Небеса разразились дождем к тому времени, когда Дарьен достиг выезда, ведущего в Каменный Край.

Был почти час ведьмовства, но усталости он не чувствовал. За это он мог поблагодарить адреналин. А еще – красные и синие вспышки, пульсирующие у блокпоста впереди.

В таких районах, как Каменный Край, блокпосты были обычным явлением. Уровень преступности в городе зашкаливал, массовое присутствие блюстителей закона ощущалось повсюду. Но особенно много их было здесь, в районе Каина, где территориальные войны велись по ночам и где замки вешали там, где их обычно не требуется – на почтовые ящики, кондиционеры, торговые автоматы.

Дарьен как ни в чем не бывало подъехал к офицерам, ждущим возле патрульной машины. Остальные Дьяволы тоже не удивились и не встревожились, хотя в том, как поерзала Лейс на пассажирском сиденье рядом с Дарьеном, он уловил раздражение.

– Скажешь хоть слово, – предупредил ее Дарьен убийственно спокойным голосом, притормаживая, – пойдешь домой пешком.

Макс и Джек на заднем сиденье заржали.

Но все смолкли и посерьезнели, когда Дарьен опустил стекло.

Один из патрульных тяжело прошел к машине. Направленный прямо в лицо Дарьену луч его фонарика больно ударил по глазам. Дарьен вскинул руку, заслоняясь от яркого света: глаза у тех, кто был наделен Взором и пользовался им регулярно, приобретали особую чувствительность.

– Сожалею, ребята, – начал патрульный, – но вам придется повернуть… – он осекся, обнаружив, что в машине сидят Дьяволы. Проверив метки у них на шеях, он опустил фонарик, луч которого прыгал в его трясущейся руке. Когда он наконец собрался с духом и заговорил, его голос звучал сипло. – Что привело вас в Каменный Край?

Шум дождя почти заглушил его вопрос.

– У нас дело к Каину Нэшу, – объяснил Дарьен.

Патрульный – Э. Бакстер, судя по блестящей бирке на новенькой форме, – оглянулся через плечо на комиссара, ждущего у патрульных машин. Тот ответил Бакстеру вопросительным взглядом, но не сделал попытки подойти ближе.

Когда Бакстер снова повернулся к окну, выглядел он, будто увидел призрак.

– Едете что-то забрать?

В его вопросе слышался намек, который навел Дарьена на мысль, что блюстители закона отчаянно нуждаются в помощи, пусть даже не предусмотренной правилами. Даже если она явится в виде преступника, исправляющего ошибки другого.

– Зависит от того, почему вы спрашиваете.

Бакстер оглядел Дьяволов одного за другим, хотя основное внимание уделил Дарьену. Наконец приняв решение, патрульный объяснил:

– В одной из своих разборок Каин сегодня перешел черту. У нас нет доказательств, необходимых для ареста, но есть причины считать, что взрыв в торговом центре «Свет Звезды» устроили его подручные. Там промышлял торговец снадобьями из крови, используя в качестве прикрытия кафе-мороженое. – Он помолчал, на лице отчетливо обозначились скорбные морщины. – Взрыв унес жизни ни в чем не повинных посетителей.

– Пылающая Игнис! – выругался Дарьен.

Для него не было секретом, что Каин – ходячий и треплющий языком кусок дерьма, но устроить взрыв в торговом центре… Вот уж точно – Пылающая Игнис! В торговые центры ходят семьи с детьми, особенно в кафе-мороженое. Если бы убийство Каина не развязало войну, которую сейчас они себе не могли позволить, Дарьен лично сегодня же привез бы его голову в пакете и оставил как подарок на крыльце Центра временного заключения.

Дарьен вздохнул.

– Если вы обращаетесь с просьбой…

– Ни с какими просьбами я не обращаюсь, – прервал его Бакстер, вскинув руки. – Просто хочу, чтобы вы знали: я могу поговорить с комиссаром. И если он даст добро, разрешит пропустить вас, мы сделаем вид, что вас здесь не было. Неважно, что вы сделаете взамен.

Дарьен долго вглядывался в патрульного оценивающим взглядом.

– Что-то мне подсказывает, что для вас это личная трагедия.

Бакстер не ответил, но его лицо сказало Дарьену достаточно: он сегодня кого-то потерял. За годы работы мракоумертвителем к Дарьену несколько раз обращались те, кого он никак не ожидал увидеть: служащие из мирового ведомства, юристы, сотрудники Отдела магической защиты. Таких разных, в том числе разного пола, их объединяло одно: они потеряли кого-то из близких и отчаянно жаждали отомстить. Настолько, что готовы были нанять Дьявола, чтобы тот выполнил за них грязную работу и они могли снова спать по ночам, не чувствуя, как горло сжимает рука терзающей их совести.

– Известите свое начальство, что мы хотели бы проехать, – сказал Дарьен. – Но мы ничего не обещаем, и наше дело касается только нас.

Бакстер коротко и резко кивнул и побежал к скоплению патрульных машин, так что луч его фонарика прыгал на каждом шагу. У машин он переговорил с мировым комиссаром, дождь заглушил звуки их голосов.

Макс на заднем сиденье пробормотал:

– Похоже, Каин становится проблемой, которую не в состоянии уладить даже комиссар.

– Как пить дать, – согласился Дарьен. Он не позволял себе жалеть о том, что в их с Дьяволами намерения не входит устранение проблем, разбирательства с которыми ждал от них Бакстер. Сегодня они приехали сюда не затем, чтобы заставить кого-то заплатить за смерть невинных, а чтобы получить ответы и помочь Сабрине и Лорен. Рано или поздно они займутся Каином – в этом Дарьен не сомневался. Но не сегодня.

Совести предстояло душить этого патрульного еще некоторое время.

Немного погодя Бакстер вернулся к машине.

– Можете заезжать, – сообщил он Дьяволам. – До жилища Каина добирайтесь от въезда восточными объездными путями. На улицу Полумесяца не суйтесь.

Дарьен коротко кивнул. Патрульный попятился от машины, и Дарьен собирался переключить передачу, как вдруг его внимание привлекло что-то в зеркале заднего вида.

Две девушки – блондинка и рыжая, примерно в десяти шагах позади машины. Бурно обсуждающие, как поступить с электросамокатом, на котором обе ехали. Похоже, у самоката разрядился аккумулятор.

Остальные Дьяволы обернулись, выясняя, куда он смотрит, а Дарьен выпалил:

– Вы, наверное, надо мной смеетесь.

* * *

Лорен перестала налегать на руль электросамоката, когда услышала, что дверца машины открылась. Рядом с ней умолкла Даллас, ее руки замерли, едва она увидела, как Дьявол шагает в их сторону и его взгляд недвусмысленно обещает смерть. Патрульные настороженно наблюдали, как Дарьен приближается к самокату.

Дьявол шел не останавливаясь, пока не навис над Лорен и Даллас.

– И что это, по-вашему, вы здесь забыли? – рявкнул он так, что с его лица разлетелись дождевые капли.

Пока Даллас не осложнила положение, сказав что-нибудь не то, Лорен поспешила сойти с самоката.

– Это я придумала, – заявила она. Ее ноги тряслись, как желе, ныли пальцы, которыми пришлось долго сжимать руль. – И прошу прощения. Нам надо было послушать тебя, но мы хотели помочь…

– Хорошая помощь – потащиться за нами в долбаную зону боевых действий на самокате, на котором не ездили с тех пор, как Ивиане стукнуло двенадцать.

– Я же извинилась, – выговорила Лорен, стуча зубами. Она вымокла до нитки. Даллас тоже пробормотала извинения, сходя с самоката.

Метнув в обеих уничтожающий взгляд, Дарьен вырвал из рук Даллас руль самоката и повел его к машине.

– Полезайте на заднее сиденье, – бросил он через плечо. – Сейчас же.

Лорен бросилась за ним. Даллас догнала ее, шлепая кроссовками по лужам. Пока Дарьен забрасывал самокат в багажник, Лорен распахнула заднюю дверцу…

И застыла, увидев Максимуса и Джека сзади и Лейс на переднем сиденье. Они в шоке уставились на них с Даллас.

Задев спину Лорен рукавом куртки, Дарьен прошел мимо и открыл дверцу с водительской стороны.

– Поменяйся с Максом, – велел он Лейс. Не споря, она отстегнула ремень и стала пересаживаться.

Втискиваясь на заднее сиденье вместе с Даллас, Лорен поняла, почему Дарьен велел Лейс поменяться местами с Максом: иначе они сюда не влезли бы. Даже теперь, когда Лейс втиснулась между Лорен и Джеком, а Даллас устроилась по другую сторону от подруги, все сидели почти друг у друга на коленях.

Все молчали, пока Дарьен, подняв стекло со своей стороны, переключил передачу и проехал мимо блокпоста, мимо патрульных, махнувших им в знак разрешения. Впереди лежал Каменный Край.

* * *

Чем дальше они углублялись в Каменный Край, тем более частым и затрудненным становилось дыхание Лорен. Поездка проходила в полном молчании, только лаяли собаки с газонов перед домами и гудел вертолет, на котором блюстители закона пролетали над запущенным районом. Улицы здесь были замусорены и покрыты ямами, места на парковках занимали остовы давно сгоревших автомобилей.

Дарьен остановил машину перед обветшалым домом с обтрепанным зеленым диваном на газоне. В центре газона на бетонной плите была установлена собачья конура, но на цепи рядом с ней сидела вовсе не собака, а демон из тех, что водятся в ливневой канализации: лысый, с кривыми рогами, крапчатой кожей и длинным, голым, как у крысы, хвостом с чем-то вроде наконечника стрелы на конце. Он тявкал и выл на машину, пока Дарьен глушил двигатель.

Дарьен развернулся к Лорен, которая, придавив одной ногой ногу Даллас, вцепилась в руку подруги мертвой хваткой.

– В последнее время у тебя появилась скверная привычка пропускать мои советы мимо ушей, – начал он, направив взгляд между ней и ведьмой и демонстрируя все терпение, на какое был способен. – Но если вы двое хотите прожить еще хотя бы день, из этой машины вы не выйдете. Ну что, послушаетесь меня на этот раз?

Лорен судорожно сглотнула. Она слабо кивнула, Даллас рядом с ней сделала то же самое.

Макс откинул крышку бардачка и передал пистолет Дарьену, который сунул его в кобуру на брюках. Пока остальные готовились к выходу из машины, Дарьен еще раз окинул многозначительным взглядом Лорен и Даллас.

– Двери не отпирать, – предупредил он. – Сегодня ночью эта машина подчиняется Мортиферу: он позаботится о том, чтобы вас никто не увидел и не услышал, даже если подойдет к окнам вплотную, но это еще не значит, что можно устраивать здесь возню или болтать во весь голос. Вы меня поняли?

– Да, – прошептала Лорен.

Он перевел взгляд на Даллас, и та хрипло отозвалась:

– Я поняла.

– Вот и хорошо, – Дарьен приоткрыл дверцу, потом обернулся к остальным. В ответ Дьяволы кивнули, вышли из машины и направились к владениям Каина. Лорен и Даллас остались вдвоем; компанию им составлял лишь демон во дворе дома.

* * *

Дарьена не удивило, что Каин знал заранее об их приближении. Даже если бы рев автомобильного двигателя в ночи не насторожил чуткий слух всех бессмертных в округе, тогда с этой задачей справилась бы тявкающая тварь, сидящая на цепи у бетонной плиты перед домом.

Каин ждал их на трухлявой веранде, желтый свет фонаря падал на его жестокое, покрытое шрамами лицо. Дарьен и остальные прошли к нему по дорожке, мощенной камнем.

Хозяин дома, полуварлок-получеловек, был не один: шестеро его товарищей стояли по обе стороны от распахнутой двери, держа наготове магические жезлы и автоматическое оружие. Подручные Каина были громилами почти семи футов ростом, но серьезное препятствие среди них представлял лишь один – тот, что сейчас стоял в дверном проеме, тяжело опираясь на трость, и чей левый бок был покрыт ранами от ожогов, о чем Дарьен несколько недель назад прочел в «Дневном Светиле».

Пожар в доме не лучшим образом отразился на внешности Каина. Один его глаз с нависшим веком пересекал шрам, угол тонкого рта навечно застыл в мрачной усмешке. О подробностях пожара широкой публике по понятным причинам не сообщали, но Дарьен знал, что к нему привел взрыв, вызванный попыткой приготовить нелегальные снадобья из крови на дешевом оборудовании, не способном выдержать чары, без которых невозможно соединение ингредиентов. Власти годами стремились устранить такую угрозу, как кровяные снадобья: опасные и вызывающие зависимость, они приводили к вспышкам насилия и неуправляемому действию магии. С помощью кровяных снадобий доступными становились темные чары, основанные на магии крови, – той самой, которую запретили давным-давно. Каину и его товарищам удавалось обеспечивать прикрытие, чтобы свидетельств против них недоставало для ареста, к нескрываемому разочарованию властей.

Дождавшись, когда Дьяволы остановятся у лестницы, Каин заговорил.

– Кассель, – голос Каина, сиплый и низкий, звучал негромко, так что его почти заглушал резкий стук дождя по железным листам крыши, – что привело вас сюда в такой прекрасный вечер?

– У нас есть несколько вопросов, на которые способен дать ответ лишь собеседник с таким интеллектом, как твой, – Дарьен бросил взгляд на пролетающий над домом вертолет, ветер от винтов которого взъерошил ему волосы. Возможно, группа помощи направлялась к руинам «Света Звезды», спасать тех, кто выжил при взрыве. Дарьен уставился на Каина. – Мы в неудачное время?

Каин ухмыльнулся.

– Не хуже любого другого, если вертушки вас не смущают.

Дарьен холодно улыбнулся в ответ.

– Нисколько.

– Тогда заходите, – Каин повернулся и заковылял в дом, шагая легче, чем можно было бы ожидать, видя, что он опирается на трость, даже если знать, что его кровь варлока способствует быстрому заживлению большинства травм.

Значит, вот в какую игру им предстоит сегодня играть. В том, что при недавнем пожаре Каин пострадал, не было сомнений, но он явно предпочитал создавать у непрошеных гостей впечатление, что чувствует себя хуже, чем на самом деле. Скорее всего, чтобы гости, задумавшие недоброе, из жалости к нему воздержались от… неблаговидных поступков.

Увы, в лексиконе Дарьена слово «жалость» почти не встречалось.

Дьяволы последовали за хозяином в дом. Дарьен отметил, что никто из подручных Каина не потребовал, чтобы гости оставили свое оружие перед входом: Каин был достаточно умен и понимал, что мракоумертвители сами по себе оружие.

В доме было холодно, сыро и пахло затхлостью. Изъеденную молью разномастную мебель покрывали пятна, кухонные столы были заставлены кровяными снадобьями и сырьем для их изготовления. Дешевые напольные покрытия загибались по углам, какое-то клейкое вещество, покрывающее их, липло к подошвам ботинок Дарьена.

– Как там дела у Рэндала? – Каин отодвинул стул от кривобокого кухонного стола и сел. – Садитесь давайте.

Трость он прислонил к ножке стола.

– Спасибо, мы постоим, – отозвался Дарьен.

– Дело ваше, – буркнул Каин и снова заговорил о Рэндале: – В «Адвокат» он больше не заглядывает.

– У него все как обычно, – сообщил Дарьен, окидывая взглядом помещение: захламленные столы, гору грязной посуды в раковине, телевизор с помехами на экране, неустойчиво пристроенный на картонной коробке. – Он предпочитает снимать сливки с побочных доходов вместо того, чтобы самому пачкать руки, и ему все равно, ночные клубы это или сбор долгов, лишь бы карманы не пустовали.

По комнате разлилось ощутимое напряжение, долгое время все молчали. Каин не сводил с Дарьена оценивающего взгляда, словно пытаясь решить, шутит он или нет.

Наконец, придя к неверному выводу, он издал протяжный сиплый смешок.

– Пожалуй, не стоило удивляться, что ты отделался такой херней вместо ответа, – несколько раз он прерывал свою речь смехом. – Ты же всегда был его любимчиком.

Дарьен не улыбнулся.

– Сомневаюсь.

Ухмылка на лице Каина слегка потускнела, однако он знал Дарьена не настолько хорошо, чтобы разглядеть враждебность, закипающую у него внутри от каждого упоминания Рэндала.

– Ты сказал, что у тебя есть вопросы, – перешел к делу Каин. – Любой друг Рэндала – мой друг. Валяй, парень, задавай свои вопросы, и я постараюсь ответить.

– Ходят слухи, что ты ищешь одну девчонку, – начал Дарьен. Каин нахмурился. Приглашая Дьяволов в дом, он не ожидал такого поворота. – Девчонку, оцененную в четыре миллиона золотых майнетов.

Каин поерзал на стуле.

– Что-то не пойму, к чему ты клонишь, сынок…

– Я тебе не сынок, – перебил Дарьен. Каин вскинул подбородок, на его худой щеке задергалась мышца. Серебристые глаза метнули взгляд в сторону двери – пути к отступлению, если до этого дойдет. – В прошлый раз выяснилось, что тебе и твоим ребятам прекрасно известно, что в этом городе только шесть кругов мракоумертвителей. И поскольку ты называешь себя другом Рэндала, думаю, можно с уверенностью предположить, что тебе прекрасно известно и то, что за работу мракоумертвителей в этом городе может браться лишь тот, кто состоит в одном из ангелтинских кругов. И вот тебе вопрос, парниша: с чего ты взял, что это нормально – не только уводить работу у меня из-под носа, но и получать за нее больше?

Каин выдержал паузу, чтобы обдумать ответ.

– Я понятия не имел, что на эту работу наняли тебя…

– Это еще не оправдание. За эту цель мне предложили три миллиона, с которых Рэндал Слейд получает свою долю. Ты правда думаешь, что он простит, когда узнает, что ты, по сути дела, пытаешься ограбить его?

Каин сложил руки на коленях.

– Это он прислал тебя сюда угрожать мне?

– Я тебе не угрожаю.

– А похоже на то.

– Можешь мне поверить, – тонко усмехнулся Дарьен. – Если бы я угрожал, это стало бы ясно тебе без уточнений.

Каин лишь смотрел на него с непроницаемым лицом.

Напряжение в комнате нарастало. Дарьен решил помедлить перед тем, как разрядить обстановку: ему требовалось разговорить Каина, и теперь, заронив семя страха в его душу, надо было выждать, чтобы дать Каину возможность осознать это, а семени – прорасти, вынудив его выдать Дарьену всю требуемую информацию.

Дарьен блефовал, но сказанное им было чистой правдой: никому не позволялось выполнять работу мракоумертвителя на территории Ангелтина, не будучи мракоумертвителем и не входя в один из шести кругов, которые подчинялись Рэндалу Слейду и платили ему. Готовность Тайсона Геллера объединиться в поисках Лорен с грабителем могил была сама по себе предательством, за которое Тайсон рисковал лишиться положения Жнеца. Или, хуже того, жизни.

В списке Дарьена он шел следующим.

Дарьен перевел взгляд на огромное мозаичное панно, поблескивающее на стене за спиной Каина – единственное, что заслуживало внимания в этой замусоренной халупе. Выложенный из осколков стекла всех оттенков красного и синего, этот шедевр рассказывал историю феникса, который восстал из собственного пепла, сделавшись еще великолепнее, чем прежде.

В последнее время Дарьену слишком часто попадалась эта вымершая птица.

– Откуда это у тебя? – спросил он, кивнув в сторону мозаики.

– Выторговал на аукционе. – Каин обернулся и посмотрел на панно. – Красиво, правда? – пробормотал он. – Жаль, что фениксов больше нет. А то я закупорил бы их магию в бутылку и с ее помощью избавился… ну, скажем, от этого, – он указал на левую сторону своего лица. – И снова стал бы заниматься любовью с моей старухой.

Старуха. Как непочтительно. Дарьен задумался, не возражает ли жена Каина против такого обращения.

Скрытый смысл его слов не ускользнул от Дарьена: душевные раны, полученные им при пожаре, были гораздо глубже и мучительнее внешних.

Каин ворчливо продолжал:

– А теперь вместо них у нас лишь надоедливые жар-птицы. Они только и делают, что создают опасность пожара и проклятыми криками будят меня каждый день ни свет ни заря. – Он повернулся к Дарьену, скривив рассеченную губу в жестокой полуулыбке. – Как увижу их во дворе, так и стреляю. И скармливаю демону.

Дарьен засунул руки поглубже в карманы куртки.

– Странно ты относишься к прямым потомкам тех, кому поклоняешься.

Лицо Каина помрачнело.

– Я не поклоняюсь никому и ничему, кроме твоего покорного слуги. Будь феникс сегодня жив, я свернул бы ему шею и выпил кровь прямо из жил, если бы это избавило меня от шрамов. И перебил бы их всех до последнего ради того ценного, что у них есть, – он помолчал, подался вперед на стуле и повторил с такой силой, что вздулись жилы у него на шее: – Я ничему не поклоняюсь, Кассель.

– Ага, – оборвал его Дарьен, – это ты уже говорил.

Каин разозлился.

– Напомни еще раз, зачем ты ко мне вломился.

Дарьен почувствовал, как напряглись его Дьяволы.

– Я не вламывался, ты сам меня пригласил. Здесь я только потому, что ты знаешь ответ на вопрос, кто еще пытается перехватить у меня эту работу. И ты дашь его мне.

Каин грубо хохотнул.

– Если тебя прислал не Рэндал, тогда на то, чего ты хочешь, мне плевать. И вообще, может, ты здесь потому, что боишься, как бы кто-нибудь не добрался до той девчонки первым. Как знать… вдруг ты струсил, что, если не принесешь три миллиона боссу, он убьет и тебя, и всех твоих Дьяволов…

Секунду назад Дарьен стоял в метре от Каина. Но уже в следующую впечатал его обезображенное шрамами лицо в стол. Хрустнули кости, нос расплющился о дерево.

Громилы Каина попытались вмешаться, но Дьяволы оказались быстрее. Снять оружие с предохранителей и прицелиться, глядя почерневшими глазами, они успели еще до того, как охрана подняла стволы.

– Даже не вздумайте, – протянул Макс, держа на прицеле сразу двоих. Его противники благоразумно не шевелились.

Дарьен распластал на столе правую руку Каина. Потом вынул из кармана куртки кусачки и зажал средний палец между лезвиями.

– А теперь говори, кто предложил четыре миллиона, – произнес Дарьен негромко, – или я проучу тебя так, что ты этого никогда не забудешь.

– Ты этого не сделаешь, – прохрипел Каин, брызгая слюной.

Дарьен издал низкий смешок.

– Не сделаю, значит? – Он обвел взглядом кухню, предлагая громилам Каина испытать его.

Никто не решился. На него только смотрели вытаращенными глазами, понятия не имея, что делать.

Тошнотворная радость охватила Дарьена.

– Ты, похоже, малость недооценил меня, – почти промурлыкал он, слегка надавливая на рукоятки кусачек. Еще нажим, и Каин ударил свободной рукой по столу с такой силой, что перевернулась пепельница. Дарьен засмеялся. – Мы не на ринге, приятель. Говори, – он ждал, но Каин хранил молчание. Только скрежетал зубами так, что это слышали все. – Говори.

Дарьен сжал кусачки сильнее, но лишь настолько, чтобы пустить кровь.

С губ Каина сорвался всхлип, потом поток проклятий и пара имен.

Это было уже что-то. Причем досталось оно почти даром, ценой нескольких капель крови того, на чьей совести было немало ни в чем не повинных жертв.

Дарьен склонился над столом.

– Не будешь ли так добр повторить?

Каин дрожал, у него сбивалось дыхание. Под щеку натекла лужица слюны.

– Корэй и Ксандер, – выдохнул он. Демоны-близнецы. – Корэй и Ксандер предлагали четыре миллиона. Не знаю, кто их нанял. Просто слышал. Не знаю даже, правда ли это…

– Ты слышал это в «Адвокате Дьявола», так?

– Да.

Корэй и Ксандер, полувампиры-полупровидцы, принадлежали к Аспидам в те времена, когда Дарьен только возглавил Дьяволов, но давно откололись. И теперь работали на себя, выбирая только дела, которые их полностью устраивали.

Зависть ужалила Дарьена. Как же здорово. Как адски здорово было бы класть к себе в карман все заработанное до последнего майнета, а не делиться с тем, кто остается за кулисами.

– Что еще тебе известно? – Почерневшими от Взора глазами Дарьен вгляделся в ауру Каина, выискивая признаки того, что его следующие слова будут ложью. Его аура была чернильно-черной и деформированной по краям, испещренной грязными, лилово-зелеными пятнами страха.

– Слышал, что она нужна им для какой-то «инициации», – добавил Каин. На его висках выступил пот. – Вроде жертвоприношения или еще какой-то дури, но я охотился только за баблом, Кассель. Клянусь.

Тусклое мерцание по краям ауры Каина сказало Дарьену все, что ему требовалось знать.

– Твоя аура говорит, что ты как-то заинтересован в этой инициации, чем бы она ни была.

Дарьен проник бы с помощью магии в разум Каина и подвергал его ментальным пыткам, пока не узнал, что еще он скрывает, если бы его не научили воздерживаться от магии такого вида.

– Заинтересованность еще не значит, что я собирался действовать.

– Верно, – процедил Дарьен.

Каин затаил дыхание, напрягаясь всеми мышцами.

– А преступление не считается таковым, если я его не совершил.

– Эту блевотину прибереги для какого-нибудь мирового офицера. Сейчас ты говоришь с Дьяволом, – Дарьен крепче сжал затылок Каина. – Еще что-нибудь?

– Это все, что я знаю, Кассель…

Дарьен слегка повернул кусачки.

– О, сильно сомневаюсь, – кровь снова закапала на стол, ее соленый привкус заполнил дыхательные пути Дарьена.

– Ладно, ладно, ЛАДНО! – взревел Каин. Пот струился по его лицу. – Я слышал еще кое-что. Есть те, кто ищет ту девчонку. Те же, кто забрал ее подружку. Они пустили слух, что готовы на обмен… на выкуп. Если тот, кто прячет девчонку, сдаст ее – или если девчонка сдастся сама, – дочку Ван Арсделла отпустят.

Кровь отхлынула от лица Дарьена.

Адское пекло. Он предвидел, что в конце концов так и будет, но чтобы так скоро…

Если об этом услышит Лорен… Если ей хотя бы придет мысль, что она спасет Сабрину, явившись к похитителям, она сорвет с себя его талисман.

А потом направится прямо в расставленную ловушку.

– Отпусти меня, – всхлипнул Каин, сгибая пальцы дрожащей окровавленной руки. – Я уже все рассказал. А теперь отпусти меня.

Дарьен ткнул его лицом в стол.

– Только когда сочту нужным.

– Иди ты в пекло, – выпалил Каин, брызгая слюной. – И твой папаша. И дохлая мамаша!

Ощущение странной легкости пронзило Дарьена – ощущение, не имеющее никакого отношения к страху, но самое прямое – к ярости.

Максимус пробормотал:

– Не стоило тебе об этом заикаться.

Да. В самом деле не стоило.

Фамильяр Дарьена, изготовившийся к прыжку в тени, зарычал, обращаясь к нему: «Как думаешь, если я укушу его за задницу, он станет хоть немного почтительнее?»

Похоже, Каин осознал свою ошибку, хоть и слишком поздно.

– Погоди! – воскликнул он, задыхаясь. – Погоди, я не то хотел сказать, приятель. Ты ведь знаешь, я просто пошу…

Дарьен покрепче перехватил кусачки. И все в комнате, в том числе Дьяволы, затаили дыхание, ожидая его следующего шага.

Однако он убрал кусачки и выпрямился, толкнув Каина лицом в стол.

– Да ничего, Макс, – в голосе Дарьена послышалась улыбка. Он сунул кусачки к себе в карман. – Вот что я вам скажу, ребята… – начал он, обращаясь к подручным Каина, настороженно наблюдающим за ним. – Может, мы все сейчас отложим оружие и уладим это дело по-умному? Без убийств, только кулаками, – и он протянул вперед руки приглашающим жестом. Каин медленно выпрямился на стуле и поднял голову, глядя на Дарьена. На его лице уже начали проступать синяки.

– Вставай, – велел Дарьен. – Я даже разрешу тебе ударить первым.

Каин побледнел.

– Ты что, серьезно? – Его взгляд заметался по комнате.

– А похоже, что я шучу? – Никто не шевельнулся, Дарьен жестом велел Дьяволам опустить оружие. – Ну же, это всех касается. Отложите оружие. Развлечемся.

Дьяволы подчинились его приказу, и вскоре охрана Каина последовала их примеру. Лейс достался в противники парень крупнее Макса, но судя по виду, это ее не смущало. Она умела выстоять в любой схватке.

Лишь один из подручных Каина не опустил оружие, и Джек с ухмылкой обратился к нему:

– Чего тормозишь? Неужели не любишь добрые старые потасовки? – В глазах Джека вспыхнул блеск. – А может, ты просто ссыкло?

Спустя мгновение варлок опустил свой магический жезл.

Наконец Каин кряхтя поднялся и встал лицом к Дарьену.

Дарьен указал на свой подбородок.

– Давай, – промурлыкал он. – Ударь разок, а потом я вобью твои зубы тебе же в глотку. Может, хоть так отучишься взрывать торговые центры.

Каин побелел, от него повеяло страхом.

– Так все из-за этого?

– Давно пора было надрать тебе задницу. Ну, бей давай.

Никто не шевельнулся. Даже не дышал.

Пока Джек не завопил: «Спляшем, парни!» и завалил противника точным ударом в челюсть.

Вспыхнула драка, и Каин все-таки ударил Дарьена.

Но лишь раз, а потом Дарьен уложил его лицом в пол, не позволяя себе думать ни о чем, кроме ни в чем не повинных горожан, – среди которых, как он знал, были и дети, – погибших из-за этого никчемного кожаного мешка.