Ударная мощь у них точно посолиднее будет, а значит разобраться надо быстро.

— Брамс, давай прямо на него. Нужно спровоцировать тварь на ещё одну атаку.

— Командир, но… Не факт, что у меня получится увернуться! Если эта махина приземлится сверху, то нас сразу превратит в тонкий блинчик!

— Давай-давай, — не стал слушать я его предостережения. — Можешь не уворачиваться. Я люблю блины.

Не думаю, что мой ответ воодушевил Брамса, однако перечить мне он не посмел. Крионит медленно и довольно неказисто начал поворачиваться, завидев вновь приближающуюся цель.

Его массивное тело прижалось к земле. Колени заострились, показывая предельную готовность к прыжку. Главное не опоздать.

— Сейчас прыгнет! — заорал Скиф прямо мне в ухо. Святой Деймос, я его как-нибудь всё же прихлопну.

Крионит резко исчез с места. Настолько резко, что в первое мгновение даже не понял, что произошло, но быстро взял себя в руки и поднял взгляд вверх. Туша уже находилась в воздухе, пикируя ровнёхонько на нашу посудину.

Сейчас.

Одним движением сорвал метательный нож с пояса и не глядя запустил его в сторону бронированной махины. Одновременно с этим заставил нить воли зависнуть в воздухе ровно на траектории движения зверя.

Удар.

Голову пронзила острая вспышка боли. Несмотря на то, что я не собирался ловить крионита в воздухе, а просто хотел поставить перед ним препятствие, даже на мгновение сдержать многотонную тушу оказалось очень и очень непросто.

В глазах резко потемнело, уши зазвенели, а во рту появился солоноватый привкус. Видимо, прикусил язык от напряжения. Однако своей цели я добился.

Запнувшись о невидимую ступеньку, крионит полетел вниз, значительно добавив градусов к углу пикирования. Ровно на нож, который летел навстречу.

Нить воли грозилась вот-вот развеяться, приняв на себя ударную нагрузку, но последним усилием поправил траекторию движения и придал оружию дополнительное ускорение. Лезвие вошло ровно в незащищенную глазницу, благодаря мощному импульсу погружаясь в голову твари вместе с рукоятью.

Готово.

Зверюга упала в снег, мелко дергаясь в предсмертных конвульсиях, я же плавно осел на скамейку, пережидая секундную слабость.

— Рей, с вами всё в порядке? — Герта единственная периодически обращалась ко мне по имени.

— Да, сейчас пройдёт, — слабо ответил я, проводя тыльной стороной ладони по уголку рта и вытирая тонкую струйку крови.

— Да вы поглядите! — громкий голос Скифа ворвался в голову словно отбойный молоток, всколыхнув было утихшую боль. — Босс его прихлопнул прост…

— Скиф, твою мать, — перебил я болтуна. — Захлопни варежку. Отвесил бы тебе тумаков, да двигаться лень.

После моих слов от Герты болтуну тут же прилетела затрещина, и я благодарно кивнул женщине. Хоть так.

— Чего тормозим⁈ — судя по всему, Герта успела хорошо отдохнуть, пока что спала. От женщины так и несло энергией и энтузиазмом. — Ноги в руки и вперёд собирать трофеи! Пока всякие стервятники не налетели.

Последнюю фразу женщина произнесла заметно тише, поднимая взгляд на пару джипов, которые уже почти до нас добрались. Быстро я разобрался — ещё секунд тридцать промедления, и Райс тоже успела бы чем нибудь плюнуть в тварюгу. И потом разбирайся, кто сколько пользы принёс, и как делить добычу.

Теперь же всё единолично наше. Несмотря на то, что джипы остановились, и неугомонная рыжая особа вновь выбралась наружу, я был уверен, что проблем Райс нам не доставит. Слишком мелко для неё будет отнимать чужое.

Одно дело, если бы это был Цветок Слёз, ради которого всё и затевалось. И совсем другое, какая-то случайная, хоть и ценная, животина.

После того как Райс вновь направилась в нашу сторону, первым делом она долгим задумчивым взглядом осмотрела тушу мертвого крионита.

— Это ты его убил? — с её ракурса маленькой раны в глазнице было не видно, да и приступившая к разделке тела троица тоже мешала обзору. — Каким образом?

Вместо ответа отодвинул в сторону меховую шубу, показывая девушке пояс с ножами.

— И? — кажется, Райс ничего не поняла.

— Эти железяки довольно острые, — постучал пальцем по одному из лезвий. — И не очень пришлись по вкусу этому снежному крабу.

— Я вижу, сегодняшний день тебе совсем запудрил мозги? Выторговал пару осколков и поверил в себя, да?

Да что ж такое… Существует ли хоть одна фраза, которая не заденет самолюбие вспыльчивой рыжули?

При этом судя по всему, чаша терпения Райс на этот раз всё же переполнилась. Девушка развернула весь корпус в мою сторону, поднимая руку вверх. Вот только совершенно неожиданно, между нами двумя вырос Скиф.

Болтун, кажется, вообще не замечал, что накал страстей перешёл на следующий уровень, и спешно бежал ко мне, широко улыбаясь и держа что-то в руках.

— Фух, босс, — весь испачканный голубой кровью и слизью, Скиф протянул мне… сгусток каких-то ошмётков? — Ваш нож. Еле достал!

Нож? С трудом разглядел в этом месиве плоти и крови своё оружие. И правда, нож.

Что ж, сейчас болтуну можно было даже сказать спасибо — иногда он появлялся как нельзя вовремя. Увидев, что я и правда забираю у Скифа оружие, Райс остановилась и вновь обернулась к телу крионита. И на этот раз рана в глазнице не осталась незамеченной.

— Спасибо, Скиф, — искренне поблагодарил я подчиненного, даже несмотря на то, что он ни на мгновение не подумал очистить нож. Сам справлюсь.

— Рад стараться, босс! — гаркнул он мне в лицо. — Это и правда было классно! Я даже поначалу своим глазам не поверил! Думал всё, конец нам, и тут вы…

— Скиф! — посмотрел я на болтуна жестким взглядом. — Прошу тебя, избавь меня от подробностей. Если не заметил, я сейчас занят.

— Простите, босс! Вас понял! Удачи вам с этой крошкой!

Хитро подмигнув, Скиф развернулся и потопал обратно к туше крионита, возбуждённо подпрыгивая и насвистывая себе что-то под нос.

К моему удивлению, Райс даже не попыталась его поджарить, несмотря на то, что говорил болтун в полный голос, и девушка точно слышала его последнюю фразу. Однако всё её внимание было приковано к пустой глазнице твари, на месте которой сейчас красовалась глубокая дыра.

— Ты не соврал что-ли?

— Не-а, зачем? — ответил, протирая нож снегом, и затем насухо вытерев об меховой рукав.

— Какой-то подозрительно хороший навык метания для того, кто меньше недели назад мог только ходить и мычать, — удивила меня Райс.

С чего это вдруг она знает про меня такие подробности? Собирала информацию? Но зачем?

— Кто-то подозрительно много интересуется пареньком, который меньше недели назад мог только ходить и мычать, — скопировал я её ответ и сам пошёл в контратаку, задавая неудобные вопросы. — Да и внимание ко мне, очевидно, чересчур повышенное с твоей стороны. Не хочешь объяснить, почему?

— Даже и не думай, — фыркнула девушка, видимо, подразумевая какой-то романтический подтекст. — Только глупый не сопоставит, что кто-то в нашей крепости находит Цветок Слёз, и после этого одной из самых влиятельных жительниц Деймора срочно требуется ещё один. Это говорит лишь о том, что этот подснежник гораздо ценнее, чем мы думали. А если он гораздо ценнее, то… Ты не только вылечился, но и стал единённым?

Ничего не ответил, убирая нож на пояс. Но девушку моё молчание лишь убедило в своей теории.

— Значит да. И сейчас пытаешься это скрыть. Однако я не дура, и прекрасно понимаю, что простому человеку невозможно настолько мощно и настолько точно метнуть нож. Значит, вероятно, воздух? Необычный способ использования, но на удивление эффективный. Скажу Сквозняку, чтобы попробовал на досуге.

Райс на мгновение прервалась, однако я не успел вставить и слова.

— Единственное что не понимаю, так это каким образом ты смог обнаружить все те провалы под снегом? Сквозняк так не может, а у него, между прочим, вторая грань!

При этом последняя фраза была сказана таким важным тоном, словно это было крайне сложное достижение. Но нет — вторая грань это же следующая после начальной! Кто-то вообще может сразу скакнуть на неё уже во время своего первого единения со стихией. Хотя может для крайних регионов это и правда было достижением.

— Лучше скажи, что ты от меня хочешь? К чему все эти разговоры? Единённый я или нет — какая разница?

Райс посмотрела на меня долгим задумчивым взглядом.

— Я просто хочу знать, действительно ли искажённый Цветок Слёз может сделать обычного человека единённым. И может ли он повысить грань слияния со стихией у тех, кто уже прошел первый этап единения.

Эх, подруга, если бы я сам знал ответ на этот вопрос. Да я этот ваш Цветок Слёз даже в глаза не видел! Кто же знал, что легенда Эмилии заварит такую кашу. Но, вполне вероятно, что ответ будет отрицательным — всё-таки несмотря на редкость, этот подснежник периодически встречался. И такое ценное свойство вряд ли бы пропустили мимо внимания.

— Молчишь, — на лицо девушки наползла невеселая усмешка. — Хорошо. Тогда скажу тебе одно — если тебе посчастливится найти ещё один Цветок Слёз, то не спеши нести его к Ариэлле. Я, конечно, не обладаю такими же необъятными ресурсами, но всё же могу предложить много чего. Особенно если этот цветок будет огненной стихии.

И не дожидаясь от меня ответа, Райс развернулась и направилась обратно к джипам. Меньше чем через минуту оба транспортных средства вновь тронулись с места, быстро исчезая в белых клубах снега. Судя по всему, на этот раз наши дорожки разошлись окончательно.

Интересно, с чего это вдруг такая маниакальная одержимость полумифическим цветком? Неужели у девушки, которая однозначно не относилась к простому люду, не имелось других способов, повысить грань единения? Сомневаюсь, но…

Видимо, дело было именно в этом. Хотя, какая мне впрочем разница?

Выстраивать с Райс даже сотруднические отношения я был не намерен. Во-первых, у меня имелась Ариэлла, с которой было гораздо выгоднее взаимодействовать, а во-вторых, из всего её необъятного богатства меня интересовал лишь стихийный источник. Поэтому стоило рыжуле скрыться с глаз, как я тут же выкинул её из головы.

За время нашего разговора Герта, Брамс и Скиф не сняли даже половину хитиновых пластин с туши крионита, так что решил пройтись по округе, пока было время. Кристаллов мало не бывает, так что раз выдалась минутка, стоило поискать подснежники. И заодно опробовать новый инструмент.

Одной из главных наших обновок, на который была потрачена почти половина закупочного бюджета, был артефактный бур, позволяющий быстро выкапывать вертикальные лунки строго вниз. В основе артефакта лежал осколок пресловутой стихии воздуха, с помощью которого пробуренный снег «выплескивался» высоко вверх своеобразным фонтанчиком.

Сильно отдаляться от своих не стал, и наткнувшись на первый спящий подснежник, сразу же активировал инструмент. Винтовое сверло закрутилось, быстро погружаясь в снег, а мне в лицо тут же прилетел водопад снежинок.

— Тьфу-ты, — отплевал я попавшие в рот хлопья. — И как к тебе примоститься-то?

Всё же артефакт относился к нижнему сектору ценового сегмента, что вносило определенные коррективы в удобство его использования. В итоге, для того, чтобы не получать в лицо струю снега, пришлось распластаться пузом на снегу. Однако скорость бурения компенсировала все недостатки.

Уже через три минуты выключил бур, просверлив вплотную друг к другу сразу две лунки, чтобы обеспечить себе удобный доступ. Верхушка подснежника пока что не показалась над снегом — не стал бурить глубже, чтобы ненароком не повредить растение.

Теперь только по классике — лопатой и руками. К сожалению, нить воли тоже не могла вытащить подснежник из под снега, не обломав ему ветки, листья, и не сведя его ценность к минимуму. Поэтому до сих пор приходилось напрягать мышцы и гнуть спину. Но это только единоразовая акция — для подобной работы у меня имелась Герта и компашка.

Спустя ещё несколько минут ярко-зелёный росток оказался в моих руках, и закинув его в корзину, двинулся дальше. Как назло, подснежников тут было совсем мало, и пока что нить воли натыкалась лишь на трещины и провалы в снегу, к которым я вновь вернулся.

Зато обнаружил на кое-что другое. Обойдя очередную яму, скрытую под снегом, неожиданно осознал, что это совсем и не яма вовсе. А скорее чья-то нора или берлога.

И с одной стороны, слой снега над жилищем был довольно толстый и ничем не потревоженный, что говорило о том, что владелец давненько сюда не заглядывал. А с другой, прямо у входа лежали чьи-то кости с остатками мяса. Заброшенное это место или нет?

— Герта, как у вас там дела? — связался я с подчинёнными по рации.

— Ещё работаем, командир, — протрещал в ответ женский голос. — Случилось что?

— Нет, работайте дальше, — решил пока не дёргать троицу. — Конец связи.

Для начала проверю, что там такое, и уже по ситуации буду действовать. Тем более что если там до сих пор находится кто-то живой, то компашка Герты мне будет лишь мешать.

Осторожно наступил на снег, под которым скрывался вход в пещеру. Он не провалился сразу — твердый слой наста держал крепко. Так что пришлось несколько раз подпрыгнуть, прежде чем съехать на пятой точке вниз.

Нить воли так же сканировала пространство впереди. Однако судя по всему, мои опасения оказались излишними, и нора была заброшена. А остатки мяса на костях не сгнили лишь потому, что здесь было крайне холодно.

Не особо большая пещера, метров тридцать в глубину и парочку в высоту. Ничего интересного на первый взгляд тут не было — лишь кости, кости, и ещё раз кости. Видимо, неизвестный обитатель жил тут приличное количество времени, прежде чем отправиться куда-то дальше.

Кости, кстати, были не только животных. Пройдя несколько метров от входа, наткнулся на раздробленную человеческую грудную клетку, да и дальше людские останки продолжали встречаться. Кое-где валялись поломанные предметы экипировки, рваная одежда, попался даже пистолет в кобуре.

Естественно, в абсолютно непригодном к использованию состоянии, но я не унывал. Шансы найти что-либо немного повысились.

В самом конце пещеры обнаружил могильник. Углубление, в которое владелец этого места скидывал почти все остатки своих трапез. Яма, глубиною метров пять, была по самую верхушку заполнена костями.

К счастью, разгребать всё это добро мне не требовалось — нить воли прекрасно скользила между останками, без проблем находя дорогу вниз. И именно здесь мне посчастливилось наткнуться на первую находку. Правда ещё непонятно, насколько ценную.

На самом дне ямы валялся кулон на блестящей цепочке. Пришлось повозиться, чтобы вытащить его наружу — украшение постоянно цеплялось за осколки костей. Даже слегка вспотел, решая своеобразную головоломку, но спустя минут десять находка наконец оказалась у меня в руках.

Посмотрим… С тихим щелчком кулон открылся, открывая моему взгляду… Зеркало?

Ну как зеркало — крошечное зеркальце, дай бог размером с треть моей ладони. И что это за прикол такой? Не думаю, что его можно использовать даже для того, чтобы припудрить носик. Однако как бы я ни ломал голову, других способов применения придумать не мог.

Находка однозначно разочаровала, но я всё равно кинул её в карман. Много места не займёт.

На всякий случай ещё раз обошёл пещеру по кругу, но ничего, кроме замерзшего тряпья и поломанной экипировки найти не удалось. Поэтому двинулся обратно к «Рысёнку» — думаю, Герта с остальными как раз должны вот-вот закончить.

Так и оказалось. Я подошёл к машине ровно в тот момент, когда последний элемент хитиновой брони был погружен внутрь. Скиф было порывался ещё вырезать шмат мяса, говоря о том, насколько это может быть полезно для устойчивости к холоду, но Брамс пинками загнал его внутрь кузова.

Солнце уже начало опускаться к горизонту, и нужно было выдвигаться к намеченному месту ночлега. Ведь когда небесное светило полностью зайдёт, здесь заметно похолодает.

А вместе с этим, все эти бескрайние снежные просторы покроет Буря. И мне не очень хотелось прямо сейчас узнавать, насколько сдержит её дырявая глифировая обшивка. Точнее, мне то как раз на Бурю было наплевать, но вот трое из ларца её не переживут.

Благо до нужной точки оставалось не так далеко, да и на пути больше не встретилось никаких проблем. Уже через час на горизонте появилась высоченная гора, одна из самых высоких точек в округе на ближайшие километры.

Прекрасное убежище, чтобы переждать Бурю, вот только… Так думали далеко не мы одни. Чем сильнее мы приближались, тем больше нам встречалось свежих следов от других транспортных средств.

Чувствую, наверху нас ждёт горячий прием.