Утром мы уже без лишних колебаний точно знали, что делать и куда идти. Осталось всего две двери, а потом… А кстати, что потом? Кто сказал, что на этом все закончится? Я старался отогнать от себя дурные мысли. Пусть это «потом» наступит сперва, вот тогда и буду думать. А пока у нас есть цель и направление, а значит, нужно идти.

Очередная дверь готовила нам новые сюрпризы. Одна только надпись чего стоила:

Доверишь ли ты жизнь тому, кто загубил их не одну?

И скольких сам готов убить, лишь бы доверье заслужить?

Мы не стали заострять на надписи внимания, решив, что толку в ней мало. Просто шагнули вперед.

На этот раз нас забросило в помещение с абсолютно гладкими стенами и полом. Источников света не было вовсе, но при этом все было отлично видно. Как я ни пытался понять, за счет чего, так и не смог. Казалось, сам воздух был насыщен светом.

Выход был один, и мы им воспользовались. За дверью нас ждала точно такая же комната, только размером с арену Колизея. В ее центре освещение было чуть ярче, будто кто‐то специально выделил для нас это место, приглашая внутрь.

Мы без колебаний направились именно туда.

Интересно получается. Если вначале, заходя в первую дверь, мы осторожничали, обдумывали каждый шаг, искали пути решения, то сейчас чем дальше мы проходили лабиринт, тем увереннее делали именно то, что от нас хотят. Мы будто полностью смирились. Доверились.

Как только мы вошли в центр освещенного круга, раздался глухой гудок, и со всех сторон на нас ринулась толпа монстров. Все происходило четко и равномерно: сперва они сомкнули кольцо, полностью перекрыв стены, а затем кольцо начало сужаться, заполняя все помещение.

Это были гоблины – мелкие, с зеленоватой кожей, густым волосяным покровом и заостренными ушами. Одни были вооружены короткими мечами, другие – дубинками. Кто‐то держал щит, кто‐то был в доспехах, а кто‐то – в их обрывках.

Этот сброд наступал. Их было не просто много – нереально много. Если бы вам сказали, что у вашего соседа море денег, вы бы смогли хоть примерно представить, сколько это? Вот и тут: море гоблинов. И оно резво мчалось к нам со всех сторон сразу. Гоблины кричали каждый что‐то свое: боевые кличи, визг, свисты, – делали все, чтобы нагнать на нас жути. Выглядело грозно, шум стоял такой, что стены дрожали. Но на деле все оказалось проще: урон – мизерный, умирали – легко и, как ни странно, почти с улыбкой на лице.

Пусть времени это и отняло прилично, но испытание мы прошли без проблем. Так мне казалось, когда последний из них отлетел в неизвестность. Причем голова отдельно, тело отдельно. Тушки растворялись в воздухе сразу после смерти, даже капли крови не оставалось, словно и не было боя.

Но стоило последнему исчезнуть, как снова прозвучал гудок и зал начал наполняться той же толпой. Только теперь гоблины были вооружены короткими мечами и одеты в куда более приличные доспехи – угроза возросла заметно.

На этот раз пришлось повозиться. Я несколько раз применил исцеление – на себя и на Гёте, – но в целом справились, пусть и не так уверенно. А вот третья волна оказалась нам не по зубам. Все те же гоблины, но теперь к ним добавились орки. Их было немного, но хватило. Нам – хватило. Мы легли.

Очнулись уже не в центральном зале, как после сражений с нежитью, а в той же комнате, где началось третье испытание.

– Давай сперва осмотримся, не будем сразу шагать в круг. Может, есть выход и не придется снова сражаться, – предложил я.

Так и поступили. Не приближаясь к центру, обошли все помещение по кругу, но, как и следовало ожидать, ничего не нашли. Ни дверей, ни тайных проходов, ни намека на иной путь. Все стало ясно: снова идти в центр. Стоило лишь переступить границу освещенного круга, как все началось по новой. Мы, конечно, надеялись, что продолжим с того мгновения, где погибли, но нет, снова первая волна. На этот раз все прошло быстрее: первую и вторую волну размотали налегке, третью взяли с боем, а вот на четвертой опять легли. Почти сразу. Не успели и десяток орков завалить – слишком сильные, слишком злобные.

– Давай передохнем, Серый, – предложил гном, тяжело опускаясь на пол. – Кто знает, что дальше, а сил уже почти нет.

Я не стал возражать. Сам вымотан до предела. Весь ужас был в том, что пути назад просто не существовало. Даже если бы мы и захотели все бросить – некуда идти. Ловушка. Нас заманили, и теперь выхода просто нет. А вперед – силенок не хватает. Самое страшное, что мы даже приблизительно не знали, сколько еще волн впереди и насколько сильнее будут монстры. Но чувствовалось: легко точно не будет.

Я достал из инвентаря все, что у нас осталось для привала, мы плотно подкрепились и завалились спать. Завтра – снова в бой.

Трудно сказать, сколько времени прошло. В лабиринте оно словно отсутствовало. Ни дня, ни ночи, ни минутного отсчета. По ощущениям – не меньше недели, и, надо признать, я начинал терять терпение. Уровни росли стремительно, словно кто‐то открыл краник и забыл его перекрыть. Особенно быстро шел опыт на последних волнах – незаметно я достиг тридцать пятого уровня. Количество смертей я перестал считать уже на третий день. Враги становились все сильнее, хитрее, опаснее.

Надо отдать должное Гёте: он держался молодцом. Не знаю, что именно подпитывало его боевой дух, но он поражал меня стойкостью. Во многом именно он не давал мне раскиснуть окончательно, быть может, и не осознавая этого.

Сегодня мы снова шагнули в зал, как и десятки раз до этого, не зная, что ждет нас впереди.

На десятой волне, когда мы уже морально готовились вновь отправиться на перерождение, под потолком вспыхнул яркий свет. Похоже на портал – ослепительно-белое сияние, из которого на пол с глухим ударом приземлился воин. Орк. Но не простой. Средних размеров, он сразу же выделялся на фоне тех, кого мы встречали. Обычные орки – слегка неуклюжие, туповатые, уродливые. Этот же был другим. В каждом его движении сквозила уверенность, в стойке – сила, во взгляде – холодный расчет. Он не просто воин – он вождь. Следующая ступень в их эволюции. То, как он держал оружие, как двигался, и, главное, его взгляд – все в нем выдавало великого воина. Молот в его руке был настоящим произведением искусства. Я не знал, из чего он сделан и какими камнями усыпан, но электрические волны, что пробегали по его поверхности, внушали уважение и страх.

Не раздумывая ни секунды, орк нанес сокрушительный удар по ближайшему гоблину – тот рухнул замертво после первого же удара. От точки столкновения молота с телом в разные стороны побежали цепные молнии, испепеляя все на своем пути. Ослепительное зрелище.

Увидев такое подкрепление, мы с новой силой бросились рубить все, что к нам приближалось. Смотреть, как он сражается, было истинным наслаждением. Мощные, точные удары, ни капли лишнего движения. Пара минут – и на арене не осталось никого. Но самым настоящим чудом стало отсутствие следующего гудка. Неужели все?

– Ну вот, а я только разогреваться начал, – сказал гном, демонстративно разминая плечи. – Познакомься, Серый: вождь Огара собственной персоной.

– Ты его знаешь?

– Не то чтобы лично, но слышал многое. Кстати, повстречать его считалось плохой приметой, ведь выжить еще никому не удавалось. При жизни он был предводителем отряда «Кровавый закат». И это не просто звучное название. Самые кровожадные и свирепые воины были у него в подчинении. Больше крови, чем они, в этом мире никто не проливал.

– При жизни?.. – не понял я, но пояснить Гёте не успел: вождь уже стоял рядом.

– Забавные вы, – пробасил орк, – смотрю, слава обо мне все еще жива. Узнали, значит.

– Сомнительная, надо признать, слава… Но в любом случае спасибо, что помог. А зачем, кстати? – уточнил я.

– Помог? – Огара усмехнулся. – Да я бы пальцем ради вас не пошевелил. Много ли чести? Нет.

– Тогда кто? – нахмурился я.

– Хозяин мой, один из верховных, помощь вам предлагает. Не бесплатно, конечно.

– Тебя же вроде убили в битве под Агулом? – уточнил Гёте.

– Не убили. Повержен – да, но не убили. Хозяин спас.

– А кто он, твой хозяин?

– Верховный демон. Имя не назову, вам и этого достаточно.

– Ты прав, вполне, – хмыкнул гном. – Вот только, слышал я, сделки с демонами – та еще ловушка.

– Никакой ловушки. Да и выхода у вас все равно нет. Он может сделать так, что никто из вас отсюда никогда не выберется.

– Поняли. Что за плата? – спросил я.

– Все просто. Сердце будет поражено, но выйдет только один из вас. Нужна жертва. Бездна окончательной смерти откроет проход, поглотив душу одного из вас.

Я все понял. Мгновенно. Не раздумывая активировал на Гёте «стан врага», а затем достал из инвентаря прочную веревку и крепко его связал.

– Веди давай в свою бездну, уж очень выйти отсюда хочется, – бросил я в лицо Огаре.

Он молча махнул рукой.

Открылся портал. За ним была пещера и огромная дыра в полу, из которой веяло не просто холодом, а смертью в ее самой чистой форме.

Гёте уже пришел в себя. Смотрел прямо в глаза. И произнес одну лишь фразу:

– Я думал, мы друзья.

– Друзья? – переспросил я, рассмеявшись. – Я тебя знаю от силы пару недель. Какие мы, к демонам, друзья? На войне как на войне. Топай давай, хватит болтать.

– Ха-ха-ха! – раздался зловещий хохот Огара. – Я почему‐то и не сомневался. Да и чего еще можно было ждать от вас, земляных червей?

Первым в пещеру зашел вождь. За ним – я, тянущий за веревку гнома. Гул, поднимающийся из бездны, вибрировал в груди, доказывая одно: там, внизу, ничего не ждет, кроме вечного забвения.

Огара подошел к краю, взглянул вниз:

– Ну что, давай, бросай его в про…

Договорить я ему не дал. Молнией наложил «стан» и что было сил ударил в спину, отправляя великого и ужасного вождя прямо в пасть бездны.

– Туда тебе и дорога, недобиток.

Все исчезло. И уже через мгновение мы оказались в ставшем почти родным центральном зале лабиринта. Торжественная музыка и голос, возвещающий: «Третье сердце лабиринта поражено».

Я достал нож, перерезал веревки, освобождая Гётезара. И не успел убрать нож в ножны, как мощный удар в челюсть опрокинул меня на пол.

– Понимаю, заслужил, – сказал я, поднимаясь с пола и потирая челюсть. – Должен был предупредить, намекнуть хотя бы. Извини. Хотел, чтобы все выглядело максимально правдоподобно. Все‐таки орк туповат, вот и расслабился. А я этим воспользовался.

– Думаешь, я тебя за это ударил? – Гёте прищурился. Лицо его было не злым, а, скорее, разочарованным.

– Конечно. А за что же еще?

– За то, что ты рискнул всем! – Гном махнул рукой и подошел к столу, плеснул в кружку чего‐то крепкого. – Ты поставил под удар весь исход, понимаешь? Да за такое тебе не просто врезать, а тебя бы выпороть надо. А если бы он сообразил, а?

– Но ведь не сообразил.

– Какая, к черту, разница?! А если бы ты сам улетел в эту бездну?

Его глаза сверкнули, но он сдержался, сделав глоток. Я молча налил себе и сел рядом, не находя слов.

– Когда я вызвался идти с тобой, – продолжил Гёте тише, – думаешь, не понимал, что их уже нет? Я это делаю не ради чудес, а потому, что должен. Только так я смогу снова увидеть их… хоть как‐то. Столько жертв уже принесено, что очередная уже не в счет. Я готов был умереть. Готов. Но если бы погиб ты, все эти жертвы были бы напрасны. Не я, так кто‐то другой прикроет твою спину. Но ты должен дойти до конца, понимаешь? Должен.

Его взгляд прожигал.

– Ты меня, конечно, извини, дружище, – начал я, – но не думай, что я не понимаю, что́ стоит на кону и чем, возможно, придется пожертвовать. Но я не готов, слышишь? Не готов превращаться в монстра. И пока у меня есть шанс что‐то изменить, я это сделаю. Чего будут стоить все мои регалии, если, глядя в зеркало, буду видеть труса и предателя? Нет уж, прости, на такое я не согласен. Ты не думал, что именно поэтому здесь я, а не кто‐то другой? Потому что я способен что‐то сделать и остаться собой.

– Я тебя понял, Серый. Но все же попрошу: если другого выхода не будет и придется выбирать, не ставь на кон судьбу всего мира ради одного себя. Ты прав, твои регалии ничего не будут значить, если не останется никого, кто сможет их чтить.

– Обещаю, – сказал я.

Мы молча обменялись крепким рукопожатием и залпом осушили очередную кружку. После этого принялись за ужин. Черт возьми, с этой беготней я проголодался так, будто пару дней не ел.

Попутно я решил проверить, чего там интерфейс так настойчиво пытается сообщить. Открыл и чуть не поперхнулся: сорок второй уровень? Да уж, знатно мне опыта отсыпали за вождя.

Итого, с учетом экипировки, я имел:

Сила – 49.

Ловкость – 49.

Интеллект – 51.

Удача – 76.

Умения тоже прилично подросли, но уровень мастерства повысился только на мечах – до второго. Скорее всего, потому, что остальные навыки я использую редко. С новым уровнем мне открылся активный навык «Ураган смерти». Нужно будет обязательно испытать. Интересно, на что я теперь способен.

Жаль, трофеи собрать не удалось. Молот орка – сокровище, особенно для Гёте. Все‐таки он гном, да еще и кузнец, ему бы в самый раз.