- Дорогая моя, что с тобой, - озабоченно спросил он

- Я плачу просто оттого, что очень счастлва, - продолжала плакать она, - даже если после этих выходных нам никогде не быть вместе, я навсегда запомню, как мне было хорошо сегодня.

Он еще крепче прижал ее к себе.: - Не говори так.

Они встали, разобрали вещи, Соня развесила их в шкафу, а дверцу шкафа заложила бумажкой, чтобы не открывалась. Она восторгалась двухкомнатным номером, ванной с красивым кафелем, каждой мелочью в комнатах, ее восхищало наличие телевизора, буфета с фужерами... "Ровно неделю назад здесь была Вера", вспоминал Женя, глядя на то, как Соня деловито снует по номеру, словно он в ближайшие месяцы должен стать ее вторым домом: "Вера брезгливо поморщилась, когда мы входили в номер, это я точно помню. Помню, что мне захотелось извиниться за такой уют, за пыльные окна, за эту чертову дверцу шкафа.. Вера всю жизнь играет роль элегантной леди и забывает, что вокруг живут не только джентельмены. С Соней все иначе". Он взглянул на часы - ужин они пропустили.

- Пока не закрылся бар, пойдем перехватим что-нибудь там, - ласково сказал он Соне, вытаскивая из ее руки тряпку, которой она ожесточенно отмывала каждую мелочь в номере.

- Пойдем, - послушно согласилась она

Потом была ночь, наполненная голубоватым светом. Куцая штора, висевшая на окне в спальне, не закрывала всего окна в номере. Помнится, это раздражало Веру, она даже менялась с Женей местами, чтобы свет фонаря напротив не бил прямо в глаза. Сейчас этот зыбкий фонарный свет придавал спальне голубоватый, призрачный оттенок.

- Я очень люблю тебя, - сказала ему Соня со слезами на глазах

- Моя чудесная девочка, - он покрыл ее шею и лицо поцелуями, - если бы ты знала, как много ты открыла для меня. Ты такая теплая, искренняя, живая! С тобой я сбросил добрых двадцать лет! - Женя говорил и удивлялся самому себе. Таких речей от него не слышала ни одна женщина, включая Веру. Может, действительно Соня изменила его? Он включил бра, висевшее над кроватью:

- Я хочу тебя видеть.

И снова волна нежности затопила их. Когда Женя взглянул на часы , он удивился - пять утра!

- Давай поспим, маленькая моя!

Проснулись они поздно.

- Соня, вставай, - прогремел Женя, - у нас мало времени. В половине десятого завтрак заканчивается. А я голоден, как волк

Соня вскочила, быстро, буквально по-военному умылась, оделась. Она не пользовалась гримом, поэтому ее сборы закончились очень скоро, и они сразу же вышли из номера. Почти все отдыхающие закончили завтрак, в огромной столовой было тихо.

Они получили омлет, салат и манную кашу.

- Вам принести кофе из бара, Евгений Владимирович? - лукаво осведомилась официантка

- Будьте добры. И если можно - ветчины.

Официантка кивнула и удалилась.

- Тебя здесь все знают, - с уважением проговорила Соня, намазывая на хлеб масло

- Лучше скажи, как тебе удается выглядеть такой красивой в это время дня? - осведомился Женя

Ее лицо не было ни припухшим, ни бледным.

- Когда я счастлива, я всегда такая, - ответила она.

Женя поблагодарил услужливую официантку за кофе и две порции ветчины. "Теперь пойдут махать языками", с неудовольствием подумал он.

После завтрака они вышли погулять. Соня с наслаждением вдыхала хвойный запах леса, подбегала к каждой ели, нюхая ее широкие зеленые лапы.

- Как я обожаю лес - ты не представляешь! - объясняла она, - у нас ведь только тополя, да кустарники. К июню все желтеет, ржавеет. А здесь, в России летом разнотравье, лес, птицы поют! И она бежала к следующему дереву. Женя с удовольствием следил за ней. Непосредственность Сони радовала его. Попытки говорить правильно, по-городскому трогали. А иногда прорывавшиеся украинские словечки и жаргонизмы забавляли.

"Соня старше Веры, но в ней столько юности и задора", продолжал он сравнивать двух сестер. "Когда Вера успела потерять эту непосредственнось?"

Два дня прошли быстро. Они много гуляли держась за руки, пили вино в баре, смотрели какой- американский боевик в кино. Но больше времени они проводили в номере. Они подолгу лежали на широкой кровати после бурных любовных утех и рассказывали друг другу истории из собственной жизни, открывая самые отдаленные уголки сердца.

Когда в воскресенье вечером они отъехали от дома отдыха и направились в Москву, Соня расплакалась.

- Ты что? - удивился Женя, - выходные удались!!

-Да, - ответила она сквозь слезы, - жаль, что они не повторятся!

Женя прижался губами к ее щеке:

- Посмотрим!

Все субботу Вера страдала от мигрени. Последствия бессоных ночей, переживаний и разочарований вылились в оглушительно резкую головную боль. Снять спазм не помогли ни лучшие разрекламированные лекарства, ни старые испытанные средства. Становилось все хуже. Вера отключила телефон, задернула на всех окнах шторы и квартира погрузилась в полумрак. Вера туго повязала голову платком, чтобы не чувствовать пульсирующей боли в висках и легла в постель. Боль то нарастала, то затихала. Прохладный полумрак спальни успокаивал. Они иногда проваливалась в забытье, и только новый приступ мигрени выводил ее из дремоты. И тем не менее не думать она не могла. Вера часто брала с прикроватного столика медальон, подаренный фон Дерзее и разглядывала его. Казалось, от него исходят такие же покалывающие лучи, что и от прикосновения фон Дерзее, только немного слабее. Вера поглаживала медальон, вспоминала последний разговор с шефом. Могла ли она подумать, когда переводила в зале для приемов в "Балчуге" приветственную речь фон Дерзее, что через три месяца отношения между изысканным аристократом и простой переводчицей станут такими непредсказуемыми?

В воскресенье Вера проснулась с восхитителным ощущением того, что боль прошла. Она встряхнула головой - действительно, прошла. Теперь хотелось с кем-то поговорить, хотелось участия, заботы.Вера включила телефон и он тут же отозвался надрывной трелью международного звонка. "Это Лена!" - Вера подбежала к телефону:

- Алло, Вера, это я, - послышался родной голос близкой подруги, - я просто потеряла покой

- Что случилось? - встревожилась Вера

- Верочка, я тебя очень люблю, и Славик тоже, - как-то бессвязно начала Лена, - мы желаем тебе счастья. Ты, как никто, заслужила его. - Я знаю и очень вам благодарна, - отозвалась Вера

- Но я хочу сказать тебе честно, на правах давней подруги - не выходи за Женю замуж!

Вера замерла

- Понимаешь, он и ты - абсолютно разные люди. Каждый из вас - прекрасный человек. Если вы станете жить вместе, то тихо возненавидите друг друга. Подумай хорошенько! Жене нужна другая жена - домовитая, основательная.

Вера расхохоталась.

- Ты что? -испугалась Лена

- Подружка моя дорогая, ты, как всегда зришь в самый корень. Я тоже решила не выходить за Сорвина замуж.

- Да? - облегченно вздохнула Подгорная. - А я мучилась, не знала, как тебя разубедить. Теперь я спокойна. Помнишь у Омара Хайама - "Ты лучше голодай, чем что попало есть..

- ... и лучше будь один, чем вместе, с кем попало"? Лена, я бы не стала так говорить о Жене.

- Я не о Сорвине. Я о тебе. Держись, дорогая. Целую тебя! До свидания!

- Пока, - задумчиво проговорила Вера

Она бытро натянула на себя джинсы, джемпер,меховую куртку и отправилась к тете - центру притяжения семейного клана. Тетя Надя была растеряна.

- Верочка, я ничего не понимаю, - воскликнула она, - Соня уехала на выходные, не сказав с кем. Женя не звонит. У тебя вчера весь день телефон не отвечал. У меня в голове какая-то карусель от этого образовалась!

Вера присела на краешек дивана, на котором полулежала тетя, и перебирая бахрому пледа, сказала:

- Соня в доме отдыха вместе с Женей. У меня вчера была жуткая мигрень, и я отключила телефон. Зато сегодня я весь день в твоем распоряжении.

- Что это за шутки! - тетя привстала и грозно посмотрела на племянницу - ты свои штучки брось!

- Да нет, тетя, - отозвалась Вера, укладывая тетю обратно, - это не штучки и не шутки. Все так, как я тебе сказала. Вернется Соня и подтвердит.

- Как? - голова тети вновь поднялась

Вера встала.

- Я- неподходящая кандидатура для Сорвина. Мы все это знали, но молчали, стараясь сделать хорошую мину при плохой игре. Женя уже в том возрасте, когда ему нужен покой и комфорт. Он сам мне признался, что боится, что через десять лет я брошу его как немощного старика. Соня - вот кто подходит ему больше всего!

- Думаешь, Соня через десять лет не бросит его? - язвительно осведомилась тетя

-Думаю, что нет. Она вылеплена из другого теста. У нее в крови быть верной женой и образцовой хозяйкой. Почему ты так переживаешь - Женя все равно останется твоим родственником! Соня выйдет за него замуж - об этом в Бердянске она и мечтать не могла! Елисеенко будут счастливы. Все окончится благополучно.

Тетя встала. Шаркая, она подошла к своему любимому эркеру, задумчиво пощипала листочки у цветов, и не оборачиваясь, произнесла:

- Что мне Елисеенко! Меня очень волнует твоя судьба, Вера! Ты- моя единственная племянница, после моей смерти все будет завещано тебе. Я желаю тебе счастья больше, чем кому-либо другому.

Она махнула рукой и в тот же момент живо обернулась к Вере:

- А как же платье? А свадебный стол? А приглашения? Вы меня в могилу вгоните!

- Тетя, вот сейчас ты пришла в себя, это сразу заметно. Ничего не будем отменять. Свадьба состоится - Жени и Сони. Смотри, даже имена совпадают!

Тетя горестно качала головой.

- Ладно, пойду чайник ставить.

На полпути к кухне она обернулась и хитро блестнув глазами, спросила:

- А что это за любопытный медальончик висит у тебя на шее?

Вера прижала руку к груди - медальон выбился из-под свитера и сверкал в лучах солнца, ярко светившего в большое окно.

- Это - подарок. Аллегория веры.

- Хм, - ответила тетя и продолжила свой путь на кухню

Когда они сидели друг напротив друга и пили чай, тетя внимательно изучала медальон.

- Кто же такой щедрый даритель, позволю себе спросить?

Вера почувствовала, что краснеет:

- Шеф.

- Ого! Раньше за ударный труд давали грамоты и медали, а теперь медальоны с аллегориями? - глаза тети Нади смеялись

- Тетя, перестань так шутить! - Вера прихлопнула ладонью по столу.

- он помнил, что у меня были именины и решил подарить аллегорию моего имени, вот смотри!

Вера быстро сняла с шеи медальон и протянула его тете, надевшей очки. Вера давала необходимые пояснения, пока тетка изучала изображение.

- Так, - тетя вернула медальон племяннице, - а теперь ты должна мне рассказать все!

- Рассказывать нечего, - отрезала Вера

- Значит, не будешь?

- Не буду, - твердо повторила племянница

- Ну смотри, дело твое.- тетя отхлебнула чай и раскрыла газету.

Некоторое время прошло в молчании, которое нарушал лишь шорох газетных листов.

Вера встала из-за стола и вернулась в гостиную. Стоя у эркера, она задумчиво смотрела на улицу. Пальцы постонно теребили тонкую цепочку с медальоном. Она настолько задумалась, что звонок в дверь заставил ее вздрогнуть.

- А Сонечка с отдыха вернулась! - голос тетки был ласковый и ехидный

- Привет, - Соня поцеловала тетю в щеку

- А где же Женя? Почему не поднялся вместе с тобой? - тетя Надя продолжила расспросы

Соня заморгала. - Какой Женя, - заикаясь выдавила она

- Не обманывай меня! - загремел старушечий голос

Вера даже испугалась - тетя никогда так не кричала. "Надо пойти накапать валокардина", решила она про себя

- Звони Жене и передай ему, что я хочу его видеть! - приказала тетя замершей от ужаса родственнице из Бердянска.

Она послушно набрала номер.

- Никого нет, - растерянно проговорила Соня

- Звони, пока не дозвонишься! - тетя напоминала полководца перед решительной битвой

Наконец, Женя отозвался, Соня передала поручение тетки и буквально уронила трубку на рычаг.

- Марш на кухню! - крикнула тетя, и Соня поспешно исполнила ее приказание. Веру она так и не увидела.

- Выкладывай все, как на духу, - услышала Вера голос тети, прежде чем дверь на кухню закрылась. Вера беспокойно ходила по комнате. Соня не виновата, ведь она сама во всем призналась Вере, и это они вместе выработали план. Соня хочет замуж, и Вера ей помогает. Не беда, что речь идет о ее собственном женихе. Если Женя смог так быстро увлечься Соней , значит, на самом деле он не любил Веру, а придумал ее для себя. Этот выдуманный образ, идеал,фантом он лелееял в сердце долгие годы. Настоящая жизнь показала, что Вера - совсем другой человек - у нее другие запросы, интересы, характер. Женя понял это, но слишком поздно. Как порядочный человек, он не мог первым сделать шаг назад. И если бы не спасение в лице реальной, живой Сони, то неизвестно, насколько счастливо сложилась бы дальнейшая жизнь Веры.

Поэтому она решительно нажала ручку двери кухни и вошла. Соня и тетя сидели за столом друг напротив друга, как два шахматиста. Вид у обеих женщин был серьезный и строгий. Не хватало только шахматной доски между ними и таймера, замерявшего время. При виде Веры глаза Сони стали большими.

- Я не слышала звонка, - растеряно проговорила она

- Я давно здесь, - успокоила ее Вера и села рядом, - тетя, я думаю, нам стоит обсудить ситуацию с позитивной точки зрения,а не устраивать инквизиторский допрос.

Тетя обиженно поджала губы. В дверь позвонили.

-Это Женя, - дрожащим голосом произнесла Соня и сделала порывистое движение.

- Сиди, я открою, - приказала тетка

Увидев рядом с Соней Веру, Женя почувствовал некоторое стеснение в области желудка. Тем не менее он заставил себя улыбнуться и вежливо произнести:

- Какой великолепный цветник! Жаль, что не сказали, что здесь соберутся все дамы, а то я бы захватил гитару.