Какое‐то время я молчал, давая каждому высказаться. Не потому, что хотел поразить всех своим планом. Мне нужно было, чтобы они до конца осознали: любой путь ведет к смерти.

Даже свиток «Меч Света», врученный мне Морасом и разложенный сейчас перед нами на столе, не прояснял ровным счетом ничего. Мы не знали, что это и как оно может помочь нам победить. Единственный план, который хоть как‐то прижился, – идти напролом, неся колоссальные потери. Но и тут оставался вопрос: сможем ли мы хотя бы приблизиться к Аватару?

– Есть еще кое-что, что вы должны знать, – сказал я, дождавшись, пока все стихнут. – Несколько ночей назад я побывал в Лимбе. Меня вытянул туда его страж, чтобы показать нечто важное. Я видел место, где тысячи неприкаянных душ ждут… ждут, что мы победим.

– Подожди, Серый, – возразил Гёте. – Давай сперва о живых подумаем, чтобы они такими и остались. А о мертвых, как известно, принято думать уже после битвы.

– Ты не понял, друг. Они все живы, – сказал я, но в ответ снова увидел только замешательство и непонимание.

– Говори конкретнее, – потребовал генерал. – Ты же видишь, мы не понимаем, о чем ты.

– Все те, кто заперт по ту сторону купола, кого уже давно считают погибшими… Я могу их спасти.

Тишина нависла над главным штабом. И дело было не в том, что это трудно понять. Скорее, никто не понимал, что теперь делать.

– Какой же я дурак… – прошептал Гёте, опуская голову и утыкаясь лбом в стол. Он накрыл ее руками.

– Да не убивайся ты так, – попытался его успокоить Донис, положив руку ему на плечо. – Мы все их давно похоронили.

– Она же мне тогда говорила… – продолжал гном, не замечая утешений. – Во сне видела наших детей. Сказала, что они в ловушке и ждут помощи. А я подумал: с ума сошла от горя… вот и сочиняет. А выходит, она была права.

– Рино тоже знал, – произнес генерал, кивая в сторону их боевого мага.

– Не знал, – будто оправдываясь, ответил тот. – Но… подозрения были. Я даже придумал средство, которое поможет тем, кто вернется, быстрее адаптироваться. Осознать себя в этом мире. Сейчас‐то они… в другой форме бытия.

– В связи с этим возникает резонный вопрос. – Генерал взглянул на меня пристально. – Чтобы они смогли вернуться в свои тела, их нельзя убивать?

– Именно так, – кивнул я. И наконец увидел в их взглядах то, чего ждал: готовность слушать мой план.

Снова в воздухе повис немой вопрос.

– Я прошу вас лишь об одном: доверьтесь мне. Это пророчество… оно мое предназначение. И я начинаю понимать. Вдруг стало ясно, почему именно я, почему Странник. Все вело к этому мгновению. Неважно было, дух ли я закалял или силу. Важно – что я здесь. Сейчас.

– Мы тебе верим, Странник. – Донис поднялся, придавая своим словам вес. – Сначала тебе поверил Гёте, потом Линель. А там, на арене… ты творил такое, что все сомнения отпали. В общем, говори, что мы должны делать, и, будь уверен, мы не подведем.

Каждый сидящий за столом кивнул в знак согласия, будто подписался под его словами. Пусть еще час назад миссия казалась невозможной, теперь же она была просто самоубийственной.

– Бояться ведь нечего? – как бы подытожил Рино. – Даже если кого‐то из нас поглотит тьма, ты, одолев ее, все равно нас спасешь?

– Все именно так, – добавил генерал. – По крайней мере, в теории. Кстати, ты так и не сказал, что за план. Думаю, сейчас самое время.

– Я приму предложение Аватара, – сказал я спокойно. Но, словно взмах крыла бабочки, способный вызвать ураган на другом конце света, мое спокойствие только усилило волну негодования.

– Ты понимаешь, как сильно мы рискуем?! – первым взорвался Гёте. – Ладно мы! Но если что‐то пойдет не так… Сколько еще миров пострадает с твоей помощью?!

– Это рискованно, согласен, – не отступал я. – Но ведь свиток, он именно для этого. Я должен его использовать, находясь как можно ближе к самому главному. А это самый простой и, возможно, единственный способ приблизиться к Аватару.

– А если ты просто не сможешь использовать свиток? – Линель задала вопрос, который пугал меня сильнее всего. – Его же нужно активировать заклинанием. Думаешь, он будет просто стоять и смотреть?

– Не думаю. Но у меня есть Ласка. Она сможет отвлечь внимание хоть на какое‐то время.

Ласка, услышав, что говорят о ней, выбежала в центр стола и демонстративно села. Ситуация казалась комичной, ведь поверить, что этот милый белый пушной зверек, для которого собака уже страшный зверь, способен хоть сколько‐нибудь выстоять против элитного отряда командиров тьмы, – это все равно что поверить, будто четверо, пришедших с Запада, завтра пойдут и спасут мир. Ей бы бежать и прятаться, но нет – она в первых рядах.

Я заметил, как улыбки поползли по лицам присутствующих.

– Я с тобой, Серый. – Донис поднял руку. – Уж больно хочется мне этим командирам в глаза посмотреть. И хоть разрубить пополам их нельзя, но ведь в лицо бить никто не запрещал.

Он сжал кулак и показал его – даже в человеческой форме это был кулак богатыря.

– Поглотить меня тьма не сможет. А если убьют, я возрожусь у камня, – добавил он.

Затем подняли руки Линель и, одновременно с ней, Гёте. Другого я, конечно, и не ожидал, но не могу сказать, что приветствовал. Возможно, здесь и сейчас это уместно. Но бывают ситуации, когда по дружбе можно в такую передрягу вляпаться… а отказать – сложно. Какой же ты друг после этого?

– Рино, – обратился генерал к магу, – теперь я вижу, что и ты, и Гефон были правы… Скажи, как мы можем тебе помочь? – Вопрос уже был обращен ко мне.

– Ты, твои люди и Рино. На вас – самое главное… – Я сделал паузу. – Вы отключите купол.

И снова повисла немая, плотная тишина. Я ошарашил всех в зале.

– Всякий раз, когда я думаю, что ты рубишь сук, на котором сидишь, – первым пришел в себя Гёте, – ты доказываешь, что это ерунда. Надо бы еще колья в землю воткнуть, чтобы уж совсем весело было.

– Поймите, – пытался держать позицию я, – ставки настолько высоки, что дальше – только ва-банк.

– Я смогу убрать купол, – подвел итог Рино. – А вы с друзьями обрушитесь на них сверху?

– Не совсем. Сперва я полечу один и сделаю вид, что принимаю предложение Аватара. А свиток начну читать, когда все его войско двинется на вас. И вот тогда мне уже нужна будет любая помощь.

– Боюсь, нас слишком мало, – с досадой произнес Глендор. – Мы не продержимся и пяти минут…

– Кстати, об этом, – перебил я генерала, – мне нужно много места. Поле к западу от замка подойдет. Ну что, пошли за подкреплением.

Я встал, оставив после себя больше вопросов, чем ответов, и направился к выходу из замка, попросив всех следовать за мной. Мы вышли на поле – просторное, ветреное, притихшее перед бурей. Солнце пряталось за дымкой облаков, и даже птицы замолкли, будто сама природа затаила дыхание. Я достал амулет, тот самый, что вручил мне Морас, и сжал его в ладони.

Сначала тишина. Потом – вспышка. Небо над западным полем разошлось, словно его рассекли клинком. В воздухе завибрировал низкий гул, похожий на грохот тысяч барабанов, и открылся первый портал. Из чернильной пустоты вышла фигура – высокая, в черных доспехах. За ней – вторая, третья… Через минуту открылся второй портал… Потом пятый. А потом – десятки. Поле наполнилось ревом и топотом. Из каждого разрыва реальности шли армии – демоны, закованные в металл, с алыми знаменами.

По мере того как демоны заполняли поле, выстраиваясь в шеренги, ме́ста становилось все меньше. Их ряды росли, заполняя каждый клочок земли.

Когда построение было завершено, ко мне подошел один из демонов-командиров:

– Приветствую тебя, Странник.

Я узнал его. Он был там, в пещере, когда нас с Гёте и Линель схватили. Один из приближенных Мораса.

– Мы готовы выступить по первому требованию, – сказал он.

– Пока что ждите, – ответил я. – Можете устроить небольшой привал.

Я достал манок, тот самый, что вручил мне генерал Кир’Фаэль, и подул в него. Ничего не произошло. Либо свисток не работает, либо я слишком далеко. Тем временем за нашими спинами начала собираться толпа. Казалось, все, кто был в замке, покидали свои посты и шли сюда, к полю. Я слышал шепот восхищения, перемешанный с тревогой. Но интерес, как это часто бывает, победил все.

– Генерал… – обратился к Глендору один из его подчиненных, – может, чаем их напоить?

– Хочешь наладить с ними контакт? – усмехнулся тот. – Вперед. Вам завтра в одном ряду погибать.

И это был правильный поступок. Даже перед лицом смерти, даже когда завтра может и не наступить, – сегодня… останься человеком.

Прошло еще часа три. Мы как могли помогали обустроиться вновь прибывшим. Были вытащены все запасы. Кто‐то отправился на охоту, чтобы накормить гостей. Кто‐то из демонов пошел вместе с людьми. Это выглядело обнадеживающе. Если бы не тьма, такая встреча легко могла бы закончиться трагедией. Ведь, как ни крути, хоть люди и демоны – существа разумные и рассудительные, но недоверие между ними никуда не делось. Люди просто боялись, а страх, как известно, плохой советчик. Любая встреча с существом из другого мира почти всегда заканчивается плохо. Почти.

Я заметил, как люди стали поднимать головы и указывать пальцами в небо. Я обернулся и увидел его, «Боевое крыло». Отряд, командиром которого был сам Кир’Фаэль.

Они летели в строю ровно, настоящие небесные воины. Сотня аэр’наир – боевых орлов, союзников, чья раса известна своей грацией и неумолимой силой в воздухе.

Небо над полем завибрировало. Серебристые отблески ксарита на их доспехах вспыхивали в лучах заходящего солнца.

Впереди шел он – Кир’Фаэль, командир «Боевого крыла». Его перья были почти черными, с глубоким синим отливом, а броня на груди выгравирована древним знаком солнца, клятвы и несломленной чести.

Когда орлы начали снижение, ветер усилился, воздух загудел, трава на поле пригнулась, а пыль поднялась вихрями. И вот уже тени ложатся на землю, и сотня огромных птиц опускается на поле в молчании, будто небеса сошли на землю.

Но кульминацией дня стало то, чего я никак не ожидал.

Сначала – глухой топот. Сотни копыт. А потом кличи – дикие, искренние и… до боли знакомые. В глубине души я догадывался, кто это. Но первым все понял, конечно, Гёте. Это были его. Его друзья, его родня – гномы. Они не смогли остаться в стороне. Выдвинулись почти сразу после нашего отлета. Даже на пирушку не остались.

– Успели, братец. Мы успели! – крикнул Брундир, спрыгивая с боевого вепря и поднимая облако пыли. Он направился прямо к Гёте, широко расставив руки.

– Я рад, что вы все же решили нам помочь, – сказал я, с благодарностью глядя на гнома.

Ожидал услышать что‐то вроде: «Не вам, а Гётезару». Но ошибся.

– Мой клан в долгу перед тобой, Странник, – ответил Брундир серьезно. – И пусть старейшины, включая моего отца, дальше собственного носа не видят, но я привык отдавать долги. Вот и привел, сколько смог, сторонников.

Он улыбнулся, но в глазах все еще читалась серьезность.

– К тому же… не дай светлый, если ты там сгинешь. Кто потом позаботится о Гёте?