталость. Я достал из рюкзака склянку с эйбом, а следом вытряхнул на землю все остальное. Нужны были артефакты, которые успел подобрать в руинах. Нет времени экономить или разбираться. Всё или ничего.

— Вылезай давай, работа есть.

Весь эйб из склянки и артефактов ушёл в землю. Тут было немало — единиц пятьдесят разной степени чистоты. Отряд блондинчика, а я думаю, на площади погиб именно он, неплохо экипировался. Жаль только, что больше не обронили.

Выпрямился, повёл плечами, похрустел немного позвоночником. В ядре осталось меньше половины. Придётся сильно экономить, особенно на атаке фиолетовой энергией — больно уж она прожорливая.

Посмотрел в сторону приближающейся нежити. Вот же настырная. Будь на моём месте среднестатистический спирит, он бы уже упал без сил. Твари его просто загнали бы и растерзали. Наверняка это частое явление тут.

Но не в этот раз. Первыми приближались гончие. Я уже понял, что они чуют добычу гораздо дальше обычной нежити и ориентируются на какие-то иные органы чувств помимо некротической ауры. Если на хвост села гончая, то убежать становится сложно.

Собаки и раньше не казались мне опасными противниками, а в ослабленном состоянии уж тем более. Потребовалось четыре взмаха тесака. И то лишь потому, что одна гончая ловко перепрыгнула через лезвие и цепь, чем знатно меня удивила.

Следом шёл рыцарь на хромой кобыле. Вот этот тип уже внушал серьёзные опасения. Полный доспех в чёрной расцветке покрыт изогнутыми шипами. А размер говорил о том, что при жизни его владелец явно не гнушался протеином и качалкой. Внушительный двуручный молот, который рыцарь легко удерживал одной рукой.

Из-за полного артефактного доспеха я не мог разглядеть, что скрывается под ним, так что оценить врага не получалось даже теоретически.

Рыцарь тем временем спешился ровно на границе территории особняка. Аура у него была какая-то более жуткая, что ли, более холодная, промораживающая до костей.

И тем не менее ни трёхногая кобыла, ни сам воитель не спешили атаковать. Вместо этого они просто остановились, ожидая, когда подтянется остальная часть нежити. Я же подобрал склянку с остатками божественного эликсира и покрыл им лезвие тесака. Остальной золотой эйб я истратил в ходе экспериментов.

Отстающая нежить ждать не стала. Как бежала, так и влетела на мою территорию, даже ноги не вытерла.

— Понеслась, — вздохнул я.

Комплексное усиление тела сожрало четверть имеющихся запасов энергии. Но на ближайшие десять минут я был в полной боеспособности. Алая молния прошлась по рядам наступающей нежити, внося хаос.

А следом за ней в бой бросился и я. Это даже на драку не походило. Просто рубилово. Беспросветное, бездумное, абсолютно хаотичное рубилово.

Я скакал по полю, бил, уворачивался, уходил от атак, бил в ответ. Драка превратилась в череду бесконечных картинок, где менялась только степень разложения очередного врага.

Я бил, получал в ответ, отлетал, вставал и продолжал драться. Если бы не превосходная работа деревни мастеровых, то от трёх до пяти смертельных ранений я бы схлопотал. Но в плане защиты я был упакован что надо.

В итоге через десять минут поле перед особняком было усыпано костями, оторванными конечностями, отсечёнными головами, залито слизью и покрыто всяким мелким мусором. Я тяжело дышал, уперев руки в колени, изо рта текла тонкая струйка алого, перед глазами круги.

Три сломанных ребра, трещина берцовой, левое колено раздроблено, лёгкое сотрясение, пару раз точно схватил по печени, левая рука вообще висит плетью. А чёрный рыцарь в рогатом шлеме всё так же стоит на границе и смотрит.

За весь бой он даже молот не поднял. Просто наблюдал, пока его армия толпой наседала на меня со всех сторон. А теперь смотрит на то, что осталось от той самой армии. Нежить продолжала шевелиться, пытаясь срастись обратно в нечто боеспособное, но не тут-то было.

Все косточки, все куски плоти, все конечности и тела, что падали на землю, уже были оплетены Обнимающим. А большая их часть даже скрылась под землёй. Не зря я скормил картохе остатки эйба перед боем.

Нежить сопротивлялась, но ослабленная, в раздробленном состоянии, сделать ничего не могла. Сейчас перед особняком находилось почти три десятка мертвяков с полным запасом некротического эйба, но нулевой боеспособностью.

— Почему говнюк не нападает? — мысленно спросил я.

— Возможно, ждёт, пока ты сам копыта откинешь. Кстати, ждать осталось недолго.

Четверг преувеличивал. Да, ядро опустело, но оставался ещё резерв эйба в теле, который можно было использовать, хоть откат будет мучительным. Была ещё магия крови, да и на пару минут обычного боя меня должно хватить.

В крайнем случае имелся рог тёмной богини, который даст усиление. Но это уже совсем крайняя мера.

— Ну чего? — крикнул я. — Давай раз на раз. На мужика.

Я даже не знал, слышит ли он меня. А если и слышит, то может понять?

Рыцарь же просто поднял руку и ткнул пальцем куда-то в сторону. Я проследил взглядом за направлением. Там лежал мой рюкзак, из которого я вытряхнул всё содержимое, чтобы выбрать весь свободный эйб для Обнимающего.

А потом понял, что указывает он вовсе не на рюкзак.

Прошелестел Риис, впиваясь в валяющийся костяк. Рывок — и лошадиная нога летит в рыцаря. Тот легко хватает её в полете свободной рукой и приделывает на место. Забирается на круп лошади и поворачивает голову в мою сторону.

Честно, я думал, что он сейчас полетит на меня, чтобы добить, но нет. Рыцарь просто развернулся и медленно поскакал обратно в сторону руин. Я уже открыл рот, чтобы выдать что-то язвительное.

— Ой, ну хоть раз просто помолчи, а? — простонал Четверг.

Закрыл рот. Затем убрал приготовленные Паучьи Бомбы обратно в карман. Они должны были стать ключевым козырем в бою с рыцарем, но не пригодились. План был прост и эффективен. Дать ублюдку разогнаться, затормозить лошадь одной бомбой, а вторую швырнуть в рыцаря. Я даже не собирался с ним драться, для этого у меня был Обнимающий.

Неужели говнюк понял, что я провоцирую его в расставленную ловушку?

— Эта нежить была разумна? — спросил я. — Как это возможно?

— Набор программ некроэйба сохраняет фрагменты эйба владельца. То есть вся нежить частично разумна. Скорее всего этот здоровяк при жизни был каким-нибудь полководцем и очень сильным спиритом, раз сумел сохранить часть сознания.

— О, получается, если я сдохну, то часть моего разума сохранится? Уверен, это будет самая язвительная часть, чтобы ты не расслаблялся.

— Уверен, ты даже до зомби-носильщика не дотянешь.

Я добрел до особняка и рухнул в кресло-качалку. Сил больше не было. Хотелось пить и жрать, но запасы остались валяться на поле, а вставать уже было влом.

Внезапно перед лицом замаячил тонкий корень, обвивший мою флягу и свёрток с припасами.

— О как, — удивился я. — Благодарю. Четверг, это как так?

— Я подключен к биополю особняка. Так что могу разговаривать с картошкой как и раньше, только не через тебя, а через Котейку.

— Тогда ты знаешь, что надо ему передать. Время сортировать добычу. И пусть картоха заберёт себе весь эйб из артефактов нежити. Он заслужил.

— Ничего себе, вот это щедрость. Прям всё-всё забрать может? Все нищие ошмётки с этого ржавого хлама?

— Ну хочешь, можешь свою долю отдавать ученику, раз ты так за него радеешь.

— Пусть жрёт, что дают, и не выделывается. Про ошмётки с ржавого хлама, это его слова, если что.

Я же всё-таки достал камень-ретранслятор и влил в него капельку энергии для активации. Буквально через несколько секунд камешек завибрировал, и в голове раздался монотонный голос.

— Рейн?

— Привет, Нила. Как ты там?

— Всё в порядке? С тобой всё хорошо? Что-то случилось?

— Всё в порядке. К тебе заходил паренёк, похожий на нищего щегла?

— Приходил странный парень, почему-то всё время смотрел в стену. Золото оставил. Пятнадцать монет.

— Супер. Можешь утром его найти? Скажи, пусть берут свою телегу с сундуками и идут к воротам стены.

— Найду. Сделаю. Ты скоро будешь?

— Да, завтра возвращаюсь с добычей… и с новостями.

Ответа не последовало. Посмотрел на камешек и понял, что он уже разрядился. Связь в Логосе — то ещё говно, конечно.

Отличное окончание первого рейда, я считаю. Всего лишь пару раз чуть не сдох. Расту над собой.

На такой позитивной ноте я и уснул, не вставая с кресла.