Мао Яньсяо еще клевал носом за столом, когда ему принесли завтрак. Он лениво зевнул, отбросив назад длинную челку, прежде чем взять палочки для еды и приступить к трапезе. Обычно он молчал, чтобы не ляпнуть лишнего и чтобы его действия не были несвойственны Его Высочеству наследному принцу. Хотя он мог легко менять облик, он не мог вместе с внешностью унаследовать чужие привычки и характер.

– Как же это хлопотно, – недовольно пробормотал Мао Яньсяо, мучая свежие ростки пшеницы, которые принесли ему на завтрак. – И как Ю Вэйюань только не умер с голоду, с такими-то отвратительными предпочтениями в еде. – Он сунул палочки в рот, прикусив их зубами и, как будто придя к какому-то окончательному мнению, проговорил про себя, скрестив руки на затылке: – У Его Высочества явно отсутствуют вкусовые рецепторы.

Неожиданно в покои кто-то постучал. Мао Яньсяо хотел получше разглядеть вошедшего: кем мог быть этот человек, так бессовестно врывающийся в его покои спозаранку? Но его тело еще не проснулось, и Мао Яньсяо чуть не свалился со стула в попытках прогнуться в спине, не убирая рук со своего затылка.

Мао Яньсяо болезненно потер макушку и сморщил лицо, когда Люй Яо ударил по нему тыльной стороной веера.

– Ой, я уже встаю, встаю… Зачем же сразу меня бить.

Лицо Люй Яо было бледным. Казалось, он чем-то крайне обеспокоен, и это беспокойство возрастало с каждым мгновением, пока он сверлил своим взглядом Мао Яньсяо, что сидел перед ним в крайне непристойном для наследного принца виде.

Прищурив один глаз, Мао Яньсяо попытался пригладить растрепанные волосы и, неторопливо положив в рот немного овощей, пробормотал с набитым ртом:

– Если будете на меня так смотреть, на мою голову упадет вся Поднебесная или земля под моими ногами расколется, и я камнем пойду на дно Желтого источника, так и не познав спокойной жизни после смерти.

Но взгляд Люй Яо становился все более беспощадным. Мао Яньсяо даже показалось, что он сейчас заплачет. Но почему этому человеку хочется плакать?

Мао Яньсяо поспешно прожевал еду и запил водой. Его голос звучал немного хрипло и тревожно:

– Что-то случилось?

– Ван Чэн скоро прибудет в столицу.

Брови Мао Яньсяо медленно поплыли вверх:

– Ооо… Ладно… Так… – Он встал из-за стола, в спешке подвязывая пояс на своем одеянии.

Мастер Люй спросил:

– Куда ты собрался?

Не поднимая глаз, продолжая одеваться, Мао Яньсяо пробормотал:

– Куда угодно, главное – подальше отсюда. – Мао Яньсяо поклонился Люй Яо. – Всего доброго, солгу, если скажу, что было приятно иметь с вами дело, но зато мне не было скучно. Пока.

Не успел Мао Яньсяо открыть двери, чтобы покинуть покои, как Люй Яо тут же резко захлопнул их.

– А ну стоять!

Мао Яньсяо прищурился:

– И не подумаю.

– Ты никуда не уйдешь.

Мао Яньсяо придвинул свое прекрасное лицо чуть ближе к Люй Яо. В его серых глазах вспыхнул изумрудный свет, а когда его губы разомкнулись, то он проявил два острых белых клыка. Мао Яньсяо угрожающе прошептал:

– Смотрите, мастер Люй, сейчас вы меня пропустите, эти двери откроются, я пройду по коридору, встречу пару слуг, быть может моего «старшего брата», поздороваюсь с ним, а потом пройду к главным воротам, выйду во двор и покину стены Пурпурного дворца на своих двоих. И этот проклятый город, пока здесь не начало вонять тухлой рыбой!

Люй Яо сглотнул. Он хотел плакать. Хотел убить этого демона, что стоял перед ним и усложнял его жизнь. А еще и Лань Сюэ. Люй Яо, выдавил из себя слова, что ранее было сложно услышать из его уст:

– Пожалуйста.

Мао Яньсяо округлил глаза.

– Что?

Люй Яо повторил:

– Я сказал пожалуйста.

Мао Яньсяо озадаченно сложил руки на груди, ритмично постукивая по локтю указательным пальцем.

– Вы что, утратили свою гордость? Где прежний Люй Яо, которого я знал еще со времен войны?

Мастер Люй покачал головой:

– Ты же знаешь, что я сейчас в затруднительном положении.

Мао Яньсяо пожал плечами, отвернувшись:

– Я знаю, и мне все равно.

– Ты сейчас здесь, значит, должен помогать. Это ради Его Высочества.

Мао Яньсяо снова посмотрел на стоявшего перед ним Люй Яо:

– Мне наплевать на Его Высочество. Я здесь ради Лань Сюэ, а не ради вашего ученика. К тому же стоит мне увидеть Ван Чэна, как я захочу его убить. О нет, я уже хочу его убить, только вспомнив этого человека. И я сделаю это!

– Но ты столько времени терпел. Ты даже ужинал вместе с императором. Что тебе стоит пару раз вежливо поприветствовать Ван Чэна? Ю Вэйюаня он не видел с самого детства, поэтому подмены он точно не заметит. Тебе не обязательно играть внука, который обожает своего деда, достаточно просто не набрасываться на него с кулаками.

Мао Яньсяо приподнял бровь:

– Внука? Меня сейчас стошнит. О нет, – Мао Яньсяо прикрыл рот ладонью, делая вид, что его и правда мутит, – меня уже тошнит.

Люй Яо стиснул зубы:

– Мне что, встать на колени перед тобой? Я уже сказал: «пожалуйста». Или этого недостаточно?

– На колени? Я бы посмотрел на это.

Брови Люй Яо поплыли вверх. Между ними воцарилось молчание. Дабы получить согласие Мао Яньсяо еще немного подыграть ему, он пошел на отчаянные меры, лишь бы убедить этого демона. Вот только он не мог себе представить, что это нахальное существо окажется таким бесстыдником. У него совсем нет совести. Нет, Люй Яо знал, что он был таким, но сейчас мастер Люй сам вырыл себе могилу. После недолгой паузы Мао Яньсяо протянул:

– Ну, мне еще долго ждать? Вы будете вставать или нет?

На лице Люй Яо заиграли все краски мира. От мертвенно-серого до ярко-алого.

– Ты…

– За свои слова благородные мужи должны нести ответственность.

Если Люй Яо не встанет на колени, то ему не так уж сильно нужна была помощь Мао Яньсяо, к тому же он будет человеком, который лишь пустословит. Но Люй Яо не был таким. А еще он не был человеком, который бы хотел увидеть разочарование в глазах Ван Чэна.

Лицо Люй Яо стало бесстрастным. Он, слегка приподняв подол своего одеяния, чтобы тот не мешался под ногами, начал медленно опускаться на колени. Глаза Мао Яньсяо округлились от удивления, а уголки губ медленно поплыли вверх, расплываясь в саркастической ухмылке.

– О, вы действительно… Так-так. Я явно прожил эту жизнь не зря. Нужно срочно позвать художника, чтобы он увековечил этот момент, а после я повешу эту картину у себя в спальне и буду, попивая чай перед сном, вспоминать всю свою оставшуюся жизнь… Вы так безнадежны, мастер Люй. Ваше положение оставляет желать лучшего. Как же вы до этого докатились? – Мао Яньсяо покачал головой, в открытую наслаждаясь представлением.

Неожиданно в двери кто-то дважды постучался, давая о себе знать, а потом они открылись. Вошедшим был Ши Тао. Посмотрев на коленопреклоненного Люй Яо, он открыл рот, чтобы что-то сказать, как его голова опустела.

– О, вы тоже тут, мастер Люй.

Ши Тао пролепетал первое, что пришло ему на ум, чтобы хоть как-то развеять напряжение, повисшее между ними.

– Я пришел не вовремя?

Мао Яньсяо еле сдерживал смех, чтобы не вгонять в краску и так униженного шицзуня. Тем более настоящий Ю Вэйюань всегда был обходителен и послушен со своим учителем, по крайней мере при свидетелях. Мао Яньсяо положил ладонь на плечо Ши Тао, сказав:

– Ты как раз вовремя. Подготовь моего коня, я хочу прогуляться.

Ши Тао улыбнулся и кивнул:

– Хорошо.

Когда он ушел в конюшню, Мао Яньсяо снова остался наедине с Люй Яо. Учитель раскрыл веер, обдавая горящие щеки потоками прохладного воздуха, пытаясь хоть немного привести себя в чувство.

– Так ты мне поможешь? – с надеждой пробормотал Люй Яо.

Мао Яньсяо покосился на него, отрезав:

– Нет.

– Но… Я даже…

Голос демона был холодным. Его настроение явно ухудшилось, и даже то, что приносило ему радость всего пару мгновений тому назад, уже явно потеряло способность как-либо его радовать и влиять на последующие поступки.

– Это было вашей прихотью. Даже если бы вы встали на колени, я бы все равно не помог бы вам, потому что ничего вам не обещал. А тот, кому я обещал помочь и ради кого начал весь этот маскарад, уже давно покинул этот мир.

Мао Яньсяо посмотрел на себя и, заметив, что его вид конечно же не подходит для прогулки верхом, решил сменить одежду на подходящую. Пока он переодевался, укладывая свои волосы, Люй Яо не спускал с него удивленного взгляда. Что значит – давно покинул этот мир? Кого он имеет в виду? Спустя какое-то время Люй Яо наконец уловил мысль, которая казалась мужчине полным бредом. Он спросил:

– Лань Сюэ? Ты говоришь про нее?

Мао Яньсяо замер, услышав это имя. Его оцепенение длилось недолго, но после этого он быстро взял себя в руки.

– Да.

Мао Яньсяо сам начал этот разговор. Он не знал, обрадуется ли Люй Яо, узнав о ее кончине, или вовсе пропустит эту новость, лишь сказав: «О, мне жаль». Заметив, что Люй Яо смиренно ждет, не настаивая на продолжении разговора, он все же тяжело выдохнул, прежде чем отправиться на конную прогулку.

– Она должна была умереть, чтобы Ю Вэйюань мог жить… Если Ю Вэйюань все еще жив, значит, она мертва. Все просто.

Люй Яо был ошарашен этими словами. Он не знал. Откуда он мог знать о таких подробностях. Он был завален проблемами и работой во дворце и думал лишь о том, когда Ю Вэйюань наконец вернется. Когда ему пришло письмо и он узнал почерк своего ученика, его сердце стало биться спокойнее, а с души отлегло. Всего пара фраз: «Убедите императора, что я лично хочу забрать невесту с Гунхуа. Там встретимся и совершим обмен».

После того как в лесу вспыхнул пожар, а до этого с принцессой Ю Хуан случилось несчастье, у императора даже не возникло подозрений, когда Люй Яо вместе с Ю Вэйюанем попросили еще немного сдвинуть сроки бракосочетания и, заранее подготовившись к любым неприятностям, лично отправиться в Гунхуа, чтобы забрать невесту из ее дома. Кроме того, Сяо Фуцян, получив об этом известие, возрадовался еще больше, одобрив подобную заботу о своей вот-вот новоиспеченной супруге молчаливым кивком. Этот зять хоть и молод, но обладает холодным умом и мыслит на несколько ходов вперед. Если он будет заботливым благородным мужем, то и им не стоит беспокоиться о дальнейшей судьбе единственной дочери. К тому же таким образом Ю Вэйюань мог показать свои серьезные намерения в отношении принцессы Сяо Мэйли. Но это уже детали, что складывались наилучшим образом за спиной настоящего Ю Вэйюаня, который еще не знал, какие приятные новости его ждут в стенах Пурпурного дворца.

Мао Яньсяо глядел на Люй Яо своим проницательным взглядом. Мужчина явно был удивлен, но сказать, что он обрадовался, узнав о смерти демоницы, было нельзя. Люй Яо явно хотел что-то сказать, но не произнес ни звука. Мао Яньсяо уже развернулся, чтобы покинуть покои, когда услышал:

– От нее это было ожидаемо.

Мао Яньсяо повернул голову, кивнув:

– Да…

– Ты же вернешься?

Мао Яньсяо ничего не ответил.

Пока двери за выходящим демоном в образе наследного принца не закрылись, Люй Яо добавил:

– Мне стоило сказать «спасибо» вместо тысячи просьб и угроз. Не только ей, но и тебе… – выдержав небольшую паузу, Люй Яо добавил: – Спасибо.

Зрачки Мао Яньсяо сузились до маленьких точек. Стоило Люй Яо договорить, как он ушел, оставив этого человека со своими проблемами в полном одиночестве. Отчасти он так же разделял эти проблемы вместе с этим человеком, которого он так ненавидел. Общая проблема сближает даже врагов, вот только между ними было слишком много обид. Если на некоторые Мао Яньсяо и Люй Яо могли закрыть глаза, то всегда оставались раны, которые продолжали кровоточить, несмотря на прошествие большого количества времени. Если сломать у дерева ветку, а после туго привязать ее обратно, ветка не приживется и со временем полностью иссохнет. Такие слова, как «спасибо и прости», не имеют волшебного свойства менять прошлое и исцелять. Это всего лишь показатель того, что человек воспитан и испытывает сожаление. И то не факт, что эти слова имеют хоть какой-то вес для говорящего или того, к кому обращены эти слова.

Черная морда Хуэйлэя уткнулась в протянутую ладонь Мао Яньсяо, чтобы скорее насладиться сладкой морковью. Пока конь тщательно жевал, железный мундштук то и дело мелодично звенел, ударяясь о зубы. На лице Мао Яньсяо расплылась мягкая улыбка, и он одобрительно похлопал жеребца по шее, приговаривая:

– К каждому можно найти подход, стоит только этого захотеть.

Изначально этот жеребец отказывался возить Мао Яньсяо, видимо чувствуя его демоническое Ци. Но шло время, и вечно лежать, притворяясь больным, было неразумно, да и скучно. Верховые прогулки помогали Мао Яньсяо немного расслабиться и развеяться. Подкупив коня морковью, Мао Яньсяо счел еще одну проблему решенной. Взобравшись в седло, он слегка натянул поводья и кивнул двум стражникам, которые сопровождали его.

В отличие от Ю Байху, на Ю Вэйюаня не возлагали обязанности по патрулированию пограничных частей столицы, но и важные бумаги ему не доверяли, позволяя видеть лишь то, что дозволено, и слышать только то, что должно быть услышано. Если бы настоящий Ю Вэйюань был здесь, возможно он бы решил, что это общепринятые факты, и не совал бы нос не в свое дело, покорно ожидая, пока власть попадет в его руки.

Но Мао Яньсяо, еще при Лун Чжи обитая в местах, кишащих ядовитыми змеями, прекрасно знал, как обстоят дела на самом деле. Однако он был связан не только своим положением, но и контролем Люй Яо. К тому же чем ближе подходил срок смены ролей, тем больше Мао Яньсяо был растерян, не зная, что ему делать дальше и куда направляться. Демон пребывал в полном смятении, а мысль о том, что Ван Чэн прибудет в столицу, вызывала у него ярость. Все, что делал сейчас Мао Яньсяо, это выплачивал условный долг тетушке Ю Вэйюаня, хотя душа той давно покинула мир смертных. Мао Яньсяо тяжело выдохнул, вспоминая о событиях двадцатилетней давности, понимая, что жизнь идет своим чередом и он ничего не может с этим поделать, как бы ни хотел этого всей душой.

Мао Яньсяо тоже неплохо держался в седле. Жители то и дело бросали на него взгляды. Кое-кто из любопытных, впервые видевших его так близко вживую, не сводил пристального взгляда. Притом сейчас Мао Яньсяо надел обычный наряд для верховой езды, не стремясь нарядить человека, чью личность он нацепил на себя, как какую-то куклу. Хотя он и любил наряжаться, но с самого утра день у этого демона не задался.

Несколько девушек бросали на проезжавшего мимо Мао Яньсяо застенчивые взгляды, то и дело хихикая и обсуждая его прекрасную внешность. Мао Яньсяо улыбнулся им, слегка кивнув, и одна из них чуть не потеряла сознание, захлебнувшись чувствами. Мао Яньсяо приподнял одну бровь. На его лице отразилась смесь удивления и беспокойства. Он тихо сказал:

– Надеюсь, с ней все будет хорошо. И она не напридумывала себе не пойми что, поймав на себе взгляд принца.

Хотя Мао Яньсяо был тем, кто не придает большого значения чувствам и грезам о ком-либо, он понимал, что есть те, кто поддается этому и позволяет захлестнуть себя с головой, одновременно возносясь и утопая в этом. Там уже кому как повезет. Мао Яньсяо не понимал, как можно посвятить всю жизнь одной женщине, как можно изо дня в день смотреть на одно и то же лицо и не чувствовать усталости. Возможно, дело было в том, что его собственная жизнь тянулась куда дольше и была насыщеннее, чем у простого смертного. А может, он просто еще не встретил ту, рядом с которой не хотелось бы искать никого другого.

Однако, когда он заметил на лице Лань Шицана первые признаки влюбленности, сказал:

– О, тебе нравится дочка Ван Чэна. У нее красивая улыбка. Пойди и признайся ей в своих чувствах.

Наверное, с тех самых пор Люй Яо и невзлюбил Мао Яньсяо всем своим сердцем. И не только Люй Яо, но и остальные в том числе. Мао Яньсяо не понимал, что плохого он сделал, ведь у него не было дурных намерений, но позже все-таки понял всю серьезность, когда стал свидетелем последствий этих отношений.

Но пока такая разгульная жизнь его удовлетворяла, Мао Яньсяо продолжал наслаждаться ей, в первую очередь любя себя. Это не было чем-то схожим с нарциссизмом, просто он не был слеп и понимал, что имеет хорошие манеры и весьма привлекательную, яркую внешность.

Поймав на себе еще пару взглядов, что, в отличие от предыдущих, были полны безразличия или даже насмешек и порицания, Мао Яньсяо тут же перестал размышлять о себе и, вспомнив о Ю Вэйюане, подумал:

– Государь – что лодка, а народ – как вода: может нести, может и утопить.

Неожиданно Мао Яньсяо вспомнил о демоне, которого Ю Вэйюань держал подле себя, нацепив ошейник раба. Тот не успел даже побывать в качестве прислуги, как был освобожден Мао Яньсяо. Вспомнив о том разговоре в конюшне, с какой открытой неприязнью он отзывался о принце, Мао Яньсяо даже стало интересно, где этот демон сейчас и как сложилась его дальнейшая жизнь. Не факт, что они бы поладили, но Мао Яньсяо был бы рад встретить его когда-нибудь.

Мао Яньсяо ехал дальше по улочкам. Статую на главной улице Чжиюнхай, где император пронзал мечом коленопреклоненного Цзюнь-шан Лун Чжи, державшего на руках уже мертвого Лань Шицана, давно заменили на новую. Но новый мастер оказался не столь искусен, и несмотря на то, что статуя полностью повторяла позу и очертания лиц, в ней как будто отсутствовало что-то важное. Что-то невидимое, но глубокое. Как будто теперь это лишь пустая медная подделка.

Пара человек стояла как раз возле этого постамента, внимательно рассматривая. Сердце Мао Яньсяо больно сжалось в груди, когда он увидел эту трагичную картину, но на его лице, точнее, на лице Ю Вэйюаня, чью личину носил Мао Яньсяо, не дрогнул ни один мускул.

Он уже развернул жеребца, чтобы уехать, как услышал знакомый голос. Кто-то громко выругался, сплюнув.

Глаза Мао Яньсяо тут же округлились. Он был потрясен, услышав знакомый мужской голос.

– Это… – шепотом он протянул.

Он бросил взгляд на статуи, внимательно разглядывая силуэты людей в толпе, но так и не сумел отыскать того, чей голос отчетливо услышал. Этот мужчина, которого он искал, точно будет выделяться среди толпы. Он просто не сможет сдержать своего нрава и, накинув тусклые тряпки, разгуливать как простой смертный.

Мао Яньсяо охватила паника. Заметив изменение в поведении принца, один из стражников окликнул его:

– Все в порядке?

Мао Яньсяо обернулся на охранника. Но стоило их взглядам встретиться, как шею последнего пронзила стрела. Наступила тишина, а после кто-то закричал, увидев упавшего воина и кровь.

Мао Яньсяо перевел взгляд на второго стражника. На глазах у демона еще одна стрела была выпущена с такой силой, что пробила доспехи на груди, а следующая попала прямо в правый глаз. Второй стражник тоже был убит. Прямо на улице, среди простых жителей, кто-то посмел открыто угрожать Ю Вэйюаню, избавившись от его сопроводительной охраны таким способом.

Мао Яньсяо быстро взял себя в руки. Крики людей усилились, началась паника.

– Так, ладно, Мао Яньсяо, соберись. Ничего плохого не произойдет. Это просто глупая шутка. Просто шутка. Это не может быть он. Он бы не стал убивать меня. – Мао Яньсяо стиснул зубы, чуть не прикусив кончик языка. – Просто чья-то очень плохая шутка.