Андрей. А вы не боитесь, что вас, как Европу, похитит Зевс?

От Автора. Я мгновенно натягиваю купальник обратно.

Андрей. …или Посейдон?

От Автора. Я оглянулась и в лунном свете увидела высокого стройного мужчину: я узнала его с первого взгляда…

Автор. Не боюсь: я смелая!..

Андрей. Смелость города берёт! Но заметьте, города, а здесь – море, так что уж разрешите мне вас сопровождать…

От Автора. И мы вошли в воды «виноцветного», как сказал бы Гомер, моря.

…Браки совершаются на дачах в раннем детстве. Дача была удивительная – бревенчатая, с резными ставнями, двумя крылечками и до того большая, что, когда однажды вечером все сидели на одной половине и пили чай из самовара – тоже большого и блестящего, – на другую половину забрели цыгане и унесли всё наше столовое серебро, а мы и не услышали. А сад был до того большой, что переходил в лес – мы собирали грибы, не выходя за калитку.

Мы жили на даче с мая по октябрь. И мне тогда было пять лет.

Кончался октябрь. Шёл мелкий дождь. В саду было сумрачно. Я стояла на крыльце и грызла яблоко. Яблоками был завален весь дом.

Дом насквозь пропах Буниным. Тем его томом – большим, с жёлтыми страницами, где были «Антоновские яблоки». Но в конце того октября, на краю вечности, я ещё не умела назвать этот запах по имени.

Ему было пятнадцать. Или двадцать пять. Но я хотела, чтоб тридцать пять.