Катя. …Мы сидели за одной партой, и стояли такие морозы, что нас возили в школу на молоковозе вместе с флягами, заляпанными застывшим молоком. Мы сидели в шубах и варежках, и учительница в валенках вывела на доске: «Кем я хочу быть».

И Лёшка написал: «Адским водителем».

А я вздохнула и написала, что хочу быть поэтом.

А все остальные – что космонавтами.

И учительница в варежках ругала нас с Лёшкой, что один насмотрелся западных фильмов, а другая бог знает что о себе воображает – вместо того чтобы жить жизнью своей страны, – а космонавтов хвалила.

И тогда Лёшка сказал – сказал мне, но услышали все: «Поехали», – и мы полетели. И я сидела рядом в красном мотоциклетном шлеме, и впереди была вся жизнь и Новый год.

Не было только верхушки на ёлку, и Лёшка сказал, что у него есть звезда и он сгоняет домой, и я ответила, что вот и отлично, только возвращайся скорей, и, сняв туфли, встала на табуретку и стала наряжать ёлку: повесила стеклянные часы, бусы, яблоки, – и хотя стрелки на часах были нарисованные, начало смеркаться, а потом стало совсем темно – и тихо, только яблоки на ёлке зазвенели, когда распахнулась дверь и ввалился Тимоша, водитель молоковоза.

Он тяжело дышал, комкая в руках шапку, и я усмехнулась: «Горючее кончилось?»

Он ничего не ответил, только посмотрел на меня так, что я вдруг спросила: «Где Лёшка?»

И дядя Тимоша мотнул обнажённой головой в сторону дороги.

«Он что… звезду разбил?» Дядя Тимоша молчал.

«И… сильно разбил?»

Плечи его затряслись, и он уткнул лицо в шапку.

И я – в белом платье и тонких колготках – прошла мимо дяди Тимоши, пересекла двор и вышла на дорогу, где не горел ни один фонарь, – во тьму, коловшую глаз осколками Лёшкиной звезды, и только тут до меня дошло, что не горючее – свет кончился, – и я побежала: по морозу босиком…

И все думали, что я умру, – а я родила Ольку, а потом Польку, а потом Лёшку. И каждый раз мне казалось, что встреченный мной мужчина – это Лёшка…

Автор. А что это было?

Катя (машет рукой). А!.. «Ряд волшебных превращений милого лица…»

Автор. Фет.

Катя. Не знаю. Я по радио услышала. Думаю: про меня. (После паузы.) Я его никогда не найду!

Автор. Кого?

Катя. Лёшку. Потому что нет второго адского водителя.

Звонок в дверь, Марьяна открывает, на пороге стоят Оля и Поля.

Оля. Тёть Марьяна. Мама у вас?

Автор. Да.

Появляется Катя.

Катя. Вы чего?

Поля. Мам, скажи Лёшке, чтобы он не гонял по квартире на самокате, все стулья повалил, того и гляди ёлку сшибёт!..

Автор (Кате). А говоришь, нет второго адского водителя!.. (Поднимает рюмку.) За второго Лёшку! (Пьют.)

Катя (с сожалением глядя на пустую бутылку). Как быстро кончается всё хорошее! (Поворачивается и идёт к двери.) Так ты приходи тридцать первого!

Автор. Если получится…