Дослушивать я не стала – выскочила за дверь, захлопнув ее, и провернула ключ в замке. А потом съехала вниз по стене, закрыла лицо руками и, помотав головой, принялась нервно смеяться. Любая настоящая ведьма села бы рядом с демоном и дождалась, пока тот умрет. Даже делать ничего не требовалось, ситуация разрешилась бы сама собой. Только вот он-то ради меня не пожалел себя, хотя мог. Тоже ведь мог просто подождать, пока меня вурдалаки растерзают. И после такого разве я вправе была?.. Друг как-никак. Все-таки друг.

– Эх, настоящая ведьма, – скривилась я, разглядывая свои поцарапанные руки с грязными ногтями. Наверное, когда корни барбариса размалывала, окрасились.

Нет, вот кем я точно не была в последний год, так это настоящей ведьмой: спасала всех подряд, помогала. Стала слишком жалостливой, слишком доброй. Даже совесть у себя обнаружила. Никогда не было, а тут вон она, поглядите, квакает что-то за дверью.

Я медленно поднялась на ноги и, остановившись посреди коридора, задумалась. Нет уж, иного выхода, кроме как пожертвоваться самой, я не видела. Не отдавать же Лихо или Ваську? Или бабушку. Я зажмурилась. Или Айвена. Сама заварила эту кашу, сама и отвечать буду!

Только сначала…

Я медленно двинулась по темному коридору, рассудив сначала найти своего зазнаистого господина мага. Не могла же я не поздороваться, раз все равно тут! Невежливо получилось бы. А заодно и попрощаюсь. Вскинула подбородок. Главное, совсем не раскиснуть, когда его увижу. А иначе как заплаканной на костер идти?

Я наморщила лоб, начиная сомневаться в выбранном способе. Нет, огонь, конечно, давно зарекомендовал себя как традиционное и надежное ведьмоубивательное средство, но где я тут себе большой костер организую? Я взволнованно посмотрела по сторонам. Закусила губу. Что же делать? Отловить мага какого помоложе и сказать ему, что он урод, каких свет не видывал? Может не сработать. Вдруг маг порядочный попадется: будет только пытать и сразу не убьет? Только время потеряю.

Досадливо стукнув себя по бедру, я задела сумку и тут же замерла. А потом покачала головой. Все же очень просто! Добавить в сонный порошок пару щепоток белладонны, приправить каплей слюны гарпии – и замечательное средство готово. Сунула руку в сумку и вытащила маленький пузырек, чудом сохранившийся после всех наших мытарств. Поставила его прямо на пол и, присев рядом, достала пучок травы. А если еще добавить чуть измельченного корня барбариса, очень даже вкусно получится. Чудо, что за яд!

И тут же вскочила, услышав раздавшийся со стороны лестницы грохот. Все, кончилось время. Охрана поднималась. Закупорила пузырек, чтобы не расплескался, и засунула в карман, а сумку пристроила у окна. Не нужна была она мне больше, может, кому пригодится.

В башне имелось около десяти каменных клеток, и почти все пустовали. Я бегала по коридору от одной к другой, заглядывая внутрь через маленькие смотровые окошки, почти физически ощущая, как утекают драгоценные минуты. Поэтому, увидев в одной из комнат своего господина мага, сидящего в комфортном кресле у большого окна и читающего книгу, я даже не успела обрадоваться. Достала связку ключей, подобрала подходящий, провернула замок и, прошмыгнув внутрь, закрыла за собой дверь.

– Забава? – привстал с кресла Айвен, роняя книгу.

Камера у него, не в пример ведьминой, оказалась очень большой. Чтоб сразу видели: не абы кого заперли, целого Верховного мага схомутали. Я бы, может, и сама тут недельку пожила, как раз времени вдоволь на учебу. А что? Кровать удобная, кресло со столом, даже шкаф с книгами имелся. И кормили, наверное, три раза в день. Главное, чтоб кандалы не цепляли.

– Тсс!

Я прислонила ухо к стене и прислушалась. Похоже, охрана уже бежала по коридору, а значит, сейчас меня быстренько обнаружат.

Я отпрянула от двери, заметалась по комнате, нырнула под кровать и уже там пригладила стоящие торчком волосы, от души улыбнувшись ошарашенному Айвену. Он, надо отдать ему должное, сообразил быстро: уселся обратно, взял книгу и принялся делать вид, что читает.

Грохнула дверца смотрового окошка, маг приветливо помахал рукой одному из охранников.

– Что-то забыли? – вскинул он бровь.

– Нет, господин маг, – ответил охранник. – Мы тут беглянку одну ищем. Проникла в Ковен, очень опасная!

Звонкий удар по шлему прервал его рассказ, и в окошке показался другой маг.

– Господин Айвен, надеюсь на ваше благоразумие, – громко произнес он. – Если появится известная вам мамзель, тут же дайте знать. Это для вашей же безопасности!

– Обязательно, – вежливо улыбнулся Айвен, – как скажете!

– Благодарю.

Окошко захлопнулось, и я, подождав для верности еще несколько мгновений, полезла наружу.

– Мамзель? – гневно выдохнула, отряхиваясь от пыли, поскольку полы у господина мага мыли из рук вон плохо. – Я – мамзель?

– Ну это еще не самое страшное слово, каким тебя называли, – поддел меня Айвен и поднялся навстречу. – Иди сюда, – ласково позвал и улыбнулся. – Долго вы.

– Долго, – согласилась я, подходя ближе и заглядывая в его синющие глаза.

– Забава, – наклонил он голову, по обыкновению начав меня в чем-то подозревать, – ты уже говорила с Владиславой? Поняла, как печать снять?

– Ага, – кивнула я и взяла его за руку. Погладила толстую сталь магических кандалов. Наверное, будь у него силы, мы придумали бы что-нибудь, и не пришлось бы…

Мотнула головой – решила, значит, решила.

Тяжело вздохнула и спросила:

– Помнишь, как я, наевшись приворотных пряников, к тебе домой явилась и поцеловала?

Айвен напрягся, прищурившись, и медленно кивнул.

– Ну вот, – я смущенно потупилась, – вовсе я не ела никаких приворотных пряников. Это я просто по велению загадочной ведьминой души захотела целоваться.

– Что ж, – постарался сдержать улыбку маг, – я бы тоже хотел признаться, что неопытная и вредная ведьма, которая поселилась во вверенном мне лесу и раздражала на каждом шагу, почему-то вызывала во мне те же самые желания.

Он сделал еще шаг ко мне, а я положила ладонь ему на грудь, останавливая.

– Я очень соскучилась, – призналась, запрокидывая голову и заглядывая ему в лицо. Почему я так долго цеплялась за свои принципы и не думала, как могло бы все быть, если?.. Мало ли что там всем ведьмам запрещено, я же не все.

В носу защипало, а Айвен нахмурился:

– Я слишком хорошо знаю тебя, чтобы не догадаться, что ты задумала несусветную глупость.

– Как обычно, – пожала я плечами и потянулась к нему, вставая на цыпочки. – Ты только не спрашивай ни о чем, пожалуйста…

Погладила его по щекам, а потом обхватила айвеново носатое лицо руками и прижалась губами, закрывая глаза.

– Подожди, – замычал он.

Но я крепко держала. Впилась в его губы – попробуй отдери. А то знала я господина мага, вопросы ненужные задавать начнет, докапываться до истины! Нет уж. Попрощаюсь и пожертвуюсь. Тем более все уже решила.

– Заб… – предпринял новую попытку освободиться Айвен, – по-о-жди… что…

– Все!

Я наконец-то отпустила его и довольно улыбнулась. Потому что теперь вполне себе осознанно целовалась, а не как в прошлый раз в Дубках под действием придуманного приворотного зелья. Хоть что-то нормально сделала, не как ведьма, как Забава!

– Забава, – начал сердиться Айвен, – ты что-то задумала, я же вижу. Давай поговорим!

– Я пока не могу, некогда. – Наклонила голову и провела руками по его плечам. – Потом, хорошо?

Стиснув зубы, Айвен дернулся, но я уже отошла, а он следом пойти не мог – магические кандалы надежно удерживали у стены.

– Погоди, – покачал он головой.

Я почесала начавшую щипать печать, видимо, времени совсем не осталось, и оглянулась на дверь. Нет, здесь жертвоваться не стоило: Айвен такое точно не оценит, спасать еще ненароком примется. Следовало выйти в коридор. Было обидно, конечно, что все на бегу, без церемоний и ритуалов, а то бы я платье бабушкино напоследок надела… самое то в нем жертвоваться, красиво!

– Еще раз, – потребовал маг, насупившись.

– А? – повернулась я, уже схватившись за ручку двери.

– Еще раз поцелуй. – Айвен сжал кулаки. – Я не понял в первый раз. – Помолчал и добавил: – Да и во второй тоже.

– Да что ж такое-то! – всплеснула я руками, но покорно вернулась. Надо же о себе хорошие воспоминания оставить.

А Айвен вцепился в меня, притянул ближе и в самые губы произнес:

– Теперь не отпущу.

И поцеловал на этот раз сам. Защемило ведьмино сердце, застучало. Разом ослабли колени, и я повисла на господине маге, вцепившись в его руки. Закружилась голова, и я зажмурилась, забыв обо всем на свете. А как в себя немного пришла, не сдержалась:

– Кажется, я тебя люблю.

Хмыкнув, Айвен поцеловал меня в нос.

– Ну наконец-то! Я думал, не догадаешься! – И со смехом признался: – Я тебя тоже люблю, горюшко.

Я прижалась к нему и, положив голову на грудь, вдохнула родной запах.

– Ну теперь точно все, пойду я, потому что печать сама себя не снимет.

И охнула, почувствовав, как защипало в груди, загорелось огнем. Согнулась, еле дыша, захрипела.

– Забава! – вскричал Айвен, поднимая меня на руки и укладывая на кровать. – Ты что натворила?

– Пока ничего, – простонала я, сворачиваясь клубком. – В этот раз точно!

Поползла боль по всему телу, разлилась всполохами огня. А потом будто зажглась дорожка от самого сердца, где печать сидела, и потекла по плечу, по руке, пока не обвила запястье, наградив напоследок жгучей резью, и проявилась сложным узором, опутавшим мою левую руку браслетом. И схлынула боль, как и не было.

– Это что за ерунда? – Я поднялась на локте, изучая запястье, и посмотрела на Айвена, который с неменьшим интересом уставился на свою руку.

– Кажется, что-то заразное, – продемонстрировал он мне похожий «браслет», только чуть пошире, и усмехнулся.

– Так и знала, что у этих оборотней помимо блох еще всяких болячек полно! – Я раздосадованно стукнула по одеялу кулаком. – Ну ничего, не переживай, я что-нибудь приду…

И замолчала. Потому что мои планы никто не отменял. Оставалось надеяться, что маг другую ведьму найдет, которая его вылечит. И тут меня такая злость взяла! Стоит мне, значит, умереть, как этот напыщенный сноб пойдет себе ведьму новую искать?

– Отойди, – обиженно буркнула я и попробовала бочком обойти его, но маг только руки на груди сложил.

А в следующий миг башня содрогнулась. Да так, что я, не удержавшись на ногах, полетела носом в ту самую злополучную дверь, до которой хотела добраться. Приземлилась и без раздумий снова полезла за ключами. Что-то неладное творилось! Только бы успеть!

– Стой! – зарычал Айвен, изо всех сил дергая цепи.

– Я… – повернулась к нему и охнула, поскольку маг умудрился повредить себе руки до крови и все продолжал биться в попытке дотянуться до меня. – Айвен, не надо!

И от испуга пальцами щелкнула. А потом подбежала, попыталась кровь на его руках унять и не сразу поняла, что маг не шевелится, только бешено вытаращился, молчаливо обещая мне самые страшные кары. Кашлянула, бросила быстрый взгляд на свои ладони и медленно ударила палец о палец.

– Если ты еще когда-нибудь… – начал господин Верховный маг, и я от неожиданности снова прищелкнула.

Маг замолчал.

А у меня кровь от лица отхлынула.

– Что же получается? Умер мой демон?

Быстро сняла с мага обездвиживающее заклятие и рванула к двери, на ходу взмахнув рукой, чтобы открыть замок. Сила бурлила у меня внутри, снова заполняя под завязку; казалось, еще немного, и из ушей хлынет. Ох, точно Ковен не устоит!

В коридоре я заметалась, не сразу сообразив, куда направиться. Шум и крики в башне нарастали, и я побежала вперед, судорожно вспоминая все ведьмины проклятия, которые учила. Без практики-то все из головы повылетало.

– Держи его! – закричал кто-то из-за угла, и в стену рядом ударило атакующее заклятие.

Я замерла на мгновение, приготовилась, зашептала слово ведьмино и еле успела рот закрыть, когда ко мне под ноги вылетел Лихо. А то прокляла бы друга, расколдовывай потом. Он тут же поднялся и спрятался мне за спину.

– Маги, – прохрипел он, пытаясь отдышаться.

– Иллюзию! – крикнула в ответ.

– Не могу, они как-то мои силы ограничили! Видно, бабка твоя постаралась! – Лихо вцепился мне в локоть. – Бежим!

– Ну уж нет! – Я сжала зубы. – Теперь не побегу. Волки наши где?

– За воротами, – качнул он головой. – Надеюсь, уже где-то далеко, в горах, еле успели ведь!

Наклонив голову, я ощерилась. Что ж, с оборотнями разобрались, теперь с магами. А то будут мне тут какие-то выскочки Лихо гонять, как щенка! Сейчас я им всем хвосты русалочьи, чтоб не бегали.

Маги высыпали разом и тут же растерянно попятились. И только передние ряды начали неуверенно поднимать руки, готовясь наступать, из-за их спин раздался грозный окрик:

– А ну прекратили сейчас же!

Вся охрана замерла. Такого эффекта, пожалуй, я даже от собственного обездвиживающего заклятия не ожидала. Маги выполнили приказ мгновенно. Оно и немудрено, потому что я знала только одно безголовое существо, которое могло не слушаться госпожу Гордану, и этим существом была я.

В маговой камере раздался грохот, как будто кусок стены упал, и к нам, гневно раздувая ноздри, вышел злющий Айвен. С хрустом вскрыв свои кандалы, он швырнул их под ноги.

– Все в сборе. – К нам шагнула бабушка, грозно нахмурив брови, а потом вдруг протянула руки и выдохнула: – Брусничинка! Живая! Я ведь всех на уши поставила, тебя разыскивая!

Тут уж я не выдержала, бросилась в ее объятия, всхлипывая и пряча голову на бабушкиной груди. Хоть бы поругала для порядка!

– Я, чай, у тебя уже не молоденькая, чтобы волнения такие испытывать! – продолжала она тихонько ворчать, пока я виновато вздыхала.

За спиной мялись Айвен и Лихо, не смея прерывать нас.

– Хорошо хоть целая и невредимая!

Гордана отодвинула меня и, взяв за плечи, принялась рассматривать. И только ее взгляд натолкнулся на недавно появившийся браслет, только ее брови поползли наверх, а рот начал открываться, башня снова содрогнулась, и бабушка резко отпрянула, схватившись за грудь и хищно зашипев.

– Прорыв демонов! Портал! Общий сбор! Всех магов Ковена сюда! – скомандовала она и рванула по коридору, расталкивая ничего не понимающую охрану.

Я шипеть не стала. Просто побежала следом, ведь единственный демон, который мог устроить прорыв, был моим. Жив, рогатый!

Мы остановились у ведьминой камеры. Гордана взмахнула руками, и дверь с громким треском начала заваливаться внутрь.

– Ключи ж, – растерянно пробормотала я, ступая в пустую камеру, где в темной дымке уже ни следа от ведьмы с демоном не осталось, и замерла.

– Зараз, – выползла вперед моя Василиса и икнула, садясь на попу, – ой, Зараз… ты не поверишь!