К книге
Религии мираАнимизм и другие ранние религии. Анимизм
39%
Анимизм и другие ранние религии. Анимизм
28

В 2023 году в мировой прокат вышел новый фильм великого японского режиссера-мультипликатора Хаяо Миядзаки – «Мальчик и птица». Маэстро вместе с командой студии Ghibli трудился над картиной на протяжении нескольких лет – кропотливо вручную прорисовывал малейшие детали. Минута создания анимации занимала месяц напряженной работы. Природа дышит и живет в каждом кадре, и критики в очередной раз обратили внимание на особое значение анимизма во вселенной Миядзаки. Давайте разбираться, что же такое анимизм и как вышло, что «первобытное» религиозное представление дожило до наших дней.

Если кратко, анимизм – это одушевление мира. В каждой речке, каждом дереве и каждой горе анимист видит духовный компонент. Один из крупнейших специалистов по религиям древней Греции Фаддей Зелинский[50] так характеризовал духовную жизнь эллинов:

«Для греческого сознания мертвой природы не было: она вся была жизнью, вся – духом, вся – божеством. Не только в своих лугах и лесах, в своих родниках и реках – она была божественна также и в колышущейся глади своих морей, и в недвижном безмолвии своих горных пустынь»[51].

«Древний эллин, – продолжает Зелинский, – окружил себя и свою человеческую жизнь целым сонмом природных божеств, то ласковых, то грозных, но всегда участливых. И, что важнее, он сумел вступить в душевное общение с этими божествами, преломить их жизнь в своем сознании и влить в них живое понимание себя».

Понятие «анимизм» было введено выдающимся антропологом и религиоведом Эдуардом Тайлором[52] в конце XIX века и использовалось при описании первобытных верований[53]. Он полагал, что анимизм – это «минимум религии», а еще – глубоко присущее человеку учение о духовных существах. Тайлор полагал, что анимизм свойственен человеку и является одним из ранних проявлений религии в обществе. С ним не соглашался Роберт Марретт[54], полагавший, что анимизму предшествовали более примитивные верования, и для веры в духов человек должен обладать абстрактным мышлением[55]. А вот Лев Яковлевич Штернберг самостоятельно пришел к тем же выводам, что и Тайлер: анимизм – это универсальная религия первобытных народов. Причем финальная стадия анимизма – появление идеи души. Что само по себе очень интересно, ведь душа звучит на латыни как anima, и эта идея представляет собой органическую часть христианского и исламского богословия.

Не следует думать, будто анимизм остался в глубоком прошлом человечества. Во многих религиях, которые и сегодня «живее всех живых», можно найти анимистический элемент.

Синто – традиционная религия Японии и фактически является анимистической. Многим природным объектам и явлениям соответствуют ками – особые ду́хи. Часто это слово не совсем корректно переводят как «боги», но ни о каких богах в нашем понимании речи в синтоизме нет.

Анимизм характерен не только для современного синтоизма. У селькупов, коренного малочисленного народа, проживающего на севере западной Сибири, как «живые» предметы осмысливаются ветер, дорога, река, Солнце, камень, огонь[56]. Представление о таких объектах как о «живых» можно объяснить социально и эволюционно. Лично мне кажется, что анимизм – это органическая форма мировоззрения, вытекающая из особенностей нашего мышления. Мы склонны видеть действия живых субъектов там, где иные объяснения выглядят еще более невероятными. Современное когнитивное религиоведение связывает возникновение анимистических верований с особым свойством человеческого мышления. Мы склонны видеть субъектность вокруг себя и формировать причинно-следственные связи.

Анимизм может быть присущ даже нерелигиозным людям, которые скептично относятся к самой идее богов или духов.

Представьте долгую прогулку по горным тропкам. Вы взобрались на вершину холма, любуетесь заходящим солнцем, под вами расстилаются сотни километров хвойного леса. В этот миг вся природа кажется одушевленной и осмысленной, и даже закоренелый атеист может испытать духовный опыт. Каждое дерево буквально оживает в вашем восприятии, и вы вспоминаете энтов из толкиновского «Властелина колец». И вас уже ничто не удивит, даже если пролетающий мимо дрозд усядется на ветку и заговорит с вами на чистом русском языке.

Предыдущая главаГлава 28 из 72Следующая глава