«Позвони ей. Она этого заслуживает».

Возможно я тоже смогу кому-то помочь обрести свое счастье.

***

Часы показывают половину десятого вечера. Олег лежит на диване, в полудреме следя за событиями, происходящими на экране телевизора, пока я делаю вид, что читаю книгу. На первый взгляд гармоничный семейный вечер, на самом деле пропитан напряжением, которое чувствуется в каждом несовершенном движении, в каждой невысказанной фразе, в каждом несделанном вдохе. Все ощущается так неловко, что, кажется, эту неловкость можно с легкостью попробовать на вкус или коснуться кончиками пальцев.

Перелистнув очередную страницу, я слышу, как в спальне звонит мой телефон. Обрадовавшись возможности встать с кресла, в котором провела последние несколько часов, я отправляюсь на поиски смартфона. Я удивляюсь, увидев имя звонившего.

Макс Князев.

Может он решил уточнить детали своей предстоящей свадьбы?

– Привет, Макс, – отвечаю я, сдерживая непонятно откуда появившуюся дрожь в голосе.

– Валерия, добрый вечер. Извини, что так поздно, но мне нужна твоя помощь.

– Что-то случилось? – я оборачиваюсь проверить не вошел ли в спальню Олег, на интуитивном уровне чувствуя, что дело в Лексе.

– В том то и дело, что я не знаю. Понимаешь, я второй день не могу дозвониться до Лекса, его номер заблокирован. Дома его тоже нет, я проверял. Поэтому, я подумал, может, ты знаешь, где он может быть? – я начинаю лихорадочно перебирать в голове места возможного нахождения Туманова, надеясь, что он не пустился во все тяжкие. Единственное место, которое имело для нас обоих значение, и в котором мог находиться Лекс, находилось в двадцати минутах езды от города.

Я сбрасываю с себя халат, настежь распахивая дверцы шкафа.

– Макс, есть одно место, но я сама туда съезжу.

– Ты уверена, что это удобно? Уже поздно.

– Да, уверена. Я перезвоню, – откинув телефон на кровать, я наспех влезаю в серое трикотажное платье, думая, как лучше добраться до озера. Посмотревшись в зеркало, я несколько раз провожу расческой по волосам, хлопаю себя по щекам, вылетаю из спальни и врезаюсь в твердую грудь Олега.

– Ты куда-то собралась? – хмуро спрашивает муж, смотря на меня сверху вниз.

– Да. Нина позвонила, ей срочно нужна моя помощь, – оказывается, лгать на ходу не так уж и сложно.

– А это не может подождать до завтра? Я хотел поговорить с тобой.

– Нет, это срочно.

– Лера, мне…

– Олег, давай позже. Я возьму твою машину, хорошо? Ложись без меня, я буду поздно, – тараторю я, хватая ключи от автомобиля Олега и выбегаю за дверь. Мне даже не стыдно за то, что я делаю.

Вдруг мне в голову приходит мысль, что последние несколько месяцев я практически ежедневно слышала от мужа фразы, подобные тем, что только, что произнесла. А что если он поступает так же? Что если его постоянное отсутствие не имеет никакого отношения к работе? И знаете, где-то глубоко внутри я бы хотела, чтобы это было именно так, ведь тогда, мне бы не пришлось так остро ощущать свою ничтожность.

Оказавшись внутри салона автомобиля, я выдыхаю, но ненадолго. Эти двадцать минут окажутся непростыми. Только сейчас, я вспоминаю, что последний раз садилась за руль три года назад. После того как пьяный мажор в брендовом спортивном костюме, подрезал меня на спортивной машине, и я познакомила бампер своей машины с фонарным столбом, я всячески избегала возможности снова сесть за руль. Тогда меня спасла подушка безопасности и, уповая на то, что в случае необходимости, она сделает это снова, я завожу автомобиль и веду его за город.

К нашему озеру.

Мне требуется немного больше двадцати минут, но все же, когда я сворачиваю с пустынной трассы, на дорогу, усыпанную мелкими камнями, и могу разглядеть мужскую фигуру, сидящую на потрескавшемся бревне, я радуюсь, что мне удалось преодолеть свой страх. Неподалеку стоит припаркованный "Лексус" Туманова. Темноту, поглотившую все вокруг, нарушает свет фар, отражающийся в ровной глади зеркального озера и крошечный оранжевый огонек, зажженной сигареты в руках Лекса.

Я выхожу из машины и делаю шаг вперед. Каблуки вязнут в размокшей после дождя земле, смешанной с прошлогодней листвой. Ледяной ветер забирается под распахнутые полы куртки, но я не обращаю на это внимания. Какой к черту холод, когда от одного взгляда на Лекса, становится жарко?

– Постой, – произносит Лекс, как только я собираюсь присесть с ним рядом. Он стягивает с себя куртку и укрывает бревно, жестом указывая, чтобы я села.

– Откуда ты здесь? – несмотря на то, что Лекс говорит тихо, в окружающей тишине, его слова отчетливо слышны.

– Мне позвонил Макс. Сказал, что не может тебя найти. Он волновался.

– Почему ты решила, что я здесь?

Я растеряно пожимаю плечами, не зная, что ответить. Наверное, мы оба прекрасно знаем, что это место особенное и таит в себе слишком много хорошего, чтобы мы могли просто отпустить его.

Лекс поворачивает голову и смотрит на мою машину. Он как будто намеренно не желает встречаться со мной взглядом.

– Не знал, что ты водишь.

Хотелось бы мне сказать, что он еще многого обо мне не знает, но это не так. За эти десять лет в моей жизни изменилось не слишком многое, а о том, что все же изменилось ему уже известно.

– Редко. Честно говоря, сегодня первый раз за три года.

– Почему?

– Расскажу в другой раз. Ну, а что заставило тебя приехать сюда?

Усмехнувшись, Лекс подается вперед, упираясь локтями в колени и закрывает лицо руками.

– Ласточка, мне кажется, что я схожу с ума, – сложно с ним не согласиться, – Я считал, что все давно в прошлом.

Господи, кажется, я перестала дышать.

– О чем ты?

Лекс убирает ладони от лица, направляя на меня жгучий взгляд бездонных янтарных глаз.

– О нас.

Нервный смех срывается с моих губ, и я перемещаю взгляд на озеро.

– Если бы у нас была возможность вернуться назад ты бы остановил свой мотоцикл у той автобусной остановки?

Боже, что я несу?

Лекс, серьезно смотрит на меня и отвечает:

– Ласточка, если бы я мог, я бы разлюбил тебя и полюбил снова. Я бы делал это, каждый чертов день своей жизни и так до бесконечности.

Я едва не задыхаюсь, услышав, с каким трепетом он произносит это признание и от осознания того, что мы сами разрушили то, что у нас было, мне хочется разрыдаться.

– До края Вселенной, – шепчу я, поднимаясь на ноги, намереваясь уехать. Лекс не останавливает меня, несмотря на то, что мне хочется этого. Мне хочется, чтобы он схватил меня за запястье, приказал остаться, и я бы осталась.

И он хватает.

Его сильные пальцы смыкаются на моем запястье, когда Лекс резко разворачивает меня к себе, пригвождая своим упругим мускулистым торсом к двери машины. В следующее мгновение мои губы оказываются в плену искрометного глубокого поцелуя, зарождая огонь желания, который отныне я смогу испытать только с ним.

– Не могу без тебя. Десять лет впустую. Все напрасно, – бормочет Лекс, оставляя жалящие поцелуи на щеках, спускаясь к шее, и возвращаясь к губам. Я таю в его ладонях, ощущая себя плавящимся воском, в умелых руках пиромана. Небо беспощадно осыпает нас крупными каплями дождя, но мы целуемся, как безумные, сумасшедшие люди, истосковавшиеся по прикосновениям друг друга.

Лекс стаскивает с себя свитер, теснее прижимаясь, яростнее вдавливая меня в прохладный металл автомобиля. Одной рукой он обхватывает мой затылок, а второй поднимает подол промокшего платья, скользя по кромке кружевных чулок. Мы одни, и только озеро, небо, цветочное поле и лес, останутся свидетелями безумства, охватившего наши тела и души. Я царапаю спину Лекса, впиваюсь ногтями в его кожу, пока он расстегивает ремень брюк. Одним точным пронзающим движением он врывается в меня, поглощая стон наслаждения, сладостным поцелуем.

– Боже, Лекс.

– Только ты. Всегда была только ты. Моя Ласточка, – отчаянно шепчет Лекс, неистово двигаясь внутри меня, поднимая все те чувства, которые я так долго старалась спрятать. Как же он нужен мне. Как свет, как вода, как воздух.

Как сама жизнь.

Дождь хлещет по разгоряченной коже, но даже ему не удается заглушить страсть, что возникла между нами, и которой уже не будет конца. Одновременно дойдя до предела, мы стоим, обнимая друг друга, ощущая, как дрожат наши руки и ноги, а сердца бьются в унисон.

Отстранившись, Лекс, устремляет на меня свой пламенный взор, в поисках сожаления. Послав все к чертям, я улыбаюсь и прижимаюсь к своему персональному туману. Он расслабляется и крепко обнимает в ответ, с наслаждением вдыхая запах моих волос.

Как десять лет назад.

– Я больше не отпущу тебя, Ласточка, – обещает Лекс, сжимая меня в объятиях.

– Не отпускай, – прошу я, утопая в близости любимого мужчины.

Возвращаюсь домой я далеко за полночь, насквозь промокшая, но, тем не менее, счастливая. Принимаю согревающий душ и, выпив чашку горячего чая, забираюсь в постель к спящему мужу, просто для того, чтобы избежать необходимости отвечать на ненужные вопросы. Олег поворачивается на другой бок и подтягивает меня ближе к себе. Я вздрагиваю, но запрещаю себе отстраняться.

– Мне не нравиться, что ты убегаешь посреди ночи и не отвечаешь на мои звонки, – строго произносит Олег, продолжая обнимать.

– Извини, – мой голос звучит недовольно и вяло. Олег вздыхает и, убрав руки с моей талии, перекатывается на спину.

– Я завтра уезжаю в командировку. В Стокгольм. На десять дней. Не знаю, что с тобой происходит, но надеюсь, к моему возвращению ты разберешься в себе.

Десять дней.

Кажется, отныне это число станет моим любимым.

Как же мало порой нам нужно для счастья…

Глава 16

Лекс

Теория Макса не подтвердилась. Крошечная вероятность того, что после секса с Лерой мой интерес к ней пропадет оказалась равна нулю. Теперь я хочу ее всю без остатка. Нежную, страстную, с макияжем и без, сонную с утра и уставшую вечером, в деловом костюме и в шелковой пижаме, с растрепанными волосами и с идеальной укладкой.

Мою.

Даже, когда я желал укрыться от всего мира она смогла найти меня. Моя Ласточка попросила не отпускать ее и черта с два я это сделаю. Я скорее умру, чем снова, испытаю ту боль потери, которая десять лет назад пустила во мне корни, просочилась в кровь и которую с таким трудом я смог выкорчевать. Если потребуется я буду грызть землю, ломать зубы, но не позволю ей снова покинуть меня.

Сразу после того, как Лера уезжает домой, пообещав, что мы увидимся завтра, я отправляюсь к Максу. Припарковав автомобиль у дома, огороженного кованым забором и, закинув в рот жвачку, я выхожу наружу. Под ногами хрустят сухие ветки, когда я зашагаю по направлению к входной двери. Едва я успеваю поднять руку с намерением постучать, дверь отворяется, и угрюмое лицо друга заставляет мою челюсть застыть без движения. Сейчас он выглядит, как разъяренный отец, собирающийся отчитывать своего загулявшего ребенка.

– Привет, Макс, – приветствую я друга, продолжающего сверлить меня взглядом, – Можно войти?

Макс отходит в сторону, не сказав ни слова, и приняв этот жест за разрешение, я вхожу в дом. Оксана сидит на диване и, если я правильно разбираюсь во всех женских мелочах, пытается сделать педикюр, но внушительных размеров живот создает ей проблемы. Услышав шаги, Оксана, поворачивает голову и увидев меня с улыбкой поднимается с дивана.

Оксана подходит ко мне и целует в щеку.

– На твоем месте Лекс, я бы так не улыбалась, – предупреждающе шепчет Оксана, и я понимаю, что недооценил своего друга.

– Дорогая, сделай, пожалуйста, кофе, – просит Макс, присаживаясь в кресло. Девушка понимающе кивает и, послав мне ободряющую улыбку, скрывается на кухне.

Вздохнув, я сажусь напротив друга, проявляя чудеса выдержки.

– Ну и где тебя носило? – спрашивает Макс и тянется за пачкой сигарет. В это же самое мгновение из кухни раздается голос Оксаны:

– Князев! Никакого никотина в доме! Хотите курить, выметайтесь на улицу!

Плотно сжав губы, чтобы не засмеяться, я наблюдаю, как Макс бормочет проклятья и возвращает сигареты на место.

– Макс, извини, – начинаю я, – Я не хотел так исчезать, просто мне нужно было побыть в одиночестве.

– Лекс, ты мог хотя бы предупредить меня. Неужели ты думаешь, что я бы не понял?

Я виновато опускаю голову.

– Да я чуть весь город вверх дном не перевернул, когда понял, что тебя нет дома. Я даже в аэропорт ездил, думал, ты улетел в свою проклятую Америку. Пришлось Лере позвонить, чтобы…– Макс захлопывает рот, когда видит, как я улыбаюсь при упоминании о ней.

– Что с твоим лицом? – друг подозрительно смотрит на меня, прищурив глаза.

– Ничего.

– Где ты был?

– На озере.

– С кем?

– Макс, мать твою, хватит! – не выдерживаю я. Происходящее уже начинает порядком меня раздражать.

– Между вами что-то было?

Боже, почему он никак не уймется?!

– Лекс? – настаивает Макс.

– Да, Макс, между нами было все. И если ты сейчас начнешь молоть всякую чепуху и напоминать мне о том, что она замужем, я лучше поеду домой, хорошо?

– Нет, не хорошо! – взрывается друг, – Ты никуда не поедешь. Я не собираюсь читать тебе нотации, ты достаточно взрослый, чтобы сам разобраться в своих чувствах. Но ведь ты должен понимать, что ваша связь не продлится долго. В конце концов, скоро тебе нужно будет возвращаться в Америку и что потом? Ты думаешь, что она разведется, все бросит здесь и поедет с тобой? Или ты сможешь управлять своей компанией на расстоянии? А как же Лия, Лекс?

Друг говорит правильные вещи и разумом я могу это понять, но то ощущение счастья, которое я испытал, находясь рядом с Лерой, окрыляет. Я не чувствовал ничего подобного десять лет. Это как наркотик – чем больше ты испытываешь кайф, тем сильнее твое влечение к нему. Но чтобы продлить ощущение эйфории, необходимо с каждым разом увеличивать дозу и возможно мне не хватит и вечности, чтобы насладиться вновь обретенным счастьем.