то это? – спросила Нола.

Они остановились на холме. Перед ними, в ложбине, ручей петлял между домами. На одном из домов было большое вертикальное колесо, опускавшееся в воду. Нола вспомнила школьное видео и узнала водяную мельницу. В центре села находился большой деревянный павильон с соломенной крышей. С одной стороны в загоне радостно скакали молодые лошади, а с другой был луг, на котором паслись светло-коричневые коровы. Несколько кур, кудахча, бегали вокруг. К перекрестку у дома с грохотом подъезжала конная повозка. Через ручей вел деревянный мост.

– Это перекресток мельника, – ответил страж, продолжая путь к поселению.

Он не произнес ни слова с тех пор, как они прибыли в Фантазию. Он просто упрямо шел вперед.

А у Нолы было так много вопросов. Больше всего ей, конечно же, хотелось узнать, не он ли Александр ван де Вос, пропавший магистр. Теперь она была почти уверена в своей догадке. Но только почти. Если бы только кто-нибудь мог это подтвердить!

Страж смягчился по отношению к ней, когда она перенеслась с ним сюда, а не попала в черную пустоту. Но теперь от его дружелюбия мало что осталось. Она приписала это появлению Корама Картоверта. Но тот, по крайней мере, не был таким ворчливым.

– Что ж, кажется, приятное местечко, – весело сказал он, спускаясь с холма. – Интересно, найдется ли здесь пиво для усталого путника?

Нолу тоже мучила жажда, хотя пить пиво она бы не стала. Да и поесть было бы неплохо.

Страж направился к крытому соломой павильону. Он был не только широким и длинным, но и имел навес, в тени которого Нола теперь могла различить двух человек.

Первой она заметила женщину в длинном белоснежном платье. Оно казалось совершенно неуместным в этой обстановке. Более того, на черных волосах дамы красовалась серебряная корона. Женщина стояла чуть поодаль и разговаривала с…

Нола замедлила шаг, пытаясь сообразить, с кем же она разговаривает. Или, вернее, с чем? На голом торсе сидела лохматая голова с горизонтально торчащими… собачьими ушами? Но это было не самое странное. От живота вниз росла густая шерсть, а ноги заканчивались копытами!

Поскольку страж и Корам уже ушли вперед, Нола поспешила догнать их, но не могла отвести глаз от странного парня, который повернулся к вновь прибывшим. Лицо у него было молодое, но на подбородке росла длинная лохматая борода. На шее был повязан красный шарф. Когда их взгляды встретились, он весело улыбнулся Ноле.

Она быстро отвернулась. Неужели в этой бороде висят сосульки?

– Не будь я Картоверт, – пробормотал Корам, – какие здесь занятные людишки. Это что, салун? Наверняка мы сможем сыграть там партейку-другую.

– Ну нет! – Нола схватила его за руку. – Ты больше не провернешь здесь свои аферы…

– Александр!

Нола резко обернулась. Из открытой двери вышла женщина и поприветствовала стража с распростертыми объятиями:

– Как я рада, что ты вернулся.

– Привет, Альма, – ответил страж, в личности которого у Нолы теперь не осталось никаких сомнений.

– Это он, – тихо сказала девочка, – пропавший магистр!

Сгорая от любопытства, она подошла к нему.

Вместо того чтобы обнять Александра, женщина просто взяла его за обе руки.

– Черт возьми, как же я рада тебя видеть, – призналась она с веселым смехом. Затем посмотрела мимо него. – А кого ты привел с собой?

– Я Нола, – представилась девочка. Эта женщина, Альма, ей понравилась. Она была высокой и выглядела сильной в своей белой блузке и длинной, струящейся юбке, а на ногах у нее были прочные сапоги. На широком поясе на талии висели маленькие мешочки и, очевидно, изрядно поношенный кинжал. Тем не менее все в ней излучало дружелюбие. После сварливого магистра и хитрого шулера Корама щедрая порция доброты пришлась Ноле как нельзя кстати.

– А меня зовут Корам, сударыня. – Картоверт взял руку Альмы и склонился над ней. Неужели он собирался поцеловать ее?

Но Альма лишь усмехнулась:

– Я только что резала лук для рагу вот этими самыми руками, Корам. На твоем месте я бы не стала их целовать.

Корам и правда замер и ограничился поклоном.

– Ну, входите, все трое, – пригласила их Альма, и тут тявкнул Вислоух. – Ой, прошу прощения, милый песик, – поправилась она. – Я, конечно же, приглашаю всех четверых.

– Альма, – прервал этот шутливый разговор магистр, – Корнелиус уже приехал?

– Я не видела нашего дорогого Копперфельда уже несколько дней, – ответила Альма. – Он хотел пойти и что-то исправить, но до сих пор не вернулся.

Похоже, это была плохая новость. Магистр нахмурился.

Нола решила, что пришло время для разъяснений.

– Вы Александр ван де Вос, – твердо сказала она, – пропавший магистр секретной библиотеки.

Александр удивленно посмотрел на нее. Затем что-то дрогнуло в его лице. Нола восприняла это как подтверждение.

– Что ж, кто-то действительно хорошо осведомлен, – прокомментировала Альма это открытие.

– Послушайте, господин ван де Вос, – продолжила Нола, – я должна рассказать вам кое-что важное. О Королеве и о…

– Не сейчас, – возразил магистр. Повернувшись к Альме, он сказал: – Сначала нам нужно поговорить. На мельнице!

Он очень своеобразно подчеркнул это «на мельнице», как показалось Ноле. Альма лишь серьезно кивнула.

– Нола и Корамчик, заходите. Там вы найдете вдоволь еды и напитков.

– Э-э, – выдавил Корам, дернувшись, – меня зовут Корам, а не Корамчик.

Альма проигнорировала его возражение, подмигнула Ноле и пошла с Александром через площадь к мельнице. Нола недоумевала, что все это значит.

– Ну что ж, – Корам потер руки, – давай посмотрим, что тут имеется. Рагу звучит многообещающе, не правда ли?

Прежде чем последовать за игроком внутрь, Нола взглянула на волосатого мужчину с копытами. Неужели это такой правдоподобный маскарадный костюм? Но ноги выглядели как настоящие. Теперь она также заметила ледяные кристаллы на его плечах. В то же время она почувствовала, как ледяной холод ползет от него к ней и пробирает до костей. И тут женщина в белом платье посмотрела через плечо существа прямо на Нолу. Глаза у нее были как светло-голубые льдинки, и Нола поняла, что холод исходит от нее. Вот это да! Что же это за люди?

Она поспешила в дом. И столкнулась с Корамом, который стоял как вкопанный.

– Не будь я Картоверт, – пробормотал он, – ну и странный же это салун.

Нола встала рядом с ним и огляделась. Это была большая комната, похожая на огромный амбар, с высокими деревянными арками. Посередине стояли два длинных ряда грубых деревянных столов, за которыми она разглядела несколько человек, сидевших на таких же грубо вытесанных скамьях. Позади в двухметровой чаше пылал огонь. На решетке жарились куски мяса, а в большом котле что-то кипело, вероятно рагу. Помещение было еще длиннее, потому что слева и справа в задней стене виднелись проходы. Над ними из деревянных панелей торчали рога животных. На стенах висели щиты и мечи, а поддерживающие колонны были украшены впечатляющими резными изображениями драконов.

Когда глаза Нолы привыкли к полумраку, она увидела, кто сидел за столами, освещенными свечами, и стоял у перевернутых бочек. У этих существ не было ни шерсти, ни копыт, но они выглядели странно.

За первым столом сидела группа из трех очень маленьких мужчин. Не таких маленьких, как Книггсы, но и не таких высоких, как Нола. Зато они выглядели очень сильными и очень раздраженными. На них были широкополые шляпы, длинные, лохматые бороды обрамляли их сморщенные лица, глаза взирали на мир очень угрюмо. Перед каждым стояла кружка, а рядом лежал обоюдоострый топор, похожий на тот, что всегда носил с собой Аттила Книггс. Мужички все время поглядывали в противоположную сторону зала, где впечатляюще высокий человек с длинными волосами и тонкими чертами лица наливал в кружку пенящийся напиток из бочки.

– Чертов эльф, – прорычал один из трех ворчливых парней.

– Да, славно, – бодро сказал Корам, – а вот это очень похоже на пиво! – И он зашагал к бочке.

Нола уже собиралась последовать за ним, когда в комнату впорхнула птица. Нола невольно пригнулась, но птица сделала круг, снова подлетела к ней, зависла в воздухе прямо перед ее лицом и спросила веселым, звонким голоском:

– Привет, ты кто?

Не может быть! Птица была не птицей, а девочкой! Девочкой ростом чуть больше ладони Нолы, в зеленом платьице и с мерцающими, прозрачными крылышками. У нее были рыжие волосы, как у Нолы. Нола была так ошеломлена, что лишь пролепетала в ответ:

– Я Нола, а ты кто?

– Динь-Динь, – весело ответила порхающая девочка. – Всезнайка Динь-Динь, очень рада познакомиться. Я из «Питера Пэна». А ты из какой сказки? Разве Нола не значит Маленькая Воительница? Это приключенческая история? Твоя история тоже почти выцвела?

– Ну, я точно не знаю…

Динь-Динь задумчиво коснулась подбородка. Она все еще находилась в воздухе прямо перед лицом Нолы, и та даже заметила на ней крошечные зеленые войлочные туфельки!

– Хм, – произнесла Динь-Динь своим звонким, как колокольчик, голоском, – значит, это история о девушке-воительнице, потерявшей память. Кто это может быть? Пулман?[9] Точно не Линдгрен. Может, что-то современное? Тебя тоже магистр спас от выцветания?

Нола окончательно запуталась. Она услышала голос Корама:

– Привет, каланча! Как насчет того, чтобы сыграть партийку? – Он успел налить себе кружку крепкого темного пива.

Высокий человек презрительно посмотрел на Корама и его пестрый жилет. На голове у мужчины был металлический обруч, который не давал его длинным светло-русым волосам спадать на лицо, из-под него торчали два изящных заостренных уха.

Ух ты! Уши, как у Книггсов? Теперь Нола увидела, что на одном плече у высокого мужчины был лук, а на другом – колчан со стрелами.

– Эльфы не играют, – снисходительно сказал высокий.

– Ах вот как? – прорычал один из сварливых карликов за столом. – А гномы играют! Да еще головами эльфов! – Он схватил топор и мощным прыжком вскочил на стол.

– Давай, похититель драгоценностей! Отвечаю своей головой, головой Снорри!

– О боже, – раздраженно звякнула Динь-Динь, – это опять начинается!

* * *

– Лунита присматривает за Фантазией, – рассказывал тем временем Корнелиус Копперфельд, снова указывая на длинную яркую иглу, поднимавшуюся в небо на горизонте. – Более того, она и есть сама Фантазия. Она живет в своем дворце, в башне из слоновой кости. Она выглядит как ребенок, но древнее самых древних существ. Старая, как сама история. До того как она заболела, у нее было другое имя. Ее и всю Фантазию спас такой же ребенок, как и ты, мастер Финн.

Джеральдина и Финн завороженно слушали объяснения Корнелиуса.

К этому времени они уже вышли на дорогу. Вернее, это была тропинка с двумя полосами гладких камней, но достаточно широкая, чтобы им было удобно идти рядом.

Только Лисандра, как обычно, держалась немного позади. Может быть, из-за Фыркуна, на спине которого сидела Джеральдина. А может быть, фея огня просто хотела побыть одна.

– Что это была за болезнь? – спросил Финн.

– Болезнь, которая чуть не погубила ее, – объяснил Корнелиус, – и в это же время Ничто едва не поглотило всю Фантазию. Обо всем этом рассказывается в «Бесконечной истории».

«Бесконечная история»? Джеральдина снова подумала, что уже слышала это словосочетание, хотя и не помнила четко где. Однако, когда она размышляла о нем, ей казалось, что она снова в теплых объятиях отца.

– Значит, есть книга с таким названием? – спросил Финн.

– Да, – подтвердил Корнелиус, – важная книга. В ней рассказывается о силе воображения как основе свободы. Ее написал человек по имени Михаэль Энде[10]. Он принес человечеству весть о Фантазии. – Тут Корнелиус указал вперед. – Мы на месте, – объявил он.

Джеральдина издалека увидела дома, к которым вела тропинка.

– Что это за место? – спросила она.

– Перекресток мельника, – ответил Копперфельд и через некоторое время добавил: – Тут вы увидите несколько персонажей, которые могут показаться вам странными. Здесь собираются все, кого мы спасли из зараженных историй, прежде чем они были полностью уничтожены. Так что не удивляйтесь. Или удивляйтесь, но не показывайте этого слишком явно.

«Болезнь выцветания, – подумал Финн. – Неужели магистр Копперфельд и бог знает кто еще путешествовали по книгам и спасали находящихся под угрозой исчезновения персонажей? Таких, как Лисандра? Кто спас ее из уничтоженной книги?»

Когда они приблизились к месту, расположенному у большого павильона и водяной мельницы, Лисандра догнала их, молчаливая и хмурая.

У самого перекрестка им навстречу выскочил взволнованный белый кролик. Он встал на задние лапы прямо перед Корнелиусом и пробормотал поразительно низким голосом:

– Магистр Корнелиус, вы должны немедленно явиться на мельницу. Остальные уже там! Скорее! Я опоздал!

– Безумие какое-то, – прошептал Финн так тихо, что услышала только Джеральдина. – Он умеет говорить.

Джеральдина больше ничему не удивлялась. И это, в свою очередь, удивляло ее. Ей хотелось бы погладить торопливого кролика и задать ему множество вопросов.

– Хорошо, МакТвисп, – ответил кролику Корнелиус и повернулся к Финну и Джеральдине: – Идите в дом собраний. Я сейчас приду. – Он указал на самое большое здание, дверь которого была гостеприимно распахнута. Джеральдина и Финн сначала отвели Фыркуна на пастбище, где паслись несколько жеребят, а затем вернулись к дому собраний.

– Кто это? – спросила Джеральдина, заметив две фигуры под навесом.

– Снежная Королева и Мистер Тумнус, – спокойно разъяснила Лисандра.

– У него копыта, – обескураженно отметил Финн.

– По крайней мере, так никогда не замерзнут ноги, – прокомментировала фея огня. – Снежная Королева хуже айсберга и обмораживает людей. Одна льдинка в сердце – и ты замерзнешь так же, как она. Мне она не нравится.

– Я не удивлен, – усмехнулся Финн, в ответ на что Лисандра бросила на него пылающий, огненный взгляд.

– А ГНОМЫ ИГРАЮТ! ДА ЕЩЕ ГОЛОВАМИ ЭЛЬФОВ! – прорычал кто-то в этот момент в доме собраний.

Джеральдина вздрогнула и остановилась.

– Может, нам не стоит туда идти. Кажется, там какие-от неприятности.

– О, все равно! – с готовностью воскликнул Финн. – Нам непременно нужно туда!

* * *

Остроухий эльф среагировал молниеносно. Прежде чем Нола поняла, что происходит, он перекинул через плечо лук, натянул тетиву и направил стрелу через весь зал в гнома. Двое других гномов тут же вскочили и схватились за топоры.

Корам Картоверт, разинув рот, смотрел на разъяренных карликов. Но затем и он отреагировал.

– Под стол! – крикнул он Ноле и бросился – конечно же, со своей кружкой пива – в безопасное место.

Нола не двинулась с места. Динь-Динь пропищала:

– Лучше делай, что велит твой друг, Воительница! – и умчалась наверх, подальше от линии огня.

Пока гномы продолжали кричать и угрожающе размахивать оружием, Нола проползла под рядами столов туда, где устроился Корам. Он удобно уселся по-турецки и потягивал пиво.

– Салунная драка, – сказал он, пожав плечами. – Здесь безопаснее всего.

Наверху раздался грохот. Похоже, эльф тоже запрыгнул на стол. Нола взглянула на другой ряд столов, где теперь стояли все три гнома, крича и угрожающе размахивая топорами. К счастью, драка происходила в нескольких метрах от того места, где прятались Нола и Корам. Чтобы добраться до эльфа, этим троим дикарям сначала придется спрыгнуть со своего стола. Но если это случится, Нола с Корамом не останутся незамеченными здесь, внизу.

Нола посмотрела на дверь зала. Возможно, лучше будет тихонько проскользнуть наружу, пока разгневанные гномы и сосредоточенный эльф разбираются между собой. Но тут она заметила, что дверь наружу заблокирована. Тремя парами ног, две из которых были в грязных джинсах, а одна – в потертых сапогах!

Минуточку. Две эти джинсовые штанины заканчивались высокими кроссовками, которые показались Ноле очень знакомыми. На ней были точно такие же. Кроссовки-близнецы.

– Не может быть, – пробормотала Нола в изумлении. – Этого просто не может быть!

* * *

Картина, которая открылась Джеральдине, Финну и Лисандре, была поистине захватывающей. Трое коренастых и довольно широкоплечих, угрюмых парней диковатого вида прыгали по столам одного из рядов, размахивая тяжелыми топорами и крича на долговязого парня в длинном, до пола, плаще, который стоял, расставив ноги, на столе другого ряда, спокойно целясь в них из лука.

– Что они не поделили? – ошарашенно спросил Финн.

– Это эльф и гномы, – ответила Лисандра, – они друг друга терпеть не могут. Долгая история, типичная для Толкина. Там про драгоценности.

– Этот стресс напоминает мне школу, – сухо сказала Джеральдина.

Средний из трех гномов взмахнул топором. Видимо, он хотел метнуть его в эльфа. Эльф выпустил стрелу. Но, прежде чем она достигла цели, товарищ гнома метнул свой топор ей наперерез. Стрела срикошетила, несколько раз перевернулась в воздухе и с сухим стуком вонзилась в грубый деревянный пол прямо у ног Джеральдины. Эльф тут же выхватил следующую стрелу и прицелился. Гномы пригнулись и громко выругались.

– Это чересчур реалистично для меня, – в ужасе выдавила Джеральдина.

– Может, нам еще раз погладить пони, – предложил Финн и уже собрался грациозно отступить, когда услышал чей-то зов.

– Фи-и-инн?

Финн посмотрел на стол, из-под которого доносился голос. Голос, который он хорошо знал. Он присел.

– Нола? – недоверчиво воскликнул он. – Что ты делаешь под столом?

– Что я делаю под столом?! Не могу поверить. Это первый вопрос, который ты задаешь? Что ты делаешь здесь, в Фантазии, вообще в книгах?

– Ищу тебя. Я здесь, чтобы спасти тебя. – Глаза Финна засветились при виде сестры.

Чтобы увернуться от нового выстрела, три гнома разделились и, тяжело дыша, бегали взад-вперед на своих коротких ножках. Эльф, вложив в лук новую стрелу, прицеливался то в одного, то в другого.

– Ты? Спасти меня? Ну все, хватит! – Нола решительно выползла из укрытия.

Тем временем гномы бросились в атаку. Один спрыгнул с дальнего конца стола и бросился на эльфа. Второй побежал коротким путем справа. А третий прорвался вперед с левой стороны от двери – таким образом они хотели зажать эльфа в тиски. При этом третий гном бежал прямо на Нолу, которая как раз встала и со страхом смотрела на него.

– С дороги, человечишка! – рявкнул он, угрожающе поднимая топор на бегу.

– Нет! – крикнул Финн, уже делая шаг вперед.

Тут Джеральдина крикнула рядом с ним:

– Ты ничего не сделаешь Ноле, грязный гном! – Джеральдина что-то бросила. Финн заметил ее плавное, невероятно быстрое движение.

Гном вскрикнул, когда стрела вонзилась ему в ягодицу. Он выронил топор, схватился за зад и запричитал:

– Ой, ой, ой! Женщина пустила в меня стрелу! Она же копьеметательница, точно!

Двое других гномов, уже теснившие эльфа, остановились и в изумлении уставились на своего друга, который танцевал на месте, громко причитая.

– ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ?! – прогремел чей-то голос за спиной Финна. Мальчик резко обернулся. Перед ним стояла могучая, высокая и решительная женщина, широко расставив ноги и уперев кулаки в бедра. Чуть в стороне, позади нее, сердито хмурился Корнелиус. Высокого мужчину, одетого во все черное, стоявшего рядом с ним, Финн не узнал.

– Немедленно прекратите это безумие! – резко скомандовала женщина. – Гномы! Снорри, Скальдор! По местам! – Она указала на их ряд столов. Затем резким жестом подозвала гнома со стрелой в ягодице: – Ты. Готтри. Иди сюда!

Пока два других гнома, Снорри и Скальдор, ворча, возвращались на свои места, она ловко положила третьего себе на колено, чтобы дотянуться до стрелы, и решительным рывком выдернула ее.

– И-и-и! – закричал Готтри и побежал к друзьям, потирая зад.

– И ты, Альдерих Элладан, – чуть спокойнее приказала она эльфу, – сядь.

Эльф молча повиновался.

Финн с восхищением смотрел на женщину. Затем он повернулся к Ноле, которая качала головой, глядя на своего брата-близнеца.

– Сейчас ты мне все выложишь, Финн.

– Конечно. – Финн расплылся в блаженной улыбке. Он был просто счастлив оттого, что нашел сестру. С задорным видом он согнул мизинец крючком.

Нола ответила тем же и тоже рассмеялась. Лисандра с любопытством посмотрела на нее.

И тут Джеральдина, стоявшая рядом с Финном, прошептала дрожащим голосом:

– Отец?

Мужчина в черном смотрел на Джеральдину, нахмурив брови. Затем в лице его что-то дрогнуло. Мрачное выражение сменилось безграничным изумлением.

– Джеральдина? – Мужчина пошатнулся и схватился за дверной косяк. – Моя дочь, – прошептал он, – это ты!

На какое-то мгновение они застыли, глядя друг на друга. Затем высокий мужчина шагнул к девочке.

Джеральдина бросилась к нему в объятия.

Он снова и снова нежно гладил ее растрепанную голову, пока она безудержно плакала у него на груди.

Что-то внезапно вспорхнуло с потолка и пролетело рядом с Финном. Это была крошечная рыжеволосая девочка в зеленом платье с мерцающими полупрозрачными крылышками. Она всплеснула руками и воскликнула:

– Как мило! Воссоединение семьи!