Послышался щелчок и на пороге возник деловой дядя в пиджаке и с важным выражением лица. В руке он держал телефон, в который орал так, что его вопли слышал весь подъезд:

— Да с какого хрена она стухла-то⁈ Её только вчера привезли! Сурен сказал, что всё было свежим! Может, проблемы с холодильным оборудованием? Ну тогда я не знаю! Думай, Марик, думай! Да, да. Ищи, того кто косячил! Если не найдешь, я эту шарагу закрою к чёртовой матери, а ты на улицу пойдешь, понял⁈

Заказчик улыбнулся, как бы извиняясь за эту сцену, и посторонился, пропуская меня в квартиру. Свободной рукой он махнул сперва в сторону ванной комнаты, а следом и кухни. На этом инструктаж закончился. Хозяин квартиры умчался в зал и продолжил голосить на неизвестного мне Марика.

— Не человек, а ходячий рупор, — вынес вердикт Борр ковыряясь пальцем в ухе.

Первым делом мы отправились в ванную. Она оказалась похожа на мою как две капли воды. Только здесь была белая плитка. Закрыв за собой дверь, я, как и в прошлый раз, стал делать вид, что наношу средство на швы, сам же сел на край ванной и позволил Борру делать своё дело.

Боровичок размял пальцы, прижал ладошку к стене, и чёрный налет между плитками начал выцветать. Из зала тем временем долетали обрывки фраз: то про маринад, то про фуру, которая третий час стоит ожидая разгрузки.

Закончив с ванной, мы обработали, кухню. Клиент же носился по квартире с телефоном у уха и без остановки давал указания, матерился и всячески пытался наладить бизнес-процесс, который, судя по всему, лишь сильнее разлаживался.

Когда я вышел в коридор, мужик тут же произнёс в трубку: «Я перезвоню» и сбросил вызов.

— Простите, ради бога, за такое обилие мата. — Улыбнулся голосящий кивин. — Я год назад открыл ИП и забыл про спокойный сон и отсутствие постоянного стресса, вот и срываюсь когда всё идёт на перекосяк, — устало выдохнул он, убирая телефон в карман пиджака.

— Да ничего. Я всё понимаю, — отозвался я.

Мужик прошелся по обработанным помещениям и присвистнул.

— Ничего себе. И такой результат за жалкую десятку?

— А как иначе? Я ведь для соседей делаю, вот и цена свойская, — пояснил я позицию и задумался о том, что, возможно, и правда беру слишком мало за услуги.

— Смотри сам, конечно, но, как по мне, за такую работу нужно брать на порядок больше. — Мужик полез в карман и вытащил оттуда две пятитысячные купюры, которые тут же отдал мне.

Забрав деньги, я собирался предложить ему помощь по спасению бизнеса, но мужик меня опередил:

— Слушай, у меня тут небольшое производство вяленой продукции. Мясо, морепродукты, фрукты, овощи. Так вот, нанял я пару месяцев назад по знакомству одного долба… В смысле, идиота на должность технолога. И что ты думаешь? Этот конченый целый месяц гонял сушилки, не включая вытяжку. Представляешь? Мы влагу из продуктов выгоняем, а она на стенах оседает. В помещении духота, дышать нечем. А он сидит и рилсы смотрит. Убогий. В итоге из-за этого дегенерата надзорные органы закрыли мой цех, так как плесень по стенам поползла. Пришлось спешно арендовать помещение и перевозить оборудование, чтобы производство не простаивало и контракты не срывались.

— Печально, — сочувствующе произнёс я. — В наше время сложно найти ответственных людей.

— Вот и я о чём. Одни инфантилы, мать их за ногу, — выругался заказчик. — Так вот, теперь мой цех купленный за кровно заработанные, простаивает и гниёт день ото дня. Я его даже скинуть не могу! Покупатели заходят, смотрят на этот мохнатый ужас и бегут куда глаза глядят.

— И вы хотите, чтобы я очистил цех от плесени, — закончил я мысль.

— Смекалистый. Это хорошо, — улыбнулся заказчик. — Обработай цех по-братски, а я заплачу тебе по пятьсот рублей за квадратный метр площади.

Я задумался, прикидывая в уме цифры, и получилось весьма не густо. В квартирах мы с Борром обрабатываем в лучшем случае десять квадратов и получаем за них десять тысяч рублей, а это, считай, тысяча за квадрат. А тут в два раза меньше, всего то пятьсот рублей. С другой стороны, всё зависит от масштабов бедствия.

— А какова площадь цеха? — поинтересовался я.

Мужик открыл авито и повернул ко мне экран с объявлением о продаже. Взглянув на цифры, я едва не выронил ведро с реквизитом. Тысяча квадратных метров! Это же полмиллиона рублей за одну уборку!

— Если возьмёшься, я тебе сразу сотку авансом заплачу. И еще четыреста по факту завершения работ. Идёт?

Не раздумывая, я протянул руку клиенту.

— Давайте ключи, и я прямо сейчас поеду на место и начну обработку.

— Вот это, я понимаю! — радостно произнёс мужик. — Если бы у меня были такие сотрудники, как ты, я бы уже миллиардером стал.

— Еще станете, не переживайте, — подбодрил я его.

Хозяин достал увесистый кошелек, отсчитал сто тысяч рублей и вручил их мне вместе с ключами от цеха.

— Не боитесь, что я сбегу с деньгами? — полюбопытствовал я, убирая купюры во внутренний карман.

— А чего мне бояться? У меня в квартире камеры висят, разговор записан, в случае чего тебя ждёт увлекательная экскурсия в Воркуту, на лесоповал, — добродушно ответил он и подмигнул мне.

— Не слабо вы подстраховались, — оценил я.

— А то! Меня, кстати, Стасом звать, — представился он и пожал мою руку.

— А я Дмитрий. Рад знакомству.

Я записал адрес цеха, попрощался с клиентом и вызвал такси до улицы Солнечная, 5Б. Борр отправился вместе со мной. Всю дорогу он донимал меня вопросами, а я игнорировал его, ведь как с ним разговаривать, если рядом таксист? Решите ещё, что я сумасшедший. Хотя, есть одна лазейка. Нужно с собой брать беспроводные наушники. Тогда весь мир будет думать, что я по телефону с кем-то общаюсь.

Дорога заняла минут пятнадцать. А когда мы добрались до места, оказалось что улица Солнечная, совсем не солнечная. Скорее пыльная и пустынная. Типичный огрызок промзоны неподалёку от центра города. Тут было настоящее царство складов и мебельных фабрик, сумевших выползти из гаражей и немного расшириться.

Вокруг сновали погрузчики, а у ворот одного из складов курили работяги, провожая такси ленивыми взглядами. Расплатившись с водителем, я отыскал бокс номер четыре, провернул ключ в замке и распахнул ворота.

Первое, что я ощутил, так это ядерный аромат плесени, от которого появилось желание закрыть ворота и поехать домой. Да и вообще, сюда точно можно заходить без костюма химической защиты?

Набрав в грудь побольше воздуха, я шагнул внутрь и зажег свет. Внутри всё было отделано серой плиткой, под потолком тянулись короба промышленных вытяжек, и сразу становилось ясно, что в этот цех вбуханы немалые деньги. Половина знакомых мне предпринимателей потеряв такой объект, полезли бы в петлю, а Стас ничего так, держится. Правда из последних сил.

— Когда жрать-то будем? — возмутился Борр, заходя внутрь.

— Не нуди. Полмиллиона рублей на кону, — ответил я, прикрывая за нами ворота. — Если выполним заказ, то ближайший месяц сможешь жрать от пуза.

— Месяц, да? — задумчиво произнёс Борр и сложил руки на груди. — Знаешь, пока мы в машине ехали, я понял, что не согласен трудиться только за еду, — заявил боровичок. — Хочу десять процентов от заработанного.

— И на кой-тебе деньги? — нахмурился я. — Ты же всё равно не сможешь ими воспользоваться.

— Больно много ты знаешь, — фыркнул Борр. — Вообще-то есть торговцы, которые с радостью скупают валюту и обменивают её на монеты кармы.

У меня глаза на лоб полезли от такой новости. Если существуют торговцы, то, значит, я могу не только продать те же шлёпки на +2 к ловкости, но и купить что-то более интересное! Навык, к примеру, или… Ну не знаю. Оружие, допустим. Сражаться с порождениями скверны, используя перочинный ножик, это не самое приятное занятие.

— Борр, блин! Какого чёрта ты раньше об этом не рассказал?

— Да ты и не спрашивал, — пожал плечами Боровичок. — По городу порядка десяти магазинов разбросано. Правда, у большинства мусор продаётся.

— Как закончим с плесенью, тут же отведёшь меня к ближайшему торговцу. У меня четыре монеты бесхозные имеются. Нужно их в дело пустить.

— Ну, на четыре монеты особо не разгуляешься, — протянул дух ковыряясь в носу. — А так да, не проблема. Отведу. Тем более что один торгаш как раз рядом с твоим домом расположился.

Борр протянул мне ладошку и самодовольно улыбнулся.

— Ну чё? Согласен на изменение условий договора или сам будешь искать торгашей по городу?

— Шантажист мелкий, — хмыкнул я и пожал крохотную пятерню. — Когда закроем заказ, пятьдесят тысяч рублей твои, только после получения денег, еду будешь покупать за свой счет.

— Жмотяра! — насупился Борр.

— Не жмотяра, а человек, давший тебе возможность зарабатывать честным трудом.

— Я бы сказал, что ты эксплуататор и рабовладелец, — буркнул Мухоморыч.

— Повозмущайся мне тут. Или забыл, как до нашего знакомства бегал по Северному лесу и объедки жрал?

— Ладно, ладно. Я всё понял, — поднял руки Борр. — Молчу и работаю. Главное, кнутом по спине не бей, как это делают ваши. Рабовладельцы.

Боровичок подошел к ближайшей стене, плиточные швы на которой сплошь покрывал черный мох, и занес над ней ладошку, но я отвлёк его от процесса, окликнув:

— Слушай, давай за раз обработаем только третью часть помещения. Будет подозрительно, если мы за день весь цех вычистим.

— Саныч, ты чё, с дубу рухнул? Видал, сколько тут плесени? Я и за десять дней не справлюсь, — возмутился Борр.

— Не сгущай краски. Глаза боятся, а руки делают, — подбодрил я наёмного работника.

Вздохнув, он приступил к обработке. Чернота нехотя уползала прочь от ладоней Грибоедова. Швы метр за метром возвращали себе белизну. Вот только спустя пять минут боровичок сдох. Не в смысле умер, а в том смысле, что выдохся. Пот катил ручьём по лицу, руки дрожали, а очистить удалось лишь метров десять от силы.

— Всё… Больше не могу… — просипел он, обмахиваясь шляпой. — Энергия кончилась.

— И что делать? Вставить тебе в задницу зарядку от телефона и подождать часок? — предложил я.

— Себе в задницу что-нибудь вставь! — возмутился Борр. — Лучше пожрать закажи, с утра ничего не ел.

Про уничтоженные полтора часа назад пирожки он, похоже, забыл. Достав телефон я открыл приложение доставки. Пролистал список забегаловок и остановился на грузинской кухне. Хинкальная с гордым названием «Генацвале» обещала привезти заказ за сорок минут. Зная толк в хинкалях, я разом заказал сорок две штуки с бараниной!

Кому-то такое количество покажется перебором, вот только аппетиты моего работника я уже знаю. Этот будет жрать пока не лопнет.

Курьер оказался мега скоростным и доставил заказ за какие-то двадцать пять минут. Пока я ходил за пакетами, Борр отплясывал в нетерпении, а его живот наполнял цех протяжным урчанием. Стоило занести пакет с едой внутрь, он взгромоздился на перевернутый ящик и широко расставил руки.

— Ну! Не томи! Я готов жрать, брюхо набивать!

Улыбнувшись, я отдал ему контейнер, в котором покоились шесть хинкалин. Борр моментально вцепился зубами в первый хинкаль. Сок брызнул во все стороны, потек по подбородку и закапал на необъятное пузо. Правда, обжору подобные мелочи не волновали. Он чавкал и урчал от удовольствия, заглатывая хинкали вместе с хвостиками.

— Не части, подавишься, — предупредил я, усаживаясь рядом держа в руках свою порцию из трёх контейнеров.

— Фа не пофафлюфь, — отмахнулся Борр, не переставая жевать и тут же подавился.

Два контейнера я поставил под ноги, а из третьего ел. Нет, я не планировал схомячить восемнадцать хинкалей за раз. Просто на всякий случай сделал заначку. Оказалось что я поступил весьма мудро. Ведь Мухоморыч смолотил первый контейнер, потом второй, а за ним и третий с четвёртым.

Облизнувшись наглый боровик потянулся было к контейнерам стоящим у моих ног, но я тут же шлёпнул его по кисти, давая понять, что делиться не собираюсь. Опалив меня обиженным взглядом, он утер подбородок рукавом, сыто икнул и поплёлся работать.

— Эх, не жизнь, а каторга, — пожаловался боровичок, прижимая ладошку к плиточному шву.

Смотря на плоды его трудов, я понял, что весь цех мы очистим ох как не скоро. Может стоит привезти сюда свой холодильник, забить его едой и запереться в цеху для круглосуточной обработки? Нет. Паршивая идея. Эдак Борр может и подохнуть от круглосуточных смен. Конечно на кону полмиллиона рублей, но я не садист. От мыслей меня отвлёк звонок телефона. На экране высветилась надпись «Сашка».

— Здорова, Диман! Ты там, не сдох ещё? — стоило принять вызов, как из динамика послышался жизнерадостный вопль моего друга детства.

— Ага, блин. Твоими молитвами жив до сих пор, — ухмыльнулся я. — А ты чё, ещё не женился?

Из трубки донеслось недовольное сопение.

— Ой, отвали. Мне Валька уже всю плешь проела этой свадьбой. Ну не хочу я жениться, нахрен оно мне нужно?

— Тогда беги. Она у тебя бойкая, смотри, руки выкрутит и под венец затащит.

— Да не дай бог, — заржал Санёк. — Дим, я, собственно, чё звоню. У меня два билета на футбол, лучшие места! Смекаешь, о чём я?

— Ага, смекаю. Но дел куча. Давай в другой раз.

— Ой, а у тебя бывает как-то по-другому? Самый занятой человек на диком западе. — Фыркнул он и бодрее добавил. — Давай, не жопься. Ничего страшного не случится, если повидаешься с другом, которого не видел сотню лет.

Ненавижу его, в хорошем смысле этого слова, конечно. Он хоть и тот ещё дуралей, но всегда швыряется железными аргументами.

— Уговорил. Пошли, — согласился я, чувствуя, что вечерок будет аховый.

— Красава! Там как раз наши с Краснодаром играют. Начало в восемь, и не опаздывай! — выпалил Саня и бросил трубку.

Из динамика послышались короткие гудки, а я страдальчески вздохнул поняв на что подписался. В восемь вечера ещё светло, а вот когда матч закончится, на улице будет темень несусветная. Сто процентов, Саня ещё и по пивку предложит выпить. Ладно, надеюсь, меня не сожрут, когда буду возвращаться домой.

Я перевёл взгляд на Мухоморыча и понял, что трудовые подвиги на сегодня окончены. Боровичок сидел на полу, привалившись спиной к чистому участку стены, и тяжело дышал. Руки у него подрагивали, а шляпа съехала на затылок.

— Все, на сегодня работа окончена, — объявил я, поднимаясь с ящика. — Можешь забрать остатки еды, дома доешь.

— Сыпасиба, нащальникя, — спародировал он рабочих из средней азии и побежал за двумя уцелевшими контейнерами с хинкалями.

Он собирался провалиться под землю, но я успел окликнуть Боровичка:

— Слушай, а если ты контейнеры по улице понесешь, что увидят обычные люди? Летающие по воздуху хинкали?

Борр хихикнул и покачал головой.

— Не-е, ничего они не увидят. Вещь, которую дух при себе держит, проваливается в его слой реальности и для людей исчезает. Хоть мешок золота на горбу таскай, никто и ухом не поведет. А вот ежели я ветку сломаю или дверь поцарапаю, это и правда все заметят. Ну и звуки тоже: топну ногой и все услышат.

— Понятно, — кивнул я. — Тогда ещё вопрос. Раз ты можешь брать физические вещи и без труда проникать в любое жилище, почему не стащишь кучу денег у какого-нибудь богатея? Накупил бы себе монет и стал самым мощным боровиком на свете.

Веселье с Борра слетело в одно мгновение. Он покрутил пальцем у виска и глухо произнес:

— Ты чё такое говоришь-то? Мир накажет. Очень серьёзно накажет.

Уточнять подробности я не стал, по лицу духа и так было понятно, что желающие разбогатеть таким способом заканчивают плохо. Я кивнул и зашагал к выходу. Борр же провалился под землю вместе с остатками хинкалей. Удобно устроился: ни тебе пробок, ни платы за проезд. Я тоже так хочу.

Заперев бокс, я подёргал замок для верности и набрал номер Стаса. Тот ответил после третьего гудка, а на фоне слышался чей-то виноватый голос. Похоже, Марику опять досталось.

— Стас, здравствуйте. Отчитываюсь. За сегодня обработал двадцать квадратных метров. Думаю на полную зачистку уйдёт дней десять, а может, и все двадцать, но я постараюсь ускориться.

— Ничего страшного, — отозвался клиент. — Главное, чтобы плесени не осталось.

Попрощавшись, я вызвал такси и через двадцать минут уже выгружался у торгового центра «Арена». Времени до матча оставалось порядком, по этому я решил заскочить сюда за подарком одной семилетней девчушке. А как иначе? Обещания нужно выполнять, а тут как нельзя кстати я получил сто тысяч авансом.

Народу возле «Арены» было столько, что впору продавать билеты на вход. На детской площадке слева от ТЦ носились сотни детей. Они орали выясняя, кто быстрее скатится с горки. Бросались песком и, просто визжа, гонялись друг за дружкой.

Чуть дальше начинался парк, по дорожкам которого мамочки неспеша прогуливались с колясками. Справа от этого парка грохотали карусели и многочисленные аттракционы. Если Борр не врет про энергию, то местечко здесь для всякой нечисти гиблое. Тут выплёскивается столько радости в единицу времени, что любой нарыв скверны моментально рассеется.

Войдя в торговый центр, я первым делом отыскал банкомат и скормил ему всю наличность, выданную Стасом. Дождавшись СМС о зачислении, я выдохнул с облегчением. Таскать сто десять тысяч в кармане удовольствие весьма сомнительное. Да, в Воронеже карманника вряд ли встретишь, но родовая травма девяностых всё ещё сильна! По этому я стараюсь не носить при себе больше двадцати тысяч рублей без особых причин.

Забрав банковскую карту, я поднялся по эскалатору на третий этаж и двинул прямиком к «Спортмастеру». Миновав стойки с кроссовками и футболками, я остановился в отделе с велосипедами. Выбор радовал: десятки моделей на любой вкус и кошелек.

Мой взгляд сразу зацепился за красненький велик фирмы Stels с ценником в десять тысяч рублей. Всё, что я знаю о велосипедах, так это то, что у них есть педали и их нужно крутить. На этом, увы, мои познания заканчиваются.

Я заозирался по сторонам желая пригласить консультанта, но тут же передумал это делать. У молодого парня в фирменной футболке вместо носа было свиное рыло. Похожих красавцев я уже видел в областной больнице, и что-то мне подсказывает, что хороших людей со свиными пятаками не бывает. Такой помощник втюхает хлам и глазом не моргнет. А значит, придётся выбирать самостоятельно.

Я покрутил Stels так и эдак, приподнял за раму, покачал руль. Ощущения сложились не в его пользу: хлипковат, родимый. Зато стоит всего десятку. Но мне ведь нужен лучший велик! Не дело на племяннице экономить.

Рядом стоял еще один красный велик, на этот раз фирмы Shulz. На ценнике значилось «производство Германия» и сумма в 32 500 рублей. Я осмотрел его со всех сторон и даже без посторонней помощи понял, что собран он шикарно. Рама сидела монолитом, сварные швы радовали аккуратностью, а когда я встряхнул велик, внутри ничего не загремело и не звякнуло.

— Молодой человек! — окликнул я консультанта. — Можно мне вот такой велик?

— Да, проходите на кассу. Сейчас вынесу, — отозвался тот и скрылся в подсобке.

За кассой обнаружилась миловидная девушка, одарившая меня улыбкой в тридцать два зуба. Не успел я и рта раскрыть, а на меня уже посыпались предложения.

— Носочки по акции хотите? Три пары по цене двух! А шоколадный батончик? Может, оформим карту лояльности? Бонусы копятся, потом их можно использовать…

На все предложения я автоматически ответил отказом, при этом сочувствуя бедной кассирше. Готов спорить, ей поставили план по дополнительным продажам, вот и лезет из кожи вон, чтобы заработать премию.

Через минуту из подсобки выплыл консультант с коробкой наперевес. Коробка показалась мне подозрительной. Скотч на ней переклеивался множество раз, да и сама коробка была помятой.

Кассирша тем временем спешно пикнула штрихкод и сообщила:

— С вас 32 500.

— Так, погодите, — притормозил я эту парочку. — Дайте сперва посмотреть, что я покупаю.

Закатив глаза, консультант взял со стойки канцелярский нож и протянул мне. Я вскрыл коробку и увидел что велик цел. Вот только по его раме тянется глубокая царапина длиной в ладонь. Причём краска содрана до металла!

— Я это брать не буду. Принесите нормальный велосипед, или я поеду в другой магазин, — пригрозил я, заставив консультанта недовольно сморщить рыло и отправиться в подсобку.

— Простите, из отбраковки случайно взял коробок. Сейчас новый принесу, — бросил он через плечо.

Ага, случайно. Скотч на коробке, видимо, тоже сам себя случайно переклеил. Кассирша при этом продолжала лучезарно улыбаться, из-за чего стала похожа на пластмассовую куклу, а не на человека.

Спустя минуту мне вынесли новый коробок, его я тоже проверил, но на этот раз всё было в порядке. Велик разобран, но комплектация полная и повреждений нет. Я оплатил покупку картой, мысленно попрощавшись с третью аванса и вышел из торгового центра, держа коробкой под мышкой. Улыбнувшись палящему солнцу, я сел в такси и поехал домой.

Десять минут спустя, я занёс коробку с великом на балкон. Пусть тут полежит в разобранном виде до поездки в Чертовицы. Ведь кто знает, что взбредёт в пьяную голову Мухоморыча? Нажрётся грибовухи и давай на заднем колесе кататься по квартире.

Представив этот образ, я засмеялся и, прикрыв балконную дверь, взглянул на экран телефона. До футбольного матча оставалось чуть больше трёх часов, так что можно было не суетиться.

Я отправился на кухню и обнаружил Борра сидящим на подоконнике. Он с неподдельным интересом пялился в окно.

— Что там? — полюбопытствовал я.

— А ты сам погляди, — заулыбался дух и подвинулся, освобождая мне место у окна.

Внизу молодая девушка с измученным видом выгуливала двух хаски. Хотя нет, вернее будет сказать, что это хаски выгуливали её, растягивая поводки каждая в свою сторону. Выглядела парочка жутковато. Глаза у псин горели зелёным и смотрели в разные стороны. С высунутых языков капала зеленоватая слюна, а морды кривились так, будто собаки в голос ржали над хозяйкой.

Пока девушка ругала одну псину, вторая ныряла в клумбу и рвала цветы. Пока воспитывала вторую, первая вставала лапами на припаркованную машину и с упоением драла когтями краску. В это время над головой девушки клубилась тёмная дымка и тонкими нитями стекала вниз.

— Не только люди становятся одержимыми, — деловито заявил Борр. — Животина тоже скверне подвержена.

— Да уж, в опасном мире живем, — покачал я головой, провожая взглядом эту троицу.

Я отлип от окна и повернулся к Борру.

— Ты говорил, что неподалёку есть торгаш, покажешь, где он находится?

— Может, и покажу, — хитро сверкнул глазами дух. — Ежели закажешь пожрать на вечер. А то на футбол свалишь, а мне тут сиди, страдай, с голодухи помирай.

— По рукам, — согласился я и протянул ему телефон с открытым приложением доставки.

И зря я это сделал. Борр вцепился в аппарат обеими руками и с азартом принялся листать меню, закидывая в корзину всё подряд. Когда я заглянул ему через плечо, сумма заказа перевалила за двадцать тысяч рублей.

— Ты дурной, что ли? — опешил я, отбирая телефон. — Куда столько нахапал? Решил сдохнуть от переедания?

Под скорбное сопение духа я стал вычищать корзину, удаляя позицию за позицией, пока в заказе не остались стейк, салат Цезарь и морс.

— Я потратил много сил, вот и решил компенсировать потерю, так сказать, — обиженно фыркнул Борр.

— Вон у тебя ещё полпакета пирожков осталось, их пожуй, — кивнул я на гостинцы Инны Владимировны. — А ещё объясни, как так вышло, что в квартирах с плесенью ты справлялся на порядок лучше, чем в цеху?

— Так это… Я ж дух леса, — развел руками Борр. — Силу из леса черпаю. А ты увез меня хрен пойми куда. Там, окромя асфальта и бетона, ничегошеньки нет, даже деревья толком не растут. Вот подпитка моя и просела, а я сдулся.

— Как же с вами, духами сложно. Получается мне нужно искать заказы только неподалёку от леса?

— В идеале да, — кивнул дух. — Но ежели приспичит, можешь просто побольше еды купить. Я из неё энергию буду черпать.

Пришлось снова лезть в приложение и добавлять в корзину дополнительные порции стейка, морса и салатика. Чтобы зарядить батарейку ненасытного жиробаса до отказа.

— Всё, еду я заказал, через полчаса привезут. Добей пока пирожки, а я собираться пойду.

Сходив в душе я окатил себя ледяной водой, взбодрился и перебрался в спальню переодеваться. Натянул джинсы со свежей футболкой, а на ноги надел шлепанцы, дающие плюс два к ловкости. Вид, конечно, далёк от парадного, зато, если после матча на меня нападёт какая-нибудь тварь, эти шлёпки могут спасти мне жизнь.

А вот с ножом пришлось расстаться. Я с огорчением выудил его из кармана и положил на тумбочку. На стадион с ним не пустят, ведь рамки досмотра никто не отменял.

Присев на край кровати, я от нечего делать залез в домовой чат. Под кружком Инны Владимировны красовалось свежее сообщение от какого-то пацаненка лет четырнадцати: «Владимирну паходу ломанули. Задипфэйчили лицо и в рикламу пихнули». Юному конспирологу тут же пожелали сходить в школу и удалили из чата. А как он хотел? Инна Владимировна как-никак администратор домового чата.

Едва я открыл новостную ленту, а тут уже и курьер приехал. Он вручил мне увесистый пакет, пожелал приятного аппетита и удалился. Я же этот пакет не глядя передал назад, зная что за спиной стоил обжора.

— Жрачка! — Радостно выкрикнул Борр, выдернул пакет из моих рук и побежал на кухню.

Заперев дверь я крикнул ему вслед:

— Съешь один стейк и отведёшь меня к торговцу!

— За пельмешками? — с надеждой послышалось с кухни.

— Ну если за системные монеты продают пельмени, то можешь их прикупить. Я же хочу посмотреть на навыки.

— Эх, не свезло… — вздохнул дух. — Но я хотя бы попытался.

Зашуршал разрываемый пакет, послышалось чавканье с неразборчивым бормотанием, а после Борр смачно рыгнул и вышел в коридор вытирая руки о живот. Он просто сиял от счастья. Причём он фактически сиял, а не фигурально.

От Боровичка исходило слабое золотистое свечение, как от той счастливой парочки в торговом центре. Оказывается, духи тоже могут генерировать позитив. Возьму на заметку.

— Саны-ы-ыч! — Борр блаженно погладил себя по пузу. — Я такой вкусной еды в жизни не ел! А жирок как по губам тёк… Ммм… Корове, погибшей ради моего стейка стоит памятник поставить посмертно!

— Рад, что тебе понравилось, — улыбнулся я. — Ну что, идем?

Вместо ответа Борр попросил телефон с открытой картой города. Я выполнил его просьбу, и пухлый палец ткнул в правый верхний угол Северного леса. Он поставил точку на карте рядом с теннисным кортом «Рица».

— И что там? Боровичковый универмаг? — хмыкнул я, убирая телефон в карман.

— Не-е. Там избушка. Почти на курьих ножках, хе-хе.

О чем речь, я уточнять не стал: скоро сам всё увижу. Запихнул в ухо беспроводной наушник, чтобы по дороге болтать с Борром, не привлекая внимание прохожих, и мы вышли из дома.

Лес располагался от моего дома в паре минут ходьбы. Ещё десять минут мы шли до нужного места. Городской шум должен был остаться позади, лес ведь! Но нет, он последовал за нами так как Северный лес был зажат между Московским проспектом и окружной дорогой. Под ногами хрустели ветки, солнце пробивалось через еловые ветви освещая дорогу, а Борр весело вышагивал с довольной мордой. Видимо, родные сосны подпитывали его не хуже стейков.

Добравшись до нужного места, я задрал голову и присвистнул. Наверху, метрах в четырёх над землей, красовался домик, сколоченный из досок, брёвен и строительного мусора. Подобные шедевры обычно возводят пацаны на летних каникулах, правда так высоко они не забираются. Этот домик застрял между стволами в четырёх метрах над землёй. Очевидно лезть туда без страховки весьма опасное занятие…

Своеобразной лестницей служила длинная доска. Один ее конец был врыт в землю, а второй приставлен к порогу домика.

— Сдаётся мне, что тут можно свернуть шею… — задумчиво произнёс я, убирая наушник обратно в чехол.

— Может, и свернёшь, — пожал плечами Борр. — Это вроде как защита от всяких встречных-поперечных. Обычный люд побоится и наверх не сунется, а кто и залезет, всё одно ничего не увидит, без восприятия-то. Да и тебе так-то не обязательно туда лезть. Можем домой пойти.

— Домой мы точно не пойдём. — Я подошел к импровизированной лестнице и поставил на неё ногу. — Но помни, если я сверну шею, то ты снова пойдёшь бомжевать и всё из-за того, что недостаточно оберегал меня.

— Саныч, там поди закрыто. Пошли отсюда, я тебе другого торгаша покажу, к нему на верхотуру лезть не нужно. — С надеждой в голосе произнёс Борр, но было уже поздно.

От автора:

Если вам нравится моя книга, поддержите её поставив сердечко, это поможет в продвижении моего творчества.