Вернувшись домой, я первым делом отправился на кухню. Линды к сожалению не было, а ведь я хотел задать ей кучу вопросов. Конечно же не интимного характера! Просто она умеет летать, вдруг с высоты птичьего помёта видела других одарённых или нарывы? Я бы с радостью поднял уровень или подружился с таким же бедолагой. Глядишь рассказал бы мне что-то новое, или согласился обменяться. Я ему часики с единорогом, а он мне базуку например.
Как я и сказал Линды не было, зато был весьма прожорливый карлик.
— Это всё мне⁈ У меня что день рождения⁈ — радостно выпалил Борр.
— Писать умеешь?
— Под себя? — растерянно спросил Борр.
— Дурак. — улыбнулся я. — на бумаге писать, ручкой или карандашом.
— Пффф. Само собой! Грамоте обучен, а чё надо то?
— Будешь дегустатором подрабатывать на полставки. Держи. — я передал ему пакеты с едой, которые боровичок даже обхватить толком не смог и был похоронен под тяжестью продуктов. — На моём столе возьмёшь ручку с тетрадкой и будешь описывать свои ощущения от блюд. Тут много соли, тут перца не хватает, а это вообще кислятина. Понял?
— Дак понял, да. Чего не понять то. — кивнул Борр выбираясь из-под завала и заглядывая в один из пакетов. — А как понять то где тут что? Контейнеры же не подписаны.
— Зараза. Сейчас подпишу. — вздохнул я, сходил в свою комнату, снял маскировку и взял чёрный фломастер.
Вернувшись на кухню я принялся подписывать контейнер за контейнером пытаясь вспомнить как что называлось. Минут через пятнадцать я справился с задачей и пошел спать.
Чертовицы.
Весь дом уже спал когда Дарья выбралась из душа. Босиком она прошлёпала по прохладным половицам коридора и юркнула в комнату Дмитрия, тихонько прикрыв за собой дверь. За стенкой бормотал телевизор, а на улице лаяли собаки.
Щелкнув шпингалетом, Дарья выдохнула. Последние дни выдались тяжелыми, а сегодня всё вроде бы начало налаживаться. Весь день вокруг неё вертелась семилетняя Света. Малышка оказалась чертовски звонкой и энергичной, но это было только плюсом. Даше могла в её присутствии позабыть обо всём.
Светка же носилась по всей округе требуя следовать за ней. То муравейник покажет, то предложит на речку съездить, а раз уж взялась присматривать за этой непоседой, то нужен глаз да глаз. Благо её брат Лёшка стоял вдалеке и просто строил глазки. Даша с двумя проказниками явно бы не справилась.
Начав сушить волосы, Даша осмотрела комнату. У окна стоял письменный стол заваленный учебниками по истории. Рядом расположилась узкая кровать со свежим бельем. Справа у стены высился книжный шкаф, забитый в основном фантастикой. Днем, когда Димина мама показывала комнату, разглядывать чужие вещи было неловко, зато теперь ей никто не помешает.
Первым делом Дарья осмотрела книжный шкаф. Школьные учебники стояли ровным строем, а следом за ними нашелся пухлый том «Графа Монте-Кристо», с закладкой в виде конфетного фантика. Дарья открыла роман на заложенной странице и улыбнулась, представив, как Дима в молодости зачитывался этой книгой до поздней ночи.
В углу за шкафом обнаружились зачехленные удочки, а на дверце висела пожелтевшая грамота за второе место в олимпиаде по математике. Ниже кто-то приписал шариковой ручкой: «Засудили, сволочи!». Дарья хихикнула и зажала рот ладонью, чтобы не перебудить весь дом.
Под столом прятался старый системный блок, и рука сама потянулась к кнопке. Совесть, конечно, кричала о том что рыться в чужих вещах некрасиво, но желание понять кто же такой этот Караваев заглушило вопли совести.
Комп взревел вентиляторами не хуже взлетающего кукурузника. Сердце Дарьи ушло в пятки и она моментально клацнула на кнопку повторно чтобы выключить грохочущую бестию.
Она села на кровать и увидела на столе фотографию. На плечах Димы сидела крошечная Света и била его по голове погремушкой, а он улыбался во весь рот.
Улыбнувшись в ответ своему спасителю, Дарья выключила свет и забралась под одеяло. Объяснить, что она вообще здесь делает, Даша не могла даже самой себе. Ну да, знакомый, помог с жильем. Разве мало на свете хороших людей? Вот только ни к одному из них ее не тянуло так как к Дмитрию. Она покрепче обняла подушку, вдохнула её аромат и шепнула в темноту:
— Спокойной ночи, Дима.
Знаете, бывают моменты когда ты очень, ну очень хочешь выспаться! Ложась в кровать я об этом просто мечтал! Увы планам было не суждено сбыться. В шесть утра зазвонил телефон.
Я показал ему средний палец, накрылся подушкой и попытался уснуть. Но телефон зазвонил снова и снова. Кто-то настойчиво жаждал моего внимания. Я нашарил аппарат на тумбочке, приложил его к уху и вместо приветствия услышал бодрый старушечий голос:
— А ветеранам труда скидку даёти?
— Кто это? — прохрипел я, пытаясь сообразить о чём вообще идёт речь.
— Ты чё? Я ж Нина Федоровна с пятого этажа. — возмутилась старушка и тут же повторила вопрос. — Так что насчёт скидки?
Я покосился на экран, где светилось шесть ноль две. Пенсионеры встают в пять утра и искренне уверены, что остальное человечество давно на ногах. Впрочем спасибо ей за то что подождала часик, а не в пять утра позвонила.
— Да, — зевнул я, мечтая вернуться в объятия подушки. — Сделаю вам стопроцентную скидку, то есть почищу квартиру бесплатно.
Палец уже тянулся к кнопке сброса, но бабка радостно затараторила:
— Во как! Молодец, старость уважаешь! Ну тогда унучок жду тебя через пять минут, а то мне к восьми утра в поликлинику нужно, боюсь опоздать. Первый подъезд, квартира двадцать три, код домофона В4367. Жду.
В трубке запиликали короткие гудки, а я лежал и пытался понять, с чего она взяла что я прямо сейчас вскочу и побегу спасать её от плесени. Хотя, ладно. Может, за мою жертву Мир отсыпет немного очков кармы? Было бы не плохо.
Натянув джинсы с футболкой, я побрел на кухню и обнаружил Борра отправившегося в кулинарный рай. Нижний ящик гарнитура был выдвинут, а в нем, развалившись на подушке, дрых Мухоморыч в обнимку со свиной рулькой приготовленной в Вельвете. Судя по блаженной улыбке на морде, расставаться с ней он не собирался.
— Подъем! — гаркнул я командным голосом.
Борр подскочил, зацепился ногой за бортик ящика и вывалился на пол вместе с рулькой. Пару секунд он ошалело хлопал глазами, а после возмущенно засопел:
— Саныч, ты к врачу не хочешь сходить? А то у тебя нездоровая тяга каждый день будить меня всё раньше и раньше. Я волноваться начинаю.
— Главврач на девятке уже подтвердил что у меня с башкой проблемы, — согласился я. — Собирайся, пойдём квартиру от плесени чистить.
— Не хочу. — взбунтовался Грибоедов.
— А вкусно жрать хочешь?
— Есть такое, — насторожился Борр, прижимая рульку к груди.
— Тогда иди за мной. Нужно вернуть Миру немного добра за то, что вчера подкинул мне хорошую работёнку. Еду с которой между прочим ты и дегустировал.
— Так и знал что халявы не существует. — вздохнул Борр и нехотя поплёлся следом.
Перед глазами тем временем появилось сообщение от Мира:
Ты на верном пути, товарищ!
В прихожей мы вооружились реквизитом: ведром со шваброй и бутылкой с пульверизатором. Боровичок ели ноги волочил следом за мной, да и я откровенно зевал. Спать хотелось жутко.
Вскоре мы добрались до первого подъезда. Я набрал на домофоне код, замок пискнул и мы поднялись на пятый этаж. Подойдя к двери пенсионерки я занёс руку чтобы постучать, но створка тут же распахнулась.
— Проходи, унучок, проходи, нечего тут грюкать, нормальные люди ещё спят, эт только мы с тобой бодримся, — заулыбалась хозяйка, отступая вглубь прихожей.
Бодримся? Она мою по мятую морду вообще видит?
Шагнув через порог, я едва не задохнулся от смрада. В квартире царил настоявшийся годами букет из валерьянки, перегара и чего то не менее вонючего. Даже открытая форточка не спасала.
Да и Нина Фёдоровна выглядела жутковато. Узловатые пальцы и выпученные глаза. По рукам и шее расползлись синюшные сетки вен, того и гляди помрёт с минуты на минуту. При этом улыбалась она довольно искренне, только это и отгоняло жуткую внешность на второй план.
— Вон, посмотри в спальне, — она махнула рукой в сторону дальней комнаты. — Там чёт по стене ползет, пакость эта. Пока Валерки, сынка маво, дома нет. А то вернётся с попойки, опять бедокурить начнёт.
— А это тот Валерка, который?.. — начал было я, но договорить я не успел.
— Ага, он самый, — закивала бабка. — Жертва зеленого змия. Синячит, мама не горюй. Хорошо хоть из дому ничего не тащит.
Выходит, я в гостях у матери местной знаменитости. Того Валеры, что правит спину на дворовых турниках и по пьяни представляется Илоном Маском. Мир тесен.
— Ну, показывайте фронт работ, буду чистить, — кивнул я.
Нина Фёдоровна зашаркала по коридору и толкнула дверь в дальнюю комнату. Первое что я увидел, так это продавленную кровать и гору мятых шмоток на стуле. Но главным украшением интерьера был парящий над кроватью чёрный сгусток, от которого во все стороны тянулись маслянистые нити. Они прорастали прямо в стены, и обои вокруг них чернели разводами плесени.
Краем глаза я заметил, что Борр попятился в коридор, но незаметно подтолкнул его вперёд. Дезертирство не приемлемо в борьбе с плесенью! Следом шагнул в комнату и я, а после обернулся к хозяйке:
— Нина Фёдоровна, заварите чайку, хотя лучше кофе. А я пока стены опрыскивать начну, и ни в коем случае сюда не заходите. Химия, сами понимаете.
— Да, унучок, понимаю, понимаю, — закивала бабка и удалилась на кухню.
Я закрыл дверь и уставился на сгусток.
Обнаружен нарыв скверны.
Емкость: 5 единиц.
Совсем небольшой сгусток. Работы тут на пару минут от силы. Даже интересно после очистки сгустка Валера бросит пить или нет? Вытянув руку, я тут же запустил переливание, и тьма послушно потянулась к моей ладони.
— Может, пойдем отсюда? — заканючил Борр, переминаясь у двери. — В прошлый раз, появилась ящерка.
— И я с ней справился без особого труда.
— Так-то да, — нехотя признал боровичок.
— Стенами лучше займись. Чем быстрее закончим, тем быстрее вернёмся домой.
Нехотя Борр кивнул и приступил к очистке. Я же перекачивал черноту в одну руку, а из другой лилось золотое свечение прямо к боровичку. Ëмкость нарыва таяла на глазах, и спустя пару минут сгусток съежился до размеров горошины, а после распался золотистыми искрами, оставив после себя белую жемчужину. Черные нити на стенах тоже истончились и растаяли.
Вы совершили хорошее дело. Получено 4 ОК.
— Весьма неплохое начало дня, — улыбнулся я, пряча трофей в карман.
Борр тем временем добил последние разводы на обоях и гордо отряхнул ладошки. В этот момент из прихожей донесся грохот, а следом по квартире разнесся пьяный голос Валеры. С грохотом дверь спальни распахнулась от богатырского пинка, и на пороге возник хозяин комнаты, пьяный в дрова.
— Ты чё тут делаешь, мразь⁈ — взревел он и с ходу бросился на меня с кулаками.
Замах у Валеры вышел настолько широкий, что его занесло и он рухнул на кровать и впечатался виском в грядушку кровати. Раздался глухой стук, и дебошир обмяк.
— Он жив? — уточнил Борр, смотря на неподвижное тело.
Ответом ему стал дикий храп, от которого задребезжало оконное стекло.
— Ага. Он как Ленин, живее всех живых. — кивнул я.
В комнату тут же заглянула Нина Федоровна. Увидев сына, она горестно вздохнула:
— Эх, Валера, Валера. Что ж с тобой делать-то? — Бабка повела носом, осмотрелась по сторонам и всплеснула руками: — А ты что унучок, уже всё, что ли? Да тут даже дышать легче стало! Как так-то? Так быстро?
— Ну так, а чего время тянуть? — пожал я плечами. — Сделал дело и свободен.
— Молодец, унучок! Вот бы и Валерка мой таким рукастым был. — Она покосилась на храпящее чадо, махнула рукой и вдруг ахнула, взглянув на часы: — Ох, боже ты мой! Полтора часа до восьми, мне ж в юго-западный район ехать, на автобус опоздаю! Всё, я побежала. А тебе спасибо за помощь, но прошу на выход.
Не успел я и рта раскрыть, как меня вместе с ведром вытолкали на лестничную клетку. Нина Фёдоровна выскочила следом, дважды провернула ключ в замке и прошуршала вниз по ступенькам. За ней захлопнулась подъездная дверь, и стало тихо.
— Ничего себе, а выглядела развалюхой, — присвистнул Борр.
— А что ты хотел? — хмыкнул я, поднимая ведро. — Ветеран труда. Нынче таких не делают.
Выбравшись из подъезда, мы остановились у крыльца. Пустой утренний двор пах скошенной травой, я стоял с ведром в одной руке и шваброй в другой, а Борр гордо выпятил пузо.
— Мне, кстати, за нарыв цельное очко кармы отсыпали, — похвастался он.
— А мне четыре, — на автомате отозвался я и тут же опомнился. — Так, стоять. В смысле тебе очко дали? Ты же всего два с половиной процента от очищенного получаешь. Там и десятой части не набегает.
Борр развел руками:
— А я почем знаю? Может, за плесень отсыпали, а может, округлили в большую сторону.
— Скорее уж округлили, — кивнул я. — Ладно, пошли спать. На сегодня с альтруизмом покончено.
— Ты то может и заснёшь, а я уже всё. Разбуркался, — возмутился боровичок и предложил. — Может, сходим еще один нарыв почистим?
— А ты не заболел часом? — я приложил руку ко лбу Грибоедова, но он тут же её оттолкнул.
— Отстань! Здоровый я! А ты почему спрашиваешь?
— Ну как же? Обычно ты предлагаешь пойти пожрать, а тут аж нарыв почистить! На тебя не похоже.
— А чё нет-то? Мне ведь ничего делать не нужно. Стой себе и получай очки кармы, верно? — улыбнулся он и подмигнул мне.
— Тебе то ничего не нужно, а вот мне, — хмыкнул я. — Впрочем, предложение и правда дельное. Нужно стать сильнее, ведь в следующий раз может не повезти.
— Так и чё мы стоим? Пошли, у Северного леса дом недостроенный стоит, — оживился Борр. — В нём нарыв имеется. Всяких нарколыг с алкашами притягивает. Лет десять назад там даже сатанисты тусовались.
— Тусовались и призвали тебя.
— Чего? — спросил Мухоморыч явно не расслышав моих слов.
— Пойдём говорю, халявщик.
Реквизит для уборки плесени я занес домой, и мы двинулись через двор в сторону леса. Правда не успели пройти и десятка метров, как я заметил закадычного собутыльника Валеры.
Он как истинный профессионал выполнял трюк опасный для жизни. Пятой точкой восседал на лавке, а затылком лежал в клумбе среди ромашек. Забулдыга храпел на весь двор, а на лбу у него пульсировала полупрозрачная медуза величиной с блюдце. Купол мерно вздрагивал, тонкие щупальца присосались к вискам, и в такт этим содроганиям спящий бурчал:
— Мы медузы, мы медуза… Хр-р-р… Мы похожи на арбузы… Хр-р-р…
— Во дает, — восхитился Борр. — Складно излагает.
Склонившись над ним я ухватил медузу за купол и потянул. Тварь оторвалась с влажным чавканьем и вяло обвисла в руке, даже цапнуть меня не попыталась, видать, объелась на дармовых харчах. Храп алкаша сразу стал сильнее и заливистее, а бормотание про арбузы стихло.
— Может домой заберём? Для опытов. — улыбаясь спросил я у боровичка.
— Ты это, не шути так. Дави эту пакость и дело с концом. — посоветовал Борр на всякий случай сделав пару шагов в сторону.
Но давить паразита я не стал. Вместо этого решил проверить нашу догадку с Мухоморычем. Активировал переливание и по пути к лесу выкачал из существа всю скверну. Через минуту сдувшаяся медуза лопнула, стрельнув напоследок искрами.
Вы уничтожили энергетического паразита. Получено 2 ОК.
— Опа! — Борр подпрыгнул на ходу. — Мне снова очко кармы упало!
— Ты был прав, действительно Мир округляет в большую сторону.
— Тогда это, ты почаще навык используй. Еще тридцать одного паразита убьем, и я пятого уровня буду.
Подумав про уровни, я вызвал окно статуса.
Уровень: 3 (6/34)
До четвёртого уровня осталось двадцать восемь очков кармы. И тут я вспомнил подсказку системы. Мощность навыка «переливание» напрямую зависит от очков, вложенных в дух, а вложил я их туда примерно нисколько.
Раз уж мне приходится откачивать скверну из нарывов, паразитов и прочих существ, то грех не усилить рабочий инструмент. Тем более что на текущий момент это единственный атакующий навык имеющийся у меня. Я мысленно перекинул четыре свободных очка в дух, и в голове разом прояснилось, будто я выспался на неделю вперед. Окно мигнуло и обновилось:
Уровень: 3 (6/34)
Свободные очки характеристик: 0
Характеристики:
Сила: 12
Ловкость: 10 (+2)
Живучесть: 10
Дух: 14
Восприятие: 10
Навыки:
Взгляд в будущее,
Переливание.
Плюс два напротив ловкости обеспечивали верные шлёпанцы, можно было добавить сюда часики с единорогом, но носить их я не буду. Вы бы мне ещё стринги с лисьим хвостом выдали!
До леса мы добрались за пару минут, а дальше тропинка повела нас между сосен. В лесу громко ревела то ли бензопила, то ли пацаны как всегда носились на мотоциклах. Таких ездюков я всегда недолюбливал, так как идёшь в лес чтобы отдохнуть, послушать пение птиц, а тут тебе ВРУМ! РРР!!! ТРАТАТАТА! Едьте за город и там сворачивайте себе шеи, чего носиться среди мамочек с колясками да пенсионерам мешать?
И вот мы добрались до места. В трёхстах метрах от теннисного корта «Рица» обнаружился недострой. Трехэтажная бетонная конструкция, где окон не было совершенно, да и стен по сути тоже. Лишь бетонные плиты пола и перекрытия. По этажам заброшки прямо сейчас носились пацаны лет двенадцати, швыряясь друг в друга камнями. Судя по азартным воплям, игра называлась «убей ближнего своего».
— Эй, бойцы! Осторожнее, а то еще ненароком прибьёте друг друга, — окликнул я их на подходе.
— Пошёл в жопу! — донеслось сверху.
Черноволосый смуглый пацанёнок показал мне раздвоенный как у змеи язык, загоготал как конь и умчался прочь вместе со своей бандой.
— Хочешь, я их догоню и каждому подарю грибок стопы? — деловито предложил Борр.
— Ты и такое умеешь? — удивился я.
— Еще и не такое умею, — важно приосанился боровичок. — Так что?
— Не надо никого заражать, — покачал я головой. — Вычистим стройку от нарыва и тогда пацанята за ум возьмутся. Во всяком из случаев я на это надеюсь.
Внутри недострой был живописен! Стены пестрели граффити, под ногами хрустело битое стекло. Пахло здесь так, что слезились глаза, местные обитатели годами путали первый этаж с туалетом.
Борр уверенно потопал вверх по лестнице без перил и на третьем этаже ткнул пальцем в пол. По серой плите расползались бурые разводы, происхождение которых угадывалось без всякой экспертизы. Это была въевшаяся кровь.
— Коммерс один этот дом на продажу строил, — завел Борр тоном экскурсовода. — А потом разорился, ну и сиганул вниз башкой прямо на плиту. С тех пор стройку забросили, а тут нарыв завелся.
— И где нарыв? — спросил я оглядываясь по сторонам.
Борр молча показал пальцем вверх. Я поднял голову и увидел под бетонным перекрытием весьма скромный сгусток с жирными разводами по краям.
Обнаружен нарыв скверны.
Емкость: 14 единиц.
После истории про самоубийцу, сатанистов и наркоманов я ожидал встретить нарыв как минимум на пятьдесят единиц, может больше, а не скромную кляксу на четырнадцать единиц.
— Точно тут коммерс помер? — уточнил я у духа.
— А я откуда знаю? — пожал плечами Борр. — Просто придумал красивую историю о неразделенной любви к деньгам.
— Я про тебя такую же могу придумать. Только там будет неразделённая любовь к еде, — усмехнулся я и вытянул руку.
— Вот не надо! У нас с едой очень даже взаимная любовь! — заулыбался Борр и прикрыл глаза когда золотистое свечение начало вливаться в его пузо.
После очков вложенных в дух процесс шел заметно бодрее. Теперь я выкачивал не по две единицы в минуту, а по три! Очень скоро сгусток съежился до размеров ореха и рассыпался золотыми брызгами. На бетон звонко посыпались монеты, следом упала жемчужина и покатилась к моим ногам.
Вы уничтожили нарыв скверны. Получено 5 ОК. Всего 11 ОК.
Навык «Переливание» достиг 2 уровня.
— А мне опять единичку насыпали! — доложил Борр.
Я же удивлённо смотрел на текст говорящий о повышении уровня навыка. Вызвал окно статуса, сосредоточился на Переливании и расплылся в улыбке. Теперь Борру доставалось аж 5% от откачанной энергии.
— Пляши. Теперь будешь получать на порядок больше очков кармы. — улыбнулся я сгребая монеты с бетона.
— Да, да. Карма, а по монетам что? Где моя доля? — затараторил Борр пока я пересчитывал кругляши.
Здесь было аж четыре монетки. Весьма щедрый подарок от Мира за очистку такого незначительного нарыва. Но куда более щедрым подарком оказалась жемчужина. Зеленоватый кругляш, обещал необычный предмет в подарок.
— Долю давай! — Борр требовательно вытянул ладошку видя что я завис. — В монетах!
— Так и быть, получишь одну монетку. — расщедрился я не сводя глаз с жемчужины и протянул боровичку монету.
— Две! Гони две!
— Чего? — нахмурился я. — А ты часом не обнаглел? Всё что ты сделал, так это показал дорогу и за просто так получил монету, так ещё и три очка кармы.
— Всё с тобой ясно, жлобяра, — насупился Борр. — Тогда домой сам топай, а я на кухню. Жрать и спать.
Боровичок топнул ногой и провалился под землю, оставив меня одного посреди замороженной стройки.
— Обиженка, — хохотнул я, убирая монеты в карман.
Я спустился на первый этаж и зашагал домой, прикидывая по пути, что за подарок Мир упаковал в зелёную обертку. Свернув на лесную тропинку я зажмурился от жаркого летнего солнца ударившего в глаза. На часах ещё восьми нет, а уже дышать не чем. Воздух пах смолой, над ухом зазвенел комар заставив отмахнуться, а где-то в глубине чащи дятел увлечённо долбил кору.
Дорожку под ногами утоптали собачники из Северного, судя по количеству ямок вдоль обочины, их питомцы годами ищут здесь клады. С другой стороны наркоманы тоже ищут клады, может это они и вели раскопки, археологи недоделанные.
Осмотревшись по сторонам я понял что поблизости никого нет и вытащил из кармана зеленую жемчужину. Гладкий кругляш поблескивал в пробивающихся сквозь ветки лучах, я тут же сжал добычу в кулаке.
— Ну, давай. Не подведи! Мне нужно оружие!
Закрыв глаза я представил вливающееся в жемчужину свечение, а после визуализировал револьвер! Шестизарядный, с золочёным барабаном, ух! Аж ладошки вспотели от волнения. Но вместо прохлады металла и тяжести в руке, я ощутил что-то деревянное.
— Ты ли это, Буратино? — скептически спросил я открывая глаза и воскликнул. — Да вы издеваетесь⁈
Мини-тяпка.
Редкость: Необычная.
Прочность: 100/100.
Описание: тяпка небожителя покорившего Мурим! Ею ты можешь окучивать грядки и морды врагов! Развлекайся.
Дополнительный эффект: Сила +4.
— Что за ерунда? Почему именно тяпка⁈ — возмутился я, потрясая инструментом в воздухе. — Я оружие просил!
Ответ прилетел незамедлительно:
Ты все детство совершенствовал искусство возделывания грядок в родительском доме и достиг просветления. Бери что дали и не ной.
А ведь не поспоришь. Каждое лето я ишачил на мамином огороде. Видимо, где-то между грядками с картошкой я и достиг просветления, только вот в те времена я с Миром не общался, по этому он мне и не сообщил о достижении совершенства.
— Знаешь что⁈ Я вообще-то лейкоцит! И работаю тебе на благо, а ты издеваешься? — возмутился я и услышал хруст ветки за спиной.
Студентка с сумочкой через плечо с тревогой посмотрела на меня и ускорила шаг. Разумеется она выдала мне статус сумасшедшего или наркомана, по этому и рванула куда глаза глядят. А ещё этот Мир…
Твой труд очень ценен. Паши и дальше, пока не сдохнешь.
— Лицемер. — усмехнулся я. — Был бы я ценен, ты бы меня оберегал и выдал чёртов револьвер!
Хоть я и ругался, но внутри хохотал от абсурда. Это ж надо, выдал мне тяпку. Ещё и на плюс четыре к силе. Теперь я самый сильный садовод на Диком Западе. Хотелось конечно стать стрелком, но имеем, что имеем.
До двора я добрался минут за десять и первым делом глянул на детскую площадку. Валеры на месте не оказалось, и причину его прогула я знал. После утреннего свидания с грядушкой кровати чемпион двора взял выходной, надеюсь, к вечеру он оклемается и продолжит работу смотрящего за районом.
Но несмотря на отсутствие Илона Маска, двор жил своей жизнью. На лавках в теньке заседали бабульки. Заметив взрослого мужика, направившегося к турнику, они сбились в кучку и зашептались. оно и понятно, ведь у меня за поясом была заправлена тяпка, так как Мир ножен или чехла для тяпки не выдал.
Подпрыгнув, я ухватился за перекладину и пошёл вверх. Раз, два, три… Тело поднималось бодро, руки не дрожали. Пять, шесть, семь… На восьмом повторении подбородок в последний раз дотянулся до перекладины, и я спрыгнул на песок.
— Ничего себе, — присвистнул я, рассматривая покрасневшие ладони.
Всё начиналось с пяти подтягиваний, а пару дней спустя без каких либо тренировок я могу подтянуться аж восемь раз. Десяток очков закинуть в силу и смогу выступать в соревнованиях по пауэрлифтингу или просто подрабатывать грузчиком. Я посмотрел на тяпку висящую на джинсах:
— Выходит что я не обязательно должен держать тебя, чтобы получить прибавку к силе. Значит, буду таскать тебя с собой… — Я замялся думая где хранить этот величайший артефакт древних цивилизаций и ответ пришел сам собой. — В рюкзаке!
Быстрым шагом я направился к подъезду, но зазвонил телефон. На экране высветилось «Даша».
— Алло.
— Дим, привет. Ты не занят? — голос девушки звучал бодро, но с ноткой смущения.
— Ну так, серединка на половинку, — честно ответил я.
Вельвет подождет до вечера, а пара свободных часов у меня имеется.
— Я поблагодарить тебя хотела. За всё, что ты для меня сделал, — затараторила Даша. — И… Можно попросить еще об одном одолжении? Мне вещи нужно забрать с квартиры, а одной ехать страшно. Съездишь со мной?
— Без проблем. Сейчас приеду в Чертовицы, и вместе поедем к тебе домой. — с готовностью отозвался я, так как с тяпкой в руках я любому чёрту рога пообломаю.
— Давай сразу встретимся на Девятого Января. Знаешь, где двести тридцать третий дом?
— Договорились, через часа полтора, буду на месте.
— Спасибо, Дим! — обрадовалась Даша и положила трубку.
Ее страхи понять несложно, ведь рогатый управляющий знает адрес, а от подобных ухажеров дверные замки не спасут. Впрочем, ей повезло что она не видит изнанку мира. Для неё управляющий лишь наглый мужлан вечно зовущий на свидание, а если бы она знала истину… Боюсь психика Даши не выдержала бы таких откровений.
Заскочив домой, я первым делом стянул джинсы и надел шорты. Я выбрал шорты не просто так. Во-первых на улице пекло, а во-вторых потому что шлёпанцы идеально сочетаются с шортами. Мечта сбывается на глазах, теперь я хожу в шортах и шлепках, осталось дождаться, когда Мир расщедрится на путёвку в Адлер.
В прихожей снял потрёпанный рюкзак с вешалки и зашвырнул туда тяпку. Засовывая оружие выданное Миром, нащупал стопку визиток в боковом кармане рюкзака. На них было только моё ФИО и номер телефона. Года три назад я думал над слоганом, но понял что лучше оставить за собой тайну. Клиенты делятся моей визиткой, где даже должность не написана. К счастью в нашей стране таинственность всегда хорошо продавалась.
Собравшись, я заглянул на кухню и замер в дверях.
На полу среди опустевших контейнеров из Вельвета восседал Борр, раздувшийся как шар. Пузо порвало пуговицы на рубахе, а сам боровичок тяжело дышал и смотрел на меня осоловевшими глазами.
— Щас сдохну… — простонал он.
Рядом с ним валялась тетрадка дегустатора. Я поднял ее и открыл. На первой странице красовалась единственная кривая каракуля: «всё ужасна вкусна».
— Смотри не лопни, дегустатор хренов. — усмехнулся я, а Борр собрал остатки сил и показал мне язык. На большее его не хватило.
Уже выходя из квартиры, я проверил кошелек и приуныл. Налички оставалось маловато, ехать на такси не вариант. Тем более что гонорар за Вельвет я получу не скоро. Придётся экономить на транспорте и ехать на автобусе. Вздохнув я отправился на остановка напротив ТЦ «Московский проспект».
У желтой бочки с квасом выстроилась очередь из страждущих. Слева красовался баннер с выцветшей рекламой пластиковых окон, только он и создавал тень в которую прятались ожидающие автобус.
Хорошо что ждать пришлось недолго. Через десять минут к остановке подкатил семьдесят четвертый автобус. Это был поржавевший пазик, который точно был родом из СССР. Кондиционером в нём не было отродясь, зато все форточки были распахнуты настежь, а из кабины бормотал шансон. Я приложил карту к терминалу, дождался писка и прошел в полупустой салон.
Кроме меня здесь ехала лишь одна бабулька. Сперва я не обратил на нее внимания, а потом пригляделся и напрягся. На левой руке старушки, чуть выше запястья, пульсировала фиолетовая гадость размером с грецкий орех. Ещё одна такая гадость пульсировала за ухом старушки.
В голове мгновенно созрел план: пересяду поближе, рассмотрю пакость, и если это паразит, то схвачу его и раздавлю. Бабулька вернёт здоровье, а меня Мир наградит очками кармы. Все в выигрыше!
Я поднялся и двинулся по проходу. Старушка покосилась на меня, прижала к груди сумку и пересела на два ряда вперед. Я предпринял вторую попытку сближения, и бабуля, подскочив, засеменила к дверям. На ближайшей остановке она пулей вылетела из автобуса перекрестилась.
— М-да, — вздохнул я, устраиваясь у окна. — Акелла промахнулся.
Вот тебе и бесплатная медицина: ты к людям со всей душой, а они от тебя по остановкам разбегаются.
Остаток пути я смотрел на плывущий за окном город и слушал, как водитель подпевает группе Лесоповал. Пел он с душой, перевирая половину слов. В итоге поездка растянулась почти на пятьдесят минут, и на Девятого Января я вылез насквозь пропотевшим.
Выбравшись из автобуса, я лицом к лицу столкнулся с «классовым» неравенством. По левую руку от меня выстроились чистенькие новостройки с нарядными фасадами, ухоженными кустиками и детскими площадками.
А по правую темнела советская застройка с отвалившейся штукатуркой и облупившейся краской. Эти два мира разделяла дорога, на которой пробка не заканчивается никогда. Ловкий маркетинговый ход застройщиков. Живешь в человейнике, смотришь из окна на соседские развалюхи напротив и радуешься, тому что взял ипотеку на тридцать лет. Иллюзия благополучия, будь она не ладна.
Перебежав дорогу между намертво вставшими машинами, я зашагал к двести тридцать третьему дому, издали заметив Дашу. Девушка стояла у подъезда и махала мне рукой. Я поднял ладонь в ответ и…
Что то твёрдое и увесистое врезалось в мой бок опрокинув на асфальт. Мир кувыркнулся, я приложился лопатками о рюкзак, да так что ручка тяпки врезалась в спину. Ещё и локти ободрал о асфальт.
— Твою ж мать… — прошипел я сквозь зубы.
В паре метров от меня валялся электросамокат, а рядом с ним корчился и стонал от боли полноватый мужик. Мы одновременно посмотрели друг на друга и я понял что прямо сейчас начнётся мордобой…
От автора:
Подписывайтесь на мой телеграм канал, там будут арты не вошедшие в книгу и прочие интересности! https://t. me/TavernaPanarina