Поперёк импровизированной лестницы вбили маленькие дощечки, чтобы карабкаться было проще. Однако, легче от этого не становилось. Доска прогибалась и ходила ходуном при каждом шаге, того и гляди обломится. Пришлось лезть на четвереньках, так как угол наклона был великоват для ходьбы. Кое-как вскарабкался наверх, заглянул в дверной проем и разочарованно выдохнул. Внутри не было ничего, кроме пустых баклажек из-под пива.

— Тут пусто же! — крикнул я вниз.

— Лезь дальше! — отозвался Борр. — Сам всё увидишь!

Чертыхнувшись, я преодолел последний метр и шагнул через порог. В то же мгновение всё вокруг преобразилось. Баклажки исчезли, а вместо халупы передо мной раскинулся порядочных размеров магазин. Вдоль стен выстроились стеллажи с товаром, а за прилавком восседала человекоподобная жаба, жующая сушеных сверчков из стеклянной банки.

Мне невольно вспомнилась жаба из подвала в Чертовицах, которую я истыкал ножом. Надеюсь, они не родственники, иначе торговля не заладится.

— Здрасьте… — натянуто улыбнулся я.

Жаба подскочила на месте, банка со сверчками нырнула под прилавок, и торговец рванул ко мне, растягивая зеленую пасть в радушном оскале.

— О-о-о, добро пожаловать, дорогой покупКВАтель! Чем могу помочь? У меня есть пара эпических навыКВАв, редкая экипироКВА, а еще…

— Здорова, Жабыч! — крикнул Борр, забравшийся в магазин.

Радушие торговца испарилось в мгновение ока.

— А, это ты, бомжара.

— Сам ты бомжара! Давай, это, повежливей! Я всё-таки клиента привел! — возмутился Борр.

Жабыч смерил меня скептическим взглядом.

— А у него монеты-то есть?

Вместо ответа я выудил из кармана четыре кругляша и продемонстрировал лягухе, и тот ещё больше поник.

— Не густо. — Однако уже через секунду он снова расцвёл. — Но и не пусто! За эти деньги могу предложить десяток светляков. Подбрасываешь в воздух, и они освещают путь не хуже фонарика. Еще есть ряска! Измельчишь в блендере, выпьешь, и будет стоять как у коня! А еще…

— Мне бы навыки посмотреть, — остановил я рекламный поток.

— Ну пойдем, посмотришь, — поскучнел Жабыч. — Правда, за четыре монеты особо нечего предложить.

— А если я оставлю в залог Борра? — улыбнулся я.

— Эй! Я не вещь! — взвизгнул боровичок. — Меня нельзя в залог!

— Да кому этот бомжара нужен? — заквакал от смеха торговец. — Я за него даже вшивой монетки не дам.

— Да пошел ты! Вообще-то я очень полезный! — Разозлился Борр тряся в воздухе кулаком.

Мы с Жабычем рассмеялись и направились к прилавку, а Мухоморыч еще с полминуты бухтел за нашими спинами, перечисляя собственные достоинства.

Торговец покопался в ящиках и выложил на прилавок три белых кристалла. Я взял ближайший, и перед глазами всплыло описание:

Кристалл навыка «Игра на флейте».

Редкость: Хлам.

Макс. уровней: 10.

Описание: вы научитесь играть на флейте. Увы, не на кожаной.

Дочитав последнюю строчку, я прыснул со смеху.

— И такой мусор кто-то покупает?

— А что? — развел лапами Жабыч. — Показываю то, что ты можешь купить за четыре монеты.

— А есть что-нибудь полезное в бою?

— Так-то есть, — протянул торговец. — Но стоить будет немало.

— Немало это абстрактная величина. Сколько конкретно?

— Смотря что за навык.

Жабыч нырнул под прилавок и водрузил на него синий кристалл с навыком «Пламенное касание». Редкий, пятьдесят уровней прокачки, и за это удовольствие торговец запросил аж сорок монет.

— Дороговато, — поморщился я. — А есть что-нибудь подешевле и для очистки нарывов?

— Ну-у-у… Относительно да, — протянул Жабыч, выкладывая на прилавок зеленый кристалл.

Кристалл навыка «Переливание».

Редкость: Необычный.

Макс. уровней: 40.

Описание: позволяет откачивать энергию и переливать ее другим существам.

— И что это значит? — нахмурился я. — Буду очищать нарывы и переливать скверну, скажем, в Борра? А он от такого не подохнет?

— Чего⁈ — заголосил за моей спиной боровичок. — Я на такое не подписывался! Себе переливай эту дрянь!

— Да-а, было бы неплохо, если бы он помер и в лесу одним бомжарой стало меньше, — мечтательно квакнул Жабыч. — Но нет, не сдохнет. При откачке энергия теряет негативный заряд и становится нейтральной.

— Тогда я согласен! — тут же сменил позицию Борр. — Покупай и пошли прямо сейчас нарывы искать! Раскачаюсь!

Я усмехнулся такой перемене и повернулся к торговцу.

— И сколько ты хочешь за этот навык?

— Жалких тридцать монет, — простонал Жабыч, всем видом показывая, что от сердца отрывает это сокровище. — Сам понимаешь, очистка нарывов весьма приятно оплачивается Миром.

Несмотря на то что он нахваливал навык, по бегающим глазкам Жабыча было понятно, что он брешет и задирает цену. Что ж, поторгуемся.

— Да этому хламу красная цена пять монет! Кому вообще нужен навык, который усиливает не тебя самого, а какого-то духа?

— Но-но! — возмутился Жабыч. — Это, на минуточку, необычный навык! А такой стоит по меньшей мере двадцать пять монет!

— И сколько лет ты уже продаешь этот полезный навык? — прищурился я.

Выстрел угодил в яблочко. Жабыч скуксился и забегал глазами по прилавку.

— Ладно. За двадцать отдам.

— За четыре монеты.

— Издеваешься⁈ — задохнулся торговец. — Какие еще четыре монеты⁈

— Хорошо. За три монеты заберу.

— Всё, валите отсюда! — замахал лапами Жабыч. — Так и знал, что бомж не способен привести платежеспособного поКВАпателя!

Я равнодушно отвернулся от прилавка.

— Ну и ладно. Борр, помнится ты говорил, что в городе еще с десяток магазинов имеется. Поехали, глянем, что там продают. На зеленомордом свет клином не сошелся.

Мы неторопливо двинулись к выходу, и уже у самого порога за спиной раздалось недовольное кваканье.

— Ладно. Десять монет. Это моё последнее слово.

Я развернулся и широко улыбнулся.

— А моё последнее слово, восемь монет. По рукам?

Подойдя ближе, я протянул руку, и Жабыч нехотя пожал ее влажной лапой.

— Чёрт с тобой… — согласился лягух.

— Вот и отлично. Правда, как я и говорил, у меня всего четыре монеты. Могу за остальное рублями доплатить?

Жабыч закатил глаза.

— Можешь. Но только по курсу десять тысяч рублей за одну системную монету.

— Да это же обдираловка! — заорал Борр.

— Если не согласны, проваливайте, — отрезал торговец сложив лапы на груди.

— Безналом можно? — спросил я доставая из кармана телефон.

Жабыч покопался под прилавком и протянул мне мятую бумажку с номером телефона.

— Сюда сорок тысяч переводи. На желтый банк.

— А на зеленый можно? С желтого у меня комиссию спишут.

— Не мои проблемы, — фыркнул Жабыч. — Только отойди к доске по какой сюда залез. В домене сотовый не работает.

Занятно. Оказывается этот слой реальности называется домен и судя по всему он отрезан от внешнего мира. Удобно.

Подойдя к доске, я смахнул скупую слезу, открыл приложение банка и перевел сорок тысяч, попутно оплатив комиссию в четыреста рублей. Правда, я тут же расплылся в улыбке, обратив внимание на то, что платёж доставлен Ирине Викторовне Ж. Интересно, кто эта загадочная женщина и в курсе ли она, что её картой пользуется жаба? Вернувшись обратно, я хохотнул забирая кристалл:

— Спасибо Ириш, с тобой приятно иметь дело.

Жабыч скривился и махнул лапой в сторону выхода, мол, проваливайте. Не выходя из магазина, я раздавил кристалл в кулаке. Он хрустнул, осколки растворились в воздухе, а перед глазами всплыло сообщение:

Вы изучили навык «Переливание».

Мы распрощались с Жабычем и выбрались из избушки. Вниз по доске я спускался задом наперед, цепляясь руками за дощечки, и шею, к разочарованию торговца, так и не свернул. Едва мои шлепанцы коснулись земли, заметил, что Борр смотрит на меня с восхищением.

— Саныч, ты кто такой вообще? Как ты умудрился нагнуть этого крохобора⁈ Это ж надо, с тридцати монет до восьми цену уронил!

Расплывшись в улыбке я процитировал фразу которую приписывают Джейсону Стетхему. Готов спорить что он её не говорил, но какая разница? Забавно ведь.

— Прав не тот кто прав, а тот кто лев, — многозначительно произнёс и неспешно пошел в сторону дома.

По дороге Борр всё время доставал меня пытаясь разобраться что значит эта фраза. Разумеется я не стал ничего объяснять. Пока меня не будет, пусть ломает голову.

До дома мы добрались без приключений потратив на поход в лес и торги аж два часа чистого времени. Едва мы зашли в квартиру, как Борр умчался на кухню доедать стейки, я же прошел в спальню и уселся на край кровати.

Открыв приложение такси, я вбил в строку назначения «улица Писателя Маршака, 1Г» и нажал кнопку заказа. Машину обещали подать через семь минут, и я решил скоротать ожидание с пользой, а именно изучить свежекупленный навык.

Стоило подумать об окне развития, как оно послушно развернулось перед глазами. В строке «навыки» красовалось две строчки:

Взгляд в будущее

Переливание

Я сосредоточился на обновке, и текст изменился:

Выберите сущность для переливания.

Ниже высветилась единственная строчка: «Боровичок Борр». Да уж, выбор, без выбора. Я мысленно ткнул в строку, и система отчиталась:

Боровичок Борр будет получать 2,5% от очищаемой энергии.

Не густо. Выходит, с подвального нарыва Борру перепадет всего одна несчастная единичка кармы. Хотя это лучше, чем ничего, да и покупал я навык не ради откорма боровичка. Главное уничтожить нарыв под родительским домом и самому при этом не откинуться. В автосалоне меня чуть не вывернуло наизнанку от двадцати единиц скверны, а в подвале этой дряни почти вдвое больше.

Телефон пиликнул, сообщая, что серая Гранта ждёт у подъезда. Уходя, я заглянул на кухню и улыбнулся, видя, как Боровичок выливает соус из контейнера с салатом прямо в рот.

Выйдя из дома я сел в такси, за рулем которого был мужичок лет пятидесяти с седой щетиной. Мы выехали со двора и направились на окружную улицу Антонова-Овсеенко. Смотреть по дороге было особо не на что, по левую сторону дома, по правую промзона. А вот таксист был весьма занимательным.

Он каждые пару минут морщился и тер левый висок на котором пульсировала черная пиявка размером с большой палец. Тварь мерно сокращалась, будто крохотный насос, и с каждым таким сокращением водитель кривился от боли всё сильнее.

— У вас всё в порядке? — полез я не в своё дело, поймав взгляд водилы в зеркале заднего вида.

— Да жарища эта, будь она неладна, — отмахнулся таксист. — Уже месяц голова раскалывается, таблетки горстями жру, а толку ноль.

Ещё бы. Таблетки от энергетических паразитов не спасают.

— Я массажистом работаю, — соврал я без стеснения. — Знаю одну точку на виске. Хотите, нажму, и всё пройдет?

Водитель покосился на меня в зеркало и с сомнением протянул:

— Да нет, спасибо. Не нужно.

— Так это бесплатно. Просто хочу помочь.

— Ну раз бесплатно, тогда давай попробуем, — сдался он.

Я подался вперед и потянулся к пиявке, пытаясь её ухватить. В последний момент тварь извернулась и вгрызлась в мой указательный палец, да так, что я едва не крикнул от боли. Руку пришлось отдернуть, и пиявка оторвалась от виска, повиснув на моем пальце.

— Ого! — Таксист ощупал висок и просиял. — Боль и правда стала меньше! А я ведь даже не почувствовал, что вы сделали. Спасибо, блин!

— На здоровье, — криво улыбнулся я, украдкой пытаясь стряхнуть паразита. — Скоро боль совсем пройдёт.

Говоря это я боролся с пиявкой вцепившейся в мой палец мертвой хваткой. Сколько бы я не тряс рукой она даже не думала отпускать свою добычу.

— Слушайте, может, вам водички? Или конфет? — расщедрился водитель. — Правда, у меня только карамельки.

— Нет, спасибо. А вот влажную салфетку я бы взял, если есть.

Таксист пошарил в бардачке и протянул мне пачку. Я вытащил салфетку, а следом резко оторвал пиявку от пальца и швырнул на резиновый коврик. Оставалось лишь раздавить гадину подошвой шлепанца, что я и сделал, заодно изобразив, что устраиваюсь поудобнее на сиденье.

Останки паразита полыхнули золотистым и растаяли, а Мир порадовал сообщением:

Вы уничтожили энергетического паразита. Получено 2 ОК.

Из прокушенного пальца тем временем сочилась кровь. Я замотал его салфеткой, сунул руку в карман и сделал вид, что всё в полном порядке. Вот и лечи после этого людей. Вместо благодарности сплошные производственные травмы.

Спустя двадцать минут Гранта остановилась у стадиона Факел, и я, поблагодарив водителя, выбрался наружу. Народу собралось море. Толпа гудела на сотни голосов и лениво тянулась внутрь стадиона. Я отошел в сторонку, набрал Саню и прижал телефон к уху.

— Сань, ты где?

На плечо легла тяжелая ладонь, и грубый голос пробасил:

— Закурить не найдётся?

Обернувшись, я увидел подкаченного Санька с шеей борца и добродушной улыбкой во всю физиономию.

— Ха-ха! Ты бы видел свою рожу! — загоготал он, тыча в меня пальцем.

— А ты бы видел свою! — рассмеялся я в ответ. — Сколько можно на массе сидеть? Уже вся харя жиром заплыла.

— Да иди ты, — наигранно обиделся он. — Подумаешь, не успел подсушиться к лету.

— Ну, по крайней мере, ты выглядишь грозно.

— Вот и я так думаю, — улыбнулся он и выудил из внутреннего кармана билет. — Держи. И не забудь: проход по Fan ID.

— И слава богу. Сейчас на матчах хоть потише стало.

— И скучнее, — ухмыльнулся Саня. — Раньше можно было и футбол посмотреть, и по морде получить. А теперь только первое.

— Зная твои способности, по морде ты и сейчас отхватишь без проблем. Было бы желание.

— Твоя правда, — хохотнул он. — Ну что, идем?

Мы влились в толпу и двинулись к проходной. Я открыл на телефоне Fan ID, уставший мужик в форме считал QR-код с экрана, окинул меня равнодушным взглядом и мотнул головой в сторону турникета, мол проходи. Рамка досмотра пискнула на связку ключей в кармане, пришлось выложить её в ящик, пройти снова через рамку и только потом забрать ключи обратно.

Попав на стадион, я невольно расплылся в улыбке. На трибунах кипела жизнь! Фанаты разворачивали флаги и перекрикивались через ряды, а кто-то даже барабан приволок. Саня толкнул меня в бок.

— Идем, я лучшие места взял. Прямо возле фан-зоны.

— Да ё-моё. Опять кричалки весь вечер слушать?

— Не только слушать, но и кричать! — осклабился Санек.

Мы заняли места, и, пока Саня рылся в рюкзаке, я оглядел трибуны. В основном здесь сидели обычные люди, но над парочкой голов клубилась знакомая тёмная дымка, а на шеях и затылках виднелись паразиты.

Мой палец, конечно, ещё не зажил и пульсировал болью, но я бы с радостью избавил фанатов от паразитов. И людям польза, и мне порядка двадцати очков кармы. Глядишь, и уровень бы поднял. А ещё тут было десятка два одержимых со звериными мордами, но они просто с воодушевлением смотрели на поле.

Спустя пять минут на поле выбежали игроки Факела, и стадион взорвался рёвом. Фан-зона грянула так, что у меня заложило уши:

Воронеж, ты моя любовь!

С тобою я, пока есть в венах кровь!

О Факел мой, тебе спою!

Тебя я в сердце сберегу!

Оле-оле! Оле-оле! Оле-оле-оле-оле!

Поём мы все о ФАКЕЛЕ!

Саня вскочил с места и принялся размахивать бело-синим флагом, который вытащил из рюкзака.

Следом на газон выкатилась команда Краснодара, судья дал свисток, и игра началась. Факел с ходу пошел в атаку, и уже на десятой минуте нападающий вколотил мяч под перекладину. Трибуны вскочили как один человек и стали ликовать, а я замер с открытым ртом. Только пялился я не на игроков, а на то, что творилось над полем.

От наших трибун к центру стадиона хлынула золотистая волна. Тысячи ликующих болельщиков генерировали столько позитива, что воздух над газоном засиял. Навстречу этому сиянию с гостевого сектора ринулась чернота краснодарской досады. Две стихии столкнулись над центральным кругом и принялись пожирать друг друга, закручиваясь исполинскими вихрями.

Я перевел взгляд на одержимых. Они блаженно лыбились от уха до уха, причем один из них сидел в гостевом секторе и, по идее, должен был печалиться о забитом голе его команде. Однако этим ребятам было плевать на игру. Здесь плещется целое море дармовой энергии, от которой они тихонько отщипывают тонкие потоки и поглощают их.

Спустя четверть часа Краснодар отыгрался, и картина над полем перевернулась. Теперь чернота валила с наших секторов, а светлая волна поднималась над гостевым сектором. Стихии вновь схлестнулись над серединой поля, а стадион исправно подбрасывал топлива то в один котел, то в другой. Когда свисток отправил команды на перерыв, я наконец сумел оторваться от этого зрелища.

— Ты видал, как наши заколотили⁈ — восторженно завопил Саня, перекрывая гул толпы. — Это ж восторг просто! А то, что пропустили, ерунда. Ещё вырвемся вперёд!

— Ага. Обязательно, — кивнул я, думая о своем.

Мы спустились в буфет размять ноги и перекусить, и там меня ждал сюрприз. Посреди зала парил комок света.

Позитивный сгусток.

Концентрация: 150 единиц.

Описание: точка сбора позитивной энергии.

Увидев концентрацию, я закашлялся. Если я поглощу этот сгусток, то сколько уровней получу? Сразу три или четыре штуки?

— Сань, купи мне бутерброд какой-нибудь и попить, а я пока место застолблю, — попросил я, не сводя глаз с находки.

— Замётано, — отозвался Саня и пристроился в хвост очереди.

Я вразвалочку двинулся через зал, делая вид, что выискиваю свободный столик, сам же как завороженный шел к сгустку. До него оставалась пара шагов, я протянул дрожащую руку, и тут моё запястье перехватила горячая ладонь.

— Не хулигань, а то накажу, — пробасило что-то сбоку.

Рядом со мной стояло существо, при виде которого у меня отвисла челюсть. Ростом под два метра, пламя пляшет на голове, а выглядит он… Прямо как картинка с логотипа футбольной команды. Факел. Настоящий факел! Только с глазами и руками. А вот ног не было. От него веяло такой силой, что по спине пробежал холодок.

— Простите, — улыбнулся я, и рука существа разжалась.

Пламя на лице Факела изогнулось, обозначая улыбку.

— Люди сюда за зарядом эмоций приходят, — прогудел он, обводя взглядом зал. — А если сгустка не будет, то и эмоции станут слабее.

Я хотел спросить, откуда он взялся такой красивый, но тут вернулся Саня.

— Ну чё, давай побырику пожуем и на второй тайм! — Он сунул мне в руки сосиску в тесте и банку колы.

Я забрал еду и стал жевать, не чувствуя вкуса. Взгляд мой следил за огненным существом, вышагивающим между столиками. Факел то и дело касался людей, вокруг которых свечение горело ярче прочих, и после его прикосновений оно заметно тускнело. От ладоней же существа к белёсому сгустку тянулись тонкие светящиеся нити, а в строке концентрации медленно прибавлялись сотые доли. 150,01… 150,03…

Выходит, Факел бережно собирает излишки чужой радости и вносит их в общую копилку. Занятный у стадиона персонал, ничего не скажешь.

Второй тайм выдался веселее первого: команды обменялись парой опасных моментов, а на шестьдесят пятой минуте нападающий Факела подхватил мяч на краю штрафной, качнул защитника финтом и зарядил под дальнюю штангу.

По стадиону прокатилась волна из людских тел. Над полем снова разлилось золотое зарево, и я орал вместе со всеми, размахивая руками. Представляю, как радуется огненный тип из буфета: урожай позитива у него сегодня знатный.

Впрочем, радовались мы недолго: под занавес матча Краснодар заработал угловой. Мяч по дуге влетел в нашу штрафную, и его головой вколотили в ворота. На табло зажглось 2:2, гостевой сектор взвыл от восторга, а над центральным кругом чернота досады сцепилась с радостью в прощальном вихре. Финальный свисток поставил точку в матче. Ничья.

Как и всегда, на выход потянулись лишь обыватели. Фан-зона осталась неподвижна, и заиграли барабаны вместе с трубами. Сотня глоток затянула песню Сектора Газа «Колхозный панк», куда же без него? Юра Хой для Воронежа без пяти минут святой, и на Факеле его песни звучат так, что стекла в окрестных девятиэтажках дребезжат. И мы заголосили:

Из колхозной молодёжи панковал один лишь я,

Я носил портки из кожи и был грязный, как свинья!

Улыбаясь, я с удовольствием подпевал слова песни, которую мы с Саней выучили наизусть раньше таблицы умножения, ведь в нашем детстве она орала из каждого гаража. На меня накатила ностальгия по тем годам, когда самой большой проблемой в жизни была севшая батарейка в кассетнике. Саня рядом драл глотку и размахивал шарфом с таким усердием, что едва не снёс голову мужику, стоявшему на ряд ниже.

Песня отгремела, игроки Факела выстроились перед трибунами и захлопали над головами, благодаря болельщиков за поддержку. Трибуны ответили последним раскатом оваций, и народ неспешно потянулся к выходам.

— Ну чё? По пивку? — предложил Саня охрипшим голосом и закинул рюкзак на плечо.

Я поднял глаза к небу, а оно уже налилось чернотой, лишь у горизонта догорала грязно-оранжевая полоска заката. По уму, сейчас бы прыгнуть в такси и запереться дома до рассвета. Но мне так не хочется становиться затворником и трястись от страха каждый вечер. В итоге я плюнул и согласился.

— Уговорил. Поехали.

— Красава! — просиял Санёк. — Я тут одно местечко знаю, там гренки с чесноком просто песня!

Оставалось надеяться, что в центре города людно и позитив ночных гуляк пересилит негатив, а заодно отпугнёт монстров. К тому же когда мы ещё увидимся с Саней в следующий раз? Жизнь идёт, а встречи с друзьями становятся всё реже.

Пройдя до парковки, мы загрузились в его поцарапанный Киа Рио и покатили в центр. По пути вспоминали былые деньки, и я узнал, что нашего одноклассника недавно похоронили. Ехал ночью по трассе и задремал улетев в кювет… Жаль парня. Весёлый был, жизнерадостный.

Добравшись до бара, мы вошли внутрь и утонули в гуле голосов. Приглушенный свет, громкая музыка и аромат табака набросились на нас со всех сторон. Не люблю запах курева, но это же бар, а не детское котокафе. Здесь всегда так пахнет.

Мы заняли дальний столик у стены и заказали пива с фирменными длинными гренками. Себе Саня взял нулёвку, буркнув, что за рулем, а желающих подышать в трубочку и без него хватает. Я же взял нефильтрованное светлое.

— Ну чё, как у тебя дела? — Санек отхлебнул из кружки и вытянул ноги под столом. — Рассказывай, а то пропал куда-то, не дозвонишься до тебя.

— Да так, кручусь понемножку. Бизнес открыл. Клинингом занимаюсь.

— Да ладно! — присвистнул Саня. — Это ты в уборщицы подался, что ли? — поддел меня друг.

— Ага. Типа того, — кивнул я, откусив чесночную гренку.

— Не, ну молодца, молодца, — уважительно произнёс Саня. — Ты всегда шустряком был. Знал, где лишнюю монету срубить. А я до сих пор электриком батрачу. Платят, правда, хорошо, иногда халтурка подворачивается. В общем, грех жаловаться.

— Так и не жалуйся. Руки у тебя золотые, голова на месте. Правда, отбитая наглухо, — улыбнулся я.

— Но-но! — Санек погрозил мне гренкой. — Эта голова, между прочим, спасла твою пятую точку, когда ты с тарзанки навернулся и чуть не утоп.

— Это когда это я чуть не утоп? Я тогда сальто-мортале исполнял и немного недокрутил. Зато вошел в воду красиво, с брызгами!

— Ага, красиво и башкой об дно саданулся.

— Было дело, — кивнул я. — А помнишь, как ты за мячиком полез к дяде Ване? Тебя тогда ещё ротвейлер за задницу грызанул, — хохотнул я.

— Забудешь тут. До сих пор шрамы на пол-ляжки. Если б ты тогда псину палкой не отогнал, я бы сейчас червей кормил, — произнёс Саня и отпил пива.

Дальше нас понесло по волнам памяти: вспомнили плот из полторашек, который мы гордо спустили на реку Воронеж. Проплавал он не долги и затонул на середине реки вместе с Саниными кроссовками. Вспомнили, как таскали яблоки у соседа и за нами погнался его гусь, страшнее которого в детстве я никого не встречал.

Время летело незаметно, кружки пустели, гренки исчезали, а следом за ними и куриные крылья в медовом соусе. Было весело, так бы и сидел целую вечность, позабыв о проблемах, одержимых и долгах. Но ничто не длится вечно. Из блаженного состояния меня выдернул силуэт, бодрой походкой направлявшийся к нашему столику.

Издали это был обычный мужчина в отглаженной рубашке, но с каждым его шагом черты плыли и заострялись. Проступила маслянистая шерсть на щеках, нервно задрожали усики, а из-под верхней губы выглянули длинные резцы. Сплинтер собственной персоной. То есть менеджер лучшего автосалона в галактике.

— О! Дмитрий Александрович! Рад вас видеть, — расплылся в улыбке крысюк по имени Артём, остановившись у нашего столика.

— Здравствуйте, — сухо кивнул я.

Я, конечно, не параноик, но почему-то мне эта встреча кажется не случайной.

— Я шел по улице, увидел вас и вспомнил об одном занимательном предложении, от которого вы не сможете отказаться, — доверительно понизив тон, произнёс он.

— Мы тут отдыхаем с другом. Если хотите что-то предложить, высылайте СМС. Я обязательно прочитаю и если заинтересуюсь, то перезвоню вам, — с ходу осадил его я.

— Дим, да ладно тебе. Если предложение реально дельное, можно и послушать, — встрял в разговор Саня.

— Ваш друг прав, — довольным тоном проговорил Крысюк и продолжил: — На неделе нам привезут хонду японской сборки. Автомобиль двадцатого года выпуска, пробег всего тысяча километров, он в идеальном состоянии, хорошей комплектации, и вам как постоянному клиенту мы сделаем шикарную скидку.

Всё это звучало так, будто он врал на ходу, причём делал это весьма посредственно. Видать расчёт был на то что я пьян.

— Ого, а сколько денег нужно? — спросил Саня, подавшись вперед. — Может, я куплю?

— Увы, предложение действует только для наших постоянных клиентов. — Крысюк одарил его дежурной улыбкой. — Таких, как Дмитрий Александрович. Мы с ним давно знакомы, и, уверен, если я учту его интересы, то он учтёт мои. — Крысюк недвусмысленно намекнул на откат и уходить явно не собирался. — Дмитрий Александрович, давайте выйдем и обсудим условия. Это займёт буквально пару минут, и я от вас отстану.

— Ну раз так, то пойдёмте, обсудим, — вздохнул я, вставая из-за стола.

Менеджер кивнул и двинулся к выходу, покачивая скрытым от обычных глаз хвостом. Я же наклонился к Сане и тихо попросил:

— Сходи покурить на всякий случай. Мало ли куда нас разговор заведёт.

Саня ухмыльнулся во весь рот и хрустнул костяшками пальцев:

— Похоже, моя сверхспособность снова сработала.