Утром Лорен на автобусе отправилась в аптеку Мордред и Пенелопы.

Сегодня подсчет кассовых остатков занял у нее больше времени, чем обычно, потому что ее мысли были поглощены тем, что удалось узнать минувшей ночью, а также арестом и заключением Таэги. Блюстители закона схватили невиновную, и никто из Дьяволов не знал, что теперь делать. Казалось, что если что-то и менялось в последнее время, то только к худшему.

Поднявшись из-за стола и собирая в стопку наличность, Лорен попятилась и чуть не сбила с подоконника мистера Сухарика. Вот только…

Выронив деньги на стол, Лорен уставилась на горшок с растением и невольно разинула рот.

Прежде чахлый и жалкий, мистер Сухарик вдруг стал втрое выше и крупнее. Его высота достигала уже трех футов, листья сделались зелеными.

Не просто зелеными, но и сочными, пышущими жизнью и здоровьем.

Едва она поняла, что это может означать, у нее завертелись в голове мысли. Ей вспомнилось, как пару недель назад, когда Дарьен порезался в этой комнате стеклом от разбитого горшка, его кровь капнула в почву у корней мистера Сухарика. Лорен учащенно задышала, осознавая, в чем дело…

Неужели в крови Дарьена содержится ключевой ингредиент антидота, который им так необходим? Того самого антидота, который превратит демонов обратно в тех, кем они были прежде?

Если так, значит, она могла случайно узнать, чего недостает в лекарствах доктора Атлас и Каланты. Недостающий ингредиент – кровь провидца, а точнее, целительные свойства, которыми она обладает, доставшиеся провидцам в дар от Источника Арканума.

Лорен плюхнулась на стул.

Прошло немало времени, прежде чем она нашла в себе силы позвонить Дарьену, но ее звонок сразу переключился на голосовую почту. Она оставила сообщение, объясняя то, что узнала насчет мистера Сухарика и антидота.

Закончив работу, она позвонила Мордред и Пенелопе и отпросилась на остаток рабочего дня. Как обычно, ведьмы-близнецы засыпали ее назойливыми и бестактными вопросами, но наконец согласились подменить ее и пообещали быть в аптеке через сорок минут.

Когда сорок минут истекли, Лорен взяла пробу почвы из горшка с мистером Сухариком и села на автобус, идущий до главной городской больницы.

* * *

Доставив образец почвы к матери Таннера, доктору Атлас, и объяснив, как она узнала о крови Дарьена и целительных свойствах, которыми она обладает, Лорен направилась к выходу по безукоризненно белым коридорам.

Ей казалось, будто с ее груди упал камень. По этой мрачной дороге им еще предстояло ехать и ехать, но у нее возникло ощущение, будто впереди показался свет. Если они сумеют исцелить пропавших девушек, превращенных в демонов с помощью копии Источника, одной задачей для них станет меньше.

Лорен шагала по коридору на втором этаже, лишь мельком отмечая, что происходит в палатах, мимо которых проходила, как вдруг резко затормозила возле одной. И заглянула в распахнутую дверь, присматриваясь к больной на кровати, застеленной крахмальным бельем.

Это была дочь директора Лэнгдона. Видимо, она перенесла операцию, которая должна была вернуть ей способность передвигаться после того, как прошлым летом она попала в аварию и осталась парализованной.

Лорен медлила у двери, погрузившись в задумчивость. Ей вспомнилось, что сказала Таэга в пентхаусе прошлой ночью – насчет способности Источника не только исцелять болезни, но и вызывать регенерацию конечностей.

Если Источник Арканума может творить такие чудеса, тогда он наверняка может вернуть радость движения тому, кто ее потерял.

Не дыша и чувствуя, как легкие у нее в груди сжались вдвое, Лорен шагнула в открытую дверь. Она старалась ступать бесшумно. Кроме дочери Ивадора Лэнгдона, лежащей в постели, в палате никого не было.

Лорен застыла у постели девушки, стрелки часов на стене гулко тикали, отсчитывая секунды и минуты. Постепенно ее беспорядочные мысли обретали смысл, выводы нанизывались один на другой…

Пока за ее спиной не застучали каблуки.

Круто обернувшись, Лорен увидела вошедшую в палату вампиршу. Ее короткие острые пряди волос поблескивали жидким серебром при свете, косо проникающем сквозь жалюзи на арочном окне за спиной Лорен. Вытатуированная на ключице роза казалась кровавой.

– Каланта… – запинаясь, выговорила Лорен.

Вампирша улыбнулась ей.

– Как приятно наконец-то познакомиться с вами, мисс Калла.

Лорен замерла. Откуда она знает ее имя?

Каланта подошла к изножью кровати и изящным движением сложила руки на груди. Черный бархат ее платья длиной почти до пола резко контрастировал с белизной кожи.

Дыхание Лорен участилось, она пыталась собраться с мыслями.

– Что вы здесь делаете? – наконец вырвалось у нее.

Но еще до того, как она успела договорить, в палату вошел директор Лэнгдон. Шурша академической мантией, он подошел к Каланте, плотно закрыв за собой дверь порывом призрачного ветра.

Пол завертелся под ногами Лорен.

– Это были вы… – прошептала она Каланте. – Так это с самого начала были вы…

В голове у нее проносились события последних нескольких месяцев, разрозненные детали мозаики наконец начали вставать на места.

Ей вспомнилось, как демоны-близнецы напали на нее, и как она могла бы поклясться, что слышала шум в переулке за их спиной, когда они с Дарьеном бросились в погоню за близнецами, уверенные, что только эти двое следили за ними. И что только их надо догнать и убить. Они и не подозревали, что рядом был третий – вампир, который поспешил к Каланте, сообщить, что человеческая девчонка находится под защитой Дьяволов.

Вспомнилось, как Сабрина вдруг появилась в переулке у Альбулового Рынка – очень удобно, будто кто-то высадил ее из машины специально, чтобы ее нашел вервольф, обыскивающий эту территорию в поисках пропавшей сестры. И чтобы он обратил Сабрину в надежде получить информацию, которая приведет его к сестре, а обращение Сабрины подтолкнуло к действиям саму Каланту.

Вспомнилось, как Каланта предложила союз Дьяволам и вольфам, чтобы Источник Арканума не попал не в те руки. В последующие недели на Лорен никто не нападал, никто не являлся за ней в аптеку, где она была наиболее уязвима. А она, как дура, поверила, что это талисман Авертера прячет и защищает ее.

Предложенный союз был инструментом, предназначенным для того, чтобы подобраться поближе к Лорен. Чтобы сразу узнать, если она найдет Источник.

– Вы все это время знали, что демоны и есть пропавшие студенты, – глухо выговорила Лорен. – И пользовались этим знанием, чтобы обманом убедить нас довериться вам. Это вы проводили эксперименты над ними с помощью копии Источника.

– Вынуждена признаться, что это была не только я, – отозвалась Каланта. – Мне помогали, – самодовольно улыбнувшись, она умолкла и стала ждать, когда Лорен найдет место в общей картине для новой детали мозаики.

– Рэндал… – с шипением вырвалось у нее. Той ночью в кухне Адских Врат, когда с Дьяволами связался Рэндал с приказом явиться к нему, они ломали головы, кто мог их выдать. – Это вы рассказали ему о нас. И вы же заставили его заключить Завет Крови с Дарьеном, чтобы у меня появился мотив для поисков Источника Арканума.

И она действительно хотела избавить Дарьена от метки Завета – особенно от такой. Но это не значило, что она хотела отыскать Источник.

– Да, – кивнула Каланта. – Однако ты так и не смогла его найти. А в «Dominus Volumen» сказано, что Источник можно найти только при желании. У нас нет способов принудить тебя к поискам. Нет, ты должна сама этого захотеть.

Этого они и ждали, стоя в стороне, но благодаря созданному обществу все это время наблюдая за ними на законных основаниях.

Лорен оскалилась, сжала кулаки.

– Это вы подставили Таэгу. Что, не так? А потом ваши подручные напали на Даллас, когда она наткнулась на улики, подброшенные вами в штаб-квартиру Флота.

– Таэга и Отдел магической защиты подобрались к разгадке слишком близко. Когда она начала одно за другим выявлять места, где мы регулярно принимаем грузы от Синдиката, я поняла, что от нее надо избавиться. Маленькая кража подписи со стороны Джонатана Кайла, обращение к блюстителям закона, – и они будут только рады в этой ситуации умыть руки, что относится также и к ОМЗ. Что может быть ужаснее для следствия, чем обнаружить в роли виновного одного из своих соратников, а именно – всеми уважаемого командира Ангелтинского Флота?

Кулаки Лорен задрожали.

– Суд ни за что не примет такие доказательства.

– Примет, – терпеливо разъяснила Каланта, – при наличии нужных связей.

С ними играли. Все происходящее было грандиозным, построенным на манипуляциях планом, чтобы подставить неугодных, прикрыть собственный зад и завладеть предметом поисков.

– Нам известно, что вы нашли вторую половину свитка, Калла, – продолжала Каланта. – И ты отдашь ее мне.

Лорен уставилась на директора широко распахнутыми глазами.

– Так вот почему вы не исключили нас с Даллас за проникновение в закрытую часть библиотеки! – Ей отчаянно не хватало воздуха, легкие сжались, поле зрения стало размытым по краям. – Вы надеялись, что мы сумеем получить из свитка информацию, которая вам пригодится.

Лэнгдон даже не взглянул на нее.

– Мне надоело ждать, Калла, – заговорила Каланта. – И пока вы развлекались, расшифровывая свою половину свитка и наверняка что-то утаивая от нас, нам удалось перевести нашу. И выяснить, что кровь Эразмуса Софронии способна не просто отыскать Источник, но и управлять им. Ты можешь превратить наш прототип в настоящий артефакт, Калла. Сделать его таким же реальным, как оригинал.

Лорен покачала головой.

– Я не стану.

Улыбка Каланты стала шире, клыки блеснули в солнечном свете.

– О, еще как станешь.

Лорен даже не замечала, что пятится, пока не наткнулась спиной на кардиомонитор, и тот зашатался.

– Зачем это вам надо? – шепотом спросила она.

– Ради общего блага, – объяснила Каланта. – Ради мира, где царит равенство, мира без полукровок и людей.

– Разве это равенство, если ради него истребляют целые группы, чтобы создать идеальный мир, соответствующий чьим-то представлениям?

– Император всегда устремлен в будущее, – ответила Каланта. Император, глава всей Терры и высший криминальный авторитет, наверняка обративший себе на службу всех этих мракоумертвителей и варлоков, нанявший саму Каланту и Дом Кровавой Розы и пометивший их головой феникса. – Иссушение способно погубить очень многих, мисс Калла, а Источник Арканума это предотвратит. И не только предотвратит, но и превратит подобных тебе в нечто более совершенное. В то, что сможет вносить свой вклад в общество не какую-то жалкую сотню лет, – и это лишь в лучшем случае, – которую способны прожить твои сородичи.

– А как же те, кто этого не желает? – Голос Лорен дрожал. – А если они не хотят для себя бессмертия?

Вопреки надменной убежденности бессмертных, находились те, кому нравилось быть людьми, и они вовсе не жаждали вечной жизни.

Каланта сделала вид, будто задумалась, возведя взгляд красных глаз к потолку.

– С ними разберутся, – недвусмысленно ответила она и снова уставилась на Лорен.

– А что насчет свободы выбора? – Лорен продвигалась вдоль стены за кроватью. Она пыталась выиграть время. Может, Дарьен поймет, что происходит, и сумеет помочь ей. – И кстати, насчет вашей расы? Вам ведь для выживания нужна человеческая кровь. Клиник донорской крови вам недостаточно?

– Император уже сделал все необходимые распоряжения ради наших жизненных потребностей.

– Вы имеете в виду кровяные фермы, – вскипела Лорен. Она передвинула ногу вправо, вампирша насмешливо следила за ее движениями. – Вы рехнулись.

– Их будут держать в состоянии комы. Они даже не поймут, что происходит.

– Говорю же, вы рехнулись, – процедила Лорен.

– Нет, – голос Каланты звучал вкрадчиво. – Но этот разговор меня утомил, мисс Калла. Вы спокойно пойдете с нами – или по своей воле, или под действием чар. Выбор за вами.

Тот еще выбор.

Лорен боялась, что ее сейчас вывернет. Она в ловушке, и Каланта собирается увезти ее отсюда – туда, где находится копия Источника. Дарьен и остальные… они так и не узнают, что с ней стало.

Надо снять талисман, разорвать цепочку. Может, Дарьену придет в голову разыскать ее по ауре.

Но она тут же вспомнила, как маскировали похитители место, где держали Сабрину, и осознала: если Каланта решит поступить с ней так же, талисман ничего не значит. Ее дыхание участилось, она шарила по палате глазами в поисках выхода.

Окно у нее за спиной. Если разбить его чем-нибудь…

Дверь щелкнула замком, и кровь отхлынула от лица Лорен, кости, казалось, превратились в воду: в палату широкими шагами вошел Рэндал Слейд. Пряжки на его сапогах позвякивали, глаза так сверкали в возбуждении, что он выглядел помешанным.

Директор тяжело потупился, Рэндал занял место между ним и Калантой.

– Лорен… – протянул Рэндал, обводя ее с ног до головы безумным взглядом горящих, как угли, глаз. Улыбка на его лице скорее походила на оскал. – Какой приятный сюрприз.

Лорен дрожала.

Надо действовать. Выбраться отсюда, позвать на помощь…

Оттолкнувшись от стены, Лорен ринулась к двери, отпихнув тележку.

Но незримый коготь Рэндала ударился о нее как таран и отбросил через всю палату к окну.

Стекло разбилось, она чуть не вылетела наружу.

Горячий воздух хлынул в палату, Лорен с криком рухнула на пол. Осколки стекла посыпались на нее, тихо позванивая ледяным дождем.

Руки не слушались Лорен, пока она пыталась подняться, опираясь на них. Сквозь завесу влажных прядей, упавших на лицо, она увидела, как чернеют глаза Рэндала: с помощью магии он восстанавливал стекло, собирал осколки воедино и сплавлял их вместе.

– Когда мы закончим с тобой, – заявил отец Дарьена, – от тебя не останется никаких следов.

Он потянулся к ней рукой в шрамах, с кожей, почерневшей от второй половины Завета Крови.

Лорен завизжала, зовя на помощь, но магия обрушилась на нее, и мир вокруг померк.