– Ты думаешь, этот ублюдок выжил?

Минерва стояла у забора рядом с Микой. После побега Эбенезера прошло несколько часов.

– Думаю, да.

Минерва, честно говоря, и сама верила, что твари его не сожрали. Этому скоту всегда чертовски везло.

Было зябкое позднее утро, и вот-вот грозился полить дождь. В Маленьком Раю стояла тишина. Существа в лесу удовлетворились тем, что никто больше не пытался сбежать, и затихли.

– Мы должны найти их, Шуг. Или хотя бы попытаться…

– Детей?

– Да, Шуг. Детей.

– Преподобный явно постарается нам помешать.

– Полагаешь, он что-то задумал?

– Наверняка, – сказал Мика. – Объявит пастве, что пообщался с Богом, а потом сделает свой ход.

Минерва посмотрела на него, прикусила губу, затем отвела взгляд.

– Как же странно.

– Что?

– Видеть тебя с двумя глазами.

– Один из них стеклянный.

– В самом деле? А я уж подумала, ты себе новый отрастил! – Она нахмурилась. – Прости. Я сама не своя…

Минерва просунула пальцы сквозь изгородь. Солнце пробивало себе путь через густые облака, и его лучи освещали лес, казавшийся сейчас вполне безопасным. Монстры, видимо, ушли дальше в сторону дороги, забыв про северную часть Маленького Рая. Массивная скала возвышалась над деревьями.

Ее пальцы сжались сильнее.

– А ведь мы здесь умрем, Шуг.

Мика не ответил. Минерва, впрочем, и не ждала ответа. Она зажмурилась, вспоминая детей, столпившихся под кухонным люком… особенно их лица, белые, как газовый свет. И тут же открыла глаза, не желая больше их видеть.

– Есть какие-нибудь предположения, куда они пошли?

Мика кивнул в сторону Черной скалы, которая вздымалась прямо к небу.

Они вернулись в свою хижину, не встретив никого по дороге: никто из жителей Маленького Рая не осмеливался выходить на открытое пространство. Эллен и Нейт уже ждали их внутри. Отца Нейта с ними не было. Минерва схватила свой рюкзак. Проверила, заряжен ли пистолет Эллен.

– Вы что, уходите? – спросила Эллен.

– Отправляемся на поиски детей, – сказал Мика, собирая свой дорожный рюкзак.

– Там же эти твари…

– Мы направляемся на север, к скалам, – усмехнулась Минерва. – Вряд ли они там обитают.

– А если вы все-таки их встретите?

Минерва одарила ее зловещей улыбкой.

– Что ж, тогда наш поход продлится недолго.

– Зачем вам это? – спросил Нейт. – Я имею в виду… Я же их видел… И мне кажется, они с вами не пойдут. Он им не позволит.

– Что значит «не позволит»? – Минерва нахмурилась.

– Так сказал Илай тогда, на кухне, – пояснил ей мальчик. – Что-то вроде такого: «Ему нужен ты. Он заберет все, что в тебе есть».

По спине Минервы пробежал холодок.

– У нас мало шансов выжить, пока мы не разберемся, с кем вообще имеем дело.

– Ты думаешь, Эбенезер не сдержит слово и не… – начала Эллен.

– Да не знаю я! – перебила ее Минерва. – Я не собираюсь полагаться на этого мудилу. Извини за ругань, малыш.

– Я хочу пойти с вами, – сказала Эллен.

– Кто-то должен остаться. Наблюдать за тем, что здесь происходит.

– Но почему именно я? – разозлилась Эллен.

– Пожалуйста, не уходи! – Нейт внезапно вцепился ей в руку.

– Хорошо, – сказала Эллен после паузы. – Останусь.

– Мы ненадолго, – пообещала Минерва.

– Просто будь осторожен, – сказала Эллен, глядя на Мику.

…Мика и Минерва отправились в путь после полудня. Никто не видел, как они уходили, а если и видел, то не предпринял никаких попыток их остановить. Какой от этого теперь прок? Мика перерезал забор на самом дальнем краю Маленького Рая кусачками, которые нашел в сарае с припасами. Они с Минервой проскользнули через щель и оказались в лесу.

Между на удивление тонкими деревьями не было ни следа тропинки. Минерва держала пистолет, а Мика не взял с собой никакого оружия – после встречи с этими тварями любая винтовка казалась бесполезной игрушкой.

Они все-таки нашли что-то наподобие тропы. Унылая серая полоса тянулась через лес. Вдоль нее не росло ни деревца, ни кустика, ни сорняка. Казалось, что по земле пронесся огонь, оставив после себя лишь мелкую, как пыль, золу.

Тропинка вилась к Черной скале, которую Минерва могла разглядеть сквозь просветы в деревьях. Тревожное зрелище: отвесный черный утес, такой темный, что полностью поглощал солнечный свет… В лесу было тихо. За ними никто не следил.

Они шли молча. Минерва видела, что Мика измотан. Встреча с существами, из-за которых погибли Отис, Чарли и рыжебородый мужчина, лишила его энергии. Он шел с трудом, но в то же время решительно. Минерва тоже чувствовала усталость. Это было похоже на жизнь в тени спящего вулкана: никогда не знаешь, когда он начнет извергаться и окатит тебя раскаленной лавой.

Набежали тучи. Заморосил дождь. Отдельные капли вскоре превратились в настоящий ливень. Путники укрылись под елями. Минерва ощутила неприятный запах собственного тела. Как долго она не мылась? Последний раз, если ей не изменяла память, она принимала душ в мотеле в нескольких часах езды от Гриндерс-Свитч. Желтоватая вода криво била из заросшей накипью душевой лейки; шуршала заплесневелая штора для душа с рисунком из уточек. Сколько бы Минерва заплатила, чтобы принять душ прямо сейчас? Тысячу долларов? Десять тысяч?

Ливень продолжался минут пятнадцать. Дождь превратил пепел в кашицу, которая налипала на обувь. Они шли, пока солнце не начало клониться к закату.

Путники миновали поворот тропы, и вот скала наконец показалась во весь рост. Деревья здесь чахли, становясь все более низкорослыми и больными. Здешний ландшафт был песчаным, как в пустыне. Однообразным. Скала торчала из красного песка, как гигантский сгнивший зуб. До нее было еще около километра, но Минерва уже чувствовала зловещее влечение – ее тянуло к цели, как железные опилки тянет к магниту.

– Тебе не обязательно идти, – сказал Мика.

– Черта с два я не пойду.